При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Налётчики. 1933 год

Международные события года

30 января 1933 года рейхспрезидент Веймарской Республики Пауль фон Гинденбург назначил лидера НСДАП Адольфа Гитлера рейхсканцлером Германии, поручив ему формировать правительство. Однако в этот момент у НСАДП не было большинства в рейхстаге (парламенте), и для его получения на выборах 5 марта нацисты пошли на беспрецедентную авантюру, которой стал поджог рейхстага 27 февраля 1933 года. По нацистской версии, его совершил коммунистический агент Маринус ван дер Люббе, задержанный в рейхстаге при тушении пожара. Воспользовавшись этим происшествием, 28 февраля Гитлер подписал чрезвычайный декрет, отменивший в Германии свободу личности, слова, печати, собраний и союзов. Но даже в этих условиях на выборах 5 марта НСДАП так и не смогла набрать большинства в рейхстаге. Поэтому 23 марта был принят «Закон о ликвидации бедственного положения народа и государства», который передал рейхсканцлеру Адольфу Гитлеру на четыре года ряд законодательных функций парламента. Что касается судебного процесса по делу поджигателей рейхстага, то на нём, кроме ван дер Люббе, в качестве обвиняемых фигурировали также лидер парламентской фракции компартии Германии Эрнст Торглер и трое болгарских коммунистов — Георгий Димитров, Васил Танев и Благо Попов. Эти четверо в итоге были оправданы, а вот ван дер Люббе приговорили к смертной казни. Приговор над ним был приведён в исполнение в январе 1934 года.

 

15 февраля 1933 года в Майами (США), в Бейфронт-парке, безработный каменщик итальянского происхождения Джузеппе Дзангара совершил покушение на избранного президента Соединённых Штатов Америки Франклина Рузвельта, когда тот выходил из своего автомобиля, чтобы выступать перед избирателями. Вооружённый пистолетом 32-го калибра, Дзангара присоединился к встречающей политиков толпе. Когда в парк въехал кортеж и открылась дверь президентского лимузина, Дзангара произвёл один прицельный выстрел в сторону открытой двери, но пуля попала в живот выходившего из автомобиля мэра Чикаго Антона Чермака. После этого преступника за руку схватила стоявшая с ним рядом в толпе местная жительница Лилиан Кросс, однако Джузеппе сумел выстрелить ещё четыре раза и легко ранить четверых находящихся рядом журналистов. Затем подоспели сотрудники полиции, которые схватили стрелявшего и уложили его на землю. В кармане убийцы нашли газетную вырезку с сообщением об убийстве в 1901 году анархистом Леоном Чолгошем президента Мак-Кинли. При этом полиция сообщила, что покушавшийся после задержания заявил: «Я буду убивать каждого президента». Раненый Антон Чермак по дороге в больницу якобы сказал Франклину Рузвельту: «Я рад, что на вашем месте оказался я…». Он скончался в больнице тремя неделями позже, 6 марта 1933 года. Франклин Рузвельт 4 марта сменил Герберта Гувера, своего предшественника на посту президента США, а Дзангара был казнён на электрическом стуле 20 марта 1933 года.

 

11 мая 1933 года газета «Инвернесс курьер» впервые опубликовала подробный рассказ о наблюдении супружеской четой Альди и Джоном Маккей неизвестного существа в озере Лох-Несс в Шотландии. Впоследствии местный житель, инспектор управления водного и лесного хозяйства Алекс Кэмпбелл также рассказал журналистам о собственных неоднократных наблюдениях этого существа, похожего на вымершего плезиозавра. В частности, в интервью BBC инспектор утверждал, что во время поездки по озеру, в которой также участвовал констебль Джон Фрейзер, их лодка буквально столкнулась с неизвестным созданием, и они даже слышали его дыхание. Эти статьи произвели сенсацию и вызвали настоящее паломничество любопытных к озеру Лох-Несс. Неожиданную волну откликов, которую дали сообщения о чудовище, получившего в газетах имя Несси, специалисты по СМИ связали с тем, что читатели во многом устали от невеселых экономических и политических новостей. Ажиотаж подогрело размытое фото чудовища, сделанное в 1934 году респектабельным лондонским врачом Р. Кеннетом Уилсоном, утверждавшим, что он сфотографировал монстра случайно, гуляя по окрестностям Лох-Несса. Лишь в 1994 году было установлено, что этот снимок — фальшивка, изготовленная самим Уилсоном и тремя его сообщниками. Тем не менее в настоящее время зарегистрировано свыше 3 тысяч свидетельств очевидцев, утверждавших, что лично видели легендарную Несси на шотландском озере.

 

10 октября 1933 года произошёл взрыв Boeing-247 над Честертоном (штат Индиана, США), который ныне считается самым первым доказанным терактом в истории коммерческой авиации. Рейс NC13304 вылетел из Ньюарка (Нью-Джерси) в Окленд (Калифорния). Поскольку расстояние было слишком велико, экипаж сделал остановку в Честертоне для дозаправки. Вылетев отсюда, самолёт через несколько минут после взлёта взорвался в воздухе. Очевидцы сообщили, что видели два взрыва: первый — на высоте около 300 м, второй — уже в момент его удара о землю. Самолёт развалился на две части, хвост был найден более чем в полутора километрах от основного фюзеляжа. Погибли все 7 человек, находившиеся на его борту (четыре пассажира и три члена экипажа). В ходе следствия было установлено, что в самолёте сработало взрывное устройство, заложенное в багажный отсек. В качестве взрывчатки в нём использовался нитроглицерин, и, возможно, само устройство было оснащено часовым механизмом. Однако в ходе следствия не удалось установить ни исполнителя теракта, ни его цели.

 

5 декабря 1933 года в США была ратифицирована двадцать первая поправка к американской Конституции, которая отменяла восемнадцатую поправку от 17 декабря 1919 года, вводившую запрет на производство, транспортировку и продажу алкогольных напитков (печально известный «сухой закон»). Историки отмечают, что положительный эффект от него наблюдался лишь в первые два года, когда, по официальным данным, потребление алкоголя в стране уменьшилось почти на 30%. Однако специалисты оспаривают эти цифры. К тому же в середине 20-х годов в США расцвело бутлегерство и нелегальная торговля алкоголем. Во многих городах и посёлках открывались подпольные бары, и затем резко возросла смертность от отравления денатуратом и прочими суррогатами. Ныне американцы вспоминают о «сухом законе» как об одном из наиболее неудачных экспериментов в национальной истории. Вместо создания идеализировавшегося его инициаторами общества граждан-трезвенников в стране значительно возросло потребление спиртного, распространилась коррупция, резко увеличилось число тяжких уголовных преступлений. За 13 лет существования запрета количество убийств выросло на 80%, а государственный бюджет США потерял как минимум $14 млрд за счет недоплаты налогов.

 

Российские события года

19 апреля 1933 года в Москве завершился судебный процесс «о вредительстве на электростанциях». В этот раз на скамье подсудимых оказалась группа руководящих работников ТЭЦ из Златоуста, Иваново, Зуева и Москвы. Но особенностью данного судебного спектакля стало участие в нём в качестве обвиняемых также и иностранных специалистов - британских подданных Лесли Чарльза Тронтона, Вильяма Лионеля Макдональда, Аллана Монкгауза, Чарльза Нордволла, Джона Кушни и Альберта Вильяма Грегори. Этим подсудимым, кроме традиционных для подобных процессов обвинений во вредительстве и терроризме, был также вменён в вину ещё и в шпионаж. При этом все советские обвиняемые в ходе следствия и суда признались в якобы совершённых ими преступлениях, а вот почти все англичане категорически отвергли предъявленные им обвинения. В итоге суд приговорил Гусева В.А., Сухоручкина Л.А. и Лобанова А.Т. к десяти годам, Соколова В.А., Зорина Н.Г. и Котляревского М.Л. к восьми годам, Крашенинникова М.Д. к пяти годам, Олейника П.Е. – к трём годам, Лебедева В.П. к двум годам, Кутузова А.С. – к полутора годам лишения свободы. В отношении Зиверта Ю.И. был вынесен оправдательный приговор. Тронтон получил три года, Макдональд – два года тюремного заключения, а в отношении Монкгауза, Нордволла и Кушни улик оказалось недостаточно, и их просто выслали из нашей страны. Английского инженера Грегори суд оправдал. В 1993 году этот приговор был пересмотрен Верховным судом РФ, а все обвиняемые полностью реабилитированы.

 

5 августа 1933 года состоялось официальное открытие Беломорско-Балтийского канала имени И.В. Сталина. Он соединил Белое море через Выгозеро с Онежским озером, и тем самым балтийские порты получили выход к Архангельску и в Северный Ледовитый океан. Решение Совнаркома о строительстве канала было принято 3 июня 1930 года, а в августе 1931 года начались земляные работы на местности. Основной рабочей силой на этой стройке были заключённые, которых в официальных документах называли «заключёнными каналоармейцами» - сокращённо «з/к» (зэка). Это выражение позднее стали применять к любым заключённым ГУЛАГа, в том числе и в более поздней советской пенитенциарной системе. Всего через строительство Беломорканала прошло более 100 тысяч заключенных, в основном раскулаченных, «контрреволюционеров» и прочих «врагов народа». Хотя смертность здесь порой достигала 700 человек в день, общее число работающих не убывало, поскольку на стройку постоянно привозили пополнение. После открытия канала по его трассе на пароходе совершили поездку 120 писателей во главе с Максимом Горьким. Результатом этого путешествия стала пафосная книга «Канал имени Сталина», где воспевалась перековка строителей-заключенных работниками ОГПУ. В годы Великой Отечественной войны сооружения Беломорканала оказались частично разрушенными. Ныне его длина составляет 227 километров, на его трассе находится 19 шлюзов и прочие сооружения.

 

5 сентября 1933 года под Подольском (Московская область) произошла катастрофа самолёта АНТ-7, в которой погибли первые руководители советской авиастроительной отрасли и гражданской авиации. Самолёт направлялся из Москвы в Крым, погодные условия в тот день были плохими, но высокопоставленные пассажиры настояли на вылете. Однако спустя 20 минут после взлёта в районе Подольска авиалайнер, летевший на небольшой высоте по причине облачности, зацепил стойками шасси проволоку любительской радиоантенны, которая была натянута на высоких шестах. Потеряв скорость, самолёт врезался в верхушку высокой ветлы, у него отвалилась левая консоль крыла, после чего АНТ-7 рухнул на землю. Все восемь человек, находящиеся на его борту, погибли. Среди них были заместитель Наркомтяжпрома, начальник Главного управления авиационной промышленности П.И. Баранов, его жена Б.М. Баранова, начальник Главного управления гражданского воздушного флота А.З. Гольцман, зам. начальника того же Главного управления А.В. Петров, директор ведущего авиационного завода N 22 С.П. Горбунов, член Президиума Госплана СССР В.А. Зарзар, а также экипаж в составе шеф-пилота Глававиапрома И.М. Дорфмана и бортмеханика Н.Е. Плотникова. После этой катастрофы Политбюро срочно составило и утвердило у Сталина список постов, обладатели которых без разрешения свыше лишались права свободного полёта — от членов ЦК до начальников главных управлений наркоматов. И всё равно этот приказ в дальнейшем регулярно нарушался, особенно во время Великой Отечественной войны.

 

15 сентября 1933 года руководитель ОГПУ Генрих Ягода сообщил генсеку И.В. Сталину о раскрытии в Ленинграде «общества педерастов», по делу которого было арестовано свыше 130 человек. Как указано в докладной записке, ОГПУ выявило и пресекло деятельность нескольких групп, которые занимались «созданием сети салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований педерастов с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки». В числе первых разоблачённых членов организации оказался видный дипломат того времени, один из соратников Чичерина, заведующий протокольной частью НКИД Дмитрий Флоринский. При допросе в ОГПУ он признался, что был «платным немецким шпионом, будучи завербованным секретарем германского посольства в Стокгольме». В другом письме Сталину в декабре 1933 года Ягода сообщал: «Педерасты занимались вербовкой и развращением совершенно здоровой молодежи, красноармейцев, краснофлотцев и отдельных вузовцев. Закона, по которому можно было бы преследовать педерастов в уголовном порядке, у нас нет. Полагал бы необходимым издать соответствующий закон об уголовной ответственности за педерастию». На этой докладной записке Сталин собственноручно поставил резолюцию: «Надо примерно наказать мерзавцев, а в законодательство ввести соответствующее руководящее постановление». Такое постановление вышло 17 декабря 1933 года, а в марте 1934 года в УК РСФСР появилась соответствующая статья под номером 154а, карающая за мужеложство.

 

21 сентября 1933 года заместитель председателя Реввоенсовета СССР, начальник вооружений РККАМ.Н. Тухачевский подписал приказ № 0113, согласно которому в Москве путём слияния Газодинамической лаборатории (ГДЛ) и Группы изучения реактивного движения (ГИРД) был создан Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ). А 31 октября 1933 года постановлением № 104Совета Труда и Обороны этот институт был передан в ведение Наркомата тяжелой промышленности. Начальником РНИИ назначили И.Т.Клеймёнова (до этого – руководитель ГДЛ), заместителем — С.П.Королёва (до этого – руководитель ГИРД). Научное руководство РНИИ осуществлял технический совет под председательством Г.Э.Лангемака (до этого - заместитель начальник ГДЛ). В совет входили В.П. Глушко, В.И. Дудаков, С.П. Королёв, Ю.А. Победоносцев и М.К. Тихонравов. Коллектив института в своей работе поддерживал тесную связь с К.Э.Циолковским.Тематика РНИИ охватывала все основные проблемы ракетной техники. В РНИИ была завершена начатая в ГДЛ разработка реактивных снарядов на бездымном порохе, которые впоследствии стали боевыми ракетами для легендарного гвардейского миномёта «Катюша». В институте также был создан ряд экспериментальных баллистических ракет и двигателей к ним, проведены наземные испытания ракетоплана РП-318 с двигателем ОРМ-65, а также лётные испытания крылатой ракеты 212, также с двигателем ОРМ-65. Однако после ареста и расстрела в 1937 году маршала М.Н. Тухачевского кадровый состав РНИИ подвергся репрессиям. По обвинению во вредительстве и шпионаже были расстреляны И.Т. Клеймёнов и Г.Э. Лангемак, а С.П. Королёв и В.П. Глушко осуждены и отправлены в лагеря. Приказом ГКО от 18 февраля 1944 года РНИИ был ликвидирован, а его оборудования и документация переданы в распоряжение Наркомата авиационной промышленности.

 

Самарские события года

1 февраля 1933 года на совещании планового экономического управления Главхимпрома СССР было принято постановление о строительстве Алексеевского серного завода в Средневолжском крае, в окрестностях города Самары, мощностью 10 тысяч тонн комовой серы в год. Торжественная закладка первой шахты серного рудника здесь состоялась 15 сентября. Первая очередь Алексеевского завода была готова к эксплуатации уже в декабре 1935 года, а окончательный пуск всего комплекса состоялся весной 1936 года. Добыча руды здесь велась как открытым способом, так и в шахтах, которые достигали глубины 25 метров. Подъём руды на поверхность производился конным воротом. На вооружении забойщика были кайло, кувалда, лом, молоток, ручной бур, лопата, деревянная тачка на одном колесе и фонарь «летучая мышь». Процесс выплавки серы вёлся самым простым методом: близ рудника выкапывали в земле яму, над ней устанавливали чугунные котлы (кашеварки) ёмкостью около 300 литров, а под ними делали топки. Таких котлов было около десятка. Котлы загружали богатой рудой содержащей до 50% серы, закрывали деревянной крышкой, обитой железом, под ними разводили огонь, и, когда сера расплавлялась, то её выбирали черпаком с деревянной ручкой и сливали в отстойники, где она застывала. Предприятие работало вплоть до 1963 года, после чего в связи с истощением рентабельных пластов оно было закрыто и передало эстафету Водинскому серному заводу.

 

3 февраля 1933 года на перегоне Самаро-Златоустовской железной дороги между станциями Майтуга и Мыльная на хвост грузового поезда № 851 наскочил пассажирский поезд № 77, в результате чего оказались разбиты 9 цистерн, повреждён путь и нанесён убыток транспорту в сумме 37644 руб. 31 коп. Человеческих жертв при этом не было. Следствием установлено, что причиной столкновения стала ошибка дежурного по ст. Майтуга П.М. Циприса, который, не убедившись о нахождении на перегоне поезда № 851, дал разрешение на следование по нему поезда № 77, машинист которого Н.Д. Рябов вовремя не заметил хвостовых сигналов поезда № 851, как не заметил и сигналов путевого сторожа Мартынкина. При столкновении часть разбитых цистерн перегородила второй путь, по которому в это время под уклон со ст. Мыльная на большой скорости следовал пассажирский поезд № 74, а за ним - пассажирский поезд № 891. Однако благодаря бдительности машинистов этих поездов составы были своевременно остановлены, и тем самым предотвращено большое крушение. Решением суда дежурный Циприс был приговорён к 8 годам заключения в лагерях, а машинист Рябов - к 1 году лишения свободы условно.

 

16 февраля 1933 года Средне-Волжским крайкомом ВКП (б) было принято секретное постановление о пересмотре в сторону снижения норм пайкового довольствия партийного актива в связи с засухой и недородом хлеба, охватившими регион в 1932 году. В частности, в этом документе указывалось: «Установить весь контингент снабжения в 13269 человек вместо 24440 чел., снабжаемых сейчас… Общий контингент по горрайактиву принять в 9239 чел. вместо 18285 чел., при соотношении иждивенцев 1:1,5 вместо 1:2, в том числе работников 3695 (вместо 6095), иждивенцев 5544 (вместо снабжаемых ранее 12190)… По крайактиву – всего 4030 вместо 6433, при соотношении иждивенцев 1:2, т.е. в том числе работников 1320 и иждивенцев 2710 чел. … Из указанного контингента крайактива снабжать по группе А – 250 (вместо 255), по группе Б – 1000 (вместо 1608 чел.), особую группу сохранить с прежним (70 чел.) составом». Но поскольку лето 1933 года в Среднем Поволжье также оказалось неблагоприятным, то 13 и 22 декабря крайком ВКП (б) принял ещё два совершенно секретных постановления - об отпуске семенной ссуды для колхозов, пострадавших от недорода, и о продовольственной помощи недородным районам Средне-Волжского края.

 

23 сентября 1933 года поздно ночью обрушился угол строящегося здания Дома промышленности в Самаре, на улице Советской (ныне улица Куйбышева, 145). По причине ночного времени жертв и пострадавших не оказалось. Расследование было проведено в течение нескольких дней, и при этом всю вину за происшедшее списали на бригаду рабочих, нарушивших технологию кладки – по заключению экспертов, при работе кирпичи не были достаточно смочены водой. Закладка Дома промышленности, Дома сельского хозяйства, Дома связи, клинической больницы и ряда других социально значимых объектов в краевом центре прошла почти одновременно в апреле 1933 года, и при этом в качестве материала для зданий в значительной мере были использованы фрагменты разрушенного ранее Кафедрального собора. Однако в дальнейшем во время работ на этих объектах произошло несколько обрушений. В частности, происшествие 23 сентября стало отнюдь не единственной аварией на строительстве Дома промышленности, что в итоге и заставило архитекторов Н. Сухова и В. Клочкова внести в проект здания серьезные изменения. Так, вместо первоначально задуманных девяти этажей было возведено лишь шесть, и, кроме того, архитекторы отказались от идеи завершить Дом промышленности башней с часами. Его строительство было закончено в 1936 году. В 60-х годах Дом промышленности был значительно реконструирован под руководством архитектора А.Г. Моргуна. Ныне это здание является объектом культурного наследия регионального значения эпохи конструктивизма, и считается одним из самых пожароопасных объектов города Самары из-за деревянных перекрытий между этажами.

 

Главное самарское событие года

24 марта 1933 года судебная коллегия Средне-Волжского краевого суда под председательством члена суда Фельцмана вынесла приговор в отношении преступной группировки из 10 человек, занимавшейся похищением у граждан хлебных карточек в Самаре и их последующим сбытом с целью личной наживы. В группу входили опытные карманные воры и их подручные, через которых происходило отоваривание хлебных карточек и последующая спекулятивная перепродажа хлеба на рынках города. Решением суда четверо подсудимых (Кусакин, Трусов, Немцев и Чистикова) были приговорены к расстрелу, трое (Аболымова и братья Кожевниковы) – к 10 годам заключения в лагерях каждый, и ещё трое подсудимых были оправданы за недостатком улик.

 

«Организованный голод»

Это было время серьёзных продовольственных трудностей в истории нашей страны. В связи с такой ситуацией в 1932 году в большинстве регионов СССР властям пришлось ввести карточки на ряд продуктов повседневного спроса, и в первую очередь на хлеб. Официальные средства массовой информации объясняли это тем, что 1932 и 1933 годы по причине засухи оказались неурожайными на огромных пространствах южной части Советского Союза (Украина, Кубань, Северный Кавказ, Восточный Казахстан, Нижнее и Среднее Поволжье). Однако нынешние историки считают, что голод 1932-1933 годов был вызван отнюдь не климатическими условиями тех лет, а непомерными сборами зерна, не учитывающими реальное положение дел в колхозах.

Из метеорологических сводок видно, что весна и лето тогда оказались довольно обычными для Поволжья: хотя и жаркими, местами с суховеями, что не идеально для посевов, но всё же с дождями. Правда, в левобережье осадков тогда выпало меньше средней многолетней нормы, но в целом погода 1932 и 1933 годов оценивается специалистами как достаточно благоприятная для вызревания всех видов полевых культур, так что массового недорода хлеба в это время в Среднем Поволжье не было. В нашем регионе, по официальным данным, тогда собрали 45331,4 тыс. центнеров зерновых, что на 7,5% больше, чем в 1929 году, и этого урожая колхозам было бы вполне достаточно, чтобы не только не допустить массового голода, но и определенную часть собранного зерна сдать государству.

В связи со сказанным историки считают, что голод 1932-1933 годов впервые за советскую историю оказался «организованным», то есть он явился прямым результатом курса сталинского руководства на ускоренную индустриализацию, требовавшую валютных источников для её осуществления, в том числе значительного экспорта зерна. С этой целью колхозам и единоличным крестьянским хозяйствам устанавливались невыполнимые задания по хлебосдаче. Это подтверждается известным письмом Сталина, в котором он подчеркивал: «Форсируйте вывоз хлеба вовсю. В этом теперь гвоздь. Если хлеб вывезем, кредиты будут».

Так или иначе, но в 1932 году, когда в стране начался голод, и люди буквально побежали из охваченных им районов Украины, Кубани, Северного Кавказа, Поволжья и Восточного Казахстана, советские руководители осознали, что за этим исходом немедленно последует всплеск преступности. Ведь понятно, что людям, оставшимся без куска хлеба и малейшего шанса найти работу, остаётся только воровать и грабить. Поэтому и было принято знаменитое постановление ВЦИК и СНК от 7 августа 1932 года, согласно которому расхитители зерна карались вплоть до расстрела с конфискацией всего имущества. А в январе 1933 года ЦК ВКП (б) и Совнарком приняли ещё одну секретную директиву под названием «О предотвращении массового выезда голодающих крестьян», в котором, в частности, говорилось: «ЦК ВКП (б) и Совнарком предписывают ПП ОГПУ Московской обл., Центрально-Черноземной обл., Западной обл., Белоруссии, Нижней Волги и Средней Волги арестовывать пробравшихся на север крестьян Украины и Северного Кавказа, и, после того, как из них будут отобраны контрреволюционные элементы, водворять остальных обратно в места их жительства».

Несмотря на эти драконовские меры, в 1933 году в стране произошёл значительный рост преступности. В связи с такой ситуацией летом 1933 года для борьбы с вновь появившимися бандами налётчиков ОГПУ снова получило полномочия карать заподозренных в кражах и грабежах без лишних судебных процедур. В секретном решении Политбюро на этот счёт говорилось следующее: «Временно разрешить по делам о вооруженном бандитизме предоставить право судебным тройкам ПП ОГПУ Украины, Северо-Кавказского края, Нижне-Волжского края, Средне-Волжского края, Белоруссии, Казахстана, Урала и Западно-Сибирского края применять к организаторам и бандитскому активу высшую меру наказания».

Однако, несмотря на все карательные меры и кордоны, голодающие продолжали проникать в крупные города. Количество краж значительно возросло, также существенно увеличилось число нищенствующих и попрошаек. Поэтому на исходе 1933 года партии и правительству пришлось заняться и этой категорией граждан СССР. Теперь уже не только организаторов вооруженных грабежей и бандитский актив, но и всех участников банд разрешили расстреливать всех без разбора. Всех дважды попадавшихся на кражах и отбывших свой срок ссылали в отдаленные районы Союза. Нищих же ожидала отправка в лучшем случае в родные места, в худшем - в лагеря. Преступность пошла на спад лишь после того, как в 1934-1935 годах в магазинах появился хлеб без карточек, и в большинстве регионов стала постепенно исчезать безработица (рис. 1-3).

(Источник: Журнал «Власть», № 2 (805) от 19 января 2009 года).

 

Против волны преступности

В Средне-Волжском крае, как и по всей стране, в начале 30-х годов продолжалась серьёзная реорганизация органов внутренних дел. Ещё 15 декабря 1930 года ВЦИК и СНК СССР приняли постанов­ление о ликвидации наркоматов внутренних дел союзных и авто­номных республик. Одновременно с этим было принято и секретное постановление «О руководстве органа­ми ОГПУ деятельностью милиции и уголовного розыска». Теперь ОГПУ и его местные органы получили право назначения, переме­щения и увольнения руководящих работников милиции и уголов­ного розыска, их инспектирования и контроля.

Чекистам предлагалось «из засоренного, апатичного, малодисциплинированного и малообеспеченного органа создать орган сознательно и активно проводящий сверху донизу директивы Со­ветской власти на селе и в городе, в боеспособную вооруженную охрану, охраняющую революционный порядок и общественную безопасность». Руководство ОГПУ практически сразу сконцентри­ровало внимание местных органов «на чистке милиции и уголов­ного розыска». В число увольняемых попадали: «кулацкий и клас­сово-чуждый элемент, разложившийся и примазавшийся; работники, подвергшиеся административным взысканиям, и все лица, которые не могут по своим качествам соответствовать но­вым требованиям и условиям работы в милиции (малограмот­ность, старость, малоподвижность)…» Одновременно кадровым аппаратам ОГПУ «предлагалось принять активные меры по вер­бовке… бывших чекистов, демобилизованных красноармейцев и младшего комсостава войск и погранохраны ОГПУ» на службу в милицию и уголовный розыск (рис. 4-7).

В декабре 1930 года при Средне-Волжском крайисполкоме было создано краевое управление милиции и уголовного розыска. Начальником край- управления стал кадровый чекист А.П. Коростин. За 45 лет своей жизни он 13 лет проработал в органах госбезопасности, ру­ководил Челябинской губчека, Пермским окротделом ГПУ, Орен­бургским губотделом ОГПУ, откуда и пришёл на работу в милицию. В 1931 году составе ОГПУ СССР была образована Главная инспекция по милиции и уго­ловному розыску, а в Самаре - особая инспекция по милиции и уголовному розыску при ПП ОГПУ по Средне-Волжскому краю (рис. 8-10).

Такое двойственное положение милиции и уголовного ро­зыска продолжалось недолго. Уже в декабре 1932 года было учре­ждено Главное управление рабоче-крестьянской милиции (РКМ) при ОГПУ СССР, и, таким образом милиция и уголовный розыск оконча­тельно были выведены из подчинения местных властей. Управление РКМ (УРКМ) при ПП ОГПУ по Средне-Волжскому краю (СВК) возглавил уже упоминавшийся А.П. Коростин. подразделения уголовного розыска с февраля 1933 года стали име­новаться оперативно-розыскным отделом (ОРО), который включал в себя три отделения: оперативное, секретно-информационное и научно-техническое. Первым руководителем ОРО управления РКМ при ПП ОГПУ по СВК стал В.М. Лившиц, кадровый чекист с 1921 года.

Милиция и уголовный розыск продолжали выполнять свои основные функции: борьба с бандитизмом, мо­шенничеством, спекуляцией, кражами и грабежами. Особую опас­ность представлял собой уголовный бандитизм. По официальным данным, ныне рассекреченным, в январе-ноябре 1933 года на территории Средне-Волжского края оперировали 173 бандгруппировки общей численностью 1032 участника. Особо серьёзное положение с бандитизмом сложилось в Борском, Пономарёвском, Кузнецком, Старо-Кулаткинском, Ново-Спасском, Ставропольском и Ново-Петровском районах края. В результате активных оперативных действий милиции были ликвидированы 117 бандитских групп и задержаны 663 участника.

Руководство Полпредства ОГПУ и УРКМ было недовольно тем, что часть банд осталась не ликвидирована (статистика орга­нов ОГПУ сообщала, что продолжали действовать 55 бандгрупп с общим количеством 369 участников). А.П. Коростин приказал прекратить предоставление всем началь­никам районных управлений милиции (РУМ) и их помощникам очередных отпусков вплоть до ликвидации бандитских группировок.

В 1933 году в этой борьбе особо отличились работники Лунинского РУМ, где действовала банда из 7 человек, возглавляемая вором-рецидивистом Перешивым. В июне 1933 го­да бандиты ограбили склад местного сельпо. Добыча, оказавшаяся в руках бандитов, была значительной - более чем 4000 рублей.

Путем оперативных мероприятий работники РУМ устано­вили состав банды, ее вооружение, связи и намерения. Имея ин­формацию, что банда намерена совершить на одной из проселоч­ных дорог налет, опергруппа направила туда телегу с пустыми ящиками, сопровождаемую сотрудниками милиции. В предпола­гаемом месте налета сыщики организовали засаду. Налет на телегу был действительно совершен, бандиты при задержании пытались отстреливаться. Один из налетчиков был убит, главарь и еще один участник были задержаны. Спустя некоторое время милиционеры арестовали и оставшихся бандитов. Работой опергруппы руково­дил начальник Лунинского РУМ Ф.А. Морисе. От руководства ПП ОГПУ края ему была объявлена благодарность. В дальнейшем Морисе пошёл на повышение, и в 1936-1937 годах он возглавлял Сызранское горрайотделение ми­лиции.

Остатки разгромленных банд оказывали жестокое сопро­тивление. Так, в июле 1933 года при ликвидации банды в Улья­новском округе края погиб начальник Оперативного отдела (Оперода) Ульяновского оперсектора РКМ П.И. Булыгин.

Большое значение имела борьба органов милиции с хище­ниями государственной и кооперативной собственности, растра­тами, разбазариванием народного добра и спекуляцией. Борьба с преступлениями подобного типа была возложена на сотрудников уголовного розыска. Работники Оперода КРУМ «проявили макси­мум энергии и умелыми методами ведения оперативно-­следовательской работы» вскрыли в 1932-1933 годах ряд груп­повых, дел по крупным хищениям госимущества и денежных рас­трат. Так преступники, орудовавшие на межрайбазе краевого управления продснабжения, «путем хищения из твердого фонда снабжения трудящихся» похитили несколько тонн сахара, крупы, сельди на общую сумму (по твердым ценам) 37 тысяч рублей. К суду были привлечены 11 человек, двое из них Средне-Волжским краевым судом приговорены к высшей мере соцзащи­ты - расстрелу, остальные - к 10 годам лишения свободы.

Работниками Оперода УРКМ было расследовано дело К. Антонова, занимавшего в 1931-1934 годах ответственные посты: управляющий геологоразведочного треста и уполномо­ченный Наркомата тяжёлой промышленности СССР по Средне-Волжскому краю. Следствием было установлено, что Антонов незаконно израсходовал более 21000 рублей на приобретение кварти­ры, и лично присвоил около 6000 рублей. При расследовании ма­хинаций высокопоставленного чиновника сотрудники милиции встречали сопротивление со стороны власть предержащих, так как Антонов являлся ещё и кандидатом в члены крайкома ВКП (б). В целом же в жёсткой борьбе с преступниками милиционеры Средне-Волжского края несли невосполнимые потери. Так, 7 февраля 1933 года в два часа ночи на посту в центре города при исполнении служеб­ных обязанностей был смертельно ранен младший милиционер 3-го отделения РКМ г. Самары И.А. Долотов. А 29 ноября 1934 года в перестрелке с вооруженными грабителями погиб милиционер РКМ г. Пензы И.М. Киргизцев (рис. 11-15).

(Источник: Тумшис М., Алексеев П., Карпов И. Полиция и милиция Самарской губернии (имена, события, факты). 1802-1967 г.г. Самара, 2003. Тип. ГУВД Самарской области. 152 с.).

 

За хлебные карточки – расстрел

В результате работы оперативно-розыскного отдела Управления рабоче-крестьянской милиции по Средневолжскому краю в ноябре-декабре 1932 в Самаре была задержаны все основные фигуранты преступной группировки, в которую входили опытные карманные воры и их подручные, через которых происходило отоваривание хлебных карточек и последующая спекулятивная перепродажа хлеба на рынках города. В марте 1933 года в Средне-Волжском краевом суде прошел судебный процесс по делу этой группировки (в приведённом ниже приговоре сохранена стилистика документа).

«Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

23-24 марта 1933 года Средне-Волжский краевой суд по судебной коллегии в г. Самаре в составе: председательствующего – члена Крайсуда Фельцман и народных заседателей: Волкова В.Н. и Беляковой Е., с участием Государственного обвинителя пом. прокурора Чемарова и защиты ЧКЗ – Грудзинского и Селезнева, при секретаре Канлайне, рассмотрев в открытом судебном заседании дело о гражданах:

1. Кусакине Семене Афанасьевиче – 20 лет, грамотный, беспартийный, не судимый, происходит из с. Карташева, Брянского района, Западной области, имевший один привод в 3-м отделении Самгормилиции в феврале месяце 1933 года по подозрению в карманной краже, женатом, имеющем ребенка и жену, без определенного места жительства, до ноября месяца 1932 года служил сторожем карбюраторного завода.

2. Трусове Петре Денисовиче – 19 лет, происходит из г. Кустаная, не судимого, имевшего привод в феврале месяце 1933 года в 3-м отделении Самгормилиции по подозрению в карманной краже, холостого, без определенных занятий, имеет мать служащую и отца-алкоголика, ранее работавший кузнецом, живет при родителях при психобольнице в бараке № 5.

3. Кожевникове Алексее Михайловиче – 20 лет, грамотный, беспартийный, происходит из г. Кустаная, не судимого, холостого, проживающего в гор. Самаре с матерью, которая работает поваром в водной охране, до ноября месяца 1932 года служил табельщиком на карбюраторном заводе.

4. Кожевникове Николае Михайловиче – 22 лет (брат Алексея Михайловича), грамотный, член ВЛКСМ, не судившийся, женат, имеет ребенка, проживает в г. Самаре по Чернореченской ул. д. 4, кв. 11, с 28 декабря 1932 года безработный.

5. Аболымовой Антонине Яковлевны – 19 лет, из гр. гор. Чаржуя (Средней Азии) – со средним образованием, беспартийная, не судима, разведённая, служащая, проживает в г. Самаре, ул. Обороны, д. 127, кв. 7 с отцом рабочим, до 1 ноября 1932 года служила делопроизводителем инвентаризации бюро Самгоркомхоза и ведала учетом и выдачей расчётных книжек по Горкомхозу.

6. Чистиковой Марии Даниловны – 27 лет, из крестьян с. Курумоч, Самарского района, малограмотная, беспартийная, не судимая, замужняя, проживает в Самаре, ул. Чапаевская, № 80, кв. 10, домохозяйка, муж курсант автодора.

7. Немцеве Василии Алексеевиче – 20 лет, из крестьян, с. Покровка Борского района, где имеется дом, студент планово-экономического техникума, член ВЛКСМ, холост, имеет мать на своем иждивении, проживает на 5 просеке уч. № 14 – в адресном столе не значится, до 1 января 1933 года работал продавцом в магазине № 1 ЗРК (закрытый рабочий кооператив – В.Е.) Связи по Кооперативной ул., д. № 65 и уволен как не соответствующий своему назначению.

8. Ушаковой Екатерине Матвеевне – 17 лет, из крестьян Пугачевского района., Н.-Волжск. края, образование - начальная школа, беспартийная, не судимая, девица, прож. в г. Самаре, продавщица в магазине № 7 Горкоопа по ул. Венцека, дом № 50.

9. Мокеевой Татьяне Владимировне – 27 лет, из крестьян, с. Н.-Санчелеелево, Ставропольского района, член ВКП (б) с 1928 г., низшее образование, замужняя (муж студент), прожив. в г. Самаре по Самарской ул., д. 25, продавщица магазина № 2 Горрабкоопа.

10. Дудовой Анне Ивановне – 28 лет, происходящей из крестьян Владимирской губ., низшее образование, кандидат в ВКП (б) – девица, одинокая, проживает в г. Самаре по ул. Фрунзе № 113 кв. 4, продавщица магазина Горрабкоопа,

- по обвинению первых шестерых, т.е. Кусакина, Трусова, Кожевниковых Алексея и Николая, Аболымову и Чистикову в том, что они, состоя в сговоре между собой, скупали у карманных воров г. Самары краденые продовольственные карточки, и за период времени с сентября месяца по 23 февраля 1933 года получали по ним хлеб из хлебных отделений магазина № 1 ЗРК–Связи по Кооперативной ул. № 65, из магазинов Горрабкоопа по ул. Венцека, и ЗРК–работников просвещения, которые потом продавали на базаре от 10 до 40 рублей за каравай, причем за один только февраль месяц, по неполному подсчету ими было получено не менее 25 караваев хлеба, а последние четверо, т.е. – Немцев, Ушакова, Макеев и Дудова, состоя продавцами, первый из них в хлебном отделе магазина № 1, вторая в магазине Горрабкоопа № 7, и последние Макеев и Дудова в магазине № 2 Горрабкоопа, будучи в сговоре с вышеназванными обвиняемыми, и получая от них вознаграждение и деньгами, и дополнительными лишними талонами, производили для них беспрепятственный отпуск вверенного им хлеба, чем являлись участниками в расхищении его. Все указанные лица подрывали рабочее снабжение и общественное питание, нанося в период имевших место в г. Самаре в ноябре–январе месяцах 1932 и 1933 годов затруднения с хлебным снабжением рабочих и служащих, нанося большой политический и материальный ущерб государству, т.е. в преступлении, предусмотренном Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 года.

Заслушав объяснения подсудимых, выслушав показания свидетелей, а также рассмотрев имеющиеся в деле материалы, Краевой суд находит установленным следующее:

С октября 1932 года в г. Самаре оперировала шайка лиц из числа подсудимых – Кусакина, Трусова, Кожевниковых Алексея и Николая, Аболымовой и Чистиковой, которая по добытым преступным путем продовольственным карточкам систематически и в организованном порядке получала хлеб из магазинов преступным способом и при участии работников прилавка, причем этот хлеб они продавали на рынке по рыночным спекулятивным ценам, а на вырученные преступным путем денежные средства производили кутеж и пьянство в коммерческих столовых, и т.д.

Организатором и руководителем этой шайки, которая путем незаконных получений по хлебным карточкам снимала значительное количество хлеба из закрытых рабочих распределителей, являлся Кусакин, затем завербованный им сообщник Трусов, и затем их подручные братья Кожевниковы, Аболымова и Чистикова. Указанная группа при содействии знакомого Трусову и Кусакину продавца магазина № 1 ЗРК–Связи Немцева получала хлеб в декабре месяце ежедневно, причем эти лица несколько раз приходили в магазин, становились в очередь, получая по 3-5 получек в день до 8–10 караваев хлеба, который ими сбывался на рынке. После снятия с работы Немцева, как не соответствующего своему назначению, указанная группа лиц переключилась на хищения из других магазинов ЗРК, например, ЗРК работников Просвещения. Впоследствии, т.е. 22 февраля, с задержанием организатора шайки Кусакина (при обыске у него было отобрано 30 штук продовольственных карточек), в магазине Горрабкоопа № 7 участники организации были выявлены, равно и участники в этом работники магазинов ЗРК.

В отношении каждого из подсудимых предъявленное обвинение в производстве хищений хлеба Краевой суд находит установленным и доказанным, а именно:

В отношении подсудимых Кусакина С.А., Трусова П.Д., Кожевниковых Алексея и Николая Михайловичей, Немцева, Чистиковой и Аболымовой, первых четверых - признанием самих подсудимых, производили хищения по подложным карточкам, также и Аболымовой. Что касается подсудимых Чистиковой и Немцева, которые отрицали свое участие в хищении хлеба, оправдываясь тем, что он, Немцев, отпускал хлеб лишь Кусакину по прикрепленной карточке, не вызывавшим сомнение; Чистикова - что она получала непосредственно сама, а покупала у Кусакина и Аболымовой хлеб, однако в совершении преступления они вполне изобличаются. Так, Немцев участвовал в выпивке с Кусакиным и Трусовым за хлеб, отпускаемый с прилавка, видел у Кусакина револьвер и «наган», а Чистикова изобличается показаниями свидетеля Вдовиной Надежды. Почему, находя совершенные преступные деяния в течение ноября и декабря 1932 года и января-февраля месяца 1933 года вполне подтвердившимися в следствии и доказанными.

В отношении подсудимых: Ушаковой Е.М., Макеевой и Дудовой А.Н. предъявленное обвинение не доказано, и по следующим основаниям на судебном следствии в отношении указанных лиц предполагается наличие оговора и получение денег и талонов за отпущенный хлеб. Организация шайки воров со стороны Кусакина вполне подтвердилось, оговора этих лиц со стороны подсудимого Кусакина суд не придает никакого вероятия. По делу установлено, что продавщица Макеева в начале февраля месяца 1933 года, об указанных лицах, как подозрительных, делала ряд заявлений (вплоть до членов правления) – о группе лиц, которые систематически появлялись в магазине и снимали по подложным и неприкрепленным карточкам хлеб. Об этом говорила и Дудова, были поставлены в известность и органы расследования, с целью поимки принимались меры, однако не совсем удачные, о чем указывали свидетели в судебном следствии.

В отношении оговора подсудимыми Кусакиным и Трусовым подсудимой Ушаковой суд также не придает вероятия, это уплата ей деньгами до 60 рублей в магазине во время отпуска хлеба, поскольку это обстоятельство ничем и какими-либо другими доказательствами по делу не подтверждены. Обращаясь к степени опасности совершенного преступления указанной шайкой воров по хищению хлеба и подрыва рабочего снабжения, и учитывая личности каждого из подсудимых, также имея ввиду особенности, эта организация шайки, система в хищениях – Краевой Суд считает необходимым к подсудимым – Кусакину, Трусову, Чистиковой и Немцеву, как к лицам особо социально опасным, применить высшую меру социальной защиты, а в отношении подсудимых Кожевниковых Николая и Алексея и Аболымовой – 10-ти летнее лишение свободы, почему ввиду изложенного Краевой Суд, руководствуясь ст.ст. 319, 320 и п. 1 и 3 ст. 326 УПК РСФСР, на основании постановления Правительства от 7/8-1932 г., приговорил:

Кусакина Семена Афанасьевича, Трусова Петра Денисовича, Чистикову Марию Даниловну и Немцева Василия Алексеевича - на основании постановления ЦИК и СНК СССР от 7/8-1932 г. подвергнуть высшей мере социальной защиты – расстрелу, без конфискации имущества за отсутствием такового.

Подсудимых: Аболымову Антонину Яковлевну и Кожевниковых Алексея и Николая Михайловичей на основании постановления Правительства от 7/8-1932 г. подвергнуть 10-ти годам лишения свободы каждого с отбытием меры социальной защиты в исправительно-трудовых лагерях, без конфискации имущества.

Обвиняемых: Ушакову Екатерину Матвеевну, Макееву Татьяну Владимировну и Дудову Анну Ивановну на основании п. 1 ст. 326 УПК за недостаточностью собранных по делу улик считать оправданными по суду.

Вещественное доказательство по делу – револьвер системы наган и кортик – конфисковать по суду.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении подсудимых Кусакина, Трусова, Кожевниковых - Алексея и Николая, Чистиковой, Аболымовой и Немцева избрать содержание под стражей в Самарском ИЗО.

Срок и порядок 72-х часового обжалования приговора в УКК Верхсуда подсудимым разъяснен, и таковой по Закону исчисляется с момента вручения копии приговора для подсудимых, а с момента провозглашения для прокурора.

Председательствующий – Фельдман (подпись).

Народные заседатели – Волков и Белякова (подписи).

(Архив Самарского областного суда, дело Кусакина и других, 1933 год).

 

Железнодорожные грабители

В течение 1932-1933 годов на Самаро-Златоустовской железной дороге активизировались банды налётчиков, грабившие пассажиров с применением огнестрельного и холодного оружия, забиравшие у них деньги и ценные вещи. При этом бандиты не останавливались перед нанесением людям ранений и увечий, не останавливались они и перед убийствами.

Работниками транспортного уголовного розыска тогда был ликвидирован ряд таких бандитских шаек, грабивших пассажиров в поездах и на станциях. Так, в конце 1932 года была задержана бандитская группировка численностью в 9 человек, руководимая Сопляковым Николаем, которая в основном действовала на участке железной дороги Самара-Батраки. В частности, она совершила налёт на товаро-пассажирский поезд № 403 на перегоне Чапаевск-Томылово, с учинением кровавой расправы с пассажирами, в результате чего было тяжело ранено 5 человек, по национальности казахов, которые направлялись из Москвы в Алма-Ату.

В 1933 году случаи бандитизма и открытых ограблений пассажиров в поездах и на станциях стали учащаться, и они имели более тяжёлые последствия. Кроме грабежа пассажиров, бандиты не раз избивали и ранили холодным оружием проводников, поездную прислугу и прочих работников железной дороги при исполнении ими служебных обязанностей. В связи с этим транспортный уголовный розыск активизировал свою работу по розыску и задержанию преступников, в результате чего удалось ликвидировать ещё целый ряд бандитских шаек. В их числе оказались следующие.

1. Бандшайка численностью 9 человек, руководимая уголовным бандитом Коростылёвым Иваном по кличке «Ванька Рябой», «Пахан», имевшая холодное и огнестрельное оружие и курсировавшая в пассажирских и товаро-пассажирских поездах между станциями Самара и Батраки, занимаясь ограблением пассажиров.

2. Бандшайка численностью в 9 человек, руководимая Бельским-Ильичёвым, также вооружённая огнестрельным и холодным оружием, действовавшая как на транспорте, так и в пригородных посёлках между станциями Зубчаниновка и Кинель, занимавшаяся ограблением пассажиров в поездах и хищением грузов на перегонах и станциях.

3. Бандшайка численностью в 3 человека, руководимая неким Белородским, в сентябре 1933 года на станции Кинель, ограбив пассажирку, бросила последнюю под поезд.

4. Бандшайка численностью в 3 человека, руководимая вором-рецидивистом Водовозовым, вооружённая холодным оружием, 10 ноября 1933 года на перегоне Толкай-Кротовка в поезде № 401 ограбила не менее 15 пассажиров, но была обезврежена работниками уголовного розыска на месте преступления.

Одной из самых «долгоживущих» на Самаро-Златоустовской железной дороге оказалась банда братьев Селивёрстовых, которая грабила пассажиров в поездах и на станциях более полутора лет (1932-1933 годы). Ниже приводятся (в сокращении) некоторые материалы судебного процесса по делу этой банды, ныне хранящиеся в фондах Центрального государственного архива Самарской области (ЦГАСО, Р-3431, оп. 1, д. 338).

 

Л.л. 166-179

Из обвинительного заключения по делу линейного суда Самаро-Златоустовской железной дороги № 999 за 1933 год.

…Характерным случаем уголовно-бандитского проявления стал налёт с целью ограбления пассажиров на товаро-пассажирский поезд № 403, произошедший 28 октября с.г. на перегоне Смышляевка-Зубчаниновка, в результате которого бандшайкой численностью в 9 человек были ранены холодным оружием (кинжалами и ножами) 4 пассажира, что и послужило возникновением данного следственного дела № 999.

Принятыми оперативными мерами розыска участников налёта в разное время по подозрению были задержаны следующие лица:

1. Столяров Михаил Яковлевич по кличке «Миха», вор-рецидивист, был задержан в товаро-пассажирском поезде № 403 по прибытии его на ст. Самара. При личном обыске обнаружен билет Кинель-Самара.

2. Дмитриев Павел Иванович, он же Власов, он же Давыдов, он же Чеплаков по кличке «Павлик», у которого при личном обыске в кармане пиджака обнаружен финский нож со следами крови, и такие же следы крови были обнаружены на подкладке пиджака.

3. Власов Василий Иванович, он же Голубев, он же Яницкий, он же Иванов Иван Степанович и Иван Иванович, по кличке «Колька Сынок» и «Ванька Сынок», при обыске у которого обнаружен проездной билет ж.д. № 9946.

4. Селивёрстов Иван Дмитриевич, по кличке «Серёжка Седой», при задержании и личном обыске у которого наряду с другими документами обнаружено:

а) годовой служебный билет № 623956 1-го экспл[уатационного] района на право проезда по участку Самара-Батраки со сроком действительности до 31.12. 1933 г.

б) удостоверение личности на имя Коновалова Сергея Петровича № 193 с фотокарточкой самого Селивёрстова И.Д.

в) суровый мешок со следами крови.

5. Селивёрстов Александр Дмитриевич, по кличке «Сашка Седой», произведённым обыском в квартире последнего обнаружено:

а) чистый бланк служебного удостоверения;

б) чистые бланки билетов ВНЧТО – 2 штуки;

в) бланки чистые со штампом и печатями 4 штуки;

г) облигации займов на сумму 160 руб.

6. Логинов Александр Кузьмич, по кличке «Шурка Георгиевский».

7. Рукавишников Евгений Александрович, по кличке «Женька».

8. Вдовин Пётр Васильевич.

9. Стародубцев Алексей Петрович, по кличке «Лёнька Золотой», при обыске на квартире у последнего в числе прочих документов обнаружено:

а) удостоверение личности № 187 на имя слесаря 1-го эксплуатационного района гр-на Апашнянского Алексея Ивановича;

б) Железнодорожный билет № 624379 на право проезда по участку Самара-Батраки;

в) вагонный ключ;

г) финский нож;

д) чистые бланки билетов ВНЧТО – 2 штуки.

Расследованием по данному делу установлено:

Перечисленные выше лица из себя составляли одну единую вооружённую шайку, участниками которой являются: 1. Селивёрстов Иван; 2. Селивёрстов Александр; 3. Логинов А.; 4. Стародубцев А.; 5. Рукавишников Е.; 6. Вдовин П.; 7. Власов В., которые на протяжении всего 1933 года занимались исключительно открытыми грабежами пассажиров в поездах.

27.10. с.г. по намеченному заранее плану эта шайка сделала очередной выезд со ст. Самара с Сургутским поездом № 62.

По прибытии на ст. Кинель С.-Зл. ж.д. с поезда № 62 сделали высадку, и за время ожидания встречного поезда к этим 7-ми человекам примкнули ещё два вора-рецидивиста – Столяров Михаил Яковлевич и Дмитриев-Давыдов Павел Иванович. Таким образом, шайка в себе насчитывала уже 9 человек.

По прибытии на ст. Кинель товаро-пассажирского поезда № 403 названная шайка в полном своём составе на этот поезд сделала посадку. В пути следования в одном из пассажирских вагонов, в котором находились колхозники, следовавшие на отходничество в промышленные города, в этом полутёмном вагоне (горела одна свечка) бандиты наметили план грабежа, для наиболее успешного его проведения у выхода дверей поставили по одному человеку. Главарь шайки Селивёрстов Иван встал в проходе в середине вагона, а Власов Василий, по указанию Стародубцева Алексея, приступил к ограблению пассажиров, в частности Калачёва Павла Ивановича, т.к. последний является родственником Стародубцева, который заранее был осведомлён о наличии у него денег. При попытке Калачёва оказать сопротивление Власову от последнего он получил четыре колото-резаных раны, очень тяжёлых ранений.

Участники налёта Рукавишников Евгений и Вдовин Пётр, видя растерянность пассажиров, схватили вещи у вербованного колхозника Чурбакова Ивана, а последний, видя своё беспомощное положение, к себе стал звать своего брата Чурбакова А., лежащего на втором ярусе полок вагона. Эти два брата, защищая свой багаж от бандитов, подверглись ранению холодным оружием со стороны бандитов Рукавишникова Евгения и Селивёрстова Ивана. В результате пассажир Чурбанов Иван получил 4 ранения, из них одно тяжёлое в руку, и Чурбаков Фёдор одно ранение, но отобрать у них вещи преступникам не удалось.

В таком же виде обрисовывают процесс грабежа сами обвиняемые Селивёрстов И., Власов В., Рукавишников Е., Логинов А. и другие.

Обозлённый на неудачу Рукавишников делал попытку к терроризированию 4-го пассажира, но тот закрылся стёганым одеялом и залез в угол купе вагона, благодаря чему он телесных повреждений не получил, а оказалось изрезанным только одно одеяло.

Создававшиеся крики и стоны израненных пассажиров понудили бандитов покинуть этот вагон. Власов взял вещи только у одного пассажира – Марченко.

Не ограничиваясь указанными выше действиями, бандшайка в полном своём составе перешла из этого вагона в другой, где также с применением холодного оружия приступила к грабежу пассажира Балаба, но последний оказал сопротивление, получив одно колотое ранение, и с помощью других пассажиров ему удалось спасти свой багаж. Гр-н Балаба ранение получил несомненно от Дмитриева-Давыдова, т.к. при задержании на одежде его были обнаружены следы человеческой крови. Это же подтверждено медицинско-экспертной комиссией.

Бандшайка, видя свою неудачу, и во избежание нежелательных для себя последствий, свой террор прекратила. Главарь Селивёрстов, Власов и Дмитриев с поезда спрыгнули на ходу при следовании по перегону Смышляевка-Зубчаниновка. Вдовин сошёл около депо Самара, а остальные участники шайки с этим же поездом № 403 доехали до ст. Самара.

28.10. с.г. Селивёрстов А., Рукавишников Евгений, Логинов А. из Самары выехали в г. Сызрань, как они выражаются, для успокоения этого шума (сделанного налётом), которые 30 октября на ст. Батраки были задержаны как безбилетные пассажиры. После задержания Селивёрстов был освобождён (имел паспорт), а Рукавишникова и Логинова направили в Сызранский РУМ, которым также представилась возможность выйти на свободу.

В процессе расследования изложенного в тексте случая удалось, кроме этого, установить ряд моментов грабежей этими же лицами, которые заслуживают внимания отметить их в настоящем заключении.

Селивёрстов Иван, занимаясь грабежами с 1930 года исключительно на ж.д. транспорте, в процессе своей преступной деятельности совершил ряд открытых вооружённых ограблений, как это имело место летом сего 1933 года. Он, Селивёрстов Иван, с участием своего брата Селивёрстова А., и третьего участника (личность не установлена), следуя с пассажирским поездом по перегону Кротовка-Толкай, у одного из пассажиров Иван Селивёрстов разрезал мешок с вещами, откуда часть содержимого вытащил, и при передаче этого своему брату Александру его действии были замечены другими пассажирами, и при попытке последних задержать бандита Селивёрстов оказал вооружённое сопротивление, т.е. вынул из своего кармана имеющийся у него револьвер системы наган (каковой им также был похищен в посаде у пассажира-военнослужащего). Но ему не удалось применить огнестрельное оружие, т.к. наган из его рук был выбит ударом пассажира. Невзирая на это, Селивёрстову удалось скрыться, наган же его был подобран оставшимся в вагоне Селивёрстовым Александром.

В том, что участники налёта составляют из себя крепко спаянную шайку уголовных бандитов, подтверждено показаниями самих обвиняемых.

Селивёрстов И., Селивёрстов А., Рукавишников Е., Логинов А., Стародубцев А. и Вдовин П. систематически совершали совместные разного рода грабежи. Рукавшников Е. только за вторую половину октября месяца припоминает два случая, которые конкретно рисуются так.

В середине октября на ст. Чапаевск с поезда № 87 им был похищен чемодан, в последних числах этого же октября на ст. Самара с пассажирского поезда им был похищен один ящик яблок.

Показания Рукавишникова:

«Всего случаев краж было много, и перечислить их все нет возможности. В поездах воровал с Селивёрстовым И., Сашкой Георгиевским (Логиновым), Селивёрстовым Александром и Лёнькой Золотым Зубом (Стародубцевым). Поездных воров, кроме этих, знаю очень много».

Показания Вдовина:

«Братьев Селивёрстовых Ивана и Александра, Стародубцева Алексея, Рукавишникова, знаю хорошо, потому что вместе с ними ездил в пассажирских поездах с целью краж».

Показания Стародубцева:

«Летом 1933 года на работу поступать не стал, а решил подзаняться немного воровством, и сразу избрал себе отрасль поездного вора. В первую свою поездку мне украсть ничего не удалось. На следующий день познакомился с поездным вором «Серёжкой Седым» (Селивёрстов Иван), с ним сразу украли какой-то багаж, точно сейчас припомнить не могу».

Названные выше лица связаны между собой не только сами, но и их жёны и родственники.

16.11.1933 года, сразу же после ареста Вдовина и Рукавишникова, жена последнего об этом поставила в известность жену Селивёрстова Ивана -Юдакову Ольгу, которая в письменной форме, об арестах через свою сестру, поставила в известность Стародубцева Алексея.

Ниже приводится текст записки, написанной Юдаковой Ольгой (женой Селивёрстова).

«Лёша, Женьку и Петьку забрали нынче утром, приходил к нам Шура наш. Лёша (Лёня) собирайся и уезжай куда-нибудь на это время. Пишет вам Лёня (Лёня Юдакова)».

Эта шайка бандитов терроризировала не только пассажиров, но и агентов транспорта с нарушением нормального движения поездов.

5.12. с.г. братья Селивёрстовы – Иван и Александр, и Логинов Александр, делая очередную поездку с целью грабежей пассажиров, при следовании с поездом № 404 (товаро-пассажирским) по перегону Чапаевск-Томылово, в одном из классных вагонов, в который вошёл контролёр поездов Горюнов с задачей проверки поездных билетов, бандиты, не желая своей расконспирации перед пассажирами и поездной прислугой, открыли дверь вагона имеющимся у себя вагонным ключом и вышли в тамбур.

Горюнову действия ушедших бандитов стали подозрительны, он решил выйти в тамбур и убедиться в этом лично сам. По выходе в тамбур контролёр предложил Селивёрстовым и Логинову обратно войти в вагон. Вместо того, чтобы подчиниться требованиям агента дороги, братья Селивёрстовы схватили контролёра, и стали толкать его к дверям тамбура, имея цель сбросить его, Горюнова, на ходу поезда. Попавшая жертва в руки бандитов пыталась оказать сопротивление. Тогда Селивёрстов Иван нанёс ему 5 колотых ножевых ран, две из них в голову и три в спину. А Селивёрстов Иван, пользуюсь моментом, начал проверять карманы контролёра с задачей уже ограбления. Горюнов, видя создавшуюся для него опасность, которая угрожает его жизни, в тамбуре поднял крик, и здесь же ему представилась возможность остановить поезд с помощью открытия крана тормоза Вестингауза. Только тогда два бандита Селивёрстовы на ходу выпрыгнули из поезда и ушли на ст. Чапаевск, а третий соучастник Логинов остался незамеченным.

Подвергшийся ранению контролёр был отправлен в Самарскую хирургическую больницу.

Это обстоятельство Селивёрстов Иван излагает в следующем виде.

«Контролёр нам предложил войти в вагон, мы же на это не согласились. Тогда он нас стал ругать бранными словами. Я, недолго думая, вынул из кармана нож и нанёс ему несколько ранений, а сам выпрыгнул на ходу из поезда».

Этими же членами бандшайки Селивёрстовыми также подвергались опасности и работники стрелковой охраны, как это имело место летом 1933 года (точная дата не установлена), на ст. Майтуга С.-Зл. ж.д. Селивёрстов был замечен около пассажирского поезда, и при попытке стрелка (фамилия не установлена) задержать поездного уголовного бандита последний залез в тамбур вагона, в котором находился его брат Иван, и к ним же вошёл стрелок, предложивший бандитам покинуть поезд, которые вместо исполнения требования стрелку оказали сопротивление, с попыткой обезоружить последнего. Стрелок тогда был вынужден выпрыгнуть на ходу из поезда.

Присоединившимся на ст. Кинель к основной бандшайке, руководимой Селивёрстовым, уголовные бандиты Дмитриев-Давыдов и Столяров между собой также проводили совместную грабительскую деятельность. Как первый, так и второй уже были дважды судимы за бандитизм. Кроме того, жена Дмитриева – Боготко, подтверждает тот факт, что участники налёта, все 9 человек, ранее между собой также были связаны по совместной воровской деятельности.

Столяров Михаил, характеризуя свою преступность, приводит примеры, что им совершались кражи сразу по 2000-3000 рублей и 6000 рублей.

Бандит Стародубцев немаловажную роль играл в деле создания своей шайки для благоприятных условий грабежа пассажиров на транспорте. Это объясняется тем, что он, Стародубцев, снабжал своих товарищей фиктивными ж.д. документами, как, например, главарю шайки Селивёрстову дал годовой служебный билет № 623956 на имя Коновалова Сергея Петровича на право бесплатного проезда по участку Самара-Батраки, удостоверение личности на имя Коновалова Сергея Петровича, слесаря 1-го эксплуатационного района. Такими же документами Стародубцев снабдил самого себя.

Кто Стародубцева снабжал этими документами, следствием не установлено, т.к. он это лицо скрывает, и якобы эти бланки им были найдены в чистом виде в пассажирском вагоне.

Привлечённые лица в качестве обвиняемых признали себя виновными в налёте и в нанесении ранений пассажирам поезда № 403, в ранении контролёра поезда № 404, и в систематическом ограблении пассажиров, за исключением Столярова, который якобы 27.10 с дачным поездом уехал из Самары, и больше в этот город возвращаться не хотел, но по прибытии на ст. Кинель с поездом № 403 решил ехать в Сызрань. Но факт участия его в налёте на поезд № 403 подтверждается тем, что он по прибытии на ст. Кинель он встретился с шайкой бандитов, оперирующей на транспорте, и с этой же шайкой с поездом № 403 выехал и он, Столяров.

На основании изложенного гр-не:

1. Селивёрстов Иван Дмитриевич, рождения 1909 года, происходит из крестьян села Михайловки, Чистопольского района Татреспублики, проживает в г. Самаре, по Земледельческой ул., д. № 8, без определённого занятия, женат, неимущий, образование низшее, беспартийный, в 1931 году судим по 162 ст. УК на 1 год условно, в армиях не служил,

Обвиняется в том, что не имея определённого места работы и занятий, как рецидивист, на протяжении трёх лет занимается преступной деятельностью – открытыми грабежами пассажиров, курсируя в пассажирских и товаро-пассажирских поездах, используя для беспрепятственного проезда жел. дор. билет и удостоверение личности для бесплатного проезда по участку Самара-Батраки, и только за период 1933 года группа уголовников во главе с ним, Селивёрстовым, совершила четыре открытых вооружённых ограбления, как-то:

1) На перегоне Кротовка-Толкай;

2) Ранение контролёра Горюнова, поезд № 404, имевшее место быть 5 сентября 1933 года;

3) Попытка обезоружения стрелка;

4) Налёт на пассажиров в поезде № 403 28.10. 1933 года на перегоне Смышляевка-Зубчаниновка, с последствием ранения 4-х пассажиров, и за время нахождения под арестом он, Селивёрстов, совершил два побега из-под стражи. Первый побег 21.11. 1933 г. им совершён из ОДТООГПУ Самара, и второй побег он же, Селивёрстов, совершил 15.12. 1933 года из Самарского изолятора, т.е. совершил преступление, предусмотренное ст.ст. 59-3 и 82 УК РСФСР.

2. Селивёрстов Александр Дмитриевич, рождения 1912 года, происходит из крестьян села Михайловки, Чистопольского района Татреспублики, проживает в г. Самаре, Ямская ул., д. № 125, без определённого занятия и работы, женат, неимущий, образование низшее, беспартийный, ранее со слов не судим, в армиях не служил,

Обвиняется в том, что на протяжении всего 1933 года состоял в шайке уголовных бандитов, возглавляемой его братом Селивёрстовым Иваном, с каковой участвовал в систематических грабежах пассажиров, в этом же 1933 году он участвовал в 4-х налётах [далее повторяется тот же список, что и для Селивёрстова Ивана – В.Е.].

3. Рукавишников Евгений Александрович, рождения 1912 года, происходит из рабочих г. Самары, проживает на ул. Набережная реки Волги, д. № 286, без определённого места жительства и занятий, женат, со слов не судим, в 1933 году в Самгормилиции имеет привод по ст. 74 УК.

4. Власов Василий Николаевич, он же Голубев, он же Иванов, он же Яницкий Иван Степанович и Иван Иванович, рождения 1915 года, происходит из рабочих г. Бугуруслана СВК, без определённого места жительства и занятий, холост, неимущий, образование низшее, в 1932 году судим по 162 ст. УК на 2 года условно, имеет приводов: 12.12. 1929 г. – УРО г. Самара, 27.07. 1929 г. г. Оренбург по ст. 162 ст. УК в 1929 г. Самгормилиции по ст. 162 УК.

5. Дмитриев Павел Иванович, он же Давыдов, он же Чеплаков, он же Власов Сергей Иванович и Герасимович, рождения 1913 года, происходит из крестьян села Кротовка Кинель-Черкасского района СВК, по национальности русский, без определённого занятии и места жительства, холост, неимущий, образование низшее, беспартийный, в 1932 году осуждён по ст. 182 УК за незаконное хранение огнестрельного оружия, осуждён на 6 месяцев принудработ. В этом же 1932 году по ст. 59-3 за ограбление вагонов осуждён на 5 лет лишения свободы, из-под стражи Сызранского домзака совершил побег 22.05.1933 года. В К.-Черкасском РУМе имеет привод по 59-3 ст. 18.03.1933 года, там же по ст. 162 и 82 УК имеет ещё привод, совершил также побег.

Все трое обвиняются в том, что, состоя в шайке вооружённых уголовных бандитов, на протяжении ряда лет систематически занимались грабежом пассажиров и городского населения. Последний налёт ими сделан на пассажиров поезда № 403 с целью ограбления, в результате которого Рукавишников нанёс 5 ножевых ранений пассажирам – Чурбаковым Ивану и Фёдору. Власов нанёс четыре ранения Коночеву, а Дмитриев-Давыдов нанёс одно ранение пассажиру Балаба. Кроме того, Дмитриев дважды совершал побег из мест заключения, т.е. преступление, совершённое Рукавишниковым, предусмотрено ст. 59-3, Власовым – 59-3, и Дмитриевым-Давыдовым – 59-3 т 82 ст.ст. УК РСФСР.

6. Логинов Александр Кузьмич, рождения 1916 года (действительный возраст укрыл, врачебной комиссией установлено 18 лет), кличка «Сашка Георгиевский», происходит из крестьян села Георгиевка Кинельского района СВК, по национальности русский, беспартийный, проживал в г. Самара, Аксаковская ул., д. № 95 (не прописан), без определённого занятия, имеет несколько приводов в РУМ.

Обвиняется в том, что, состоя в шайке уголовных бандитов, курсировал по жел. дороге исключительно с целью грабежа с главарём шайки Селивёрстовым Иваном и другими, принимал участие в нападении на контролёра поезда № 404 5.10. 1933 года и в налёте на товаро-пассажирский поезд № 403 28.10. 1933 года с целью грабежа пассажиров, т.е. совершил преступление, предусмотренное ст. 59-3 УК РСФСР.

7. Стародубцев Алексей Петрович, рождения 1914 года, происходит из крестьян села Куликовка Нагайбатского района Уральской области, по национальности русский, проживает в г. Самаре, Вокзальная ул., д. № 62, кв. 3, без определённого места работы и занятий, холост, беспартийный, образование – окончил семилетку, ранее со слов не судим.

Обвиняется в том, что на протяжении всего 1933 года участвовал в бандшайке, которая оперировала на жел. дор. транспорте с целью открытого грабежа пассажиров и агентов дороги, а также участвовал в налёте на пассажиров поезда № 403 28.10. 1933 года, где указывал своим соучастникам пассажиров, имеющих вещи деньги (Коночев). Кроме того, он, Стародубцев, занимался приготовлением фиктивных жел. дор. документов, которыми снабжал членов своей бандшайки для беспрепятственного проезда с целью грабежей на транспорте, т.е. совершил преступление, предусмотренное ст. 59-3 и 169 УК РСФСР.

8. Столяров Михаил Яковлевич, рождения 1914 года, происходит из рабочих г. Уфа, по национальности еврей, подданство СССР, без определённого места жительства и занятий, холост, неимущий, образование низшее, беспартийный, в 1983 году судим дважды по ст. 162 УК нарсудом 2-го участка на 1 год 2 м-ца лишения свободы, нарсудом 2-го участка г. Самары на три года ссылки, из Сам. изолятора совершил побег. В 1933 году имеет привод в КРУМе СВК по 59-3 ст. УК и семь приводов по 162 УК, и

9. Вдовин Пётр Васильевич, рождения 1912 года, происходит из крестьян с. Красный Яр, этого же района СВК, по национальности русский, подданство СССР, проживает в г. Самара, ул. Набережная реки Волги, дом № 286, 1 сентября (после налёта) поступил проводником пассажирских вагонов депо ст. Самара, холост, неимущий, окончил ж.д. ФЗУ в г. Самаре, беспартийный, ранее со слов не судим.

Оба обвиняются в том, что они, будучи участниками уголовной бандшайки, руководимой Селивёрстовым Иваном, занимались открытыми вооружёнными грабежами пассажиров в поездках и на вокзалах, 28.10. с.г. они же явились участниками налёта на пассажиров поезда № 403, также с целью грабежа, кроме того, Столяров в 1933 году совершил два побега из Самарского изолятора, т.е. совершённое преступление Столяровым предусмотрено ст. 59-3 и 82 УК, и Вдовиным ст. 59-3 УК РСФСР.

Настоящее дело подлежит рассмотрению Линейного суда Сам.-Златоуст. ж.д.

Составлено 22 декабря 1933 года.

Уполномоченный ОДТООГПУ Долгов (подпись).

Согласен. О/уполном. ОДТООГПУ Александров (подпись).

Утверждаю. Нач. ОДТООГПУ Головин (подпись).

Справка. Обвиняемые Селивёрстов И., Селивёрстов А., Логинов А., Стародубцев А., Рукавшников Е., Вдовин П., Власов Д., Дмитриев, Столяров М. содержатся под стражей при Самарском изоляторе.

Уполномоч. ОДТООГПУ Долгов.

Справка. Отобранные вещи, как вещдоказательство по делу, находятся на хранении в складе ДТООГПУ Самара.

Уполномоч. ОДТООГПУ Долгов.

 

Л.л. 211-215.

Приговор именем Российской Социалистической Федеративной Советской Республики от 9 января 1934 года.

Линейный суд Самаро-Златоустовской жел. дор. в составе председательствующего Полякова и членов очередных народных заседателей Кожина и Беликова… в открытом судебном заседании выездной сессии на станции Самара, кр. уголок «Путь», рассмотрел уголовное дело…

[…]

Приговорил:

Вдовина Петра Васильевича – на три года л.с. [лишения свободы] в лагерях;

Столярова Михаила Яковлевича – на четыре года л.с. в лагерях;

Власова Василия Николаевича и Логинова Александра Кузьмича – по пять лет л.с. в лагерях каждому;

Рукавишникова Евгения Александровича – на восемь лет л.с. в лагерях;

Селивёрстова Ивана Дмитриевича, Селивёрстова Александра Дмитриевича, Дмитриева Павла Ивановича и Стародубцева Алексея Петровича – расстрелять.

 

Л. 216.

Определение коллегии по транспортным делам Верховного Суда Союза ССР от 14.02.1934 года.

[…]

Учитывая первую судимость осужденных Селивёрстова Александра и Стародубцева Алексея, а также молодой возраст осуждённого Дмитриева Павла, заменить всем троим расстрел 10 годами лишения свободы каждому с заключением Дмитриева в концлагеря с установлением над ним особого надзора.

В отношении осуждённого Селивёрстова Ивана, как организатора шайки бандитов, меру социальной защиты – расстрел, оставить в силе.

Председательствующий Страхов

Члены Акимов, Красненков.

 

Л. 217.

Решение административной тройки Верховного Суда Союза ССР от 20.02.1934 года Селивёрстову Ивану был заменён на 10 лет заключения в лагерях.

(Источник: материалы ЦГАСО, фонд Р-3431, оп. 1, д. 338).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

 

Литература

Засухи в СССР, их происхождение, повторяемость и влияние на урожай. Л. 1958.

Зеленин И. Е. О некоторых «белых пятнах» завершающего этапа сплошной коллективизации. — История СССР, 1989, № 2, с. 16—17.

Из истории органов внутренних дел Самарского края (1586-2006 г.г.). Самара. Издательский дом «Би Групп». 2006. 156 с.

Кабанов П.Г., Кастров В.Г. Засухи в Поволжье. В кн: Научные труды НИИ сельского хозяйства Юго-Востока. Вып. 31. [Саратов]. 1972, с. 137.

Кондрашин В. В. Голод 1932-1933 годов. Трагедия российской деревни. Научное издание. М., «Росспэн», 2008. 520 с.

Конквест Р. Жатва скорби. Советская коллективизация и террор голодом. Лондон. 1988, с. 409,

Сельское хозяйство СССР. Ежегодник. 1935. М. 1936, с. 270—271.

Служба дни и ночи. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1978. 340 с.

Суховеи, их происхождение и борьба с ними. М. 1957, с. 33.

Тумшис М., Алексеев П., Карпов И. Полиция и милиция Самарской губернии (имена, события, факты). 1802-1967 г.г. Самара, 2003. Тип. ГУВД Самарской области. 152 с.

Часовые порядка. Рассказы о милиции. Сост. Г.П. Шарапова. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1987. 304 с.

Честь и мужество. Рассказы о милиции. Сост. Г.П. Сокольников. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1981. 272 с.

 

 

Дополнение

Самарский областной государственный архив социально-политической истории (СОГАСПИ), Ф-1141, оп. 20, д. 732.

Средне-Волжский краевой комитет ВКП (б)

Оргинструкторский отдел

Доклады, отчёты о работе судебных органов. Спецсообщения и переписка о важнейших происшествиях в крае в 1931 году.

 

Л.л. 97-117.

РСФСР

Управление милиции и уголовного розыска при исполнительном комитете

Советов Средне-Волжского края.

7.06. 1931 г.

№ 738-30

Г. Самара

Сов. секретно. 12 экз. ЗГ.

В главное управление милиции и розыска при СНК РСФСР.

Информационная сводка о выдающихся преступлениях уголовного характера, совершенных на территории Средне-Волжского края за 2-ю половину мая м-ца 1931 г.

II раздел – наиболее выдающиеся преступления уголовного характера.

Бандитизм

[…]

Банда Сызранского района

2. Означенная банда активных действий за отчётное время не проявляла, и, по сведениям, продолжает находиться на территории Нижне-Волжского края. Сведений об участниках банды из районов пока не поступали, выявление которых продолжается.

Появление других бандгруппировок

За отчётное время в крае наблюдается усиленное движение бандгруппировок. По материалам видно, что большинство бандгруппировок происходит за счёт бежавших из мест ссылки кулацких элементов, которые, вооружаясь, скрываются в лесах и производят налёты. В общей сложности таких бандгруппировок, которых мы принимаем на условный учёт, насчитывается до 8, из них следующие:

[…]

Банда по Сызранскому району.

4. По материалу, поступившему от начальника Сызранского РУМУР, видно, что в районе с. Байдеряково и посёлка «Красное поле» появилась банда численностью 5-6 чел., вооружённых охотничьими ружьями. Как видно, что в означенную банду входят лица, происходящие из гр-н с. Байдеряково Русаковы Егор Петрович, 70 лет, Порфирий Егорович – 50 лет, Иван Егорович – 36 лет, Александр Перфилович – 22 лет, и Львов Пётр Степанович, 27 лет. Все перечисленные бежали из Северного края, куда были высланы по суду. Бандиты скрываются в лесу и имеют хорошую поддержку со стороны родственников, снабжающих их продуктами питания и одеждой. К участникам банды примкнул кулак посёлка «Красное поле» Аринин Андрей, 22 лет, вооружённый охотничьим ружьём. Пока банда действий никаких не проявляет. Приняты меры к установлению места нахождения бандитов и задержанию их. На учёт принимается по Сызранскому району.

[…]

Другие бандгруппировки.

7. Кроме принятых на учёт бандгруппировок, по сведениям, наблюдается появление их в Лунинском, Боклинском, Павловском и Челно-Вершинском районах. Появление этих группировок, по первоначальным негласным сведениям, характеризуется следующим образом.

[…]

в) По Павловскому району. Начали проявлять бандитскую деятельность бежавшие 25 апреля с.г. из-под стражи задержанные в селе Асееве, Павловского района, бандиты Сурков Мингали, Салихов Яхья Халитов Сабир. Начальнику Павловского РУМУР предложено немедленно выявить и ликвидировать организовавшихся бандитов.

г) По Челно-Вершинскому району. По негласным сведениям, известно, что в селе Давлезеркино Челно-Вершинского района организовалась банда из следующих лиц: Шумкова Михаила, Кузнецова Павла, Евсеева Максима, Моисеевых Семёна и Петра. По социальному происхождению участники банды в большинстве происходят из бедняков. Перечисленные лица последнее время проявили большое количество воровских действий, подламывая у крестьян амбары и воруя из них хлеб и продукты, которыми спекулировали на рынке. Бандиты, кроме того, разыскивали в ямах скрытый хлеб, который увозили и продавали на рынке, как видно, последнее время бандиты решили скрываться в лесу, грабить крестьян, поджигать колхозы и убивать активистов. Начальнику Челно-Вершинского РУМУР предложено принять все меры к тому, чтобы выявить участников указанной банды и задержать.

Ликвидация банды в городе Самаре.

8. 22 мая с.г. вечером рабочий завода № 42 Чистяков Борис вместе с гражданкой Грошевой Галиной поехали на дачу погулять, и около 12 часов ночи они возвращались с берега реки Волги по 4-й просеке к трамвайной остановке. На расстоянии 300-400 метров от трамвайной остановки их окружили 6-7 человек неизвестных, из которых двое были вооружены револьверами системы «наган», которые, скомандовав «руки вверх», обыскали их, во время чего отобрали у Чистякова пиджак, брюки, ботинки, деньги 35 руб., серебряные часы, золотое кольцо и разные документы, а с Грошевой сняли демисезонное пальто, затем скрылись на другой просеке. По описанным приметам в данном ограблении был заподозрен известный ОРО заключённый и бежавший из колонии «1 мая» Шигарев Виталий, которого потерпевшие опознали по предъявленной фотокарточке.

Имея в наличии данные, что Шигарев имеет товарищей по преступной деятельности в лице Гусева Михаила, ОРО на его квартиру была поставлена засада, одновременно посланы были другие сотрудники на дачу, где проживает отец Шигарева с целью задержания его сына Виталия, но последнего там не оказалось. Засадой у квартиры Гусева в 3 часа утра был задержан Гусев, и через него была установлена квартира одного из приятелей Гусева и Шигарева – Волкова Константина, где должны были находиться Шигарев и его соучастники. Около квартиры Болотова в садике, расположенного на территории эпидемической больницы по Ярмарочному спуску, захвачены спящими Болотов, Шигарев и Кожухов Василий. На следующий день Гусев, Шигарев, Болотов и Кожухов были предъявлены потерпевшим, из которых Чистяков опознал Шигарева и Гусева, а Грошева – Шигарева, за участие их в грабеже.

На дознании задержанные в предъявленном обвинении себя не признали, но впоследствии Шигарев указал, что ему известно, что ограбление на 4-й просеке совершили Болотов, Кожухов, Гусев и двое неизвестных, по имени Виктор и Исмаил, по кличке «Юрок». Шигарев указал мест о нахождения зарытых револьверов, которые обнаружены под деревом в садике эпидемической больницы.

Через негласные сведения установлено местонахождение вещей, отобранных при ограблении, которые были спрятаны матерью Болотова. Вещи отобраны и переданы потерпевшим.

На вторичном допросе Болотов сознался в своём участии и ограблении, что Виктором является Трофимов, а Исмаилом – Ильиничин, квартиры которых были установлены до допроса Болотова по негласным сведениям. Трофимов и Ильиничин безошибочно были определены Чистяковым за грабителей.

Одновременно установлено, что 21 мая с.г. Шигарев, будучи выпивши, на даче приставал к женщинам и девушкам, наставляя на них револьвер системы «наган», и требовал от них предъявления документов.

20 мая с.г. совершено ограбление в Коммунальном садике гр-на Бубнова, у которого неизвестные отобрали пиджак и кошелёк с деньгами в сумме 5-6 руб. Задержанные Болотов, Шигарев, Кожухов и Гусев были предъявлены Бубнову, из которых последний опознал Кожухова за одного из участников его ограбления.

По данным Рег. Роз. Бюро, задержанные имеют целый ряд приводов и судимостей за кражу, хулиганство и групповое изнасилование, причём Шигарев разыскивается Самарским домзаком за побег из колонии «1-го мая». К задержанным предъявляется обвинение в бандитизме по ст. 59-3 УК. Дело находится в процессе расследования.

[…]

Врид. начальника управления милиции и розыска СВК Мильнер (подпись).

Начальник отдела оперативного розыска края Терентьев (подпись) (рис. 16-18).

 

ГАСО, Р-2558, оп.2, д.197.

Секретно.

Председателю крайисполкома тов. Полбицыну.

Специальные донесения Куйбышевской областной прокуратуры.

Л.л. 31-32.

Там же.

Арестована крупная бандитская группа.

Прокурор г. Сызрани сообщил нам, что органами УгРО Сызрани арестована бандитская группа в составе 7 человек, во главе которой стоял бывший кулак, лишенец, приговоренный в 1932 году к расстрелу, но бежавший из тюрьмы, гражданин Невматуллин Имат-Сафа Вахрутдинович, он же Рахматуллин, он же Кузяев.

В группу входили: сын указанного главаря Сулейман, Пронолов Николай Васильевич, Правдин Антон Васильевич, Правдин Александр Иванович, Аверьянов Павел Иванович и Филиппов Петр Ермолаевич. Эта банда в течение последних лет совершала налеты в Сызранском и соседних с ним районах.

В 1934 году, как установлено дополнительной проверкой, участники банды совершили налет на агента райЗО Зыкова и председателя сельсовета Салихова. В 1936 году банда ограбила базу заготконторы райпотребсоюза Ново-Спасского района. В октябре 1936 года был ограблен ряд складов в Городищенском районе.

При задержании указанных бандитов они оказали вооруженное сопротивление и ранили бригадмильца Малкина. У бандитов отобрано: обрез, дробовое ружье и револьвер системы «Смит-Вессон» с патронами.

Следствие продолжается.

Прокурор области Н. Жалнин.

[…]

 

Л.л. 59-60.

Спецдонесение № 9 от 19 января 1937 года.

Уличные «бои» учащихся.

Прокурор г. Пензы сообщил, что 1 января текущего года учащиеся начальных школ сел Саловки и Тулузаковки, сойдясь на берегу реки, протекающей между этими селами, стали кидаться друг в друга камнями. Со стороны ребят Тулузаковки участвовало 16 человек, а саловских было 20.

Ученик Саловской школы Николаев Алексей, имея у себя самодельное ружье, сделал из него несколько выстрелов по направлению тулузаковских школьников, но не причинил им никакого вреда. Из того же ружья было произведено два безрезультатных выстрела мальчиком Матвеевым Борисом. После этого Николае снова зарядил свое ружье пломбой, выстрелил в тулузаковских мальчиков и тяжело ранил одного из них – Сапожникова Николая.

Оказалось, что подобные драки учащихся происходили и раньше, и об этом было известно взрослым, но мер никаких не принималось. Оружие в драках стало применяться только в последнее время. Расследованием установлено, что порох для самодельных ружей мальчики покупали за утиль-сырьё у разъезжавших по селам сборщиков.

Прокурор отмечет слабость партийно-массовой работы в селе Саловка, и особенно среди детей. Изба-читальня и клуб в селе не работают. При беседе с участниками «боев» прокурору было заявлено: «Идти некуда, заниматься нечем. Если бы было что-нибудь в школе или в селе, мы бы не дрались с тулузаковскими».

В Саловской школе существовал пионер-отряд численностью до 60 человек, но с октября 1936 года этот отряд, вследствие призыва в Красную Армию пионервожатого, прекратил свое существование. На просьбу директора школы Бочкарева к секретарю Пензенского горкома комсомола Масалкину о высылке пионервожатого в Саловскую школу мер принято не было. Сама школа, имеющая 12 педагогов, никакой внешкольной работы с учениками не ведет, связи с родителями почти не имеет. За весь 1936 год было проведено только одно родительское собрание.

Село Саловка имеет самый низкий процент коллективизации в районе. Из 151 хозяйства села состоят в колхозе только 73 хозяйства. В этом селе распространена преступность. За 1936 год было осуждено за бандитизм и ограбления 12 человек. Обо всем этом горпрокурор сообщил Пензенскому горкому ВКП (б). По делу ведется предварительное следствие (рис. 19-23).

 

Л. 61.

Там же.

Развившаяся преступность угрожает работе почты.

Начальник краевого управления связи сообщил, что в г. Сызрани и Сызранском районе из-за развившейся преступности и слабого розыска преступников органами НКВД создается угроза нормальной работе органов связи, перерабатывающих большое количество государственных ценностей. Наряду с крупными хищениями и ограблениями на улицах Сызрани был случай убийства почтового ямщика Мещанинова, везшего почту 27 августа 1936 года из Сызрани в село Новый Ризадей. Преступники до сего времени не разысканы. Об этом облпрокуратура сообщила начальнику КРУМ для принятия соответствующих мер.

 

[…]

Л. 246.

Спецдонесение № 65 от 10 июня 1937 года

Арест вооруженных бандитов

В ночь на 5 июня с.г. вблизи г. Сызрани, в лугах, сызранской милицией была задержана вооруженная банда, состоявшая из цыган Лиманских и Романенкова. При аресте у них отобрали револьвер системы «Наган» с пятью боевыми патронами, 25 подложных конских паспортов, 3 печати. Здесь же обнаружено 5 краденых лошадей и один жеребенок, владельцы которых найдены в тот же день.

Установлено, что указанная бандгруппировка систематически занималась вооруженными ограблениями и кражами лошадей на территории Сызранского, Базарно-Сызганского, Барышского и Кузнецкого районов. При задержании бандиты и члены их семей оказали работникам милиции вооруженное сопротивление. Арестованы: Лиманский Григорий, Романенков Владимир, Лиманская Анна и другие, всего 8 человек. Есть сведения о том, что главарь банды Лиманский Григорий связан с подобными бандитскими группами, оперирующими на территории Средней Азии.

Следствие по делу ведет Сызранский горотдел милиции.

 

Л. 247.

Там же.

Вооруженное ограбление магазина

29 мая с.г. в магазин Кашпирторга (Сызранский район) явились в 10 часов утра двое вооруженных грабителей, направили на продавцов пистолет системы «Браунинг» и ружейный обрез, и, скомандовав «Руки вверх», забрали деньги и товары на общую сумму 1791 рубль, после чего скрылись.

На другой день, 30 мая, оба грабителя были задержаны. Ими оказались Даньшин Сергей и Червяков Иван. Кроме ограбления указанного магазина, Даньчин и Червяков подозреваются в вооруженном ограблении хлебного ларька на Кашпирском руднике, совершенном 15 апреля с.г., в вооруженном ограблении колхозников на большой дороге вблизи села Заборовка и в убийстве почтальона Сызранского отделения связи, совершенном в августе 1936 года.

Следствие ведет Сызранский горотдел милиции.

 

Л. 251.

Спецдонесение № 66 от 15 июня 1937 года.

Появление вооруженной банды

В ночь на 8 июня с.г. в райцентре Подбельск появилась вооруженная банда численностью в 4 человека. Банда совершила налет на помещение районной сберегательной кассы, но не сумела вскрыть помещение, где хранятся ценности. Преступники ограничились тем, что отняли оружие у охранявшего сберкассу сторожа Тягина.

В ту же ночь бандиты совершили нападение на инструктора районо Непряхина, которому нанесли удар в голову тупым предметом, отчего Непряхин потерял сознание. У потерпевшего похищены документы и деньги.

В эту же ночь были выставлены стекла в окнах квартир 3-х районных работников. Однако ни в одном из этих случаев ограбления квартир произведено не было.

В ту же ночь на одном из местных складов был похищен брезент, которым была накрыта заготовленная партия шерсти.

По делу ведется расследование. Преступники пока не найдены.

[…]

 

Л. 273.

Спецдонесение № 70 от 15 июля 1937 года

[…]

Арест афериста, выдававшего себя за Героя Советского Союза

9 июля с.г. к дежурному на станции Майтуга железной дороги имени В.В. Куйбышева явился находившийся в нетрезвом состоянии неизвестный гражданин, который назвался Героем Советского Союза Леваневским и потребовал отправить его первым же поездом на станцию Безенчук. Дежурный по станции Майтуга, не проверив документы неизвестного, посадил его на первый же отправляющийся на Безенчук поезд, куда неизвестный и прибыл в тот же день. Приехав в Безенчук, неизвестный отправился в райком партии, и, явившись ко второму секретарю т. Огурцову, также стал рекомендовать себя Героем Советского Союза Леваневским и стал просить денежной помощи. Кроме того, неизвестный стал просить обеспечить горючим его самолет, на котором он якобы летел с Северного полюса, и ввиду нехватки горючего вынужден был сделать посадку в Безенчуке.

Ввиду явной несообразности рассказов неизвестного секретарь райкома т. Огурцов начал расспрашивать у него подробности, затем потребовал предъявить документы. В конце концов самозванец сознался, что на самом деле он не является Героем Советского Союза Леваневским, а назывался этим именем для того, чтобы выманивать в райорганизациях денежную помощь. Было установлено, что на самом деле неизвестный является гражданином Володиным без определенного места жительства и занятий.

Володин заключен под стражу как социально вредный элемент. Следствие по делу ведет Безенчукское РОМ.

 

 

Материалы из архива Самарского областного суда

Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

27-28 января 1937 года Выездная Сессия Куйбышевского областного суда в составе: председательствующего – члена Облсуда Голдосинской, народных заседателей: Алексеева и Лукьянова, при секретаре Лыгине, с участием государственного обвинителя помощника горпрокурора Ломова и государственной защиты ЧКЗ Бочкарева, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению:

Смирнова Николая Васильевича, рождения 1913 года, уроженца г. Ачинска, Красноярского края, по соц. происхождению из рабочих, по положению, общественно-полезным трудом занимался до 1935 года, в 1935 году судим по ст. 162 п. «г» УК к 2 годам лишения свободы, по имеющейся справке, которая была отобрана у обвиняемого, видно, что он освобожден из Дальлага за отбытием меры наказания 23/Х-1936 года, на справке же, имеющейся на листе № 104, видно, что из Дальлага он сбежал, образование имеет 5 лет начальной школы и 2 года профсоюзной школы, холост, беспартийный, после освобождения из Дальлагеря определенного места жительства не имел, а также и работы.

Мазур Николай Андреевич, он же Крошечкин, он же Назаров, он же Ваулин, он же Воронин Михаил Леонтьевич, уроженец с. Ильино Больше-Черниговского района, Куйбышевского края, по социальному происхождению из служащих, общественно-полезным трудом занимался до 1931 года, а с этого момента определенного места жительства не имел, а также не имел и постоянной работы, судим по ст. 162 п. «г» УК в 1931 году к 2 годам лишения свободы и в 1933 году по Закону Правительства от 7/8-1932 года к 10-ти годам лишения свободы, меру наказания отбыл в Мариинском лагере, откуда, не отбыв меры наказания, сбежал, малограмотный, холост, беспартийный.

Новиков Александр Михайлович, рождения 1918 года, уроженец города Сызрани, по социальному положению из рабочих, в течение последнего года работал в пекарне тестомесом, образование имеет 3 года начальной школы, беспартийный, судим в 1934 году по ст. 162 п. «г» УК к одному году лишения свободы условно.

Всех троих в преступлении, предусмотренном ст. 59-3 УК [бандитизм].

Рассмотрев материал предварительного следствия, заслушав объяснение на суде обвиняемых, заслушав показания свидетелей, а также заслушав речь государственного обвинителя и государственной защиты, Выездная сессия нашла установленным следующее:

Обвиняемый Смирнов, возвращаясь с места отбытия им меры наказания из Дальлага, в пути следования встретился со сбежавшим с места лишения свободы из Мариинских лагерей с обвиняемым по делу Мазур, и в пути следования к гор. Сызрани они сблизились между собой настолько, что обвиняемый Мазур рассказал Смирнову о том, что у него имеется оружие системы «наган», которое им похищено из кармана у одного из оперативных работников мест заключения.

По приезду в гор. Сызрань оба обвиняемых находились на вокзале ст. Сызрань-1, и во время их пребывания там они познакомились с обвиняемыми по делу Новиковым и Аракчеевым (последний из Сызранской тюрьмы неизвестно куда и неизвестно под чьей фамилией выбыл в этап, и дело в отношении него приостановлено до его возвращения).

3 декабря 1936 года обвиняемые Смирнов, Мазур, Аракчеев и Новиков, будучи на вокзале, договорились между собой совершать вооруженные ограбления в гор. Сызрани, и для осуществления своих намерений обвиняемые по делу наняли извозчика и поехали в ресторан, находящийся на Советской улице. Причем в пути следования обвиняемый Мазур имевшийся у него револьвер системы «наган» с имевшимися в нем семью патронами передал Смирнову. В ресторане они произвели выпивку все четверо до закрытия ресторана. По выходе из ресторана обвиняемые по делу Смирнов и Аракчеев пошли вперед, а Новиков и Мазур позади.

Обвиняемые Смирнов и Аракчеев, идя по улице Сталина, увидели идущих троих граждан, которые впоследствии оказались работниками Гортеатра, а именно: Литвиненко, Ковалевым и Смирновой. Поравнявшись с последними, Смирнов, наставив револьвер на потерпевших, скомандовал им «руки вверх», после чего стали совершать ограбление с гр. Литвиненко, у которого сняли верхнее пальто, отобрали скрипку в футляре и портфель с документами, с потерпевшей Смирновой сняли пальто, а потерпевшего Ковалева ограбить им не удалось, так как он от них сумел сбежать. После ограбления указанных выше граждан Смирнов и Аракчеев сбежали, а потерпевшая Смирнова также побежала по направлению, куда бежали обвиняемые по делу, и, увидев грабителей недалеко от своего дома, рассмотрев награбленное, Смирнова стала плакать и просить их возвратить ей её пальто. Грабители приказали ей молчать и тут же возвратили ей её пальто, а сами поспешили скрыться.

Все награбленные вещи Смирновым и Аракчеевым были переданы обвиняемым Новикову и Мазур, а сами они пошли по улице Дзержинского. Около Кузнецкого бандитами был встречен гр. Горшунов, шедший на работу. Обвиняемый Смирнов, наставив на него револьвер, приказал ему поднять руки вверх, после чего с него сняли сапоги, а обвиняемый Аракчеев, обыскав у потерпевшего карманы, денег не нашел, после чего забрал сапоги у потерпевшего, ему же оставил старые брезентовые туфли, предложил Горшунову лечь и закрыться плащом, а сами они поспешили скрыться. Эти же сапоги, так же, как и раньше снятую одежду с работников Гортеатра, они передали Новикову и Мазур, и, как выяснилось впоследствии, все эти вещи Новиковым по предложению грабителей были спрятаны у него в доме на подлавке. После этого Смирнов и Аракчеев пошли дальше по Ульяновской улице, и, завидя идущего им навстречу человека, Аракчеев остался на углу, а Смирнов подошел к идущему, впоследствии оказавшимся Майоровым, остановил его, и под силой оружия с последнего было снято пальто меховое, енотовое, с каракулевым воротником, кожаные сапоги, и при обыске из кармана были взяты деньги в сумме 77 рублей. Кроме того, под силой оружия Смирнов предложил Майорову взять сапоги и нести их до темного угла, где Смирнов снял с себя валенки и отдал их Майорову, а сам надел сапоги его, а затем предложил Майорову идти молчать, что если он будет говорить, то он его пристрелит. Причем при ограблении Майорова Смирнов наставил оружие последнему и к виску, и к носу, говоря: «Если тебе дорога жизнь, то подчиняйся мне», после чего Майоров ушёл, а Смирнов надел пальто потерпевшего и тут же скрылся.

Около 3-х часов в ту же ночь обвиняемый Смирнов, с кем-то из обвиняемых по делу – точно установить на судебном следствии не представилось возможным, приехал на извозчике на Советскую улицу гор. Сызрани, и, увидев недалеко от тира идущего гражданина Воробьева, один из преступников спрыгнул с извозчика, подбежал к потерпевшему Воробьеву с наганом в руках, скомандовал ему «руки вверх» и заставил раздеться. Воробьев сбросил с себя шинель, которую поднял второй грабитель, после чего произвели обыск у потерпевшего, из кармана у которого ими были отобраны документы и 50 рублей денег.

В момент ограбления Воробьева к ним стал подходить постовой милиционер Панин, и крикнул им: «В чём дело?». В этот момент один из преступников побежал к милиционеру, и с расстояния 20 метров, как это усматривается из показаний Панина, произвел выстрел в него, но в милиционера не попал, так как тот упал на землю, а грабители после этого поспешили скрыться.

После совершения выше перечисленных бандитских налетов милицией гор. Сызрани были приняты меры к розыску и задержания грабителей.

При розыске на углу Сталинской улице работниками милиции был замечен сидящий неизвестный, который по адресу к подходившим к нему выражался нецензурными словами, и когда увидел, что это работники милиции, то пытался выхватить из кармана револьвер, но ударом по руке одним из работников милиции револьвер был у него вышиблен из рук задержанного, который оказался Смирновым.

На предварительном следствии все обвиняемые виновными себя признали, за исключением Новикова.

На суде обвиняемый Смирнов признал лишь вину свою в двух бандитских налетах, а именно – на работников Гортеатра и на Майорова.

Обвиняемый Мазур признал лишь себя виновным только в незаконном хранении огнестрельного оружия системы «наган».

Обвиняемый Новиков виновным себя ни в чем не признал, однако не отрицал, что награбленные вещи он принял от грабителей, а именно – скрипку в футляре и пальто, принадлежащее работнику Гортеатра Литвиненко, и сапоги, принадлежащие Горшунову, также не отрицал он и то, что все награбленные и переданные ему вещи он по предложению грабителей унёс к себе в дом, на подлавку, и что впоследствии пальто Литвиненко им было продано в Батраках, и что скрипка им лично была продана за 100 рублей Гурьянову, но деньги за неё он еще не получил.

На основании изложенного, а также учитывая свидетельские показания на суде, путаные показания самих обвиняемых, выездная сессия считает, что виновность их вполне установлена в преступлении, предусмотренном ст. 59-3 УК.

Учитывая также степень виновности каждого осужденного в отдельности, степень социальной опасности совершенного преступления и лиц, совершивших преступление, а поэтому, руководствуясь ст.ст. 319, 320 УПК РСФСР, приговорила:

Обвиняемых: 1. Смирнова Николая Васильевича, 2. Мазур Николая Андреевича, он же Крошечкин, он же Назаров, он же Ваулин, он же Воронин Михаил Леонтьевич, и 3. Новикова Александра Михайловича признать виновными по ст. 59-3 УК, и подвергнуть их мере наказания – Новикова к лишению свободы сроком на пять (5) лет, без поражения гражданских прав. Мазур Николая Андреевича подвергнуть к тюремному заключению сроком на десять (10) лет, с поражением гражданских прав сроком на пять (5) лет. Смирнова Николая Васильевича подвергнуть высшей мере наказания – расстрелять.

Зачесть обвиняемым Мазур и Новикову время, проведенное под стражей, Мазур – с 4/ХII-1936 года, а Новикову с 10/ХII-1936 года.

Меру пресечения обвиняемым оставить прежнюю - содержание под стражей.

Вещественное доказательство по делу револьвер системы «наган» конфисковать в доход государства.

Приговор окончательный, но может быть обжалован в течение 72-х часов с момента вручения копии приговора.

Председательствующий – Голдасинская (подпись).

Народные заседатели – Лукьянов и Алексеев (подписи).

 

Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

19 апреля 1937 года Куйбышевский областной суд в составе: председательствующего - Зинковского, народных заседателей: Хованова и Кожевникова, с участием прокурора Мухина и защиты в лице Селезнева, при секретаре Вольф, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению:

1. Харитонова Ивана Ивановича, рождения 1910 года, уроженца гор. Куйбышева, холостого, без определенных занятий, грамотного, судимого в 1930 году по ст. 162 «д» УК к 1 мес. ИТР, в 1931 году в декабре месяце по ст. 162 УК на 1½ года лишения свободы, в 1932 году по ст. 162 УК к 6 мес. ИТР, в 1932 году по ст. 162 УК к одному году лишения свободы и в 1932 году по закону от 7/8-1932 года на 10 лет, из которых отбыл два года - обвиняется по ст. 59-3 УК.

2. Белова Александра Филипповича, рождения 1918 года, уроженца гор. Куйбышева, грамотного, без определенных занятий, со слов не судимого, имел один привод по ст. 74 УК, холостого - обвиняется по ст. 59-3 УК.

3. Бурханова Анатолия Ивановича, рождения 1914 года, грамотного, холостого, судимого в 1930 году по ст. 74 ч. 2 УК к 1½ годам лишения свободы, в 1931 году по ст. 74 УК условно к 3 мес. ИТР, в 1931 году по ст. 74 к 6 мес. ИТР, в 1931 году по ст. 162 п. «в» УК на 1½ года лишения свободы и в 1936 году по ст. 162 УК приговорен к одному году лишения свободы, имел 6 приводов - обвиняется по ст. 59-3 УК.

4. Белякова Николая Герасимовича, рождения 1916 года, уроженца села Пыловки, Нижне-Волжского края, Балаковского района, грамотного, холостого, судимого по ст. 73 УК к одному году лишения свободы, имеет два привода - обвиняется по ст. 17-59-3 УК.

5. Лопухова Петра Сергеевича, рождения 1911 года, уроженца села Кокшан, Больше-Глушицкого района, Куйбышевской области, со слов не судимого, грамотного, холостого - обвиняется по ст. 59-13 УК.

6. Овечкиной Нины Дмитриевны, рождения 1918 года, грамотной, не судимой, одинокой, работает телефонисткой - обвиняется по ст. 59-13 УК.

7. Савинкова Григория Васильевича, рождения 1905 года, уроженца гор. Куйбышева, женатого, семья 3 человека, не судимого, грамотного - обвиняется по ст. 164 ч.1 УК.

Суд нашел установленным в том, что была организована банда во главе с Харитоновым и Беловым, которые привлекли к этому делу Бурханова. Эта банда занималась вооруженными грабежами в городе Куйбышеве, вооруженная ножами-кинжалами, двумя револьверами и топором.

В январе месяце 1937 года за короткий срок эта банда произвела 3 вооруженных грабежа (21, 22 и 23 января), один за другим вслед, и оружие применили во всех случаях своего бандитского налета.

Первый налет ими был произведен на Пионерской ул. гор. Куйбышева. В ночь на 21 января 1937 года возвращающегося из гостей рабочего Лукьянова затащили во двор, и когда во дворе Лукьянов стал производить сопротивление банде, то банда сшибла его с ног, ударив два раза его кинжалом в правую руку, и нанесла ему две колотые раны, сняв с Лукьянова обувь, бросив его на снегу разутого, и вся банда скрылась.

Второй случай вооруженного грабежа произведен был в ночь на 22 января 1937 года на углу ул. Л. Толстого и Степана Разина. На гр-на Зимина налетела банда с топором в руках, скомандовав – руки вверх, сняв с Зимина шубу, отняв деньги и документы, после чего все скрылись.

Третий случай вооруженного грабежа произошел на Самарской ул. гор. Куйбышева в рабочей квартире гр-на Кувыкина, где находилась одна жена Кувыкина. Банда постучалась, и когда все вошли в квартиру, они назвались агентами ГПУ, и предложили жене Кувыкина одеваться, которая в это время уже спала со своими малыми детьми. После чего, наставив на неё наган, бандиты потребовали деньги, и когда Кувыкина им сказала, что денег нет, к ней подошёл один из бандитов, и, наставив на неё второе оружие - револьвер, предложил ей выдать вещи. Кувыкина указала банде на гардероб, где находились одежда, банда связала всю одежду в узлы, и, когда они хотели уходить, то Кувыкина попросила оставить одно пальто. Тогда один из бандитов вынул кинжал и скомандовал ей, чтобы она ложилась, иначе она будет убита, и приказал ей лежать, пока они не уйдут. Бандиты Харитонов, Белов и Бурханов всего унесли вещей на 700 рублей.

Во всех вышеизложенных преступлениях и грабежах Харитонов, Белов и Бурханов сознались, и это обстоятельство установлено свидетельскими показаниями и опознанием потерпевшими Харитонова, Белова и Бурханова, поэтому суд находит вполне в действиях Харитонова, Белова и Бурханова доказанным состав преступления, предусмотренного ст. 59-3 УК.

По делу установлено, что после вооруженного грабежа гр-на Зимина 22 января 1937 года Белов понес шубу Зимина на квартиру Лопухова, где остался ночевать и утром продал шубу Лопухову, которому рассказал, откуда была принесена шуба, но Лопухов об этом никому не заявил, а наоборот, привечал бандита Белова у себя на квартире. Данное обстоятельство сам Лопухов не отрицает, но ссылается на то, что якобы он не знал, чем Белов занимается, тогда как ясно было установлено, что и цена за шубу была низкая, так как Белов получил всего 60 рублей с Лопухова, поэтому суд считает доказанным состав преступления ст. 59-13 УК.

В части обвиняемого Белякова доказано обвинение в том, в чём он себя и признал, а именно: после ограбления квартиры Кувыкина награбленные вещи были принесены на квартиру Белякова Беловым, которые были Беляковым и Беловым спрятаны у знакомой женщины Белякова, притом Беляков был настоящим соучастником, ибо он и укрывал Белова, поэтому суд считает доказанным в отношении Белякова состав преступления, предусмотренный ст. 17-59-3 УК.

Обвинение Овечкиной доказано в том, что она имела близкую связь с бандитом Бурхановым, ходила вместе с ним пьянствовать, и после пьянки, когда бандиты Харитонов, Бурханов и Белов уговорились идти на грабеж, она слышала, но об этом не донесла, и сама признала этот момент на предварительном расследовании, поэтому суд вполне находит доказанным состав преступления, предусмотренного ст. 59-13 УК.

В части виновности Савинкова на суде материалом судебного следствия не устанавливается его участие с бандитами, а также факт скупки им награбленных вещей, поэтому суд считает обвинение по ст. 164 ч.1 УК недоказанным.

Суд находит виновность Харитонова, Белова по ст. 59-3 УК доказанным, а также доказанным состав преступления по ст. 59-3 УК в отношении Бурханова.

В части Белякова доказано его соучастие, т.е. преступление доказано по ст. 17-59-3 УК.

Обвинение Овечкина и Лопухова доказано в том, что они знали о грабежах Белова, Харитонова и Бурханова, но об этом не доносили, т.е. преступление предусмотрено ст. 59-13 УК.

В части Савинкова состав преступления по ст. 164 ч.1 УК считать недоказанным.

Суд по делу усматривает весьма социально опасными преступниками Белова и Харитонова, которые организовали банду, руководя ею, и были активными в терроризировании населения гор. Куйбышева, поэтому в отношении их суд считает необходимым применить полную санкцию ст. 59-3 УК, а поэтому, руководствуясь ст.ст. 319, 320, 326 УПК РСФСР, приговорил:

1. Савинкова Григория Васильевича по ст. 164 ч.1 УК считать по суду оправданным.

2. Овечкину Нину Дмитриевну по ст. 59-13 УК подвергнуть к месяцам исправтрудработ на общих основаниях.

3. Лопухова Петра Сергеевича по ст. 59-23 УК подвергнуть одному году лишения свободы без поражения прав.

4. Белякова Николая Герасимовича, по ст. 17-59-3 УК подвергнуть к трём годам лишения свободы без поражения прав.

5. Бурханова Анатолия Ивановича по ст. 59-3 УК подвергнуть к десяти /10/ годам тюремного заключения без поражения прав.

6. Харитонова Ивана Ивановича, и

7. Белова Александра Филипповича по ст. 59-3 УК подвергнуть высшей мере наказания – расстрелять.

Зачесть предварительное заключение Белякову с 30/1-1937 г. по 19/04-1937 года, Бурханову с 2/02- по 19/04-1937 года, Лопухову с 31/1-1937 года по 7/04-1937 года и 19 апреля 1937 года.

Вещественное доказательство – кинжал и револьвер сдать в органы НКВД.

Взыскать со всех осужденных Белова, Харитонова, Бурханова, Белякова, Овечкиной и Лопухова в пользу коллегии защитников 50 рублей с каждого.

Меру пресечения оставить содержание под стражей Белякову, Белову, Харитонову, Бурханову и Лопухову, Овечкиной оставить подписку, Савинкову подписку отменить.

Приговор окончательный, но может быть обжалован в Верховный суд РСФСР в срок 72 часа с момента вручения настоящего приговора.

Председательствующий – Зинковский (подпись).

Народные заседатели – Хованов и Кожевников (подписи).

 

Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

3 мая 1937 года Куйбышевский областной суд в выездной сессии в с. В-Ломове, Нижне-Ломовского района, в составе: председательствующего – члена облсуда Приказчикова и народных заседателей: Тимофеевой и Буякина, при секретаре Веденянине, с участием государственного обвинителя - прокурора Нижне-Ломовского района Кустанова и ЧКЗ - Малахова, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 793 по обвинению гр-н села Верхний Ломов, Нижне-Ломовского района, Куйбышевской области:

1) Краснослободцева Михаила Степановича, 1901 года рождения, малограмотный, беспартийный, не судимый, женат, семьи 6 человек, детей 4 человека, имущество – один дом, единоличник – инвалид, по специальности сапожник.

2) Краснослободцева Ивана Степановича, 1915 года рождения, малограмотный, беспартийный, судимого в 1933 году по ст. 162 «г» УК, осужденного на один год исправительно-трудовых работ, наказание отбывшего, холостого, одинокого, имущество - один дом, без определенных профессии и занятий.

3) Краснослободцева Федора Ивановича, 1912 года рождения, малограмотный, беспартийный, не судимого, женатого, семьи 2 человека, детей нет, неимущего, до совершения преступления работавшего на фабрике «Победа» в должности помощника делительного секача,

– по обвинению их всех троих в преступлении, предусмотренном ст. 167 ч. 3 УК.

Выслушав объяснение подсудимых, показания потерпевших и свидетелей и рассмотрев материалы предварительного следствия, суд установил доказанным нижеследующее:

24 марта 1937 года подсудимые Краснослободцев Михаил Степанович, Краснослободцев Иван Степанович (родные братья) и Краснослободцев Фёдор Иванович (их двоюродный брат), по инициативе Краснослободцева Ивана договорились между собою совершить разбойное нападение и ограбление имущества своего соседа, крестьянина села В.-Ломова Арзамасцева Иосифа Ефимовича, являющегося членом В.-Ломовского сельсовета, хорошо зная о том, что у Арзамасцева имеются деньги, так как он незадолго до этого он продал корову и сено, и что в его семье, состоящей из четырех человек, работают на производстве три человека и имеют достаточное имущество. Для осуществления своих преступных целей подсудимые Краснослободцевы Иван и Фёдор, вооружившись топорами, и вместе с Краснослободцевым Михаилом в 10 часов ночи 24 марта пошли к дому Арзамасцева. Краснослободцев Михаил постучался в дверь сеней дома Арзамасцева, откуда на стук вышла сестра Арзамасцева – Арзамасцева Марфа Ефимовна, и, узнав, что пришел их сосед Краснослободцев Михаил, по просьбе последнего открыла дверь и впустила его в избу, оставив двери незапертыми. Войдя в дом, Краснослободцев Михаил стал просить дать ему взаимообразно хлеба, но ему в этом было отказано. В этот момент в дом Арзамасцева ворвались вооруженные топорами Краснослободцевы Иван и Фёдор, и тут же начали рубить семью Арзамасцевых. Краснослободцев Фёдор налетел на стоявшую в избе и разговаривавшую с Краснослободцевым Михаилом Арзамасцеву Марфу и нанес ей несколько ударов обухом и лезвием топора, отчего последняя, потеряв сознание, упала на пол.

Краснослободцев же Иван, в свою очередь, нанёс удары в голову и по разным частям тела лежавшему на кровати Арзамасцеву Иосифу, отчего последний также упал на пол. Затем Краснослободцев Иван также нанес несколько ран по голове и другим частям тела второй сестре Арзамасцева – Екатерине, спавшей на кровати, последняя также в бессознательном состоянии свалилась на пол, истекая кровью.

Когда Краснослободцев Иван расправлялся со своей жертвой Арзамасцевой Екатериной, то потерпевший Арзамасцев вскочил и побежал к двери, где его схватил Краснослободцев Михаил, пытаясь задержать, и в это время Краснослободцев Иван подбежал к Арзамасцеву и нанёс ему ранения в руки, но все же Арзамасцев сумел вырваться и выбежать на улицу. Выбежавший вслед за Арзамасцевым Краснослободцев Иван, стремясь топором добить его, не догнал Арзамасцева, так как последний успел забежать во двор своего другого соседа – Боженова. После чего преступники Краснослободцевы, видя, что Арзамасцева поймать не удалось, и что они могут быть задержаны на месте преступления, разбежались по домам, и ограбить им имущество Арзамасцева не удалось.

Срочно принятыми мерами со стороны гр-на Боженова, сообщившего охране спичечной фабрики «Победа» и органам милиции о вооруженном разбое Краснослободцевых, последние в эту ночь были задержаны и арестованы.

Потерпевшие же Арзамасцевы все трое в бессознательном состоянии были направлены в Н.-Ломовскую совбольницу.

Медицинским освидетельствованием установлено, что потерпевшему Арзамасцеву Иосифу грабителями Краснослободцевыми нанесено 8 ран, с переломами кости левой руки и кости левой ноги, в результате чего он стал инвалидом.

Арзамасцевой Екатерине нанесено 7 ран, с переломом черепа, извлечено при операции три костных осколка из черепа головы.

Арзамасцевой Марфе нанесено две глубоких раны головы с переломом черепной крышки в двух местах, в результате она в течение месяца не приходила в сознание, и в данное время без движения лежит в больнице.

Из заключения консилиума врачей от 30 апреля 1937 года видно, что у Арзамасцевой Марфы в результате нанесенных телесных повреждений произошел паралич правой руки и паралич языка с потерей способности говорить, ныне она является инвалидом.

Из всей семьи Арзамасцевых не были нанесены удары и повреждения только Арзамасцевой Марии – стахановке фабрики «Победа», которая, увидев, что в дом ворвались грабители и стали рубить топорами семью, успела спрятаться под кровать.

Таким образом, подсудимые Краснослободцевы шли на вооруженное ограбление с определенной целью – сначала перебить семью, потерпевших Арзамасцевых, а затем их ограбить, но полностью свою преступную, зверскую расправу осуществить не могли по не зависящей от них причине.

Подсудимые Краснослободцевы виновными себя в предъявленном им обвинении себя признали, а поэтому на основании всего изложенного суд признал виновными Краснослободцевых Ивана, Федора и Михаила в преступлении, предусмотренном ст. 167 ч. 3 УК и, руководствуясь ст.ст. 319, 320 УПК РСФСР, приговорил:

Краснослободцева Михаила Степановича и Краснослободцева Федора Ивановича на основании ст. 167 ч. 3 УК подвергнуть тюремному заключению сроком на десять (10) лет каждого с поражением прав, предусмотренных пунктами «а», «б» и «в» ст. 31 УК сроком на пять (5) лет каждого после отбытия ими основной меры наказания.

Зачесть им срок предварительного заключения с 25 марта 1937 года по день суда согласно ст. 29 УК.

Краснослободцева Ивана Степановича на основании ст. 167 ч. 3 УК, как организатора вооруженного зверского разбойного налёта и опасного элемента для социалистического общества - подвергнуть высшей мере наказания – расстрелять.

Меру пресечения всем осужденным оставить ранее избранную - содержание под стражей.

Кроме того, на основании циркуляра НКЮ № 200, взыскать в пользу Н-Ломовского коллектива защитников за выступление на процессе по назначению ЧКЗ Малахова – по пятьдесят рублей с каждого осужденного.

Гражданский иск не предъявлен.

Приговор окончательный, но может быть обжалован в кассационном порядке в Верховный суд РСФСР в 72-х часовой срок с момента вручения осужденным копии настоящего приговора.

Председательствующий – Приказчиков (подпись).

Народные заседатели – Тимофеева и Буянин (подпись).

 

Дело № 2-18-1938 год.

Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

25 марта 1938 года Выездная Сессия Куйбышевского областного суда в составе: председательствующего члена Облсуда Никитина, народных заседателей: Кудашкиной и Агафоновой, с участием прокурора тов. Быковой и члена коллегии защиты в лице т. Попова, при секретаре Трифоновой, рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Сызрани дело по обвинению:

1. Слюсаренко Ивана Ивановича, 1923 года рождения, уроженца гор. Харькова, по национальности украинец, грамотный, не судим, проживал в городе Сызрани в детском распределителе.

2. Иванов-Голенков Борис Васильевич, 1923 года рождения, уроженец гор. Рязани Московской области, русский, грамотный, не судимый, проживал в городе Сызрани в детском распределителе.

3. Зеленский Василий Григорьевич, 1925 года рождения, уроженец гор. Кузнецка, Куйбышевской области, русский, малограмотный, не судимый, проживал в городе Сызрани в детском распределителе.

4. Морозов Александр Кузьмич, 1923 года рождения, уроженец гор. Новосибирска, русский, грамотный, не судимый, проживал в городе Сызрани в детском распределителе.

5. Чукманцев Виктор Григорьевич, 1924 года рождения, уроженец гор. Ижевска, русский, грамотный, не судимый, последнее место жительства – гор. Сызрань, детский распределитель.

Всех пять человек преступление предусмотрено ст. 59-3 УК.

Проверив материалы предварительного следствия в судебном заседании, выслушав объяснения подсудимых и показания свидетелей, суд нашел доказанным виновность подсудимых Слюсаренко, Иванова-Голенкова, Зеленского, Морозова и Чукманцева в том, что они вели жизнь беспризорников, и, неоднократно задерживаемые органами надзора, направляемые в детские распределители и в трудовые колонии, они убегали и вновь занимались бродяжничеством и воровством, не желая ни учиться, ни работать.

Вся эта группа в числе перечисленных пяти человек, будучи в Сызранском детском доме, организовались в преступную группу, производили пьянство, хулиганство, воровство, избиение находившихся в детдоме ребят и обслуживающего персонал детдома, нанося оскорбления и издевательства, под руководством Зеленского и Иванова-Голикова.

6 января 1938 года вся эта группа в числе Зеленского, Иванова-Голенкова, Слюсаренко, Морозова и Чукманцева под руководством Зеленского и Иванова-Голенкова договорились между собой учинить разгром детского распределителя из мести к воспитательнице Ломовой за то, что она вела борьбу за дисциплину в детском доме.

7 января 1938 года Зеленский и Иванов-Голенков, днём будучи в городе, вечером явились в детский распределитель в пьяном виде и принесли с собой водки, угостив своих товарищей, и стали выполнять свой намеченный бандитский план разгрома внутри детского дома. Часов в 8 вечера Зеленский и Слюсаренко сошли в нижний этаж и стали требовать от вахтера Голикова, чтобы он им отпер аптечку, имея в виду похитить оттуда спирт, но вахтер Голиков их не допустил, и они пытались сбить замок поленом, этого им тоже сделать не удалось. Тогда Слюсаренко слегка порезал бритвой себе руку, а Зеленский побежал на второй этаж за воспитательницей Ломовой, с нецензурной бранью стал звать Ломову, чтобы она отперла аптечку. Ломова была вынуждена отпереть аптечку, тогда вся эта группа в числе Слюсаренко, Зеленского, Иванова-Голенкова, Морозова, Чукманцева и других ворвались в аптечку и произвели в ней разгром.

После этого вся эта группа вошла в контору к Ломовой, стала безобразничать и издеваться, и Ломова хотела позвонить в прокуратуру, чтобы ей оказали содействие, но Слюсаренко вырвал у неё телефонную трубку, а Зеленский в это время ударил Ломову по голове пресс-папье и намеревался ударить металлическим шаром, но его удержал вахтер Голиков.

Воспитательница Ломова ушла в кухню, заперла дверь, а сама выбила окно и ушла из детского дома сообщить в прокуратуру о буйстве воспитанников.

Слюсаренко и Иванов-Голиков пошли на кухню разыскивать Ломову, разбили окно на кухне и вытащили раму, но Ломовой там не оказалось, и они сообщили об этом Зеленскому. Под руководством Зеленского они поставили у телефона, у ворот и во дворе караул из ребят, а сами Зеленский, Иванов, Морозов, Слюсаренко и Чукманцев в кухне взяли ножи, а другие ребята вилки и запас соли, и, вернувшись в контору, стали угрожать воспитателю Аграфилину, а Слюсаренко, Зеленский и Иванов ножами изрезали скатерть.

После этого Зеленский приказал всем ребятам идти на второй этаж делать баррикаду из кроватей, учитывая, что Ломова сообщит в милицию. Вся эта группа стала бить окна, зажгли книгу, матрацы и другие предметы и стали бросать зажженное на улицу.

Явившиеся в детдом работники милиции вместе с начальником милиции, опасаясь пожара, вызвали пожарную охрану. Вся эта группа оказала сопротивление работникам милиции, угрожая ножами, кидали в работников милиции всякими предметами: стеклом, солью, известью, железными и деревянными предметами, поранив лицо начальнику милиции Михайлову и работнику милиции Кузнецову, и нанесли удар по голове металлическим шаром Коровину.

Эти действия подпадают под признаки ст. 59-3 УК.

Виновным себя Слюсаренко признал полностью, а Зеленский, Иванов, Морозов и Чукманцев не признали, но Слюсаренко полностью изобличается показаниями свидетелей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 319, 320 УПК РСФСР, суд приговорил:

Зеленского Василия Григорьевича и Иванова-Голенкова Бориса Васильевича на основании ст. 59-3 УК подвергнуть лишению свободы сроком на 5 лет каждого без поражения в правах.

Слюсаренко Ивана Ивановича, Морозова Александра Кузьмича, Чукманцева Виктора Григорьевича подвергнуть лишению свободы на 3 года каждого без поражения прав, зачесть предварительное содержание под стражей всем пятерым с 7 января 1938 года. Конфискацию имущества не применять за отсутствием такового.

Меру пресечения оставить содержание под стражей.

Приговор может быть обжалован в Верховный суд РСФСР в течение 72 часов с момента вручения копии приговора осужденным.

Председательствующий – Никитин (подпись).

Народные заседатели – Кудашкина и Аграфонова (подписи).

 

Дело № 2-79-1938 год.

Приговор

Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

9-13 ноября 1938 года Куйбышевский областной суд в составе: председательствующего члена Облсуда Кузнецовой, народных заседателей: Фофанова и Парафиной, с участием прокурора т. Неделяева и защиты в лице членов коллектива защиты т.т Крюкова и Ступницкой, при секретаре т. Одринской, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению:

1) Будникова Семена Петровича, 1912 года рождения, из г. Хвалынска, Саратовской области, русского, малограмотного, в момент совершения преступления нигде не работающего, в 1934 году был осужден по ст. 179 УК АССР на восемь лет, срок не отбыл, бежал из Дмитлага, в декабре 1935 года судимого по ст. 182 УК к одному году и шести месяцам лишения свободы, меры наказания отбывшего, женатого, из семьи рабочего, беспартийного, проживающего в г. Куйбышеве, по ул. Фрунзе, дом 102, кв. 17.

2) Кудряшева Александра Алексеевича, 1914 года рождения в г. Ульяновске, русского, окончившего два класса начальной школы, музыкант-самоучка, из рабочих, беспартийного, судимого 23/08-1937 года тройкой НКВД по ст. 35 УК к пяти годам лишения свободы, наказание не отбывшего, сбежал, без определенных занятий и места жительства, имевшего кличку «Лимончик».

- обоих в преступлении, предусмотренном ст. 82 ч. 1 УК и ст. 59-3 УК.

3) Хорошева Ивана Фёдоровича, 1917 года рождения, в с. Воскресенка, Молотовского района, Куйбышевской области, окончившего 7 классов школы и ФЗУ, работавшего токарем на станкозаводе, из крестьян, состоял в рядах ВЛКСМ, исключен в 1936 году в связи с судимостью, судимого в 1936 году по ст. 74 ч. 2 УК к одному году ИТР на общих основаниях, меру наказания отбывшего, холостого, проживающего по ул. Некрасова, дом 15, кв. 4 в г. Куйбышеве.

4) Новичкова Фёдора Семеновича, 1915 года рождения, из с. Краковка, Кутузовского района, Куйбышевской области, русского, окончившего 5 классов, работавшего в заводе № 42 фрезеровщиком, из крестьян, беспартийного, не судимого, холостого, проживавшего в г. Куйбышеве, по улице Самарской, дом 101, кв. 1.

5) Волошинского Геннадия Осиповича, 1919 года рождения, уроженца г. Куйбышева, русского, отец поляк, окончившего 6 классов школы, работавшего на станкостроительном заводе электромонтёром две недели, до этого работал на фабрике «Красная Звезда» 6 месяцев, родители рабочие, беспартийного, судимого в 1937 году по ст. 162 п. «д» УК – оправдан, холостого, проживавшего в г. Куйбышеве, по улице Красноармейской, дом 28, кв. 1.

6) Шленкова Павла Николаевича, 1920 года рождения в г. Кингисеппе Ленинградской области, русского, слесарь, в последнее время нигде не работавшего, дед крестьянин, отец служащий, не судимого, проживавшего в г. Куйбышеве, по улице Коростелевых, дом 192, кв. 2, беспартийного, окончившего 7 классов школы, не судимого.

7) Фролова Александра Александровича, рождения 1921 года в г. Саратове, нигде не работавшего, проживавшего с матерью и братом, неграмотного, русского, из семьи рабочего, не судимого, беспартийного, проживавшего в г. Куйбышеве, по улице Комсомольской, дом 25/39, кв. 3.

8) Липкиной Веры Сафроновны, 1917 года рождения, уроженки г. Новосибирска, русской, нигде не работавшей, беспартийной, судимой по ст. 135 УК к трём годам лишения свободы, меру наказания не отбывшей, проживавшей в г. Куйбышеве по ул. Фрунзе, 102, кв. 17.

- всех шестерых в преступлении, предусмотренном ст. 59-3 УК.

9) Липкиной Елены Сафроновны, 1922 года рождения, 28/1Х – из г. Новосибирска, учащейся в 6 классе 67-й школы, работавшей в Облдеткомиссии на трикотажной фабрике в вечернюю смену, мать рабочая, отец пенсионер, беспартийный, не судимый, проживавшей в г. Куйбышеве, по ул. Фрунзе, 102, кв. 17.

10) Липкиной Апполинарии Семеновны, 1882 года рождения, уроженки Монголии, в ауле Чурухай, русской, работавшей на Жигулёвском заводе работницей, беспартийной, родители работали шахтерами, не судимой, проживавшей в г. Куйбышеве, по ул. Фрунзе, дом 102, кв. 17.

11) Липкина Сафрона Яковлевича, 1878 года рождения, уроженца с. Голутовка, Очадовской вол., быв. Спасского уезда, Тамбовской губернии, русского, неграмотного, пенсионера, работавшего сторожем в Осоавиахиме, беспартийного, не судимого, проживавшего в г. Куйбышеве, по ул. Фрунзе, дом 102, кв. 17.

- всех троих в преступлении, предусмотренном ст. 17-59-3 УК.

Суд установил:

В 1935 году в г. Куйбышев прибыл бакинский профессионал-грабитель и вор Будников Семён, бежавший с места заключения Дмитлагеря, куда он был отправлен для отбытия меры наказания за убийство. После совершённого побега Будников с 1934 года курсировал по железной дороге по различным городам Советского Союза, совершая грабежи и обворовывая пассажиров в вагонах поездов. При совершении одной кражи в вагоне он был вынужден на ходу спрыгнуть, в результате чего перебил себе обе ноги, был помещен в больницу, где совершил подлог документов, по которым получил себе пенсию за инвалидность, так как правая нога у него была ампутирована, и уже с физическим недостатком появился в г. Куйбышеве. Постигшее несчастье Будникова не остановило от преступной деятельности. В декабре 1935 года его судили за незаконное хранение холодного оружия, и, отбыв определенную судом меру наказания, Будников возвратился в г. Куйбышев, где из среды деклассированного мира и людей неустойчивых, способных на преступления, организовал себе группу товарищей по ремеслу. Он находил их в пивных г. Куйбышева и на Куйбышевской улице, знакомился с ними, определял их способность к преступлениям, и вскоре начал действовать. В бандитской группе, кроме привлечённых преступников по данному делу, состояло ещё десять человек, которые в данное время частью осуждены, а дела на остальных выделены в особое производство.

Целью данной бандитской группы было: производство хищений домашних вещей, вещей с государственных фабрик, складов и совершение бандитских налетов с целью ограбления мирных граждан. Методы и приёмы осуществления данной цели были следующие: вооружась трехгранными кинжалами, Будников со своими соучастниками приходил в одну из пивной г. Куйбышева, где за отдельным столом, за бутылкой пива, все обсуждали план грабежа, после чего жена Будникова – Липкина Вера, а также Галактионова А. [в отношении которой дело выделено в отдельное производство в связи с её нерозыском – В.Е.], садились за отдельный стол, к ним подходили мужчины в нетрезвом виде. Узнав, что у последних имеются деньги, женщины уводили их куда-либо в темный коридор одного из домов, или на берег р. Волги, к реке Самарке и т.п. За ними следом выходил сам Будников со своей группой, бандиты моментально налетали на свою намеченную жертву, сшибали её с ног и раздевали, и если предполагали, что гражданин будет оказывать сопротивление, наносили ему ранение финским ножом или трехгранным кинжалом. При нападении также применялись камни и другие предметы, удары наносились жертве по голове. Таких грабежей группа Будникова совершила несколько, но своё руководство и участие в них Будников на судебном следствии признал только по 10 грабежам. Об остальных грабежах, которые он совершал, но которые не были вскрыты следствием, Будников на судебном следствии не сказал, заявив: «Зачем сознаваться - чтобы в приговоре была лишняя строка о моих преступлениях?» Также он заявил о том, что в грабежах участвовала Софронова и Кудряшев, чего Кудряшев не отрицал, но сказал, что это были не грабежи, а кражи, а какие именно, он суду не сказал, заявив, что «это для суда не обязательно».

Под руководством Будникова и с непосредственным его участием группой было произведено три кражи домашних вещей, одно хищение со склада, 50 хищений белья на пляже реки Волги у купающихся граждан, и без его участия - три кражи с фабрики «Красная Звезда», а вещи, похищенные Волошинским, были проданы Будниковым на рынке.

Подсудимая Липкина Вера Сафроновна под тяжестью улик в совершенных преступлениях, как-то:

1) 11/Х-1937 года она принимала участие в вооруженном грабеже в парадном крыльце дома № 47 по Некрасовской улице, куда для грабежа она завела Куклина, инженера Гидроузла, которому было нанесено ранение, с него был снят костюм и отобраны документы. Потерпевший Куклин каретой скорой помощи был отправлен в Центральную больницу, где находился на излечении 6 суток;

2) в сентябре месяце 1937 года Липкина вместе с другими, под руководством Будникова, совершила ограбление гр-на на улице Максима Горького, которому были нанесены ранения, снято демисезонное пальто, костюм и хромовые сапоги;

3) осенью 1937 года Липкина вместе с Будниковым, Волошинским и другими на Чапаевской улице совершила ограбление гр-на, с которого сняла коверкотовый костюм, лакированные туфли и ручные часы;

4) осенью 1937 года Липкина В., Будников и другие на Кооперативной улице совершили ограбление одного гражданина, которому нанесли ранения, и когда потерпевший потерял сознание, то с него сняли пиджак и ботинки.

5) осенью 1937 года Липкина Вера завела в парадное крыльцо на Самарской улице одного гражданина, которому её соучастники Будников и другие скрутили руки и отобрали у потерпевшего деньги в сумме 275 рублей.

6) 6 ноября Липкина В. вместе с Будниковым и другими совершила ограбление гр-на Урядова, с которого сняли демисезонное пальто.

7) 3/ХII-1937 года Липкина вместе с Будниковым и другими совершили ограбление Богданова, которому были нанесены побои и снято демисезонное пальто.

8) Осенью 1937 года Липкина и Галактионова завели двух граждан на парадное крыльцо по Некрасовской улице, и когда вся шайка Будникова влетела в парадное, один из потерпевших стал звать на помощь, бандиты испугались, убежали, захватив с собой бутылку вина и папиросы.

Виновной себя признала, да и виновность ее свидетельскими показаниями и показаниями других обвиняемых вполне установлена.

Подсудимый Хорошев Иван Федорович под тяжестью улик виновным себя признал в трех грабежах и в одной краже домашних вещей. Так: 11/Х-1937 года Липкина Вера завела на Некрасовскую улицу в парадное крыльцо дома № 47 гр-на Куклина, которому Волошинский нанес два удара по голове, а потерпевший стал кричать. Бандиты, сняв с него коричневый костюм, разбежались. Хорошев же через некоторое время вернулся и увидел, что около Куклина собралась публика, Куклин был в крови, и все участники грабежа видели, как была подана карета «скорой помощи», и потерпевший, окровавленный, был доставлен в больницу. Второй случай произошёл осенью 1937 года, когда Липкина В. и Галактионова завели двух граждан в парадное крыльцо по Некрасовской улице. Будников, Хорошев и другие бросились на потерпевших, но один из потерпевших вырвался и стал звать на помощь, и бандиты разбежались, захватив с собой бутылку вина и папиросы. Третий случай – Галактионова вела гр-на на улице Степана Разина, где Хорошев, Будников и Липкина В. шли сзади, и, дойдя до удобного места, Хорошев и Будников набросились на потерпевшего. Галактионова унесла пиджак, а Будников с Хорошевым взяли у потерпевшего деньги, заставив последнего лежать на земле и не двигаться, угрожая убийством. В остальных предъявленных грабежах Хорошев свою виновность отрицал, но и на судебном следствии его виновность в них не установлена. 18/04-1938 года Хорошев вместе с Будниковым совершили квартирную кражу у Дудниковой и Абрамовой. Это преступление было совершено днём. Вещи были принесены на квартиру Липкиных, и часть этих вещей была продана на рынке, а деньги пропиты, что также вполне установлено свидетельскими показаниями и сознанием самого обвиняемого Хорошева.

Подсудимый Новичков Фёдор Семенович признал себя виновным в трёх грабежах, под тяжестью улик виновность его установлена в четырёх ограблениях: 11/Х-1937 года, когда гр-н Куклин был заведён Липкиной В. в парадное крыльцо дома № 47 по Некрасовской улице, он вместе с Будниковым и другими набросился на потерпевшего и сняли с него коверкотовый костюм. Через несколько дней при встрече с Будниковым Новичков был приглашен Будниковым для совершения ограбления уже намеченной жертвы. Новичков дал свое согласие, и на Кооперативной улице произвели вооружённое ограбление гр-на, которому было нанесено ранение, после чего были сняты с потерпевшего демисезонное пальто, костюм, ботинки; вещи были взяты Будниковым и отнесены к нему на квартиру, где он их спрятал в сарае. Третий случай – 6 ноября Новичков по распоряжению Будникова снял со спящего шофёра ручные часы, которые отобрал Будников, и впоследствии их носил Волошинский. Четвертый случай – так же, как и 6/ХI, после того, как снял с шофёра часы Новичков, Будников и другие на улице Фрунзе увидели человека, зашедшего на двор; тут же Волошинский и Новичков забежали во двор, Новичков нанес потерпевшему удар по голове стоявшим тут же корытом, гражданин упал, и с него было снято пальто.

В остальных грабежах виновным себя Новичков не признал, да и виновность его в этой части на судебном следствии не установлена.

Подсудимый Фролов Александр Александрович виновным себя признал в трёх грабежах. Первый случай – это было 8/Х-1937 года на Самарской улице. Он, Фролов, вместе с Будниковым и другими совершили ограбление гр-на Ершова, с которого под угрозой холодного оружия сняли пальто, ботинки, отобрали деньги в сумме 180 рублей, которые при обыске у потерпевшего обнаружил Фролов. Через три дня Фролов на Куйбышевской улице встретил Будникова, Липкину и других, и все пошли в пивную, после чего, когда увидели, что Липкина и Галактионова повели мужчин на Некрасовскую, он вместе со всеми бандитами пошел за ними, и в парадном дома № 47 набросились на этих граждан, которых в парадное завели Липкина и Галактионова, но ограбить им их не пришлось, так как один из потерпевших вырвался и стал звать на помощь, бандиты же сумели взять у него только бутылку вина и папиросы.

Спустя несколько дней Фролов опять на Куйбышевской встретил Будникова и других. Липкина Вера завела гражданина Куклина на Некрасовскую улицу в парадное крыльцо, куда заранее вошел Волошинский. Волошинский нанес удары по голове камнем Куклину, а вся остальная группа набросилась на потерпевшего и стали раздевать последнего, сняли с него костюм, остальную одежду снять не успели, так как Куклин начал громко кричать.

В этих преступлениях Фролов виновным себя признал, но виновность его доказана также в отношении участия в грабеже гражданина на Чапаевской улице, когда одному гражданину было нанесено ранение и снят с него был коверкотовый костюм и лакированные туфли. Данное участие Фролова в грабеже подтверждается показаниями Липкиной.

Подсудимый Волошинский Геннадий Осипович признал себя виновным в пяти ограблениях и трех кражах с фабрики «Красная Звезда», да и виновность его в этих грабежах и хищениях вполне установлена. Первый случай грабежа – это было осенью 1937 года по Самарской улице вместе с Будниковым и Фроловым, когда к реке Самарке был уведен один гражданин двумя женщинами из преступного мира, знакомые Будникову; с гражданина были сняты пальто, ботинки и деньги в сумме 180 рублей. Ботинки надел Волошинский, а пиджак, который был также снят с потерпевшего, был выброшен, так как он был плохой. Спустя несколько дней, также осенью Волошинский и другие, когда Липкина В. и Галактионова завели двух неизвестных для них граждан в парадное крыльцо на Некрасовской улице, они набросились на потерпевших. Волошинский в это время поджидал свою жертву, спрятавшись в коридоре парадного крыльца; но один из потерпевших из рук грабителей вырвался и стал звать на помощь. Бандиты разбежались, захватив с собой бутылку вина и папиросы.

11 октября Волошинский узнал, что в парадное крыльцо по Некрасовской улице в дом № 47 Липкина В. приведет гражданина, зашёл заранее в условленное место, и, когда гражданин Куклин вошёл вместе с Липкиной через парадное крыльцо, то на него набросились. Сначала Волошинский сшиб с ног Куклина ударом по голове, чем-то твёрдым разбил ему височную часть головы; вбежали тут же и остальные грабители, раздели потерпевшего, и, когда он, приходя в сознание, стал оказывать сопротивление, Волошинский нанёс еще один удар Куклину, после чего все с костюмом Куклина убежали.

Третий случай грабежа произошёл 22 сентября 1937 года. Волошинский вместе с Будниковым и другими ограбили гражданина Горшенина на Кооперативной улице, которому Волошинский нанес три ранения трехгранным кинжалом в голову, и когда Горшенин потерял сознание, с него сняли демисезонное пальто, костюм, ботинки и отобрали деньги в сумме 160 рублей.

6 ноября 1937 года было совершено ограбление шофёра, у которого были сняты ручные часы и взяты впоследствии Волошинским.

6-го же ноября было снято пальто с гр-на Урядова.

Кроме грабежей, Волошинский занимался хищением с фабрики «Красная Звезда» брюк и костюмов, которые он надевал на себя, и таким образом в три раза им было похищено 7 пиджаков и 34 шт. брюк.

В конце 1937 года и в начале 1938 года были арестованы Липкина, Волошинский и другие. Перед Будниковым встала задача - вербовать в свою группу новых участников. 25/III-1938 года через посредство Сафроновой Будников сговорился с Кудряшевым, бежавшим из-под стражи и скрывшимся от правосудия. С первого же знакомства Будников узнал, кто такой Кудряшев, и сообщил Кудряшеву о себе, а также изложил свою цель – это сколачивание группы грабителей. Кудряшев свое согласие участвовать в группе сообщил Будникову, и 31/III-1937 года они совершили хищение вещей со склада – двух полушубков и двух берданок. Через несколько дней, в апреле 1938 года, Кудряшев и Будников, а также Софронова, похитили домашние вещи у гр-на Китова, взломав замок. 8/04-1938 года Кудряшев вместе с двумя женщинами произвел хищение домашних вещей у Плетнева.

Кроме данных хищений, за Кудряшевым имеется ряд других преступлений, которые он совершил вместе с Сафроновой-Тупицыной и другими, но об этих преступлениях – конкретно каких, он на судебном следствии скрыл, но суммарно в пяти преступлениях себя виновным признал.

Подсудимый Шленков Павел Николаевич в предъявленном обвинении ему виновным себя признал только в одном хищении – это 22/04-1937 года, в хищении домашних вещей у Поликарповой, вещи которой он вместе с Будниковым принесли на квартиру Липкиных.

Подсудимый Будников Семён Петрович виновным себя признал в организации 10 грабежей, 4-х хищениях вещей с квартир и склада, 50 краж с пляжа у купающихся граждан, но не признал виновным себя в грабеже и нанесении 12 ранений Павлову; также признал себя виновным в побеге из-под стражи в 1934 году, и не признал себя виновным в том, что он являлся руководителем банды. Однако виновность его в этой части вполне доказана свидетельскими показаниями, сознанием самих подсудимых участников данной группы.

Квалификация их преступлений: Будникова и Кудряшева по ст. 59-3 и 82 УК, Липкиной В., Волошинского, Хорошева, Новичкова, Фролова, Шленкова – по ст. 59-3 также вполне установлена, как непосредственных участников бандгруппировки Будникова. С руководителем данной банды они были связаны все одной цепью преступлений.

Подсудимая Липкина Елена Сафроновна, обвиняемая в соучастии в бандгруппе, организованной Будниковым, виновной себя не признала, да и виновность её на судебном заседании в достаточной мере не установлена. Липкина Е. ученица, утром ходила в школу, а вечером ежедневно была занята на работе на трикотажной фабрике; о том, что приносимые Будниковым вещи были награблены и похищены, она знать не могла, а по своему возрасту определить, что эти вещи, подаренные ей, есть результат ночных грабежей сестры и зятя, она также не могла знать.

Подсудимая Липкина Апполинария виновной себя в предъявленном обвинении в соучастии и содержании притона у себя в квартире не признала, но и виновность ее на суде не установлена. Работая на Жигулёвском заводе работницей, она не всегда могла видеть, что приносили ей на квартиру ее дочь Вера и зять Будников; не установлено ни одного случая, что похищенные вещи приносились к Липкиным в присутствии ее.

Липкина Апполинария не проявила бдительности в отношении поведения своей дочери Веры и не приняла, как мать, мер к выявлению, чем же занимаются ее зять и дочь. Не установлено ни одного случая продажи краденой вещи самой Липкиной Апполинарией.

Подсудимый Липкин Сафрон Яковлевич в предъявленном ему обвинении виновным себя не признал, но виновность его доказана в том, что он, зная, что Будников приносит награбленные вещи ему в квартиру, и видел, как были принесены Хорошевым и Шленковым эти вещи, сказал им, что «смотрите, ребята, не попадитесь». Он также видел, что у Будникова незаконно хранится холодное оружие, финский нож, но никаких мер не принял; кроме того, по показанию свидетеля Абрамовой, когда она пришла вместе с представителем милиции для производства обыска, на квартире у Липкина была обнаружена посылка на его имя, в которой после вскрытия оказались вещи Абрамовой, и его неправдоподобный ответ, что эту посылку он получил из Новосибирска, является для суда крайне неубедительным, лишенные правдоподобности. Кроме того, он, Липкин, продал платье свидетелю Маркевич. Все эти факты с достаточной полнотой устанавливают виновность Липкина.

А поэтому, руководствуясь ст.ст. 319-320 и 326 УПК и 47 УК, суд приговорил:

Липкину Веру Сафроновну по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на десять (10) лет без поражения в правах, на основании ст. 49 УК поглотить данным приговором ранее вынесенную меру наказания от 25/III-1938 года, по ст. 35 УК зачесть предварительное заключение под стражей с 25/III-1938 года день за день на основании ст. 29 УК.

Хорошева Ивана Фёдоровича по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на семь (7) лет без поражения в правах, зачесть предварительное содержание под стражей с 24 мая 1938 года день за день на основании ст. 29 УК.

Новичкова Фёдора Семёновича по ст. 59-3 УК к семи (7) годам лишения свободы без поражения в правах, зачесть предварительное содержание под стражей с 31/05-1938 года на основании ст. 29 УК.

Фролова Александра Александровича по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на три (3) года без поражения в правах, с зачётом предварительного содержания с 3 июня 1938 года на основании ст. 29 УК.

Волошинского Геннадия Осиповича по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на десять (10) лет, без поражения в правах, зачесть предварительное содержание под стражей с 31/05-1938 года в порядке ст. 29 УК.

Кудряшова Александра Алексеевича по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на пять (5) лет, по ст. 82 ч. 1 УК на три (3) года лишения свободы, а по совокупности на основании ст. 49 УК к пяти (5) годам лишения свободы, ранее вынесенную меру наказания по ст. 35 УК пять (5) лет лишения свободы присоединить к данной мере наказания и на основании ст. 49 УК определить лишение свободы сроком на десять (10) лет, без поражения в правах. Зачесть предварительное заключение под стражей с 20/05-1938 года.

Шленкова Павла Николаевича по ст. 59-3 УК к лишению свободы сроком на шесть (6) лет, без поражения в правах. Зачесть предварительное заключение под стражей с 24/05-1938 года на основании ст. 29 УК.

Липкина Софрона Яковлевича на основании ст. 17-59-3 УК к лишению свободы сроком на три (3) года без поражения в правах. Зачесть предварительное заключение под стражей с 1/03-1938 года в порядке ст. 29 УК.

Липкину Елену Сафроновну и Липкину Апполинарию Семеновну по суду оправдать и из-под стражи освободить.

Будникова Семена Петровича по ст. 59-3 УК к высшей мере наказания – расстрелять.

Приговор окончательный, но может быть обжалован в течение 72-х часов в Верховный суд РСФСР после вручения копии данного приговора на руки осужденным.

Председательствующий – Кузнецова (подпись).

Народные заседатели – Парафина и Фофанов (подписи).

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара