При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Пылающая нефтебаза. 1948 год

Международные события года

7 января 1948 года в полицию Мейсвилла (штат Кентукки, США) с утра неожиданно посыпались многочисленные телефонные звонки о том, что над городом летит огромный шар, отблёскивающий на солнце, как металл. Около полудня комиссар полиции позвонил на военную авиабазу Годмен. Там подтвердили, что их радар действительно зафиксировал неопознанный объект диаметром около 250—300 футов, который висит в воздухе на высоте 3950 м. В 13 часов 45 минут с земли он наблюдался как «шарик мороженого с красной верхушкой». В 14 часов 45 минут с базы поднялись три истребителя P-51 «Мустанг». При приближении к объекту тот стал удаляться от самолётов, а лётчики передали, что это «металлический шар огромных размеров», а затем добавили, что он «круглый, как слеза, и иногда кажется почти жидким». Достигнув высоты в 6700 м, два «Мустанга» прекратили полёт и пошли на снижение, а командир звена капитан Томас Ф. Мантелл продолжил преследование. Он докладывал, что объект «набирает высоту и идёт с такой же скоростью, как и я, то есть 360 миль в час… Если не смогу с ним сблизиться, то прекращу преследование». Но в 15 часов 15 минут радиосвязь с Мантеллом внезапно оборвалась. А ещё через несколько часов после этого обломки самолёта и тело пилота были обнаружены возле Форт-Нокса, в пяти милях от города Франклин. Всё говорило о том, что самолёт распался на части ещё в воздухе, так как его правое крыло находилось в 20 ярдах от фюзеляжа, а нос и хвостовая часть - ещё дальше. Экспертиза установила, что Мантелл погиб от нехватки кислорода ещё до того, как его самолёт столкнулся с землёй, поскольку у него не было при себе кислородной маски. При расследовании причин происшествия было выдвинуто несколько версий. В одной из них говорилось, что Мантелл погиб, преследуя планету Венеру, в другой – что он гнался за аэрозондом с разведывательным оборудованием. Известный уфолог Дональд Мензел предположил, что Мантелл преследовал ложное солнце. Однако ни одна из этих версий в итоге так и не была признана достоверной.

 

20 июня 1948 года американская фирма грамзаписи «Columbia Records» впервые презентовала для публики виниловые долгоиграющие пластинки, на каждой стороне которых можно было записать 23 минуты звучания. Тем самым фирма совершила настоящую революцию в музыкальной индустрии. Ведь до этого в течение 50 лет на рынке звукозаписи господствовали лишь исключительно пластинки из шеллака, которые вращались со скоростью 78 оборотов в минуту, и потому на каждой стороне диска нельзя было записать музыкальное произведение продолжительностью более 4 минут. За счёт замены шеллака на более пластичный винил фирма «Columbia Records» смогла уменьшить скорость вращения пластинки до 33 оборотов в минуту, и тем самым увеличить продолжительность записи. Вдобавок к этому винил сделал патефонные диски небьющимися, то есть практически вечными. Это была крупнейшая сенсация мирового уровня, после которой все конкуренты «Columbia Records» мгновенно оказались далеко позади неё на рынке музыкальных услуг.

 

30 июня 1948 года американские ученые и инженеры Уильям Шокли, Уолтер Браттейн и Джон Бардин из Bell Laboratories провели презентацию нового электронного устройства, которое позже было названо «транзистор» («transistor»), от слов «transfer» — передача и «resist» — сопротивление. А ещё раньше, 23 декабря 1947 года, они уже демонстрировали это изобретение в кругу своих коллег. Газета «New York Times» в номере от 1 июля 1948 года на предпоследней странице сообщила об этой презентации так: «Прибор под названием «транзистор» в некоторых случаях можно использовать в области радиотехники вместо электронных ламп… Транзистор работает в качестве усилителя, хотя фирма заявляет, что он может применяться и как генератор, способный создавать и передавать радиоволны». В то время в радиоэлектронике повсюду господствовала электронная лампа, которая применялась в радиоприемниках и телевизорах, магнитофонах и радарах. Однако у неё был существенный недостаток – небольшой срок службы. Необходимость создания нового элемента с неограниченным временем действия становилась в радиоэлектронике все острее. Такой заменой электронным лампам и стали транзисторы, которые меньше чем через 10 лет уже использовались практически во всех электронных приборах. В 1956 году Уильяму Шокли, Уолтеру Браттейну и Джону Бардину за их открытие была присуждена Нобелевская премия в области физики. При этом Джон Бардин, когда он опоздал на пресс-конференцию по поводу присуждения ему этой премии, войдя в зал, в своё оправдание произнёс: «Прошу меня извинить, но я долго не мог попасть в свой гараж: отказал транзистор в электронном замке».

 

12 ноября 1948 года в Токио завершился судебный процесс над главными японскими военными преступниками, который начался ещё 3 мая 1946 года. Международный военный трибунал для Дальнего Востока был образован в целях реализации 10-го пункта Потсдамской декларации, где было записано, что «все военные преступники, включая тех, которые совершили зверства над пленными, должны понести суровое наказание». Актом о капитуляции правительство Японии согласилось с обязательностью Потсдамской декларации и обязалось выполнять все её требования. Для проведения Токийского процесса был сформирован специальный судебный орган, в состав которого вошли представители 11 стран: СССР, США, Китай, Великобритания, Австралия, Канада, Франция, Нидерланды, Новая Зеландия, Индия и Филиппины. В качестве обвиняемых на процессе было привлечено 29 человек, главным образом из числа высшего военного и гражданского руководства Японской империи. В ходе процесса было проведено 818 открытых судебных заседаний и 131 заседание в судейской комнате; трибунал принял 4356 документальных доказательств и 1194 свидетельских показания (из которых 419 были заслушаны непосредственно трибуналом). Семеро обвиняемых, включая двух бывших премьер-министров Коки Хирота и Хидэки Тодзио, были приговорены к смертной казни через повешение и казнены 23 декабря 1948 года во дворе тюрьмы Сугамо в Токио. Ещё 15 обвиняемых получили пожизненное заключение, а трое - сроки заключения от 15 до 20 лет. Двое обвиняемых умерли во время процесса, один был признан невменяемым в связи с психическим заболеванием, один (бывший премьер-министр Фумимаро Коноэ) покончил жизнь самоубийством накануне ареста.

 

9 декабря 1948 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Конвенцию о предупреждении геноцида и наказании за него. Согласно ей, геноцид – это тягчайшее преступление против человечества, и под ним понимают действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую. В качестве примера геноцида на Генеральной Ассамблее ООН был назван Холокост, совершённый Третьим Рейхом во время Второй мировой войны. Первая редакция Конвенции включала в себя также убийства по политическим мотивам, но СССР и ряд других стран отказались считать геноцидом действия, направленные против групп, идентифицированных по политическим или социальным признакам. В результате политического и дипломатического компромисса эти критерии были исключены. На другой день работы Генеральной ассамблеи была принята Всеобщая Декларация прав человека, в связи с чем дата 10 декабря ныне отмечается ООН как День прав человека. Декларация состоит всего из 30 статей, но она, по мнению всех экспертов и политиков, с момента принятия оказала большее влияние на человечество, чем любой другой документ современной истории. В Декларации подтверждается достоинство каждого человека, провозглашается его универсальность и неделимость его прав, а также взаимозависимость гражданских, культурных, экономических, политических и социальных прав, которые присущи каждому человеку. При этом регулярно отмечается, что закрепленные в Декларации основные права и свободы в нашем мире пока еще не стали реальностью для каждого жителя планеты Земля. Тем не менее, согласно Книге рекордов Гиннеса, текст Всеобщей декларации прав человека ныне переведён на самое большое число языков в мире.

 

Российские события года

22 мая 1948 года в Литве началась операция МГБ СССР под кодовым названием «Весна». Её целью было ослабление и полная ликвидация националистических группировок на территории республики. В ходе операции были собраны, погружены в вагоны и вывезены с территории Литвы в отдалённые районы Сибири так называемые «лесные братья», уже осужденные по решению судов, члены их семей, а также семьи прочих антисоветских элементов - как арестованных, так и убитых в столкновениях. Под выселение попали и активные противники создаваемых в Литве колхозов, в первую очередь зажиточные хозяева, использовавшие наёмный труд, то есть по советским меркам – кулаки. Кроме этнических литовцев, под депортацию попали также жители республики польского и белорусского происхождения. В общей сложности в ходе первого этапа операции «Весна» из Литвы в Красноярский край, Иркутскую область и Бурят-Монгольскую АССР было выселено 39 766 человек, в дальнейшем это число выросло до 80 тысяч. Возвращение литовских ссыльных на родину началось только после смерти Сталина. В 1954 году закон об амнистии впервые был применён к ссыльным в возрасте 55-60 лет, к людям с ограниченными возможностями или неизлечимо больным. В дальнейшем Верховный суд ЛССР также продолжал рассматривать просьбы переселенцев о возвращении, но этот процесс проходил медленно. Оставшиеся в живых литовцы, подвергшиеся депортации, в основном смогли вернуться домой только к 1970 году.

 

31 июля 1948 года открылась печально известная сессия Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина (ВАСХНИЛ). В ходе этой сессии сторонники руководителя ВАСХНИЛ, академика Трофима Денисовича Лысенко, под предлогом борьбы с «идеалистическим течением» - вейсманизмом-морганизмом, устроили настоящий разгром советской генетики, которая тогда же получила ярлык «буржуазной лженауки». При этом «единственно правильным» направлением в сельскохозяйственной науке и практике было признано учение лишь самого Лысенко, который в своём выступлении на сессии заявил о наличии у советских генетиков серьёзных идеологических ошибок. В частности, он говорил следующее: «В биологической науке определились два диаметрально противоположных направления: одно – прогрессивное, материалистическое, мичуринское, другое – реакционно-идеалистическое, вейсманистское… Мичуринское учение вооружает практиков научно обоснованными методами планомерного изменения природы… В то же время генетики, стоящие на вейсманистских позициях, говорят о зависимости организма от внешней среды и отрицают саму возможность переделки природы по воле человека. Нам с такими лжеучёными не по пути». Итоги этой сессии ВАСХНИЛ имели крайне негативные последствия для нормального развития всех биологических исследований в СССР. Более 100 генетиков тогда были уволены с работы, некоторые исключены из партии. Все генетические исследования в СССР с того времени были фактически запрещены. Восстановление советской генетики началось только после снятия со своего поста Н.С. Хрущёва в октябре 1964 года.

 

1 сентября 1948 года на советском теплоходе «Победа», к тому моменту уже завершающего рейс по маршруту «Нью-Йорк-Одесса», возник катастрофический пожар. Это судно, ранее именовавшееся «Магдалена», по репарации было передано из Германии в СССР, где получило новое название «Победа». В тот роковой рейс судно 31 июля 1948 года вышло из Нью-Йорка, имея на борту 323 пассажира и 277 тонн груза. В числе пассажиров больше всего было работников министерств иностранных дел и внешней торговли и членов их семей. Также на борту судна находилась семья китайского маршала Фэн Юй Сяна, следовавшая в Китай через Советский Союз. Плавание протекало благополучно. 1 сентября радиостанция Черноморского пароходства в Одессе получила плановое донесение о том, что прибытие теплохода ожидается через сутки, но сразу после этого радиосвязь с судном прекратилась. На маршрут были посланы поисковые самолёты морской авиации, которые в 21.00 обнаружили сильно обгоревший теплоход в 70 милях к юго-востоку от Ялты. Оказалось, что пожар возник в кинобудке при перемотке на ручном станке киноплёнки, которая неожиданно заискрила и вспыхнула. От неё тут же загорелись лежащие рядом мотки. Пламя быстро охватило кладовую, а затем и центральную часть судна, в том числе штурманскую, рулевую и радиорубку, каюты капитана и штурманов. Вахтенный радист Веденеев, застигнутый огнём, растерялся и выскочил из рубки через иллюминатор, не успев передать сигнал бедствия. Тушением занимались члены команды и пассажиры, но окончательно пламя было ликвидировано только в ночь на 3 сентября, когда к судну подошли спасатели. При пожаре погибли 42 человека - два члена экипажа и 40 пассажиров, включая 19 женщин и 15 детей, а ещё семеро позже умерли в больнице от ожогов. Среди погибших оказались и китайский маршал Фэн Юй Сян, и его дочь. После расследования трагедии состоялся закрытый судебный процесс, по итогам которого капитан судна Николай Пахолок и киномеханик Коваленко были приговорены к 15 годам лишения свободы, помполит Першуков — к десяти, радист Веденеев — к восьми. Но строже всех был наказан старпом Александр Набокин, отвечавший за пожарную безопасность. Его приговорили к 25 годам лишения свободы — тогдашней высшей мере.

 

4 октября 1948 года в соответствии с постановлением Совета Министров Союза ССР № 3698-1510с был образован Всесоюзный государственный фонд кинофильмов СССР (Госфильмофонд) - крупнейшее собрание киноматериалов страны. Идея создания государственного хранилища фильмов СССР возникла ещё в середине тридцатых годов. Тогда во всех республиканских киностудиях, в многочисленных конторах проката и у частных лиц уже существовали небольшие фильмотеки, но для хранения фильмов у них не было необходимых технических условий и специализированных помещений. Эту задачу мог решить только единый государственный киноархив. В феврале 1937 года в соответствии с постановлением Совнаркома СССР было основано Всесоюзное фильмохранилище, которое разместили в посёлке Белые Столбы Московской области. Туда были переданы киноматериалы различной степени сохранности и комплектности, собранные во всех фильмотеках Советского Союза. Но специалистам понадобились многие годы, чтобы разобрать, привести в порядок, систематизировать, а по возможности и восстановить весь этот уникальный материал, который мог исчезнуть бесследно. В 1941 году, когда началась Великая Отечественная война, Всесоюзное фильмохранилище было эвакуировано в Поволжье и за Урал. И лишь начиная с 1944 года киноматериалы стали возвращаться обратно в подмосковные Белые Столбы. После окончания войны хранилище пополнилось большим количеством трофейной кинопродукции, которая составила основу зарубежной части киноархива. Лишь после этого в октябре 1948 году было принято упомянутое выше постановление правительства об образовании Госфильмофонда СССР. В 1992 году Госфильмофонд СССР был переименован в Государственный фонд кинофильмов Российской Федерации (Госфильмофонд России). В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 6 ноября 1993 года он отнесён к особо ценным объектам культурного наследия народов Российской Федерации.

 

6 октября 1948 года в 2 часа 17 минут по местному времени в Ашхабаде произошло катастрофическое землетрясение с магнитудой 7,3 балла по шкале Рихтера. Его очаг был расположен на глубине в 18 км — практически прямо под городом. Помимо Ашхабада, пострадало большое количество населённых пунктов в близлежащих районах - в Ашхабадском и Гекдепинском, а также в соседнем Иране. Непрочность ветхих построек в городе, а также время землетрясения – глубокая ночь, когда все спали, привели к тому, что почти никто из жителей Ашхабада не смог заблаговременно покинуть помещение, и в результате десятки тысяч людей в считанные мгновения оказались под обломками собственных жилищ, не успев даже осознать происходящего. Основная масса зданий здесь строилась без учёта сейсмической опасности, а строительные материалы были плохого качества (дешёвый цемент, кирпич-сырец и так далее). Поэтому почти 100% жилых одноэтажных зданий при первом же толчке обвалились и разрушились. По сей день не существует даже единых цифр о количестве погибших и раненых в этой катастрофе. На начало 1948 года гражданское население Ашхабада без пригородов составляло более 115 тысяч человек, а вместе с военнослужащими - 132 тысячи человек. По приблизительным подсчётам, возможное число погибших непосредственно при землетрясении составило от 35 до 40 тысяч человек, то есть тогда погиб почти каждый третий житель города. Прямой ущерб от землетрясения включал в себя разрушение жилого, промышленного, административного фондов, а также частной собственности граждан. Пострадало более 200 предприятий, а под завалами оказалось сырьё, товары и оборудование стоимостью более 600 миллионов рублей в ценах того времени. При этом все сведения об Ашхабадском землетрясении 1948 года и о его последствиях властями СССР в то время были строго засекречены, и в средствах массовой информации о туркменской трагедии ничего не сообщалось. Широкая общественность узнала об этих событиях лишь после смерти Сталина. В Туркменистане дата 6 октября, начиная с 1995 года, отмечается как День памяти.

 

Самарские события года

1 июня 1948 года рано утром на станции Юматово Куйбышевской железной дороги произошло столкновение поездов №№ 510 и 850. Как выяснилось при расследовании, товарный поезд № 850 (машинист Харченко) в это время стоял на 3-м пути на станции Юматово. Поезд № 510 в путевых документах значился как «людской». В терминах того времени это означало, что в данном составе под управлением машиниста Прокофьева ехали спецпереселенцы, депортируемые из Литвы в отдалённые районы Сибири в ходе операции «Весна». В 6 часов 18 минут поезд № 510, несмотря на красный сигнал, проследовал через закрытый входной светофор на станцию Юматово, и в 6 часов 30 минут местного времени он врезался в хвост стоящего поезда № 850. При крушении было разбито три вагона, которые в дальнейшем потребовали капитального ремонта, и в разной степени оказались повреждёнными ещё 13 вагонов. Из числа перевозимых спецпереселенцев при столкновении погибло 20 человек, а ещё 62 человека получили травмы различной степени тяжести. Раненых направили в Уфимскую и Демскую больницы. Кроме того, при аварии оказались разрушены 100 метров железнодорожного пути и стрелочный перевод. Движение поездов через станцию на несколько часов было прекращено как в чётном, так и в нечётном направлениях. Для ликвидации последствий крушения на месте происшествия работали восстановительные поезда со станций Уфа и Раевка. Как выяснило следствие, причина катастрофы оказалась весьма банальной: машинист паровоза Прокофьев и его помощник Ноженцев попросту уснули во время движения, из-за чего состав и проскочил на красный сигнал светофора. Оба железнодорожника были привлечены к уголовной ответственности.

 

15 августа 1948 года на спиртозаводе в селе Зубовка Челно-Вершинского района произошёл взрыв цистерны, в которой находились остатки спирта. Выяснилось, что накануне директор предприятия Чурсин отдал распоряжение своим подчинённым полностью очистить эту цистерну от содержимого, чтобы на другой день сдать весь спирт на склад для отчёта. Исполнять приказ отправились рабочие Лукьянов и Семаев и заведующий складом Трофимов, а помогала им заведующая лабораторией Кропотова. Трофимов надел противогаз и спустился по верёвке в цистерну, освещая её пространство электролампочкой на проводе. Он набрал со дна два ведра оставшегося спирта, которые рабочие подняли вверх. Затем они стали поднимать из цистерны и Трофимова, но в этот момент произошло замыкание лампочки, от чего взорвались пары спирта, скопившиеся в ёмкости. От взрыва разлился и вспыхнул спирт в вёдрах, стоявших у горловины цистерны, а от него загорелась одежда на всех участниках операции. В результате полученных ожогов Лукьянов и Кропотова скончались, а жизнь Семаева и Трофимова медикам удалось спасти. В сентябре 1948 года по итогам расследования происшествия к судебной ответственности были привлечены главный инженер Зубовского спиртозавода Гавриил Ляшенко и заведующий складом предприятия Иван Трофимов, каждого из которых суд приговорил к трём годам лишения свободы условно.

 

3 сентября 1948 года в 17.00 перед матчем футбольного чемпионата СССР «Крылья Советов» (Куйбышев) - «Динамо» (Киев) состоялась церемония открытия стадиона «Динамо», только что построенного в нашем городе на улице Льва Толстого и рассчитанного на 15 тысяч зрителей. Председатель исполкома Куйбышевского горсовета П.В. Сурин поздравил присутствующих с этим праздником, а строителям стадиона от его имени были преподнесены букеты цветов. Что касается начавшегося вслед за церемонией футбольного матча, то в нём «Крылья Советов» выиграли у киевского «Динамо» со счётом 1:0. Новый стадион в том году стал замечательным подарком для всех физкультурников города Куйбышева. Он сразу же стал одним из из лучших спортивных сооружений во всей Российской Федерации. Спортивную арену строители обнесли массивной металлической решеткой на каменных столбах, в которой устроили семь входных ворот. Главный вход был украшен красивым портиком. Отсюда к футбольному полю и трибунам шла широкая каменная лестница с скульптурами по обеим сторонам, часть которой видна и сегодня. В центре западной и восточной трибун возвышались красивые каменные ложи, оформленные со стороны поля лепкой и стеклянными витражами. В таком же стиле был сооружён и центральный павильон, находящийся против главного входа. В павильоне находились душевые, гардеробные, судейские, врачебная комнаты, на втором этаже — гостиница. Все основные проходы на стадионе были асфальтированы. В дальнейшем «Крылья Советов» на этом стадионе проводили все официальные матчи вплоть до 1970 года, когда вступил в строй действующих стадион «Металлург». На динамовской арене за многие годы отметились все знаменитые футболисты того времени, в том числе Лев Яшин, Валентин Иванов, Эдуард Стрельцов, Игорь Нетто и другие. Кроме того, на куйбышевском стадионе «Динамо» действовали стрелковый тир и лыжная база, здесь были созданы секции по легкой и тяжелой атлетике, секции стрелковая, конькобежная, лыжная, фехтовальная, классической борьбе, баскетбольная, волейбольная, шахматно-шашечная и другие. В настоящее время в Самарской региональной организации ВФСО «Динамо» продолжается планомерная работа, направленная на развитие массового спорта, на популяризацию «динамовского» движения и здорового образа жизни. Однако нынешнее состояние стадиона оценивается лишь как удовлетворительное, его футбольное поле и все сооружения требуют капитальной реконструкции.

 

16 октября 1948 года около 22 часов ночи на железнодорожной станции Подбельск в Куйбышевской области произошло крушение товарных поездов. Во время этой аварии была повреждена и дала течь цистерна с метиловым спиртом, находившаяся в одном из составов. Руководство станции Подбельск на месте происшествия выставило оцепление из числа сотрудников ВОХР, а из соседних хозяйств по указанию Подбельского райкома ВКП (б) на станцию были направлены колхозники для работы по устранению последствий крушения. Несмотря на предупреждения об опасности отравления метиловым спиртом в случае его употребления внутрь, расхищение содержимого повреждённой цистерны при прямом пособничестве работников ВОХР началось той же ночью, когда произошла авария. В результате уже 19 октября в районную больницу с признаками отравления поступил бригадир колхозников Николай Кочеров, который скончался, не приходя в сознание. В течение последующих трёх суток в Подбельском районе было зарегистрировано ещё 125 случаев отравления метиловым спиртом, из них 18 – со смертельным исходом. В соседнем Кинель-Черкасском районе произошло 8 таких случаев, из них 4 окончились смертью пострадавших. Кроме того, после лечения в больнице 6 человек из числа выживших полностью лишились зрения. После этих трагедий работники милиции провели массовый рейд по соседним со станцией сёлам. При проверке 630 домовладений было обнаружено и изъято ещё 689 литров метилового спирта. По факту массовых отравлений ядовитым веществом и злоупотреблений со стороны сотрудников ВОХР было возбуждено уголовное дело, которое, однако, к каким-либо конкретным результатам так и не привело.

 

Главное самарское событие года

4 июля 1948 года на Куйбышевской перевалочной нефтебазе, в то время расположенной на стрелке реки Самары, произошел катастрофических масштабов пожар. Его причиной стал удар молнии в один из нефтяных резервуаров, после чего в считанные минуты огонь охватил почти всю территорию нефтебазы, и угрожал перекинуться дальше, на старую часть города. В ходе ликвидации этого огненного бедствия погибло 36 человек, из которых 19 человек были городскими пожарными.

 

Катастрофа на речном берегу

Каждый год в один и тот же летний день у входа в городское кладбище Самары собирается множество красных пожарных машин и людей в форме. Спустя некоторое время кладбище и окрестности оглашают траурные звуки пожарных сирен. Так самарские пожарные чтят память девятнадцати своих товарищей, которые в конце далеких сороковых годов ценой своей жизни спасли наш город от огненного шквала (рис. 1-3).

В тот роковой день, 4 июля 1948 года, над городом с самого рассвета нависали тяжелые тучи. Временами они проливались на землю мелким дождем, а с началом светлого времени дня в ненастном небе то тут, то там стали мелькать яркие сполохи молний. Вот как раз это атмосферное электричество и стало причиной трагедии, невиданной ранее для нашего города.

Как рассказывали очевидцы, кульминация стихии пришлась примерно на 10 часов утра. В это время грозовые облака накатили непосредственно на центральную часть Куйбышева, дождь лил как из ведра, а молнии в небе сверкали почти беспрерывно. А в 10 часов 25 минут многие горожане вдруг увидели, как с неба слетел сильнейший электрический разряд и ударил прямо в резервуар № 18 с сырой нефтью, стоящий на перевалочной базе «Главнефтеснаба», на берегу реки Самары, примерно в том месте, где сейчас заканчиваются подъездные железнодорожные пути речного порта. Находящаяся в резервуаре нефть тут же вспыхнула ярким пламенем, и буквально за несколько секунд огромная ёмкость превратилась в один гигантский факел (рис. 4-9).

Но охрана нефтебазы и куйбышевские пожарные тоже отреагировали на происшествие с молниеносной оперативностью. Огонь еще не успел охватить весь резервуар, как на пульт дежурного УПО поступило сообщение от дежурного с наблюдательной вышки о пожаре на нефтебазе. А в 10 часов 28 минут, то есть всего три минуты спустя после удара небесного электричества, дежурный караул пожарной команды нефтебазы уже подавал ствол на охлаждение резервуара № 17, что располагался по соседству с горящим. Другие же бойцы в это время заканчивали прокладку рукавной линии от пeнoaккумулятора к охваченному огнем резервуару № 18.

Однако в первые, решающие мгновения пожара силы человека и стихии все-таки оказались неравными. Несмотря на охлаждение, уже через 5-7 минут после приезда огнеборцев от мощного теплового излучения ярким пламенем загорелись еще два соседних резервуара - №№ 17 и 16. В первом из них также находилась сырая нефть, а во втором - пиролизный керосин. Забегая вперед, следует сказать, что в тот день это была отнюдь не последняя победа торжествующего пламени: около 14 часов 40 минут, после нефтяного выброса, вспыхнул еще один резервуар - № 19, в котором хранилась солярка. В итоге к середине дня пламя, захватившее сразу четыре стальные конструкции, слилось в единое пылающее море, угрожавшее перекинуться на остальной город и испепелить в считанные часы.

В то время стрелка реки Самары, где находилась также и нефтебаза, была застроена очень плотно, причем в основном одноэтажными деревянными домишками. Непосредственно к нефтебазе примыкал жилой поселок Щепновка, ныне уже не существующий, причем расстояние от резервуаров до ближайших строений поселка не превышало 70-80 метров. Неудивительно, что в середине дня, когда после нефтяного выброса на Щепновку перекинулся огонь с нефтебазы, сильный ветер сразу же понес его от дома к дому. Лишь благодаря героическим усилиям пожарных пламя по цепочке деревянных строений так и не смогло добраться до многочисленных официальных учреждений, до больших городских зданий и промышленных объектов, которыми до сих пор насыщен Самарский район областного центра.

Еще одна трудность в организации тушения пожара на нефтебазе в 1948 году заключалась в том, что тогда в ее окрестностях не были вовремя устроены удобные места для подъезда автомобилей непосредственно к урезу воды Волги и Самары. Единственный ближайший спуск к берегу, у которого можно было установить водозаборы, в то время находился на расстоянии 800 метров от нефтебазы, в районе плашкоутного моста через реку Самару. Нынешнего стационарного автомобильного моста через нее тогда еще не было – его построили только в 1954 году.

 

Встали на пути огня

Своего наибольшего напряжения ситуация на нефтебазе достигла только через несколько часов после рокового удара молнии. А в самом начале пожара, в 10 часов 35 минут, к месту происшествия первыми прибыли шесть автомашин из 1-й и 2-й городских пожарных команд во главе с начальником ОВПК-1 капитаном М.П. Макаровым. Общая численность участников тушения в этот момент составила 55 человек. При этом вместе с дежурными караулами на горящую нефтебазу в этот момент приехали также многие свободные от несения службы офицеры областного УПО Куйбышевской области, и в их числе - оперативный дежурный по управлению капитан С.И. Тельки. Сергей Иванович в тот момент еще не знал, что это воскресенье будет последним днем в его жизни и первым шагом на пути в бессмертие.

Еще в первый год Великой Отечественной войны он для продолжения огненной службы прибыл в Куйбышев из сражающейся Одессы, где также был пожарным. Его грудь уже тогда украшала медаль «За отвагу», которой Сергей Иванович был награжден за борьбу с пожарами в осажденной фашистами Одессе. После приезда в Куйбышев Тельки был сразу же назначен начальником ОВПК-18, а уже вскоре после этого – оперативным дежурным областного УПО. И хотя к моменту пожара на перевалочной нефтебазе он работал в нашем городе уже седьмой год, все равно Сергей Иванович со своей семьей до сих пор проживал в маленькой комнате при ОВПК-1. В тот роковой день, как уже говорилось, у него был выходной, и как раз утром офицер собирался съездить на дачу к своей малолетней дочке Галине. Но едва лишь услышав сигнал тревоги, он, не раздумывая, прыгнул на подножку пожарного автомобиля и вместе с расчетом в числе первых прибыл на пылающую нефтебазу.

Как уже говорилось, к тому моменту здесь уже горели резервуары № 17 и 18, заполненные сырой нефтью, а еще через минуту вспыхнул и резервуар № 16 с пиролизным керосином. Тут же капитан Тельки, как старший по должности, до прибытия оперативного дежурного УПО принял руководство тушением пожара на себя. Не медля ни секунды, он приказал объявить по городу пожарную тревогу № 4, то есть высшей категории опасности. Одновременно на стрелку реки Самары по его распоряжению были вызваны дополнительные автоцистерны с пенообразователем, автонасосы ОВПК-1 установлены на гидранты, а четыре ствола «А» поданы на охлаждение стенок резервуара № 19 с соляровым маслом. А еще по его распоряжению немедленно была начата эвакуация персонала, женщин и детей из родильного дома, что был расположен на противоположном берегу Самары, на территории нынешнего Куйбышевского района, в опасной близости от места пожара. Дальнейшие события показали правильность такого решения: выбросы горящей нефти из резервуаров на нефтебазе вполне могли достать до родильного дома…

По сигналу «Пожар № 4» со всей Куйбышевской области на место происшествия стали спешно собираться все наличные силы пожарных, и уже в 10 часов 40 минут сюда прибыли подразделения ОВПК-3, ОВПК-4 и ОВПК-18 – в общей сложности пять пожарных отделений, две автоцистерны и три автонасоса.

Через несколько минут после них на место происшествия прибыли заместитель начальника УПО по оперативной работе подполковник В.М. Глубников и оперативный дежурный УПО старший техник-лейтенант М.И. Колыхалов, а в 11 часов 15 минут – и начальник областного управления пожарной охраны полковник К.К. Иванов (рис. 10). Опытным пожарным офицерам было достаточно всего нескольких секунд, чтобы мгновенно оценить обстановку и понять: самое трудное в сегодняшней борьбе с огненной стихией еще впереди. Интуиция их не подвела: через несколько часов в ходе тушения этого пожара на берегу реки разыгралась одна из самых страшных в истории нашей области трагедия, унесшая жизни нескольких десятков человек.

 

Чиновничья волокита способствовала пожару

Чтобы в полной мере оценить ту обстановку, с которой в тот день пришлось столкнуться пожарным, стоит ознакомиться с официальной справкой 1948 года о Куйбышевской перевалочной нефтебазе «Главнефтеснаба», где сказано следующее.

«Нефтебаза специализируется на хранении темных и светлых нефтепродуктов и проводит с ними перевалочные операции. В момент начала пожара на территории нефтебазы находились 33 наземных металлических резервуара ёмкостью от 2400 до 5000 тонн каждый, установленные тремя группами. Между резервуарами открыто уложена система сливных и наливных трубопроводов.

Первая группа состояла из девяти конструкций, в которых хранились светлые нефтепродукты. Общая ёмкость этой группы резервуаров – 17430 тонн. Вторая группа состояла из 17 ёмкостей, при этом в пяти из них находились светлые, а в 12 резервуарах – темные нефтепродукты. Общая ёмкость резервуаров этой группы - 57019 тонн. Третья группа состояла из семи резервуаров общей ёмкостью 23140 тонн, в которых хранились темные нефтепродукты.

Общая ёмкость резервуаров Куйбышевской нефтебазы к этой дате составляла 97589 тонн. В день пожара в 29 металлических ёмкостях нефтебазы хранилось в общей сложности 63968 тонн нефтепродуктов, из них: керосина – 23952 тонн, сырой нефти – 5233 тонн, темных нефтепродуктов – 34783 тонн.

Загоревшийся первым резервуар № 18 с сырой нефтью имел ёмкость 4420 тонн, высоту 12,2 метров, диаметр – 23,3 метра. В нем в момент начала пожара было 4256 тонн сырой нефти. В других стальных ёмкостях, загоревшихся позже, в это же время находилось: в резервуаре № 16 – 445 тонн керосина, в резервуаре № 17 – 977 тонн сырой нефти, в резервуаре № 19 – 3740 тонн солярового масла. Их полная ёмкость также составляла от 4100 до 5000 тонн.

Кроме того, в прочих ёмкостях, расположенных в непосредственной близости от горящих резервуаров, также находились нефтепродукты: № 20 был заполнен 736 тоннами мазута, № 23 – 2839 тоннами дизельного топлива. В резервуарах №№ 21 и 22 в момент пожара никаких нефтепродуктов не было.

Поскольку Куйбышевская перевалочная нефтебаза была построена еще в дореволюционное время, ныне действующим противопожарным и техническим нормам она не соответствует. В частности, пространственные разрывы между резервуарами внутри групп непосредственно перед пожаром не превышали 2,5 метров (в отдельных случаях - 10 метров). Хотя резервуары и были оборудованы двумя стационарными пеносливами, при этом некоторые резервуары и их группы не имели обваловки, крыши резервуаров не герметизировались, и к тому же они стояли на деревянных стропилах с такой же деревянной обрешеткой. Кроме того, служебные и хозяйственные здания базы (мастерские, контора, материальный склад и так далее) размещается среди резервуаров на расстоянии всего лишь от 17 до 34 метров от их стенок.

Нефтебаза имеет местный производственно-противопожарный водопровод низкого давления диаметром 125 мм с десятью надземными гидрантами. На территории первой группы резервуаров водопровод кольцевой, а у второй и третьей групп – тупиковый, с диаметром магистралей 150-200 мм.

В момент пожара нефтебаза охранялась стрелками ВОХР и была обеспечена профессиональной пожарной командой (ППК). В пожарном депо нефтебазы установлен телефонный коммутатор, соединенный с ГТС. В коммутатор были включены местные телефоны из отделов и цехов базы. Однако прямая телефонная связь между ППК нефтебазы и районной ОВПК-1 с 1 апреля 1948 года не работала, в связи с чем у охраны не было возможности вызвать пожарных из города по линии «01». Пожарной сигнализации, предусмотренной инструкцией «Главнефтеснаба», в момент начала пожара на объекте также не было.

В распоряжении ППК имеется автонасос ПМГ-1, который, кроме табельного вооружения, был оснащен переносным пеносливом. Объект оборудован первичными средствами пожаротушения. Штат личного состава ППК – 23 человека, дежурный караул ППК состоял из 7 человек. Из стационарных средств борьбы с огнем на нефтебазе к моменту пожара имелись две станции пенотушения. В каждой из которых было установлено по два пеноаккумулятора ёмкостью на 550 килограммов пенопорошка, а всего в день пожара на объекте был запас в 7500 килограммов пенопорошка. Одна из этих станций размещалась в помещении пожарного депо, а вторая – неподалеку от резервуара № 17. Однако на протяжении нескольких последних лет эта станция не работала.

Ближайшая пожарная часть ОВПК № 1 дислоцируется на расстоянии двух километров от объекта. ОВПК-1 оборудована наблюдательной вышкой, дежурный которой в момент возгорания сообщил на пульт «01» о пожаре на нефтебазе. В боевом расчете ОВПК № 1 находится автоцистерна и два автонасоса ПMЗ-1, а также приданное ей дежурное отделение курсантов школы по подготовке сержантского состава для частей ВПО».

 

Стихия переходит в наступление

Глядя на торжество огненной стихии, заместитель начальника управления пожарной охраны УМВД Куйбышевской области В.М. Глубников с замиранием сердца вспоминал, как в течение двух последних лет первые руководители УПО Куйбышевской области, в том числе и он сам, регулярно скандалили с представителями «Главнефтеснаба». Московское ведомство недопустимо медленно строило пенную реактивную станцию на своей нефтебазе, постоянно ссылаясь при этом на послевоенные трудности. Между тем этот важнейший объект по плану должен был введен в эксплуатацию еще в 1947 году, потому что объемы нефтепродуктов, хранящихся на базе, уже тогда достигли критических размеров. Несмотря на это, эффективных средств пожаротушения здесь долгое время было явно недостаточно, но управленцы по-прежнему волокитили строительство пенной станции. Неудивительно, что в конце концов на нефтебазе и случилась та страшная трагедия, которая рано или поздно должна была случиться.

Сразу же после того, как по городу объявили пожарную тревогу № 4, о происшествии на нефтебазе были поставлены в известность первые городские и областные советские и партийные руководители. Но пока в обкоме и горкоме КПСС совещались, УПО продолжало наращивать свои силы в районе бедствия. В 11 часов 05 минут на место происшествия прибыли еще семь пожарных автомашин с общей численностью экипажей 62 человека, по железнодорожной ветке со станции Куйбышев подъехал специальный пожарный поезд, а со стороны реки подошел пожарный пароход «Чапаевец». Еще через полчаса на помощь огнеборцам сюда же прибыл совместный отряд работников нефтебазы и речного флота, а еще через некоторое время - около 50 курсантов подготовительной авиационно-морской школы. По приказу начальника областного управления МВД было предписано срочно прибыть на место пожара всем свободным от несения службы в тот день сотрудникам пожарной охраны и милиции. В итоге к 14 часам 4 июля со стихией на стрелке рек Волги и Самары боролись в общей сложности около 300 человек.

Однако мощности насосной станции нефтебазы не хватало - слабосильная помпа смогла подавать в очаг пожара всего 70 кубометров воды в минуту. Этого едва-едва хватало только на то, чтобы охлаждать ёмкости, расположенные по соседству с горящими резервуарами. Хорошо еще, что примерно к 14 часам к пылающей нефтебазе подошли два парома, на которых были установлены пять автонасосов. После этого в пламя стали подавать еще 150 кубометров воды ежеминутно. И тогда штаб пожаротушения решил попробовать сбить пламя хотя бы на резервуаре № 16, в котором к тому моменту из первоначальных 445 тонн продукции оставалось несгоревшими лишь около 120 тонн.

На горящую ёмкость поднялись бойцы с четырьмя стволами, дающими так называемую воздушно-механическую пену. Удивительное дело: в результате мощной пенной атаки примерно к 14 часам 10 минутам пламя на шестнадцатом резервуаре исчезло. Однако уже вскоре выяснилось, что огнеборцы слишком рано праздновали хотя бы частичную победу над стихией, поскольку пламя по-прежнему не хотело отступать. Всего лишь через 10 минут после их первого временного успеха от сильного теплового излучения, идущего от соседней горящей ёмкости с сырой нефтью, злополучный резервуар № 16 загорелся снова, еще через 10 минут он был вновь потушен, но буквально через пять минут вспыхнул опять. Возможно, борьба людей с огнем с переменным преимуществом продолжалась бы еще долго, но как раз после этой последней вспышки стихия вдруг перешла в решительное наступление на человека. В этот момент ситуация на нефтебазе неожиданно и очень быстро стала обостряться.

Как вспоминали потом очевидцы, именно в эти мгновения события в эпицентре пожара неслись в столь стремительном темпе, что все они в общей сложности заняли не более 15-20 секунд. Однако для десятков людей в брезентовых робах, стоящих в тот момент лицом к лицу с огненной стихией, эти секунды показались вечностью. Сначала работавшие около пылающих резервуаров бойцы услышали нарастающий гул, который тут же перешел в глухие, но явственные удары, доносящиеся откуда-то изнутри горящих стальных конструкций. А в следующую долю секунды в пылающем резервуаре № 18 закипела перегревшаяся нефть, которая через горловину хлынула в сторону пока еще не захваченного огнем резервуара № 19.

Уже через мгновение этой охлаждаемой ёмкости достиг раскаленный поток, и по нему, словно по проторенной дорожке, с торжествующим ревом промчался яростный огонь, тут же завладевший еще одним отвоеванным у человека плацдармом. Именно в этот страшный миг, когда не только резервуары №№ 16, 17, 18 и 19, но и все залитое нефтью пространство вокруг них слились в одну сплошную пылающую лавину, огненная трагедия достигла своей кульминации. Стрелки на циферблате в этот миг показывали 14 часов 40 минут.

 

Горели земля, вода и небо

Вряд ли кто-нибудь после тех трагических событий подсчитывал, сколько тысяч кубометров воды было вылито за день в один только резервуар № 16, не говоря уже о прочих. А поскольку вода тяжелее любых нефтяных углеводородов, то вся она опустилась на самое дно пылающих ёмкостей. Постепенно нефтепродукты выгорели, и огонь, опускаясь все ниже и ниже, в конце концов достиг водного слоя.

Что же именно произошло дальше, понятно любому школьнику. От высокой температуры вода под слоем нефти быстро разогрелась до кипения - и паровая подушка, постепенно набрав силу, в один прекрасный момент с силой подбросила вверх все содержимое резервуара № 17 вместе с его громадной стальной крышкой. Вслед за этим по всему берегу реки и прилегающим к нефтебазе городским кварталам со скоростью курьерского поезда понеслась огненная волна, которая накрыла собой все, что только встретилось на ее пути. Кроме того, следом за огненным шквалом все побережье Самары и Волги заволокла густая белая пелена, похожая на дымовое облако. Именно поэтому многие очевидцы говорили, что в самый пик пожара на базе взорвался нефтяной резервуар. Однако они ошибались: на самом деле сразу же после выброса горящего содержимого злополучной ёмкости нефтебазу окутал вовсе не дым, а тысячи кубометров перегретого пара, скопившегося в резервуаре № 17.

Самое страшное, что в зоне сплошного огня в тот момент оказалось до полусотни человек, причем не только участвовавшие в тушении, но и посторонние лица. В частности, огненная лава накрыла баркас «Саратовец», который в момент выброса находился довольно далеко от очага пожара. Из всей команды, находящейся в тот момент на борту баркаса, спаслись лишь капитан И.В. Золотенков и механик К.Д. Лавров, сброшенные в воду ударной волной, а также находившийся внутри судна кочегар Бессольцев, которого от неминуемой смерти уберегли трюмные перегородки. А вот помощник механика баркаса Ф.С. Касимов и члены семей экипажа, в тот момент оказавшиеся на палубе судна, в считанные секунды сгорели заживо. Среди них оказались жена Касимова, жена Лаврова, 6-месячный ребенок Лавровых и полуторагодовалый ребенок капитана баркаса Золотенкова.

Спасти людей или хоть как-то им помочь в той ситуации было невозможно: в сплошном огненном море горело все, что находилось на расстоянии 60 метров от нефтебазы в сторону города, и на расстоянии 100 метров - в сторону реки. На отдельных участках пылающий выброс даже достиг противоположного берега реки Самары, задев своим огненным языком несколько человек. При этом многие очевидцы тогда рассказывали, что в момент катастрофы пылала не только земля, но и сама река, поскольку по поверхности воды разлилась нефтяная пленка. Понятно, что бушующее на воде пламя свело почти к нулю шанс остаться в живых даже тем людям, которые в момент выброса бросились с паромов в реку.

Вот как вспоминает об этих страшных секундах ветеран куйбышевской пожарной охраны, майор внутренней службы, ныне покойный А.Д. Тамаров: «Сначала мы увидели, как задрожало верхнее перекрытие стальной конструкции, а затем, через какие-то доли секунды, из резервуара пылающим столбом вылетела вверх раскаленная добела масса, словно вскипевшее молоко у забывчивой хозяйки. Сила выброса была столь велика, что пламя над стальной конструкцией поднялось вертикально в небо на высоту 80-100 метров. А когда выброшенная из резервуара горящая нефть снова хлынула сверху на землю, она устремилась под уклон к реке Самаре. Огненный смерч бушевал со страшной силой, море огня ежесекундно расширялось во все стороны, и особенно быстро - по направлению к поселку Щепновка и расположенным за ним жилым кварталам Самарского района областного центра.

Вокруг нас горело и плавилось все, что могло гореть, в том числе и на противоположном берегу Самары, куда тоже сумел достать пылающий выброс. Хотя я находился на расстоянии нескольких сотен метров от нефтебазы, в тот момент я буквально всей кожей почувствовал, как от еще невиданного до этого напора огня гудела и содрогалась сама земля. Оглушительный треск и шум пожара все нарастали, а тучи черного и едкого дыма быстро заслонили собой июльское жаркое солнце…»

 

Не спасала даже река

Первыми в бушующем пламени погибли те пожарные подразделения, что вели борьбу с огнем в непосредственной близости от вскипевшего резервуара. Среди них – отделение ОВПК-18 в полном составе во главе с его командиром сержантом Я.Ф. Ледовским, а также группа бойцов из отделений ОВПК-1, ОВПК-2 и ОВПК-7, командование которой с самого начала пожара принял на себя капитан С.И. Тельки.

Почти в полном составе погибли и пожарные, которые в момент выброса находились на баржах и паромах, откуда подавалась вода в очаг пожара. Среди них оказалась и 24-летняя Р.И. Куликова, техник-лейтенант внутренней службы, заместитель начальника ОВПК-4. В то время она была единственной в стране женщина, дослужившаяся до столь высокой офицерской должности в пожарной охране. В свое время, после получения среднего образования, Раиса успешно закончила Свердловскую пожарно-техническую школу, а затем в звании младшего лейтенанта была направлена в распоряжение УМВД Куйбышевской области для продолжения службы. Здесь она была назначена на должность заместителя начальника ОВПК-1, вступила в ряды ВКП (б), и вскоре получила очередное звание техник-лейтенант. Пожарное дело знала отлично, была хорошей спортсменкой, разрядницей по плаванию, стройной, подтянутой и жизнерадостной девушкой. Как говорили в то время, среди личного состава части и в гарнизоне пожарной охраны заслуженно пользовалась авторитетом. К сожалению, до самого последнего, двадцать четвертого года своей жизни Раиса Куликова так и не успела обзавестись семьей…

В то трагическое утро 4 июля 1948 года Куликова во главе дежурного караула ОВПК-4 в числе первых прибыла на место пожара. Когда в 14 часов 40 минут неожиданно для всех произошел выброс горящей нефти, и огненный смерч накрыл баржу с насосами, на которой она несла боевую вахту вместе со своими бойцами, Раиса, на которой мгновенно запылала форменная одежда, сразу же получила сильнейший ожог головы и рук. Вместе с другими пожарными она тут же бросилась в воду, рассчитывая доплыть до берега. В обычных условиях для нее, опытной пловчихи, дистанция в 200-300 метров не вызвала бы никаких затруднений.

Однако в тот момент вся поверхность реки вокруг баржи из-за разлива нефти стала сплошным пылающим покрывалом, а Куликова уже и без того почти теряла сознание от страшных ожогов. Тем не менее девушка в поисках спасения все равно продолжала плыть среди этого огненного моря, и даже сумела под водой сбросить с себя боевую одежду. Она почти доплыла до чистой воды, но вот на то, чтобы добраться до берега, сил у нее уже не хватило. Бездыханное обгоревшее тело лейтенанта Куликовой обнаружили в воде уже после того, как стихия была побеждена.

К сожалению, в тот день это были далеко не единственные жертвы огненной катастрофы. Уже потом, когда огнеборцам удалось справиться с бешеным пламенем, на месте трагедии нашли обгоревшие останки 35 человек, в том числе четверых офицеров-пожарных, а также 15 рядовых и сержантов пожарных команд (рис. 11-14). Шестеро погибших были работниками нефтебазы и речного флота, а десять оставшихся, как записано в официальных документах, принадлежали к числу «членов семей сотрудников речного пароходства и нефтебазы». Шестеро пострадавших были госпитализированы с тяжелыми ожогами, в том числе двое пожарных - капитан Парфенов и сержант Анисимов. Еще девять человек получили ожоги средней и легкой степени тяжести, в том числе и несколько огнеборцев. Однако все легкораненые от госпитализации отказались: разве время болеть пожарному, когда погибло столько твоих товарищей?

Несмотря на столь массовую трагедию, огнеборцы перегруппировали свои ряды, после чего борьба с разбушевавшимся пламенем продолжилась. Во второй половине дня на место происшествия стали подтягиваться дополнительные силы пожаротушения. В частности, во второй половине дня в Куйбышев подъехали пожарные поезда со станций Кинель и Чапаевск, а вечером – из Сызрани и Ульяновска. В период с 16 часов 30 минут до 18 часов 10 минут к месту пожара в общей сложности прибыли девять пожарных команд из Безымянского гарнизона, из Ставрополя и других районов области. Хотя в 19 часов 50 минут из резервуара № 17 произошел второй выброс горящей нефти, по силе он оказался гораздо слабее первого, да и огнеборцы уже были готовы к такому явлению. Чуть позже на том же объекте были отмечены еще два слабых выброса, но и они никак не изменили обстановки на пожаре.

Во второй половине дня в ситуацию вмешалось руководство Куйбышевского обкома КПСС, которое было обеспокоено масштабами постигшего город бедствия. По решению обкома в Куйбышеве с 16 часов 30 минут 4 июля стала действовать специальная комиссия по мобилизации всех необходимых дополнительных сил и средств для ликвидации пожара.

Комиссию возглавил председатель Куйбышевского горисполкома П.В. Сурин, и еще в нее вошли второй секретарь горкома КПСС М.Т. Ефремов, начальник областного управления МВД А.И. Галкин, начальник областного управления МГБ т. Каверзнев и начальник УПО Куйбышевского облисполкома К.К. Иванов. Комиссия немедленно направила на тушение пожара на нефтебазе 200 военнослужащих из войск Куйбышевского гарнизона, мобилизовала на ликвидацию бедствия паромы и пароходы, на борту которых устанавливались пожарные автомобили. Кроме того, по решению комиссии было организовано питание личного состава пожарных команд прямо на месте их работы.

Глубокой ночью около 3 часов утра, в Куйбышев из Москвы специальным авиарейсом на пожар прибыла группа ответственных работников МВД СССР, в том числе заместитель начальника ГУПС МВД СССР генерал-майор А.В. Ермилов и заместитель начальника отдела ГУПС инженер-полковник Г.М. Мамиконянц, а также первые руководители «Главнефтеснаба» СССР. Ознакомившись с обстановкой на пожаре, московские коллеги признали правильными все решения куйбышевских пожарных и предложили начальнику УПО полковнику К.К. Иванову продолжать руководить тушением.

Огненную стихию удалось укротить лишь на следующий день, когда к месту происшествия подтянулись резервы пожаротушения не только со всей области, но и из некоторых соседних регионов. Окончательно пожар на перевалочной нефтебазе был ликвидирован только к 10 часам 10 минутам утра 5 июля 1948 года (рис. 15-19).

 

Пожар, каких еще не бывало

Еще около двух недель на бывшей нефтебазе разбирали завалы и разыскивали останки погибших. Расследованием причин трагедии занималась правительственная комиссия, но результаты ее работы, как всегда практиковалось в то время, так и не были обнародованы. Говорили лишь, что почти сразу же после окончания расследования полетели головы в руководстве «Главнефтеснаба» СССР, по вине которого затянули сдачу в эксплуатацию пенной реактивной станции. Пострадал кое-кто и из советско-партийного руководства Куйбышева.

После ликвидации пожара настало время подводить печальные итоги случившегося. Все специалисты сходились во мнении, что трагедий такого масштаба в Самаре-Куйбышеве за весь советский период его истории не было ни разу. Впрочем, и с выбросом гигантского объема нефтепродуктов из горящей ёмкости под действием вскипевшей воды в своей практике пожарные СССР до этого тоже ни разу не сталкивались. Наука того времени тоже еще не успела изучить это грозное явление, поскольку столь крупные металлоконструкции для хранения нефтепродуктов в СССР начали строить только перед войной. Как это часто бывает, куйбышевский пожар как раз и стал дополнительным стимулом для ученых, которые были поставлены перед необходимостью разработать научно обоснованные рекомендации для предупреждения подобных пожаров на нефтехранилищах, а также предложить пожарным безопасные для личного состава способы тушения гигантских резервуаров с нефтепродуктами (рис. 20-25).

Эта катастрофа нанесла немалый ущерб городу Куйбышеву. Не говоря уже об ужасной гибели 35 человек, с лица земли практически полностью оказалась стертой та самая злополучная перевалочная нефтебаза, где сгорели четыре резервуара с 7964 тоннами нефтепродуктов, здания конторы, мастерской, материального склада, насосной станции и приемо-сдаточного пункта, все подсобные помещения, и, наконец, так и оставшаяся недостроенной пенная реактивная станция. На реке Самаре пламя целиком уничтожило два парома, повредило буксирный пароход «Саратовец» и плавучую насосную установку, а на берегу сожгло семь пожарных автомобилей из 3,4,7,13 и 18-й ОВПК с полным техническим вооружением и рукавами, пожарную автоцистерну и грузовую машину управления пожарной охраны. Пламенем была уничтожена и большая часть прилегающего к нефтебазе поселка Щепновка. Сильно пострадал и речной порт: огнем были выведены из строя около 200 метров железнодорожных подъездных путей, стоящая на них железнодорожная цистерна и практически все прилегающие к ним инженерные коммуникации. Общий убыток от пожара составил 1346619 рублей (в ценах того времени).

Специалистами была дана высокая оценка действий куйбышевских огнеборцев и руководителей тушения пожара во время ликвидации невиданного для города огненного бедствия. В частности, в совместном заключении ГУПО и «Главнефтеснаба» о причинах и последствиях пожара на перевалочной нефтебазе от 6 июля 1948 года было записано следующее: «Расстановка сил и средств пожаротушения, как в начале пожара, так и после выброса нефти признана вполне правильной, действия личного состава отличными, а ряда работников – героическими… После создавшейся тяжелой обстановки вследствие выброса нефти, значительной потери в людях и технике, выхода из строя водопровода, организация пожаротушения оставалась на высоком уровне, что обеспечило локализацию огня в пределах только четырех резервуаров».

Аналогичная оценка организации пожаротушения и действиям пожарных частей гарнизона содержится и в постановлении бюро Куйбышевского обкома ВКП (б) от 12 мая 1948 года «О пожаре на перевалочной нефтебазе в г. Куйбышеве» (протокол № 21): «Бюро обкома ВКП (б) отмечает исключительную самоотверженность бойцов и командиров пожарной охраны УМВД Куйбышевской области, работников пароходства, нефтебазы и других предприятий и учреждений, проявленную ими в тушении пожара, благодаря чему очаг пожара был ликвидирован в течение суток и большая часть нефтехранилищ и нефтепродуктов базы сохранена. Бюро обкома ВКП (б) отмечает высокую оперативность и организаторскую работу комиссии, и особо умелую организацию и руководство пожаротушением со стороны начальника УПО УМВД Иванова К.К., благодаря чему в сложной обстановке и при значительной потере в людях и технике организация пожаротушения оставалась на высоком уровне. Секретарь обкома ВКП (б) А. Пузанов».

Через месяц после этих трагических событий в Москву, на имя Председателя Президиума Верховного Совета СССР Н.М. Шверника и Председателя Совета Министров СССР И.В. Сталина было направлено письмо за подписью первого секретаря Куйбышевского обкома КПСС А.М. Пузанова, председателя Куйбышевского облисполкома А.П. Бочкарева и председателя Куйбышевского горисполкома П.В. Сурина. На письме стоял гриф «Совершенно секретно», и в нем содержалось краткое описание событий, произошедших в Куйбышеве 4 июля 1948 года, а также приводился список из 57 наиболее отличившихся участников тушения катастрофического пожара на нефтеперевалочной базе в Куйбышеве. Руководителей страны просили рассмотреть вопрос о награждении героев боевыми орденами и медалями (из них 13 человек – посмертно), в том числе орденами Красного Знамени и Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги». Как впоследствии стало известно, эта просьба руководителей области и города вскоре была удовлетворена в отношении практически всех участников борьбы с огнем, указанных в списке.

 

Вечная им память

Останки погибших в период тушения пожара девятнадцати бойцов и командиров частей аппарата пожарной охраны были захоронены в братской могиле на городском центральном кладбище. Похороны были проведены организованно, с воинскими почестями, при огромном стечении народа (рис. 26, 27). Пожарные Куйбышевского гарнизона и жители нашего города отдали почести и дань великого уважения бесстрашным огнеборцам, которые благодаря своему мужеству и самоотверженности в тяжелой борьбе отстояли от огня огромный город с его людьми, промышленными объектами, учреждениями и жильем. Куйбышевская земля приняла бесстрашных воинов в свои объятия под зеленый наряд деревьев. Отдельно были похоронены еще 16 жертв этого катастрофического пожара, проходящих по спискам других организаций и ведомств.

В своем решении от 8 июля 1948 года героическую работу своих пожарных отметил также и исполком городского Совета народных депутатов. Исполком постановил, что на братской могиле девятнадцати огнеборцев будет установлен памятник с оградой, для чего из городского бюджета было ассигновано 10 тысяч рублей (в ценах того времени). Вскоре все строительные работы по сооружению мемориала были выполнены сотрудниками УМВД по Куйбышевской области. Через год на городском кладбище в торжественной обстановке был открыт памятник, который стоит здесь по сей день (рис. 28-30).

В клубах и красных уголках частей, в которых служили погибшие пожарные, в их честь были установлены мемориальные доски. А уже в конце восьмидесятых годов, к 40-летия подвига куйбышевских пожарных, их имена были помещены на мемориальной доске на стене школы № 57 Куйбышевского района, что стоит неподалеку от места той огненной трагедии 1948 года.

Ниже приводятся полный список имен и фамилий тех девятнадцати героев, которые в тот день ценой своей жизни спасли наш город от разгула стихии. Даты рождения у них разные, а дата смерти у всех одна.

Долгий Иван Константинович, 1911 года рождения, заместитель начальника ОВПК-2, младший техник-лейтенант спецслужбы;

Ерилин Григорий Васильевич, 1919 года рождения, пожарный ОВПК-18 4-го ГПЗ, сержант внутренней службы;

Ильин Михаил Петрович, 1913 года рождения, пожарный ОВПК-18 4-го ГПЗ, ефрейтор внутренней службы;

Коробов Петр Васильевич, 1904 года рождения, инспектор ИПО Дзержинского района г. Куйбышева, старшина внутренней службы;

Кузин Андрей Сергеевич, 1912 года рождения, пожарный ОВПК-7, ефрейтор внутренней службы;

Куликова Раиса Ивановна, 1924 года рождения, заместитель начальника ОВПК-4, техник-лейтенант внутренней службы;

Ледовский Яков Фролович, 1914 года рождения, командир отделения ОВПК-18 4-го ГПЗ, сержант внутренней службы;

Марченко Григорий Исаакович, 1911 года рождения, помощник командира отделения ОВПК-4, младший сержант;

Панков Петр Васильевич, 1926 года рождения, пожарный ОВПК-18 4-го ГПЗ, рядовой внутренней службы;

Паршин Иван Гаврилович, 1924 года рождения, пожарный ОВПК-2, ефрейтор внутренней службы;

Рузанов Петр Иванович, 1918 года рождения, заместитель командира отделения ОВПК-7, ефрейтор внутренней службы;

Солдаткин Павел Емельянович, 1902 года рождения, пожарный ОВПК-3, рядовой внутренней службы;

Степаненко Гавриил Андреевич, 1916 года рождения, заместитель командира отделения ВГПК-7, рядовой внутренней службы;

Сюренко Яков Андреевич, 1914 года рождения, инспектор профилактики СВПК завода № 42 г. Куйбышева, техник-лейтенант внутренней службы;

Тельки Сергей Иванович, 1919 года рождения, оперативный дежурный УПО УМВД Куйбышевского облисполкома, капитан внутренней службы;

Тисленко Федор Никифорович, 1910 года рождения, пожарный СВПК-7, старшина внутренней службы;

Фомин Василий Григорьевич, 1925 года рождения, водитель ОВПК-13, сержант внутренней службы;

Харитонов Владимир Степанович, 1903 года рождения, помощник инструктора профилактики ОВПК-18 4-го ГПЗ, сержант внутренней службы;

Хохлов Устин Васильевич, 1914 года рождения, водитель ОВПК-18 4-го ГПЗ, старший сержант внутренней службы (рис. 31-49).

Кроме того, здесь приводится список сотрудников Куйбышевской перевалочной нефтебазы, Куйбышевского областного управления Главнефтеснаба СССР, Куйбышевского территориального управления продрезервов, управления Волжского речного пароходства и пароходства «Волготанкер», погибших во время этого пожара.

Александров А.Е., старший пожарный инспектор Куйбышевского территориального управления продрезервов;

Бесчастнов Андрей Никанорович, 1910 года рождения, заведующий хозяйством Куйбышевской нефтеперевалочной базы;

Волков Алексей Карпович, 1887 года рождения, помощник машиниста Куйбышевской нефтеперевалочной базы;

Думин Дмитрий Андреевич, 1896 года рождения, командир отделения 6-го отряда ВОХР Куйбышевской нефтеперевалочной базы;

Касимов Ф.С., помощник механика баркаса «Саратовец» управления Волжского грузового пароходства;

Ларин С.И., шкипер парома № 6 управления Волжского грузового пароходства;

Мантров Иван Васильевич, 1905 года рождения, боец 6-го отряда ВОХР Куйбышевской нефтеперевалочной базы;

Печенкин Андрей Федорович, 1920 года рождения, командир 6-го отряда ВОХР Куйбышевской нефтеперевалочной базы;

Соколов В.П., начальник 4-го технического участка пути управления Волжского грузового пароходства;

Спехов Владимир Николаевич, 1902 года рождения, начальник Куйбышевского эксплуатационного участка пароходства «Волготанкер»;

Таганцев М.Н., главный инженер 4-го технического участка пути управления Волжского грузового пароходства;

Чариков Георгий Иванович, 1897 года рождения, старший инспектор судоходной инспекции Куйбышевского участка управления Волжского грузового пароходства.

Завершают этот скорбный список фамилии четверых членов семей экипажа баркаса «Саратовец», также погибших во время пожара:

Золотенков, сын помощника капитана баркаса, возраст - 1 год 2 месяца;

Касимова, жена помощника механика баркаса;

Лавров, сын механика баркаса, возраст - 6 месяцев;

Лаврова, жена механика баркаса.

Вечная память всем жертвам огненной катастрофы 4 июля 1948 года.

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

 

Литература

 

150 лет Самарской губернии (цифры и факты). Статистический сборник. Под ред. Г.И. Чудилина. Самара, Самарский дом печати. 2000. :1-408.

Ерофеев В.В. 2002. Сильнее пламени (Пожар на стрелке реки Самары в Куйбышеве 4 июля 1948 года). – В кн. «Вехи огненной Самары: от крепости до наших дней». Т. 3. Тип. ООО «ИЦ «Книга». 2002. С. 149-164.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2007. Самарская губерния – край родной. Т. I. Самара, Самарское книжное изд-во, 416 с., цв. вкл. 16 с.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2008. Самарская губерния – край родной. Т. II. Самара, изд-во «Книга», - 304 с., цв. вкл. 16 с.

Ерофеев В.В. 2008. Огненная трагедия на Волге. – Газета «Секретные материалы», № 6 – 2008 год, февраль.

Ерофеев В.В. 2008. Столица губернии в огне. – Газета «Волжская коммуна», 5 июля 2008 года.

Ерофеев В.В. 2014. Трагедия на волжском берегу. – «Тайны ХХ века», № 39 – 2014 год, октябрь.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1977. :1-406.

Куйбышевская область (Рекомендательный список литературы). Куйбышев, тип. им. Мяги. 1978. :1-260.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк, изд. 2-е. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1983. :1-350.

Наш край. Самарская губерния – Куйбышевская область. Хрестоматия для преподавателей истории СССР и учащихся старших классов средней школы. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1966. :1-440.

Наякшин К.Я. 1962. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-622.

Нефтяной комплекс Куйбышевской области (30-е – 50-е годы ХХ в.) Становление и развитие. Сборник документов. Самара. Изд-во ООО «Кредо», 2005. :1-672.

Пока помним, живём. Книга памяти самарских пожарных (Исаев В.И., Купцова С.Ю., Пархачёва Т.А., Ерофеев В.В.). Самара, изд-ва «НТЦ», 2004. 132 с.

Сыркин В., Храмков Л. 1969. Знаете ли вы свой край? Куйбышев, Куйб. кн. изд-во: 1-166.

Тагирова Н.Ф. 2002. Итоги индустриального развития Самарской губернии за сто лет. – В сб. «Культура здоровья: социальные и естественнонаучные аспекты». Сборник статей и материалов II международной научно-практической конференции «Самарский край в контексте мировой культуры» (11-14 июня 2002 года). Под общей ред. Э.А. Куруленко. Самара. (Адм-ция Самарской обл., департамент культуры). :174-182.

Такоев Д.А., Иванов А.И. 1960. Волжская нефть. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-96.

Храмков Л.В. 2003. Введение в самарское краеведение. Учебное пособие. Самара, изд-во «НТЦ».

Храмков Л.В., Храмкова Н.П. 1988. Край самарский. Учебное пособие. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-128.

 

 

Дополнение

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.13, д.141.

Л.л. 137-142.

Куйбышевский областной комитет ВКП (б)

Строго секретно.

Особая папка

Постановление бюро областного комитета ВКП (б) от 12 июля 1948 г.

О пожаре на перевалочной нефтебазе в г. Куйбышеве

Рассмотрев материалы комиссии по организации тушения пожара и справку междуведомственной комиссии в составе представителей Главного Управления пожарной охраны МВД СССР и Главнефтеснаба Главснаба СССР, бюро обкома ВКП (б) устанавливает, что пожар 4 июля 1948 г. на Куйбышевской нефтебазе возник от грозового разряда. В результате пожара сгорело: 4 резервуара с нефтепродуктами в количестве 8113 тонн, из них: 5327 тонн бугурусланской нефти, 446 тонн керосина и 2340 тонн солярового масла; здание конторы и мастерской, помещение приёмо-сдатчиков, пенная станция и помещение с водяным насосом. Кроме того, в процессе тушения пожаром уничтожены: плавучая нефтеоткачивающая станция, два парома, 7 пожарных и одна грузовая автомашина и другие технические средства.

В результате огромного выброса горящей нефти из резервуара в огне погибли 19 бойцов и командиров военизированной пожарной охраны УМВД Куйбышевской области, 10 человек работников речного пароходства, 5 человек работников перевалочной базы и один работник территориально-строительного управления. Получили тяжёлые ожоги 8 человек.

Бюро обкома отмечает исключительную самоотверженность бойцов и командиров пожарной охраны УМВД Куйбышевской области, работников речного пароходства, нефтебазы, других предприятий и учреждений, проявленную ими в тушении пожара, благодаря чему очаг пожара был локализован в течение суток, и большая часть нефтехранилищ и нефтепродуктов базы сохранена.

Бюро обкома ВКП (б) отмечает высокую оперативность и организованную работу комиссии, и особо умелую организацию и руководство пожаротушением со стороны начальника Иванова К.К., благодаря чему в сложной обстановке и при значительной потере в людях и технике организация пожаротушения оставалась на высоком уровне.

Областным управлением Главнефтеснаба Госснаба СССР (начальник т. Сметанин и главный инженер т. Неретин) и дирекцией нефтебазы (директор т. Беляев, главный инженер т. Федорин) при приёме сырой нефти в резервуары перевалочной базы не были принятый дополнительные меры пожарной безопасности, требования государственного пожарного надзора не выполнены. Дороги оказались захламлёнными и трудно проезжими. Всё это позволило быстро распространиться пожару и затруднило действия пожарных команд.

Бюро обкома ВКП (б) постановляет:

1. Принять к сведению сообщение т.т. Галкина, Сметанина и Николина, что ими оказана единовременная материально-денежная помощь семьям погибших.

2. Предложить председателю исполкома Куйбышевского горсовета т. Сурину в декадный срок рассмотреть и решить вопрос о назначении пенсий семьям погибших на пожаре работников пожарной охраны, водного транспорта, нефтебазы и территориально-строительного управления.

3. Обязать начальника УМВД т. Галкина, начальника Куйбышевского управления Главнефтеснаба т. Сметанина, начальника Волжского грузового речного пароходства т. Николина, начальника территориально-строительного управления т. Миронова, директора ГПЗ-4 т. Юсима и председателя исполкома горсовета т. Сурина закрепить за семьями погибших на пожаре занимаемые ими квартиры, оказывать помощь в ремонте квартир и в обеспечении топливом, проявляя особую заботу о детях погибших.

4. Принять к сведению сообщение г. Галкина о том, что материалы предварительного расследования состояния противопожарных средств и мероприятий по противопожарной безопасности по нефтебазе им переданы прокурору.

Предложить областному прокурору т. Назарюку в декадный срок закончить следствие и определить степень виновности руководителей Куйбышевского управления Главнефтеснаба и нефтебазы и доложить об этом бюро обкома ВКП (б).

5. В целях ликвидации последствий пожара, немедленного восстановления и подготовки нефтебазы к операциям по перевалке нефтепродуктов, обязать начальника Куйбышевского управления Главнефтеснаба т. Сметанина:

а) в пятидневный срок восстановить на нефтебазе водоснабжение, электроосвещение, связь и сигнализацию;

б) в декадный срок восстановить причал № 2 на реке Самаре для приёма тёмных нефтепродуктов из барж и железнодорожный путь на территории базы для маршрутной подачи и налива цистерн. Произвести очистку территории базы от завала и металла после пожара.

в) к 20 июля 1948 г. составить проектно-сметную документацию по всем элементам восстановительных работ на базе и обеспечить финансирование.

6. Обязать начальника Куйбышевского территориального строительного управления т. Миронова и начальника 5-го монтажного управления треста «Нефтеводмонтаж» т. Свердлова к 15 сентября 1948 г. произвести передвижку 5 резервуаров на соответствующие противопожарные разрывы и необходимые работы по резке металлоконструкций сгоревших резервуаров и трубопроводов.

7. Обязать начальника управления железной дороги имени В.В. Куйбышева т. Скалина:

а) обеспечить подачу платформы для перевозки рельс, шпал и балласта на Куйбышевскую нефтебазу;

б) изыскать возможность в пятидневный срок выделить Куйбышевскому управлению Главнефтеснаба старогодних рельс со скреплениями в количестве 20 тонн и доставить их на перевалочную нефтебазу.

8. Обязать управляющего Куйбышевской конторы «Главснаблес» т. Карелина до 20 июля 1948 г. выделить по нарядам Главнефтеснаба 1500 штук шпал и 100 кубометров пиломатериалов для восстановления сгоревших зданий и железнодорожного тупика.

9. Обязать управляющего конторой «Главметаллоснаб» т. Захарова до 20 июля 1948 года выделить авансом в счёт фондов конторы Главнефтеснаба 20 тонн труб, 2 тонны электросварочной проволоки, 1 тонну гвоздей и тонну болтов.

10. Просить командующего Приволжским военным округом т. Юшкевича выделить в распоряжение директора Куйбышевской нефтебазы сроком на 15 дней 50 человек, а также необходимое количество автотранспорта для уборки территории нефтебазы.

11. В связи с гибелью значительной части противопожарных технических средств просить Совет Министров Союза ССР о выделении Куйбышевской городской пожарной охране 6 автонасосов ЗИС-11, 6 автоцистерн ЗИС-5, 3 грузовых автомашины, 6 пеногенераторов и 4 радиостанции А-7Б.

12. Бюро обкома ВКП (б) отмечает, что, несмотря на неоднократные требования областного комитета партии многие хозяйственные руководители всё ещё не навели должного противопожарного порядка у себя на производстве.

Районные комитеты партии, секретари парторганизаций часто проходят мимо фактов грубого нарушения противопожарного состояния на заводах, не требуют от хозяйственных руководителей обеспечения пожарной безопасности социалистического имущества.

Бюро обкома ВКП (б) возлагает на руководителей предприятий персональную ответственность за состояние пожарной безопасности на предприятиях и обязывает их в течение декады навести должный порядок в охране предприятий, усилить средства пожаротушения и улучшить боевую и политическую подготовку личного состава пожарных команд.

Секретарь обкома ВКП (б) А. Пузанов (подпись)

 

Секретно

Секретарю обкома ВКП (б) по Куйбышевской области тов Пузанову А.М

Докладная

10 августа 1948 г.

Мы, члены комиссии, созданной по Вашему указанию, присутствуя с II час. 30 мин. 4 июля 1948 года на месте пожара, наблюдая за действиями пожарных команд Управления МВД по Куйбышевской области, и, изучив имеющиеся в делах Управления пожарной охраны УМВД документы, докладываем:

4 июля 1948 года, в 10 час 25 мин. в городе Куйбышеве на перевалочной нефтебазе Главнефтеснаба в резервуаре № 18 загорелась сырая нефть. Через 7-10 минут огнём было охвачено еще два резервуара №№ 17 и 16, из них первый с сырой нефтью, второй с пиролизным керосином. Для тушения пожара на нефтебазу в 10 час.32 мин. прибыли 6 специальных автомашин и 55 человек личного состава (l-я и 2-я ОВПК). В 11 час. 05 мин. по сигналу «Пожар № 4» дополнительно прибыло к месту пожара 7 специальных автомашин и 62 человека личного состава. В 11 час. прибыл пожарный поезд станции Куйбышев и пожарный пароход «Чапаевец» 18-го отряда ВОХР Волжского речного пароходства.

К 14 час. 10 мин. на пожаре уже работало 19 стволов от 15 автонасосов, 3 ствола от парохода «Чапаевец», один мощный ствол от пожарного поезда, два пенослива в резервуар № 18 и через пеногенераторы ОВПК один пенослив в резервуар № 19. К этому времени насчитывалось личного состава ВПК и ведомств 342 человека и находилось в резерве 50 курсантов подготовительной авиационно-морской школы.

В связи с тем, что единственное средство пожаротушения нефтепродуктов - пенная реактивная станция (несмотря на катего­рические требования органов МВД с 1947 года), к 4 июля 1948 г. не была введена в строй, а тушение горящей нефти имеющимися передвижными средствами пожарных команд исключалось, руковод­ством пожаротушения было принято решение:

а) расстановку сил и средств пожарных команд направить на локализацию огня, главным образом в районе, прилегающем от очага огня к группе керосиновых резервуаров, расположенных от горящих резервуаров в 60-ти метрах;

б) охлаждение керосиновых баков и резервуара № 19, в котором хранилось соляровое масло, и № 20 с мазутом;

в) подготовку временных подмостков для установки пожарных автонасосов, как дополнительных средств подачи воды из рек Самарки и Волги, поскольку дебет воды, подаваемой насосной станцией нефтебазы, не обеспечивал и минимальной потребности локализации угрожаемых объектов (давление в сети от насоса, установленного на территории нефтебазы 1 атм., производитель­ностью в 70 кбм в час. Требовалось минимум 700 кбм в час). К 14 час. 10 мин. на реке Самарке, на двух паромах, по­данных пароходством, были установлены 5 автонасосов, которые до 14 час. 40 мин., т.е. за 30 минут, дополнительно дали 150 кбм воды.

К 14 часам в резервуаре № 16 пиролизного керосина осталось не более 100-130 тонн (всего было 445 тонн). Учитывая это, было принято решение на резервуаре № 16 сбить огонь воздействием воздушно-механической пены. Применением четырех стволов с пеной к 14 час. 10 мин. горение керосина было прекращено, однако от пламени горящей нефти с резервуара № 17, располо­женного в 4-х метрах, в 14 час. 20 мин. резервуар № 16 снова возобновил горение, Попытки вторично потушить пламя на резервуаре № 16 не привели к успеху, т.к. в это время, через края резервуара № 18 в значительных размерах начала сливаться горящая нефть в сторону резервуара № 17, в силу чего резервуары №№ 18, 17 и 16 к 14 час. 35 мин. слились в один очаг горения.

В 14 час. 40 мин. резервуар № 17 дал сильный выплеск нефти с пламенен в радиусе 60-ти метров от резервуаров в направлении керосиновых баков, реки Волга и города Куйбышева и до 100 метров в направлении противоположного берега реки Самарки. В результате сильного выплеска горящей нефти вся территория площади в радиусе 60 метров и река Самарка до противоположного берега превратилась в сплошное пламя, в котором в это время погибло 35 человек. Из них: офицерского состава Управления УВД 4 человека; рядового и сержантского состава - 15 человек; командного состава Речного пароходства и нефтебазы 6 человек; рядового состава и членов семей сотрудников речного пароходства и нефтебазы - 10 человек. Огнем также было уничтожено 7 автонасосов Управления МВД, одна грузовая автомашина и одна мотопомпа нефтебазы.

Кроме того, сгорело на реке Самарка - два парома, один катер, и обгорела плавучая нефтеперекачивающая станция; на территории нефтебазы здание конторы, мастерской, помещение приёмо-сдатчиков, пенная станция и помещение с водяным насосом.

О происшедшем сильном выплеске нефти и размерах распро­странения пожара, потерях, выходе из строя боевой техники, товарищ Галкин немедленно доложил Министру внутренних дел СССР и Вам, и на место пожара вызвал весь личный состав офицеров Управления МВД и милиции, а начальник Управления пожарной охраны тов. Иванов дополнительно вызвал все резервы - 10 пожарных автомашин с 104 челов. К 16 час. 30 мин. 4 июля на месте пожара работало личного состава пожарной охраны 320 человек.

Для проверки и установления правильности действий органов пожарной охраны по пожаротушению, оказания помощи, Министерство внутренних дел и Главнефтеснаб при Госснабе выслали комиссию, которая прибыла в 2 часа 5 июля 1948 года.

Созданная по Вашему указанию специальная комиссия по мобилизации всех средств и сил города и области на борьбу с пожаром, в составе: председателя - предгорисполкома тов. Сурина, заместителя - начальника УМВД тов. Галкина, и членов: секретаря горкома ВКП (б) тов. Ефремова, начальника УМГБ тов. Каверзнева и начальника УПО тов. Иванова, в 17 часов 4 июля приступила к работе и дополнительно к восстановленным к I6 час. 30 мин. средствам пожаротушения на территории нефтебазы мобилизовала:

1) 4 пожарных поезда, прибывшие: из Чапаевска в 18 час. 20 мин. 4 июля, из Кинеля в 19 час. 18 мин. 4 июля, из Сызрани - в 0 час. 20 мин. 5 июля, и из Ульяновска в 8 час. 17 мин. 5 июля, которые последовательно увеличили мощность дебета воды, подаваемой на локализацию огня, ранее определённых объектов.

2) 300 человек солдат войск гарнизона и гражданского населения для производства земляных работ по обваловыванию группы керосиновых баков на случай возможного выплеска нефти из резервуара № 18. К 20 час. 4 июля 1948 г. обваловывание группы керосиновых баков было закончено.

3) 50 грузовых автомашин на случай необходимого ускорения переброски из резерва мобилизованного состава на противо­положный берег реки Самарки и на территорию нефтебазы.

4) Приведены были в полную готовность все санитарные средства города на случай оказания медицинской помощи.

5) В связи с тем, что в 14 час. 40 мин. техническая связь с городом была повреждена, к 22 часам город был связан с местом пожара через военную полевую телефонную связь, которая до окончания пожара работала бесперебойно.

Кроме того, во главе с некоторыми секретарями райкомов и председателями районных исполкомов города были сформированы ячейки действия по отдельным вопросам мобилизации необходимых средств для неотложных нужд подразделений попарной охраны.

6) Комиссия также организовала в течение суток беспере­бойное питание личного состава пожарной охраны.

В результате мобилизации всех сил и средств, а также особенно в результате героической работы личного состава пожарной охраны УМВД по Куйбышевской области (что также в своей справке отметила специальная комиссия, проверявшая деятельность пожарной охраны), в 10 час. 10 мин. 5 июля пожар был ликвидирован полностью.

В результате пожара, кроме перечисленных выше потерь в личном составе, боевой технике и сооружениях нефтебазы, сгорело: четыре резервуара за №№ 16, 17, 18 и 19 с нефтепродуктами, в которых хранилось: пиролизного керосина – 445 тонн, сырой нефти – 5233 тонн; солярового масла - 2286 тонн. Выведено из строя как сильно поврежденная эстакада, до 200 метров ж/д пути, часть коммуникаций и одна ж/д цистерна. С 8 июля с.г. нефтебаза приступила к отпуску нефте­продуктов. Общие восстановительные работы на базе посла пожара организованы неудовлетворительно и проводятся медленно.

Произведенным Управлением ИВД расследованием установ­лено, что пожар на перевалочной нефтебазе возник от прямого удара молнии в резервуар № 18. К такому же выводу пришла и Московская комиссия, которая на месте пожара, в период своей работы, также проводила расследование.

Московская комиссия также сделала следующие выводы:

1. Расстановку сил и средств пожаротушения, как в начале пожара, так и после происшедшего выброса нефти, следует считать вполне правильной, действия личного состава отличными, а ряд работников, принимавших участие в пожаротушении, герои­ческими.

2. Комиссия также отметила, что после создавшейся тяжелой обстановки вследствие выброса нефти, значительной потери в людях и технике, выхода из строя водопровода, организация пожаротушения оставалась на высоком уровне, что обеспечило локализацию огня в пределах горящих только четырёх резервуаров. Комиссия, созданная по Вашему указанию, также полностью подтверждает эти выводы и считает, что такая оценка работы пожарной охраны является вполне достойной.

Московская комиссия, на основе оценки последствий пожара, внесла следующие предложения:

1. Все восстановительные работы по приему и отгрузке нефтепродуктов закончить в трёхдневный срок.

2. Мероприятия, связанные с рассредоточением резервуар­ной ёмкости керосинового парка и средней группы тёмных нефте­продуктов, осуществить б сроки до открытия навигации 1949 года.

3. В двухмесячный срок осуществить мероприятия по про­тивопожарной безопасности нефтебазы (подъездные пути, расчистка территории, ограждение, водоснабжение и устройство площадок на реках Самарке и Волге для установки пожарных автонасосов).

4. В связи с тем, что существующая перевалочная нефте­база по своему техническому состоянию, территориальному распо­ложению и количеству имеющихся ёмкостей не обеспечивает воз­росшую потребность перевалки нефтепродуктов на территории области, а также и потому, что база не отвечает требованиям пожарной безопасности, целесообразно войти с ходатайством в Правительство о строительстве новой перевалочной нефтебаза в районе Куйбышевской области.

5. За отличную и самоотверженную работу по пожаротушению и проявленный героизм отдельных работников считаю достойными к представлению для награждения Правительственными наградами. Комиссия полностью присоединяется к этим предложениям, считает их вполне правильными и обоснованными. Комиссия считает необходимым доложить бюро областного комитета партии о том, что начальник Управления МВД по Куйбышевской области тов. Галкин все имеющиеся в УМВД материалы:

а) о нарушениях установленного порядка хранения нефте­продуктов;

б) о невыполнении требований органов пожарного надзора администрацией нефтебазы и областной конторой Главнефтеснаба по проведению на Куйбышевской перевалочной нефтебазе ряда противо­пожарных мероприятий - передал для дальнейшего ведения следствия в прокуратуру города Куйбышева.

Немедленно после ликвидации пожара были приняты меры к розыску трупов на месте пожара, территория нефтебазы и при помощи водолазных средств и тральщиков в реке Самарке. На 12 час. 10 июля 1948 года всего найдено и опознано трупов 26, из них:

а) в реке Самарка - 23;

б) На месте пожара территории нефтебазы - 2;

в) Доставленных с тяжёлыми ожогами в больницу и умерших - 1;

Из числа найденных трупов опознано:

а) сотрудников пожарной охраны УМВД – 12;

б) сотрудников речного пароходства – 7;

в) сотрудников Главнефтеснаба – 5;

г) других организаций – 2.

Доставлено с тяжёлыми ожогами в больницу и оставленных там на излечении - 6 человек, из них:

а) сотрудников пожарной охраны УМВД – 2;

б) сотрудников ж/д охраны – 1;

в) сотрудников Главнефтеснаба - 3.

Оказана первая медицинская помощь в больнице и отпущено домой как имеющих лёгкие ожоги - 9 человек.

7 июля с.г. были Проведены похороны работников пожарной охраны с отданием воинских почестей. Захоронение произведено с согласия родственников в одной братской могиле, на которой будет установлен памятник. Организованные похороны погибших сотрудников речного пароходства и Главнефтеснаба состоялись 8 июля с.г. Решением исполкома Горсовета депутатов трудящихся похороны погибших приняты на счет исполкома городского Совета. На сооружение памятника погибшим офицерам и рядовым пожарным Исполком вынес решение об отпуске 10.000 рублей.

В настоящее время руководством Управления МВД, речного пароходства и Куйбышевской областной конторой Главнефтеснаба проводятся следующие мероприятия:

1. Запрошены из Министерств средства для оказания единовременной помощи семьям погибших.

2. Оформляются материалы для издания приказов по Министерствам о закреплении за семьями погибших занимаемых ими квартир. Работоспособные члены семейств устраиваются на работу. Организуются мероприятия по оказанию необходимой помощи в ремонте квартир, обработке огородов, отпуске на зимний период дров и других необходимых предметов, в которых выявлена нуждаемость семейств.

На всех нетрудоспособных членов семейств оформляются документы для установления государственной пенсии.

Комиссия считает возможным на этом свою работу закончить.

Контроль за ведомствами по вопросу оказания необходимой помощи и заботы о семьях погибших возложить на Куйбышевский исполком городского Совета.

Председатель комиссии предгорисполкома Сурин (подпись).

Заместитель – начальник УМВД по Куйбышевской области Галкин (подпись).

Члены: секретарь горкома ВКП (б) Ефремов (подпись);

Начальник УМГБ по Куйб. обл. Каверзнев (подпись);

Начальник УПО УМВД КО Иванов (подпись).

10 июля 1948 года.

Г. Куйбышев.

(Документ цитируется по книге: Пока помним, живём. Книга памяти самарских пожарных /Исаев В.И., Купцова С.Ю., Пархачёва Т.А., Ерофеев В.В. Самара, изд-ва «НТЦ», 2004, с. 46-55).

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара