При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Контрреволюционеры. 1933 год

Международные события года

30 января 1933 года рейхспрезидент Веймарской Республики Пауль фон Гинденбург назначил лидера НСДАП Адольфа Гитлера рейхсканцлером Германии, поручив ему формировать правительство. Однако в этот момент у НСАДП не было большинства в рейхстаге (парламенте), и для его получения на выборах 5 марта нацисты пошли на беспрецедентную авантюру, которой стал поджог рейхстага 27 февраля 1933 года. По нацистской версии, его совершил коммунистический агент Маринус ван дер Люббе, задержанный в рейхстаге при тушении пожара. Воспользовавшись этим происшествием, 28 февраля Гитлер подписал чрезвычайный декрет, отменивший в Германии свободу личности, слова, печати, собраний и союзов. Но даже в этих условиях на выборах 5 марта НСДАП так и не смогла набрать большинства в рейхстаге. Поэтому 23 марта был принят «Закон о ликвидации бедственного положения народа и государства», который передал рейхсканцлеру Адольфу Гитлеру на четыре года ряд законодательных функций парламента. Что касается судебного процесса по делу поджигателей рейхстага, то на нём, кроме ван дер Люббе, в качестве обвиняемых фигурировали также лидер парламентской фракции компартии Германии Эрнст Торглер и трое болгарских коммунистов — Георгий Димитров, Васил Танев и Благо Попов. Эти четверо в итоге были оправданы, а вот ван дер Люббе приговорили к смертной казни. Приговор над ним был приведён в исполнение в январе 1934 года.

 

15 февраля 1933 года в Майами (США), в Бейфронт-парке, безработный каменщик итальянского происхождения Джузеппе Дзангара совершил покушение на избранного президента Соединённых Штатов Америки Франклина Рузвельта, когда тот выходил из своего автомобиля, чтобы выступать перед избирателями. Вооружённый пистолетом 32-го калибра, Дзангара присоединился к встречающей политиков толпе. Когда в парк въехал кортеж и открылась дверь президентского лимузина, Дзангара произвёл один прицельный выстрел в сторону открытой двери, но пуля попала в живот выходившего из автомобиля мэра Чикаго Антона Чермака. После этого преступника за руку схватила стоявшая с ним рядом в толпе местная жительница Лилиан Кросс, однако Джузеппе сумел выстрелить ещё четыре раза и легко ранить четверых находящихся рядом журналистов. Затем подоспели сотрудники полиции, которые схватили стрелявшего и уложили его на землю. В кармане убийцы нашли газетную вырезку с сообщением об убийстве в 1901 году анархистом Леоном Чолгошем президента Мак-Кинли. При этом полиция сообщила, что покушавшийся после задержания заявил: «Я буду убивать каждого президента». Раненый Антон Чермак по дороге в больницу якобы сказал Франклину Рузвельту: «Я рад, что на вашем месте оказался я…». Он скончался в больнице тремя неделями позже, 6 марта 1933 года. Франклин Рузвельт 4 марта сменил Герберта Гувера, своего предшественника на посту президента США, а Дзангара был казнён на электрическом стуле 20 марта 1933 года.

 

11 мая 1933 года газета «Инвернесс курьер» впервые опубликовала подробный рассказ о наблюдении супружеской четой Альди и Джоном Маккей неизвестного существа в озере Лох-Несс в Шотландии. Впоследствии местный житель, инспектор управления водного и лесного хозяйства Алекс Кэмпбелл также рассказал журналистам о собственных неоднократных наблюдениях этого существа, похожего на вымершего плезиозавра. В частности, в интервью BBC инспектор утверждал, что во время поездки по озеру, в которой также участвовал констебль Джон Фрейзер, их лодка буквально столкнулась с неизвестным созданием, и они даже слышали его дыхание. Эти статьи произвели сенсацию и вызвали настоящее паломничество любопытных к озеру Лох-Несс. Неожиданную волну откликов, которую дали сообщения о чудовище, получившего в газетах имя Несси, специалисты по СМИ связали с тем, что читатели во многом устали от невеселых экономических и политических новостей. Ажиотаж подогрело размытое фото чудовища, сделанное в 1934 году респектабельным лондонским врачом Р. Кеннетом Уилсоном, утверждавшим, что он сфотографировал монстра случайно, гуляя по окрестностям Лох-Несса. Лишь в 1994 году было установлено, что этот снимок — фальшивка, изготовленная самим Уилсоном и тремя его сообщниками. Тем не менее в настоящее время зарегистрировано свыше 3 тысяч свидетельств очевидцев, утверждавших, что лично видели легендарную Несси на шотландском озере.

 

10 октября 1933 года произошёл взрыв Boeing-247 над Честертоном (штат Индиана, США), который ныне считается самым первым доказанным терактом в истории коммерческой авиации. Рейс NC13304 вылетел из Ньюарка (Нью-Джерси) в Окленд (Калифорния). Поскольку расстояние было слишком велико, экипаж сделал остановку в Честертоне для дозаправки. Вылетев отсюда, самолёт через несколько минут после взлёта взорвался в воздухе. Очевидцы сообщили, что видели два взрыва: первый — на высоте около 300 м, второй — уже в момент его удара о землю. Самолёт развалился на две части, хвост был найден более чем в полутора километрах от основного фюзеляжа. Погибли все 7 человек, находившиеся на его борту (четыре пассажира и три члена экипажа). В ходе следствия было установлено, что в самолёте сработало взрывное устройство, заложенное в багажный отсек. В качестве взрывчатки в нём использовался нитроглицерин, и, возможно, само устройство было оснащено часовым механизмом. Однако в ходе следствия не удалось установить ни исполнителя теракта, ни его цели.

 

5 декабря 1933 года в США была ратифицирована двадцать первая поправка к американской Конституции, которая отменяла восемнадцатую поправку от 17 декабря 1919 года, вводившую запрет на производство, транспортировку и продажу алкогольных напитков (печально известный «сухой закон»). Историки отмечают, что положительный эффект от него наблюдался лишь в первые два года, когда, по официальным данным, потребление алкоголя в стране уменьшилось почти на 30%. Однако специалисты оспаривают эти цифры. К тому же в середине 20-х годов в США расцвело бутлегерство и нелегальная торговля алкоголем. Во многих городах и посёлках открывались подпольные бары, и затем резко возросла смертность от отравления денатуратом и прочими суррогатами. Ныне американцы вспоминают о «сухом законе» как об одном из наиболее неудачных экспериментов в национальной истории. Вместо создания идеализировавшегося его инициаторами общества граждан-трезвенников в стране значительно возросло потребление спиртного, распространилась коррупция, резко увеличилось число тяжких уголовных преступлений. За 13 лет существования запрета количество убийств выросло на 80%, а государственный бюджет США потерял как минимум $14 млрд за счет недоплаты налогов.

 

Российские события года

19 апреля 1933 года в Москве завершился судебный процесс «о вредительстве на электростанциях». В этот раз на скамье подсудимых оказалась группа руководящих работников ТЭЦ из Златоуста, Иваново, Зуева и Москвы. Но особенностью данного судебного спектакля стало участие в нём в качестве обвиняемых также и иностранных специалистов - британских подданных Лесли Чарльза Тронтона, Вильяма Лионеля Макдональда, Аллана Монкгауза, Чарльза Нордволла, Джона Кушни и Альберта Вильяма Грегори. Этим подсудимым, кроме традиционных для подобных процессов обвинений во вредительстве и терроризме, был также вменён в вину ещё и в шпионаж. При этом все советские обвиняемые в ходе следствия и суда признались в якобы совершённых ими преступлениях, а вот почти все англичане категорически отвергли предъявленные им обвинения. В итоге суд приговорил Гусева В.А., Сухоручкина Л.А. и Лобанова А.Т. к десяти годам, Соколова В.А., Зорина Н.Г. и Котляревского М.Л. к восьми годам, Крашенинникова М.Д. к пяти годам, Олейника П.Е. – к трём годам, Лебедева В.П. к двум годам, Кутузова А.С. – к полутора годам лишения свободы. В отношении Зиверта Ю.И. был вынесен оправдательный приговор. Тронтон получил три года, Макдональд – два года тюремного заключения, а в отношении Монкгауза, Нордволла и Кушни улик оказалось недостаточно, и их просто выслали из нашей страны. Английского инженера Грегори суд оправдал. В 1993 году этот приговор был пересмотрен Верховным судом РФ, а все обвиняемые полностью реабилитированы.

 

5 августа 1933 года состоялось официальное открытие Беломорско-Балтийского канала имени И.В. Сталина. Он соединил Белое море через Выгозеро с Онежским озером, и тем самым балтийские порты получили выход к Архангельску и в Северный Ледовитый океан. Решение Совнаркома о строительстве канала было принято 3 июня 1930 года, а в августе 1931 года начались земляные работы на местности. Основной рабочей силой на этой стройке были заключённые, которых в официальных документах называли «заключёнными каналоармейцами» - сокращённо «з/к» (зэка). Это выражение позднее стали применять к любым заключённым ГУЛАГа, в том числе и в более поздней советской пенитенциарной системе. Всего через строительство Беломорканала прошло более 100 тысяч заключенных, в основном раскулаченных, «контрреволюционеров» и прочих «врагов народа». Хотя смертность здесь порой достигала 700 человек в день, общее число работающих не убывало, поскольку на стройку постоянно привозили пополнение. После открытия канала по его трассе на пароходе совершили поездку 120 писателей во главе с Максимом Горьким. Результатом этого путешествия стала пафосная книга «Канал имени Сталина», где воспевалась перековка строителей-заключенных работниками ОГПУ. В годы Великой Отечественной войны сооружения Беломорканала оказались частично разрушенными. Ныне его длина составляет 227 километров, на его трассе находится 19 шлюзов и прочие сооружения.

 

5 сентября 1933 года под Подольском (Московская область) произошла катастрофа самолёта АНТ-7, в которой погибли первые руководители советской авиастроительной отрасли и гражданской авиации. Самолёт направлялся из Москвы в Крым, погодные условия в тот день были плохими, но высокопоставленные пассажиры настояли на вылете. Однако спустя 20 минут после взлёта в районе Подольска авиалайнер, летевший на небольшой высоте по причине облачности, зацепил стойками шасси проволоку любительской радиоантенны, которая была натянута на высоких шестах. Потеряв скорость, самолёт врезался в верхушку высокой ветлы, у него отвалилась левая консоль крыла, после чего АНТ-7 рухнул на землю. Все восемь человек, находящиеся на его борту, погибли. Среди них были заместитель Наркомтяжпрома, начальник Главного управления авиационной промышленности П.И. Баранов, его жена Б.М. Баранова, начальник Главного управления гражданского воздушного флота А.З. Гольцман, зам. начальника того же Главного управления А.В. Петров, директор ведущего авиационного завода N 22 С.П. Горбунов, член Президиума Госплана СССР В.А. Зарзар, а также экипаж в составе шеф-пилота Глававиапрома И.М. Дорфмана и бортмеханика Н.Е. Плотникова. После этой катастрофы Политбюро срочно составило и утвердило у Сталина список постов, обладатели которых без разрешения свыше лишались права свободного полёта — от членов ЦК до начальников главных управлений наркоматов. И всё равно этот приказ в дальнейшем регулярно нарушался, особенно во время Великой Отечественной войны.

 

15 сентября 1933 года руководитель ОГПУ Генрих Ягода сообщил генсеку И.В. Сталину о раскрытии в Ленинграде «общества педерастов», по делу которого было арестовано свыше 130 человек. Как указано в докладной записке, ОГПУ выявило и пресекло деятельность нескольких групп, которые занимались «созданием сети салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований педерастов с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки». В числе первых разоблачённых членов организации оказался видный дипломат того времени, один из соратников Чичерина, заведующий протокольной частью НКИД Дмитрий Флоринский. При допросе в ОГПУ он признался, что был «платным немецким шпионом, будучи завербованным секретарем германского посольства в Стокгольме». В другом письме Сталину в декабре 1933 года Ягода сообщал: «Педерасты занимались вербовкой и развращением совершенно здоровой молодежи, красноармейцев, краснофлотцев и отдельных вузовцев. Закона, по которому можно было бы преследовать педерастов в уголовном порядке, у нас нет. Полагал бы необходимым издать соответствующий закон об уголовной ответственности за педерастию». На этой докладной записке Сталин собственноручно поставил резолюцию: «Надо примерно наказать мерзавцев, а в законодательство ввести соответствующее руководящее постановление». Такое постановление вышло 17 декабря 1933 года, а в марте 1934 года в УК РСФСР появилась соответствующая статья под номером 154а, карающая за мужеложство.

 

21 сентября 1933 года заместитель председателя Реввоенсовета СССР, начальник вооружений РККА М.Н. Тухачевский подписал приказ № 0113, согласно которому в Москве путём слияния Газодинамической лаборатории (ГДЛ) и Группы изучения реактивного движения (ГИРД) был создан Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ). А 31 октября 1933 года постановлением № 104 Совета Труда и Обороны этот институт был передан в ведение Наркомата тяжелой промышленности. Начальником РНИИ назначили И.Т. Клеймёнова (до этого – руководитель ГДЛ), заместителем — С.П. Королёва (до этого – руководитель ГИРД). Научное руководство РНИИ осуществлял технический совет под председательством Г.Э. Лангемака (до этого - заместитель начальник ГДЛ). В совет входили В.П. Глушко, В.И. Дудаков, С.П. Королёв, Ю.А. Победоносцев и М.К. Тихонравов. Коллектив института в своей работе поддерживал тесную связь с К.Э. Циолковским. Тематика РНИИ охватывала все основные проблемы ракетной техники. В РНИИ была завершена начатая в ГДЛ разработка реактивных снарядов на бездымном порохе, которые впоследствии стали боевыми ракетами для легендарного гвардейского миномёта «Катюша». В институте также был создан ряд экспериментальных баллистических ракет и двигателей к ним, проведены наземные испытания ракетоплана РП-318 с двигателем ОРМ-65, а также лётные испытания крылатой ракеты 212, также с двигателем ОРМ-65. Однако после ареста и расстрела в 1937 году маршала М.Н. Тухачевского кадровый состав РНИИ подвергся репрессиям. По обвинению во вредительстве и шпионаже были расстреляны И.Т. Клеймёнов и Г.Э. Лангемак, а С.П. Королёв и В.П. Глушко осуждены и отправлены в лагеря. Приказом ГКО от 18 февраля 1944 года РНИИ был ликвидирован, а его оборудования и документация переданы в распоряжение Наркомата авиационной промышленности.

 

Самарские события года

1 февраля 1933 года на совещании планового экономического управления Главхимпрома СССР было принято постановление о строительстве Алексеевского серного завода в Средневолжском крае, в окрестностях города Самары, мощностью 10 тысяч тонн комовой серы в год. Торжественная закладка первой шахты серного рудника здесь состоялась 15 сентября. Первая очередь Алексеевского завода была готова к эксплуатации уже в декабре 1935 года, а окончательный пуск всего комплекса состоялся весной 1936 года. Добыча руды здесь велась как открытым способом, так и в шахтах, которые достигали глубины 25 метров. Подъём руды на поверхность производился конным воротом. На вооружении забойщика были кайло, кувалда, лом, молоток, ручной бур, лопата, деревянная тачка на одном колесе и фонарь «летучая мышь». Процесс выплавки серы вёлся самым простым методом: близ рудника выкапывали в земле яму, над ней устанавливали чугунные котлы (кашеварки) ёмкостью около 300 литров, а под ними делали топки. Таких котлов было около десятка. Котлы загружали богатой рудой содержащей до 50% серы, закрывали деревянной крышкой, обитой железом, под ними разводили огонь, и, когда сера расплавлялась, то её выбирали черпаком с деревянной ручкой и сливали в отстойники, где она застывала. Предприятие работало вплоть до 1963 года, после чего в связи с истощением рентабельных пластов оно было закрыто и передало эстафету Водинскому серному заводу.

 

3 февраля 1933 года на перегоне Самаро-Златоустовской железной дороги между станциями Майтуга и Мыльная на хвост грузового поезда № 851 наскочил пассажирский поезд № 77, в результате чего оказались разбиты 9 цистерн, повреждён путь и нанесён убыток транспорту в сумме 37644 руб. 31 коп. Человеческих жертв при этом не было. Следствием установлено, что причиной столкновения стала ошибка дежурного по ст. Майтуга П.М. Циприса, который, не убедившись о нахождении на перегоне поезда № 851, дал разрешение на следование по нему поезда № 77, машинист которого Н.Д. Рябов вовремя не заметил хвостовых сигналов поезда № 851, как не заметил и сигналов путевого сторожа Мартынкина. При столкновении часть разбитых цистерн перегородила второй путь, по которому в это время под уклон со ст. Мыльная на большой скорости следовал пассажирский поезд № 74, а за ним - пассажирский поезд № 891. Однако благодаря бдительности машинистов этих поездов составы были своевременно остановлены, и тем самым предотвращено большое крушение. Решением суда дежурный Циприс был приговорён к 8 годам заключения в лагерях, а машинист Рябов - к 1 году лишения свободы условно.

 

16 февраля 1933 года Средне-Волжским крайкомом ВКП (б) было принято секретное постановление о пересмотре в сторону снижения норм пайкового довольствия партийного актива в связи с засухой и недородом хлеба, охватившими регион в 1932 году. В частности, в этом документе указывалось: «Установить весь контингент снабжения в 13269 человек вместо 24440 чел., снабжаемых сейчас… Общий контингент по горрайактиву принять в 9239 чел. вместо 18285 чел., при соотношении иждивенцев 1:1,5 вместо 1:2, в том числе работников 3695 (вместо 6095), иждивенцев 5544 (вместо снабжаемых ранее 12190)… По крайактиву – всего 4030 вместо 6433, при соотношении иждивенцев 1:2, т.е. в том числе работников 1320 и иждивенцев 2710 чел. … Из указанного контингента крайактива снабжать по группе А – 250 (вместо 255), по группе Б – 1000 (вместо 1608 чел.), особую группу сохранить с прежним (70 чел.) составом». Но поскольку лето 1933 года в Среднем Поволжье также оказалось неблагоприятным, то 13 и 22 декабря крайком ВКП (б) принял ещё два совершенно секретных постановления - об отпуске семенной ссуды для колхозов, пострадавших от недорода, и о продовольственной помощи недородным районам Средне-Волжского края.

 

23 сентября 1933 года поздно ночью обрушился угол строящегося здания Дома промышленности в Самаре, на улице Советской (ныне улица Куйбышева, 145). По причине ночного времени жертв и пострадавших не оказалось. Расследование было проведено в течение нескольких дней, и при этом всю вину за происшедшее списали на бригаду рабочих, нарушивших технологию кладки – по заключению экспертов, при работе кирпичи не были достаточно смочены водой. Закладка Дома промышленности, Дома сельского хозяйства, Дома связи, клинической больницы и ряда других социально значимых объектов в краевом центре прошла почти одновременно в апреле 1933 года, и при этом в качестве материала для зданий в значительной мере были использованы фрагменты разрушенного ранее Кафедрального собора. Однако в дальнейшем во время работ на этих объектах произошло несколько обрушений. В частности, происшествие 23 сентября стало отнюдь не единственной аварией на строительстве Дома промышленности, что в итоге и заставило архитекторов Н. Сухова и В. Клочкова внести в проект здания серьезные изменения. Так, вместо первоначально задуманных девяти этажей было возведено лишь шесть, и, кроме того, архитекторы отказались от идеи завершить Дом промышленности башней с часами. Его строительство было закончено в 1936 году. В 60-х годах Дом промышленности был значительно реконструирован под руководством архитектора А.Г. Моргуна. Ныне это здание является объектом культурного наследия регионального значения эпохи конструктивизма, и считается одним из самых пожароопасных объектов города Самары из-за деревянных перекрытий между этажами.

 

Главное самарское событие года

11 сентября 1933 года полномочное представительство (ПП) ОГПУ по Средне-Волжскому краю (СВК) обнародовало информацию о том, что на территории края раскрыта и обезврежена «контрреволюционная организация» под названием «Народно-коммунистическая партия» (НКП), состоявшая из интеллигенции, инженерно-технических работников, студентов, выходцев из крестьянско-эсеровской среды, бывших белогвардейцев и других. По версии ОГПУ, руководство «Народно-коммунистической партии» ставило своей задачей продолжение дела других, ранее уже вскрытых и обезвреженных контрреволюционных организаций, в том числе «Промпартии» и «Трудовой крестьянской партии». Главной целью всех этих «контрреволюционеров», по мнению следствия, было свержение Советской власти, роспуск колхозов и установление единоличной формы деятельности в качестве основной в сельскохозяйственном производстве. Открытого судебного процесса по делу НКП не было, судьбу обвиняемых в закрытом заседании решала спецколлегия ОГПУ. Из 41 подсудимого один был приговорён к расстрелу, остальные получили от 3 до 10 лет заключения в исправительно-трудовых лагерях. Во второй половине 50-х годов все осуждённые по этому делу были реабилитированы Верховным судом РСФСР за отсутствием в их действиях состава преступления.

 

По материалам Википедии

Дела «Промпартии» и «Трудовой крестьянской партии» (ТКП)» (1930 - 1932 годы)

Провалы и неудачи социально-экономической политики ВКП (б) в конце 20 — начале 30 гг. вынудили партийно-советское руководство СССР переложить вину за срывы темпов индустриализации и коллективизации на «вредителей» из числа «классовых врагов». Так, 18 мая 1928 года в Москве в Доме Союзов открылся судебный процесс по обвинению большой группы руководителей и специалистов угольной промышленности из ВСНХ, треста «Донуголь» и шахт во вредительстве и саботаже (всего 53 человека). В истории он стал известен как «Шахтинский процесс». Подсудимым вменялась в вину не только вредительская деятельность, но также создание подпольной организации и установление конспиративной связи с московскими вредителями и с зарубежными антисоветскими центрами. Руководители организации обвинялись «в разрушении важнейшей топливной базы СССР с целью сорвать социалистическую индустриализацию страны».

По версии следствия, «местные вредители, действовавшие по указке и на деньги парижского центра, затопляли шахты, портили механизмы, устраивали взрывы, завалы, организовывали пожары, портили вентиляцию, ухудшали условия труда и быта шахтеров, а засевшие в центральных органах угольной промышленности вредители-руководители дезорганизовывали планирование угольной промышленности, срывали строительство новых шахт». Следствие заявило, что вредительская деятельность на Донбассе продолжалась в течение семи лет. По итогам судебного процесса пятерых человек приговорили к расстрелу, еще 44 - к срокам заключения от 1 года до 10 лет, и четверо были оправданы. В 2000 году по результатам расследования Генеральной прокуратуры РФ все осуждённые по Шахтинскому делу были реабилитированы за отсутствием состава преступления.

В начале 30-х годов после очередных арестов трех крупных групп специалистов руководство ОГПУ готовилось к проведению новых «производственных» судебных процессов. Первая группа включала в себя верхушку инженерии и ученых (Л.К. Рамзин, В.А. Ларичев и др.), вторая — известных аграрников, служивших в Наркомфине и Наркомземе (Н.Д. Кондратьев, А.В. Чаянов и др.), третья — экономистов и плановиков, бывших членов партии меньшевиков, работавших в Госплане, ЦСУ и других хозяйственных и научных учреждениях (В.Г. Громан, Н.Н. Суханов-Гиммер и др.). Соответственно ОГПУ сфабриковало три антисоветских подпольных партии: «Промпартию», «Трудовую крестьянскую партию» и «Союзное бюро ЦК РСДРП (меньшевиков)».

Как свидетельствуют опубликованные в 1990 году в журнале «Коммунист» (№ 11) письма И.В. Сталина, он не только внимательно следил за ходом следствия, но и указывал главе ОГПУ В.Р. Менжинскому, какие показания требуются от арестованных. Он писал, в частности: «…сделать одним из самых важных узловых пунктов новых (будущих) показаний верхушки ТКП, «Промпартии» и особенно Рамзина вопрос об интервенции и сроке интервенции… Если показания Рамзина получат подтверждение и конкретизацию в показаниях других обвиняемых (Громан, Ларичев, Кондратьев и Ко), то это будет серьезным успехом ОГПУ».

В ноябре 1930 года газета «Известия» опубликовала обвинительное заключение по делу «Промпартии». В нем указано, что за истекшие два года усилиями ОГПУ был раскрыт ряд вредительских организаций, действовавших под руководством единого центра. В обвинении констатировалось, что «материалы по делу раскрытой, наконец, ОГПУ к.-р. организации, называвшей себя «Промышленной Партией» или «Советом Союза Инженерных организаций», объединившей в единую организацию все отдельные вредительские организации по различным отраслям промышленности и действовавшей не только по указаниям международных организаций бывших русских и иностранных капиталистов, но и в связи и по прямым указаниям правящих сфер и генерального штаба Франции по подготовке вооруженного вмешательства и вооруженного свержения Советской власти — подтвердили целиком эти выводы».

По данным следствия, в состав ЦК Промпартии входили инженеры П.И. Пальчинский (расстрелян по приговору коллегии ОГПУ по делу о вредительстве в золото-платиновой промышленности), Л.Г. Рабинович (осужден по «шахтинскому процессу»), С.А. Хренников (умер во время следствия), а также А.А. Федотов, С.В. Куприянов, В.А. Ларичев, профессор Н.Ф. Чарновский. Главой «Промпартии» был объявлен профессор Л.К. Рамзин — директор Теплотехнического института, член Госплана и ВСХН. Основные пункты обвинения строились на его показаниях во время следствия и суда.

Процесс по делу «Контрреволюционной организации союза инженерных организаций (Промышленная партия)» состоялся 25 ноября — 7 декабря 1930 года. Л.К. Рамзин и остальные четверо подсудимых были приговорены к расстрелу, замененному по решению ВЦИК десятью годами тюремного заключения. В 1936 году Л.К. Рамзина освободили по амнистии, а в 1943 году за выдающиеся научные изобретения ему была присуждена Сталинская премия. Многие осужденные по делу «Промпартии» также вскоре были амнистированы.

Кроме основного дела, были сфабрикованы так называемые отраслевые дела «Промпартии» о «вредительстве», в том числе в угольной, нефтяной, металлургической, текстильной промышленности, в химической секции Госплана, в лесной, цементной, электротехнической промышленности, в области топливоснабжения, в энергетике и на транспорте, в Наркомате путей сообщения и в других отраслях. ОГПУ также заявило о разоблачении так называемых «ленинградской группы» и «профсоюза инженерно-технических работников», так называемой «экономической группы» в ВСНХ, контрреволюционной организации «Промпартии» в Госплане», и других подобных организаций.

На процессе «Промпартии» прозвучали обвинения в адрес арестованных «руководителей «Трудовой крестьянской партии» - экономистов Н.Д. Кондратьева, А.В. Чаянова, Н.П. Макарова, Л.Н. Литошенко, Л.Б. Кафенгауза и других, по делу которых готовился новый открытый политический процесс. Об этом, в частности, свидетельствует письмо И.В. Сталина В.М. Молотову в начале сентября 1930 года, где сказано следующее: «Разъяснение в печати «дела» Кондратьева целесообразно лишь в том случае, если мы намерены передать это «дело» в суд. Готовы ли мы к этому? Считаем ли нужным передать «дело» в суд? Пожалуй, трудно обойтись без суда. Между прочим: не думают ли г.г. обвиняемые признать свои ошибки и порядочно оплевать себя политически, признав одновременно прочность соввласти и правильность метода коллективизации? Было бы недурно».

Однако спустя некоторое время Сталин дал новую директиву: «Подождите с делом передачи в суд кондратьевского «дела». Это не совсем безопасно. В половине октября решим этот вопрос совместно. У меня есть некоторые соображения против». Можно предположить, что причиной отказа от публичного суда послужило поведение на следствии Н.Д. Кондратьева, который, хотя и признал «прочность соввласти» и «правильность метода коллективизации», но отвёл от себя обвинения в подготовке интервенции. Сыграла свою роль и волна протестов со стороны видных западных деятелей науки, литературы и искусства (А. Эйнштейн, М. Планк, Г. Манн и другие) против гонений на советских ученых.

Так или иначе, но 21 сентября 1931 года В.Р. Менжинский утвердил обвинительное заключение по делу «Центрального Комитета контрреволюционной вредительской организации «Трудовая Крестьянская Партия» (ТКП). К моменту составления обвинительного заключения Коллегией ОГПУ уже были осуждены: по делу Московской областной организации ТКП — 68 человек; по делу Ленинградской областной организации — 106; по делу Северо-Кавказской организации — 120; по делу Нижегородской Краевой организации — 24; по делу об­ластной организации в Центрально-Черноземной обла­сти — 132; по делу Западной областной организации — 174; по делу Средне-Волжской организации — 107; по делу Западно-Сибирской организации — 35; по делу Крымской организации — 26; по делу Украинской организации — 143; по делу Уральской областной организации — 26; по делу Ивановской областной организации — 96; по делу Нижне-Волжской организации — 56. Всего на периферии, по неполным данным, было арестовано в связи с делом ТКП 1296 человек.

Название «Трудовая крестьянская партия» было изобретено следствием для того, чтобы связать обвиняемых с организацией «Крестьянская Россия», созданной в 20-х годах в Праге эсером С.С. Масловым, с которым Н.Д. Кондратьев был довольно близко знаком. В декабре 1927 года «Крестьянская Россия» в следственном деле получила наименование «Трудовой крестьянской партии».

Согласно обвинительному заключению, лица, проходящие по этому делу, были признаны виновными в том, что они входили в состав нелегальной «Трудовой крестьянской партии», ставившей своей целью свержение Советской власти и создание буржуазно-демократической республики. Им также вменялось в вину проведение вредительства в различных отраслях сельского хозяйства, связь с руководителями контрреволюционных организаций, вербовка в контрреволюционную организацию специалистов сельского хозяйства, а также преступная связь с иностранными гражданами.

Обвиняемые по делу ТКП так и не были выведены на открытый процесс. По их делу 26 января 1932 года состоялось заседа­ние коллегии ОГПУ, которая вынесла постановление заключить в концлагерь: сроком на 8 лет — профессора Тимирязевской сельскохозяйственной академии, директора Конъюнктурного института Н.Д. Кондратьева; профессора Тимирязевской академии, члена Президиума Земплана Наркомзема РСФСР Н.П. Макарова; профессора Московского планово-экономического института, начальника валютного управления, члена Коллегии Наркомфина СССР Л.Н. Юровского; сроком на 5 лет — профессора Тимирязевской академии, члена Коллегии Института крупного хозяйства и консультанта правления Зернотреста А.В. Чаянова; профессора Тимирязевской академии, редактора журнала «Вестник сельского хозяйства» А.Г. Дояренко; профессора Тимирязевской академии и МГУ А.А. Рыбникова; сроком на 3 года с заменой этого наказания высылкой на тот же срок — профессора Тимирязевской академии, научного сотрудника Госплана СССР Л.Н. Литошенко; профессора Тимирязевской академии, заведующего опытным отделом Наркомзема РСФСР С.К. Чаянова; профессора МГУ и Института промышленности и труда Л.Б. Кафенгауза; сроком на 3 года с заменой этого наказания ограничением в месте жительства на тот же срок — старшего экономиста Наркомзема РСФСР А.В. Тейтеля; доцента Московского планового института и консультанта Наркомфина СССР И.Н. Леонтьева; сроком на 3 года с последующим освобождением от наказания — профессора Тимирязевской академии и редактора журнала «Агропром» А.О. Фабриканта.

За арестованных по делу ТКП ходатайствовал академик Н.И. Вавилов. Это обстоятельство, в частности, послужило в 1941 году основанием для обвинения в том, что он «является одним из руководителей антисоветской организации, именовавшейся «Трудовая крестьянская партия».

В 1937-1938 годах многие из осужденных по делу ТКП были вновь арестованы и приговорены к расстрелу (А.В. Чаянов, А.В. Тейтель — в 1937 году; А.А. Рыбников, Н.Д. Кондратьев, Л.Н. Юровский — в 1938 году; Л.Н. Литошенко скончался в лагере в 1943 году).

В 1987 году дело ТКП было пересмотрено Верховным судом СССР, а все проходящие по нему лица реабилитированы за отсутствием в их действиях состава преступления (рис. 1-7).

 

Николай Дмитриевич Кондратьев

Его считают одним из крупнейших российских и советских экономистов. В историю науки он вошёл в первую очередь как основоположник теории экономических циклов, известных как «Циклы Кондратьева». В начале 20-х годов учёный теоретически обосновал «новую экономическую политику», проведение которой в жизнь в Советской России началось в 1921 году.

Он родился 4 (16) марта 1892 года в деревне Галуевская Кинешмского уезда Костромской губернии (ныне — Вичугский район Ивановской области, в 5 км от г. Вичуги). С 1905 года Николай учился в церковно-учительской семинарии в селе Хреново Костромской губернии, где подружился с будущим социологом Питиримом Сорокиным. С 1908 года он начинает учёбу на Черняевских общеобразовательных курсах в Санкт-Петербурге, затем поступил на юридический факультет Петербургского университета. После его окончания Кондратьев был оставлен при кафедре политической экономии и статистики для подготовки к профессорскому званию. Всё это время Кондратьев был активистом партии социалистов-революционеров, находился под негласным наблюдением полиции, а в 1913 году он был арестован и месяц провёл в заключении под следствием.

После Февральской революции Кондратьев стал секретарём А.Ф. Керенского по делам сельского хозяйства. В июне 1917 года его избрали товарищем председателя Общероссийского Продовольственного комитета — центрального органа Продовольственной комиссии Совета рабочих депутатов, а 7 (20) октября 1917 года, непосредственно перед Октябрьским переворотом, Кондратьев был назначен товарищем министра продовольствия Временного правительства.

После Октябрьской революции Кондратьев продолжал свою политическую деятельность как активист эсеровской партии. В ноябре 1917 года он был избран депутатом Всероссийского учредительного собрания от Костромской губернии, по списку партии социалистов-революционеров. В 1919 году, после полного вытеснения эсеров большевиками из всех органов государственной власти, Кондратьев вышел из партии и перешёл к исключительно научной деятельности. В августе 1920 года его арестовали по делу «Союза возрождения России», но через месяц он был освобождён благодаря усилиям И.А. Теодоровича и А.В. Чаянова.

Кондратьев был одним из основателей и первым директором Конъюнктурного института при Наркомате финансов Союза ССР (1920—1928). В 1920—1923 годах — в Наркомземе, начальник управления сельскохозяйственной экономии и политики и «учёный специалист». Работал в сельскохозяйственной секции Госплана СССР. Под его руководством был разработан перспективный план развития сельского и лесного хозяйства РСФСР на 1923—1928 гг. (сельскохозяйственная пятилетка Кондратьева), сочетавший плановые и рыночные принципы. Здесь он выступал за углубление НЭПа, возлагая надежды на зажиточных крестьян, поскольку они обеспечивали рост производства, не одобрял монополию внешней торговли. В ходе экономических дискуссий 1920-х годов Кондратьев и его соратники по Наркомзему и Конъюнктурному институту делали акцент на товарные, рыночные механизмы, видя в плане по возможности точный прогноз будущего движения народного хозяйства. Кондратьева снова арестовали 10 августа 1922 и включили в список лиц, подлежавших к высылке из России. Лишь благодаря вмешательству заместителя наркома земледелия В. Осинского Кондратьев был исключён из числа высылаемых.

В дальнейшем он много работал в сфере теоретической экономике. Согласно ставшей классической теории больших циклов Кондратьева, «…войны и революции возникают на почве реальных, и прежде всего экономических условий… на почве повышения темпа и напряжения конъюнктуры экономической жизни, обострения экономической конкуренции за рынки и сырье… Социальные потрясения возникают легче всего именно в период бурного натиска новых экономических сил».

Основной вклад в популяризацию идей Кондратьева внёс в своих работах Йозеф Шумпетер — именно он ввёл термин «кондратьевские волны», а в 1939 году в своей книге «Деловые циклы» поддержал и развил закономерность, обнаруженную Кондратьевым, наряду с 7—11-летними циклами производства и занятости.

В 20-е годы позиции Чаянова и Кондратьева подверглись резкой критике большевистского руководства. После выступления И.В. Сталина на конференции аграрников-марксистов термины «чаяновщина» и «кондратьевщина» стали символами вредительства. В 1930 году арестован по «делу Трудовой крестьянской партии». Решение коллегии ОГПУ от 26 января 1932 года он был приговорён к 8 годам тюремного заключения, после чего содержался в Суздальском политизоляторе. После повторного возбуждения уголовного дела Военной коллегией Верховного суда СССР 17 сентября 1938 года Кондратьева приговорили к расстрелу, в тот же день он был расстрелян и похоронен на «Коммунарке» (Московская область).

В мае 1963 года он был реабилитирован одновременно с Л.Н. Юровским, затем его повторно реабилитировали вместе с А.В. Чаяновым 16 июля 1987 года.

 

Партия сказало: «Надо!»

В течение 1931-1933 годов партийно-советское руководство Средне-Волжского края (СВК) и полномочное представительство (ПП) ОГПУ по Средне-Волжскому краю усиленно работали по выявлению на территории края участников «Трудовой крестьянской партии». Хотя такой контрреволюционной организации, как было сказано выше, на самом деле никогда не существовало, самарские партийные функционеры стремились выполнить поставленную им «сверху» задачу.

Вот что на собрании краевого партийно-хозяйственного актива о Трудовой крестьянской партии и о порождённой ею «кондратьевщине» доложил Александр Фёдорович Горкин, в 1931-1934 годах - второй секретарь Средне-Волжского крайкома ВКП (б) (рис. 8). Полный текст этого документа можно прочитать в СОГАСПИ (Ф. 1141, оп. 3, д. 95).

«Информация тов. Горкина о контрреволюционной организации - Трудовой крестьянской партии.

По материалам, которые мы имеем в крайкоме, ОГПУ раскрыта, и, как вы знаете из газет, частично ликвидирована контрреволюционная Трудовая крестьянская партия (ТКП). Во главе этой партии стояли такие видные беспартийные специалисты, как Кондратьев, Юровский, Макаров, профессор Рыбников, профессор Дояренко, Садырин, Чаянов, Литошенко и др. Названные лица возглавляли Трудовую крестьянскую партию, составляли ее Центральный комитет. Трудо­вая крестьянская партия, в лице ее руководящих работников; имела тесную связь с контрреволюционной группировкой Суханова, Громана и Базарова, которая, в свою очередь, опиралась на ряд крупных работников: Капелинский, Алейников, Ярманский, Череванин, писа­тель Пантелеймон Романов и др. Центральный комитет трудовой крестьянской партии имел также связь с инженерно-промышленным центром Пальчинского. Представителем в этот центр входил Чаянов. Трудовая крестьянская партия со своим оформившимся централь­ным комитетом объединяла, таким образом, в своих рядах бывших эсеров, меньшевиков, кадетов, ряд беспартийных экономистов и агрономов, которые солидаризировались с эсеровско- меньшевистскими взглядами…

Своей задачей трудовая крестьянская партия ставила свержение существующей власти» установление в стране такой власти и такого режима, которые обеспечили бы свободное развитие ка­питалистических и кулацких элементов и привели бы к реставрации капитализма в нашей стране. Партия ставила задачей восстановление частной собственности в промышленности и торговле, пре­кращение каких-либо принудительных мер в от­ношении развития кулацкого крестьянского хозяй­ства, дачу капиталистическим и кулацким эле­ментам широчайшей инициативы и полной свободы развития. Формой государственного правления намечалось создание демократического строя, со­здание такого правительства, которое опиралось бы на коалицию демократических элементов стра­ны.

[…]

Как уже было сказано раньше, главная ставка трудовой крестьянской партии была на развитие в стране кулацкой контрреволюции. Партия де­лала ставку на крестьянские восстания, на рост кулацкой активности в борьбе с нами.

Однако руководители Центрального комитета этой контрреволюционной партии отдавали се­бе ясный отчёт в том, что без поддержки со стороны рабочих крестьянские восстания едва ли могли сыграть решающую роль. Суханов и Громан развивали перед Центральном комитетом трудовой крестьянской партии такую точку зрения на возможности активного выступления рабочего класса против советской власти: они считали, что «страна идет к кровавой каше», к «новой гражданской войне», советское хозяйство неиз­бежно катится в пропасть, затруднения на рынке промтоваров и нарастающий продовольственный голод вызовут возмущение рабочего класса и тол­кнут его на борьбу против существующего режима, против советской власти. В результате массового недовольства рабочих возникнет движение, которое приведет к политическому перевороту. Таким об­разом, крестьянские восстания - с одной стороны, и выступления рабочего класса на почве хозяй­ственных затруднений - с другой стороны, дол­жны обеспечить политический переворот в нашей стране, дать победу кулацко- капиталистическим элементам, выразителем и организатором которых является трудовая крестьянская партия.

Обсуждался вопрос и об интервенции. Хотя и высказывались соображения о нежелательности интервенции, этот метод свержения советской власти, несомненно, входил как важнейшая со­ставная часть плана политического переворота, который ставила перед собой крестьянская тру­довая партия.  «Нежелательность» интервенции объяснялась тем, что интервенция неизбежно бу­дет «связана с вооружённым разрушением про­изводственных сил, а, следовательно, и с хо­зяйственным обнищанием, при котором на долю будущего правительства выпала бы крайне неблагодарная задача - управлять в разорённой стране Это могло бы поставить правительство в будущем перед опасными и даже непреодолимыми затрудне­ниями, особенно, если принять во внимание, что дело того правительства, которое пришло бы на смену советскому, ни в коем случае не мог­ло бы оказаться легким» (из допроса Юров­ского).

[…]

Видные представители ТКП находились в тесной связи с рядом коммунистов, используя их для информации во внутрипартийных делах. В заявлении Громана, Кондратьева и Юровского называется ряд коммунистов, работников центральных органов, которые информировали их о самых секретных партийных докумен­тах. «Лучше всех у нас о внутрипартийном положении в стране и за границей был информирован Кондратьев, - говорит в своих показаниях Громан, - который был в хороших отношениях с бывш. Наркомземом Смирновым и с членом коллегии Теодорович, и от них получал информацию, а также читал подлинные документы ЦК ВКП (б), отчеты о пленумах и заседаниях ЦК».

[…]

Центральный Комитет ТКП, начиная с 1927 г., имел регулярные заседания, на которых обсуждались основные вопросы программы и тактики партии. В важнейших центральных учреждениях KTП вмела свои ячейки. В Наркомземе основными руководителями этих ячеек были Макаров, Пчелинцев, Чаянов, Рудин и др. В пределах возможностей, как говорят в показаниях лидеры этой новой партии, группа отстаивала проведение таких принципов аграрной политики, которые всемерно обеспечивали развитие индивидуальных, более мощных хозяйств, в ущерб социалистическим формам хозяйства. В сельхозкооперации основными лицами были Садырин, Смирнов, Крылов и другие. Эта группа также ставила задачей влиять на всю работу сельхозкооперации в ту сторону, чтобы укреплялась мощь крупного кулацкого хозяйства, в ущерб росту социалистического хозяйства. В Сельхозбанке Саламатин и Черкасов направляли кредитную политику в сторону преимущественной поддержки крепких кулацких хозяйств. В Наркомфине Кондратьев, Леонтьев, Вайнштейн, Жиркович и другие давали такой конъюнктурный анализ, делали не него такие выводы, которые направляли политику на развязывание НЭПа, на рост капиталистических элементов в народном хозяйстве. Такая же вредительская деятельность проводилась в Тимирязевской акаде­мии, в органах Госплана и т.д. Центральный комитет партии имел связь не только с ячейками в правительственных учреждениях в общественных организациях, но имел свои группы на местах. Через центральные органы руководители ТКП мобилизовывали кадры спе­циалистов в местных земельных, финансовых, кооперативных в других органах.

«В нашем экономическом методе борьбы с совластью, - говорит Леонтьев, - в частности, в области конъюнктурной работы Громан, в связи с уходом Кондратьева с конъюнктурной работы, заменил последнего на посту его вредительской деятельности в области конъюнктурной работы, почти целиком проводя в жизнь путем тенденциозных и фальшивых конъюнктур известные контрреволюционные экономические концепции Кондратьева».

Профессор Дояренко проводил идеи через журнал «Вестник сельского хозяйства», используя опытные учреждения, Тимирязевскую академию и т.д. Открыто через этот журнал проводились, например, такие идеи: отстаивалось создание в деревнях культурно-экономических центров в составе агрономов, учителей, врачей, кооператоров в т.д., предлагалось этим центрам завоевывать автономию в своей работе, увязывать с наиболее крепкой частью населения, вводить так называемый «Институт Крестьянских агропомощников при агрономах», при котором преследовалась задача навербовать среди кулачества крепкие опорные кадры. Деятельность ТКП, помимо этого, сводилась к изданию ряда листовок, к проведению нелегальных со­вещаний, к сколачиванию местных ячеек ТКП.

[…]

Ознакомление с программой и тактикой этой новой контрреволюционной партии убедительнее всего говорит о том, насколько была права наша партия, когда предупреждала лидеров правого уклона, что они отражает чаянья кулацко-капиталистических элементов, что они делаются орудием кулацко-капиталистической реставрации. Мы должны будем от правых потребовать сейчас еще более категорического признания ошибочности своих позиций, должны потребовать безоговорочного проведения генеральной линии партии, полной поддержки Ленинского ЦК партии».

 

«Кондратьевщину» нашли в Самаре

Функционеры ВКП (б) по меркам того времени рассуждали вполне логично: если ныне по всей стране, во всех её регионах, уже вскрыты затаившиеся классовые враги в виде подпольных ячеек «Трудовой крестьянской партии», то почему же их не может быть в Средне-Волжском крае? Более того – они здесь обязательно должны быть. А поскольку один из предполагаемых лидеров «Трудовой крестьянской партии» Н.Д. Кондратьев вроде бы как проповедовал контрреволюционные политико-экономические и аграрные идеи, то его единомышленников начали искать в стенах вузов и научно-исследовательских институтов города Самары и всего Средне-Волжского края. Но потом выяснилось, что «главари контрреволюционеров» в разное время проходили обучение в краевом Коммунистическом вузе, или сокращённо Комвузе (впоследствии такие учебные заведения стали называть Высшими партийными школами, или ВПШ).

Что касается расследования деятельности «контрреволюционной организации», выявленной в Самаре, то, по версии ОГПУ, в это дело оказались вовлечены не только учёные и экономисты, якобы причастные к распространению идей «кондратьевщины», но также и люди самых разных профессий – инженеры, технические специалисты, служащие советских учреждений, и даже… сотрудники самого ОГПУ.

Результаты этого расследования затем рассматривались на закрытом заседании бюро Средне-Волжского крайкома ВКП (б), по результатам которого было принято решение: судебного процесса по этому делу не проводить, а решение дальнейшей судьбы обвиняемых доверить Спецколлегии ОГПУ.

«Средне-Волжский крайком ВКП (б)

Особая папка.

Протоколы закрытых заседаний бюро Средне-Волжского крайкома ВКП (б).

Строго секретно

Постановление бюро Средне-Волжского крайкома ВКП (б) от 11 сентября 1933 года.

О вскрытой в Самаре контрреволюционной фашистской организации.

1. Отметить, что ПП ОГПУ своевременно вскрыло и быстро провело разработку контрреволюционной фашистской организации в г. Самаре и в отдельных районах края.

2. Тот факт, что среди участников к.-р. организации имелся относительно большой процент коммунистов, главным образом из советских и вузовских ячеек (из числа выходцев из крестьян, интеллигенции и кулацких сыновей) показывает неудовлетворительное состояние партийно-просветительной и воспитательной работы, низкий уровень классовой бдительности и идейной вооружённости в этих ячейках, и крайне слабое руководство ими со стороны горкомов и райкомов. Поручить Культпропу, Оргинстру и горкомам под этим углом проверить работу всех вузовских и наиболее крупных советских ячеек, заслушать доклады 4-5 ячеек на секретариате крайкома.

3. Разослать ГК, РК и политотделам закрытое письмо, мобилизующее коммунистов на такое повышение бдительности к пролезшим в партию к.р. элементам, при которой эти элементы разоблачались бы при малейшей попытке вести к.-р. агитацию внутри партии. Поручить т.т. Касименко, Ксенофонтову и Здоровцеву составить проект такого письма.

4. С этой целью поручить т. Баку в ближайшее время сделать доклад на закрытом собрании самарского партактива.

5. Поручить крайКК решительно проверить состояние и работу тех ячеек, в которых выявлены и вели активную работу члены к.р. организации, изучив причины, способствовавшие развёртыванию контрреволюционной агитации среди некоторой части членов этих ячеек.

6. Исключить из партии следующих членов ВКП (б), входивших в состав контрреволюционной фашистской организации:

1) Егорова Александра Устиновича - член партии с 1928 года, студент Комвуза.

2) Сафронова Ивана Дмитриевича - член партии с 1926 г., работник Крайснаба.

3) Горячева Семёна Кузьмича – член партии с 1931 г., зав. кадрами макаронной фабрики.

4) Чашкина Ивана Алексеевича – кандидат ВКП (б), служащий Мосторга.

5) Горячева Бориса Кузьмича – член партии с 1931 г., студент строительного института.

6) Мазурина Александра Даниловича – член партии с 1926 г., зав. фермой свиносовхоза.

7) Чаадаева Алексея Степановича – член партии с 1931 г., сотрудник ПП ОГПУ СВК.

8) Атапина Павла Петровича – член партии с 1931 г., управделами Фрунзенского райкома партии.

9) Слепова Ивана Сергеевича – член партии с 1928 г., секретарь Мокшанского ОСО.

10) Гостинина Николая Николаевича – член партии с 1926 г., работник Мокшанского РИКа.

11) Алешаева Петра Емельяновича – член партии с 1928 г., студент Комвуза.

12) Кузмицкого Филиппа Ивановича – член партии с 1930 г., студент индустриального института.

13) Ближнева Дмитрия Кузьмича – член партии с 1925 г., работник колхоза.

14) Курбатова Константина Семёновича – член партии с 1921 г., управляющий крахмало-паточным трестом.

15) Кирякова Семёна Фёдоровича – член партии с 1932 г., слесарь велозавода.

16) Кирякова Николая Фёдоровича – член партии с 1932 г., рабочий Пензенской бисквитной фабрики.

7. Просить крайКК в кратчайший срок рассмотреть вопрос о членах и кандидатах партии, которые в той или иной степени причастны к к.-р. деятельности вскрытой организации, причём коммунисты, знавшие о контрреволюционных взглядах и высказываниях членов вскрытой организации, и не сообщившие об этом партийным органам, должны быть немедленно исключены из партии, как двурушники и буржуазные перерожденцы.

(Подпись неразборчива)».

(СОГАСПИ, Ф-1141, оп.5, д.51, л.л. 73-75).

 

«Партколлегия КПК при ЦК ВКП (б) по Куйбышевскому краю.

Материалы о контрреволюционерах за 1933 год.

Список лиц, осужденных коллегией ОГПУ по делу № 4847 «Народно-коммунистическая партия» в 1933 г.

    Фамилия, имя                    Партийность    Решение коллегии

     и отчество                     до ареста      ОГПУ

1. Чаадаев Алексей Степанович       чл. ВКП (б)     Расстрелять

2. Егоров Александр Устинович         -«»-     10 лет испр. тр. лаг.

3. Сафонов Иван Дмитриевич            -«»-          то же

4. Загуменный Григорий Степанович   беспартийный    то же

5. Тахаев Пётр Филимонович            быв. с/р      то же

6. Медведев Василий Павлович          -«»-          то же

7. Тахаев Виталий Петрович          беспартийный    то же

8. Чашкин Иван Алексеевич             -«»-          то же

9. Суханов Фёдор Игнатьевич           -«»-          то же

10. Медведев Леонид Васильевич        -«»-       8 лет ИТЛ

11. Хилинцев Серафим Андреевич        -«»-          то же

12. Грязнов Борис Иванович            -«»-       5 лет ИТЛ

13. Горячев Семён Кузьмич           чл. ВКП (б)     то же

14. Лизунов Василий Дмитриевич        -«»-          то же

15. Слепов Иван Сергеевич             -«»-          то же

16. Казичев Сергей Фёдорович        беспартийный    то же

17. Ближин Дмитрий Кузьмич          чл. ВКП (б)  3 года ИТЛ

18. Кирьяков Семён Фёдорович          -«»-          то же

19. Чуянов Вифоний Мефодьевич       беспартийный    то же

20. Кочкин Павел Андреевич            быв. с/р      то же

21. Тахаев Анатолий Петрович        беспартийный    то же

22. Кузьмин Василий Васильевич      быв. нар. соц.  то же

23. Мазурин Александр Данилович       чл. ВКП (б)   то же

24. Горячев Борис Кузьмич              -«»-         то же

25. Уланов Степан Васильевич          чл. ВЛКСМ     то же

26. Алешаев Пётр Емельянович          чл. ВКП (б)   то же

27. Кузьмицкий Филипп Иванович         -«»-         то же

28. Атапин Павел Петрович              -«»-         то же

29. Карпов Георгий Иванович         беспартийный    то же

30. Хардина Наталья Виссарионовна      -«»-         то же

31. Серебрякова Татьяна Виссарионовна  -«»-         то же

32. Грохольский Александр Иванович     -«»-         то же

33. Кашелков Александр Яковлевич     чл. ВЛКСМ      то же

34. Горячев Александр Кузьмич       беспартийный    то же

35. Томиловский Иван Яковлевич       чл. ВЛКСМ      то же

36. Шаронов Николай Николаевич      беспартийный    то же

37. Якунин Василий Фёдорович            -«»-     3 года высылки

38. Радюжин Алексей Владимирович    чл. ВЛКСМ       то же

39. Кирьяков Николай Фёдорович      чл. ВКП (б)     то же

40. Гостенин Николай Николаевич         -«»-        то же

41. Андреев Александр Иванович     беспартийный    то же

Верно: секретарь СПО (подпись неразборчива).

16.06. – 1934 г.

№ 9/48112».

(СОГАСПИ, Ф-1315, оп. 1, д.13. л.2).

 

Ниже приводятся сведения о некоторых лицах, проходивших по делу ячейки «Трудовой крестьянской партии» в Средне-Волжском крае и осуждённых Спецколлегией ОГПУ в 1933 году (По данным БД «Жертвы политического террора в СССР» и «Книги памяти Самарской области»).

 

Чаадаев Алексей Степанович

Дата рождения: 1908 г.

Место рождения: Самарская губ., с. Телегино.

Национальность: русский

Профессия/место работы: сотрудник Самарского ПП ОГПУ Средне-Волжского края.

Место проживания: в Самаре.

Партийность: член ВКП (б)

Дата ареста: 1 августа 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: судебная Коллегия ОГПУ

Статья: 58, п. 10, 58, п. 11.

Приговор: расстрел.

Дата реабилитации: июль 1961 года.

Реабилитирующий орган: Верховным судом РСФСР.

 

***

 

Егоров Александр Устинович

Дата рождения: 1907 г.

Место рождения: в с. Телегино Самарской губернии.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: служащий.

Партийность: член ВКП (б).

Дата ареста: 28 июля 1933 г.

Осуждение: 22 октября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11.

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере; к ссылке на спецпоселение в Казахстан.; к 10 годам заключения в концлагере.; к ссылке на спецпоселение в Казахстан.

Дата реабилитации: 7 марта 1963 г.

Реабилитирующий орган: Верховным судом РСФСР.

Примечание: Вторично арестован 3 февраля 1950 г. Особым совещанием при НКВД СССР от 1 июля по ст. 58-10 к ссылке на спецпоселение в Казахстан.

 

***

 

Сафонов Иван Дмитриевич

Родился в 1904 г., в Самарской губернии.; русский; член ВКП (б); студент.

Арестован 26 июля 1933 г. 

Приговорен: Коллегией ОГПУ 4 ноября 1933 г., обв.: по ст. ст. 58-2 и 58-11. 

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере. Реабилитирован 26 июля 1961 г. Верховным судом РСФСР.

 

***

 

Тахаев Петр Филимонович

Дата рождения: 1873 г.

Место рождения: в Самарской губернии.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: железнодорожник.

Партийность: б/п.

Дата ареста: 19 мая 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ.

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11.

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере.; к 10 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: 26 июля 1961 г.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Верховным судом РСФСР.

 

***

 

Тахаев Виталий Петрович

Родился в 1906 г., Москва; русский; б/п; студент.

Арестован 10 августа 1933 г.

Приговорен: Коллегия ОГПУ 4 ноября 1933 г., обв.: по ст. ст. 58-2 и 58-11.

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере Реабилитирован в июле 1961 г. Верховным судом РСФСР.

 

***

 

Тахаев Анатолий Петрович

Дата рождения: 1907 г.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: техник.

Партийность: б/п

Дата ареста: 14 августа 1933 г.

Осуждение: 22 октября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ.

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11

Приговор: к 3 годам ссылки в Сибирь.; к 3 годам ссылки в Сибирь.

Дата реабилитации: февраль 1958 года.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Куйбышевским облсудом.

 

***

 

Суханов Федор Игнатьевич

Дата рождения: 1906 г.

Место рождения: Самара.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: служащий.

Место проживания: проживал в Самаре.

Партийность: беспартийный.

Дата ареста: 12 июля 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ

Статья: 58, п. 2 и 58.

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере.; к 10 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: 26 июля 1961 г.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Верховным судом РСФСР.

 

***

 

Чашкин Иван Алексеевич

Дата рождения: 1908 г.

Место рождения: в С.-Петербурге.

Национальность: русский

Партийность: б/п

Дата ареста: 13 августа 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ.

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11.

Приговор: к 10 годам заключения в концлагере.; к 10 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: 26 июля 1961 г.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Верховным судом РСФСР

 

***

 

Медведев Леонид Васильевич

Родился в 1913 г., Самара; русский; беспартийный; студент.

Проживал в Самаре.

Арестован 24 июля 1933 г.

Приговорен: Коллегией ОГПУ 4 ноября 1933 г., обв.: по ст. ст. 58-2 и 58-11.

Приговор: к 5 годам заключения в концлагере. Реабилитирован 26 июля 1961 г. Реабилитирован Верховным судом РСФСР

 

***

 

Горячев Семен Кузьмич

Дата рождения: 1908 г.

Место рождения: Самары.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: служащий.

Место проживания: проживал в Самаре.

Партийность: член ВКП (б).

Дата ареста: 26 июля 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11

Приговор: к 5 годам заключения в концлагере.; к 5 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: 26 июля 1961 г.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Верховным судом РСФСР

 

***

 

Горячев Александр Кузьмич

Дата рождения: неизвестно.

Место рождения: в с. Абдулино Самарской губернии.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: служащий.

Дата ареста: 27 июля 1933 г.

Осуждение: 4 ноября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ.

Статья: 58-2 и 58-11.

Приговор: к 3 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: 26 июля 1961 г.

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Верховным судом РСФСР

 

***

 

Казичев Сергей Федорович

Дата рождения: 1885 г.

Место рождения: в с. Ягодное Самарской губернии.

Национальность: русский.

Профессия/место работы: студент.

Партийность: член ВКП (б)

Дата ареста: 31 августа 1933 г.

Осуждение: 22 октября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ

Статья: 58, п. 2 и 58, п. 11

Приговор: к 5 годам заключения в концлагере.; к 5 годам заключения в концлагере.

Дата реабилитации: февраль 1958

Реабилитирующий орган: Реабилитирован Куйбышевским облсудом

 

***

 

Серебрякова Татьяна Виссарионовна

Дата рождения: 1893 г.

Место рождения: в С.-Петербурге.

Национальность: русская.

Профессия/место работы: домохозяйка.

Партийность: б/п.

Дата ареста: 20 августа 1933 г.

Осуждение: 22 октября 1933 г.

Осудивший орган: Коллегией ОГПУ

Статья: 58, п. 11.

Приговор: к 3 годам ссылки в Сибирь.; к 3 годам ссылки в Сибирь.

Дата реабилитации: февраль 1958 года.

Реабилитирующий орган: Реабилитирована Куйбышевским облсудом

 

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

 

Литература

Агеев А., Мясоедов Б. Сорокин и Кондратьев - два переплетённых пути. Экономические стратегии, № 5, 2013.

Кондратьев Н.Д. Мировое хозяйство и его конъюнктуры во время и после войны. — Вологда: Обл. отделение Гос. издательства, 1922.

Кондратьев Н.Д., Опарин Д.И. Большие циклы конъюнктуры: Доклады и их обсуждение в Институте экономики. — 1-е изд. — М., 1928. — 287 с.

Кондратьев Н.Д. Проблемы экономической динамики. — М.: Экономика, 1989. — 526 с. 

Кондратьев Н.Д. Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции. — М.: Наука, 1991. — 487 с.

Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики: Предварительный эскиз. — 1-е изд. — М.: Наука, 1991. — 567 с. — (Социологическое наследие). 

Кондратьев Н.Д. Избранные сочинения. — М.: Экономика, 1993. — 543 с.

Кондратьев Н. Д. Особое мнение. — М., Наука, 1993. — 1374с.

Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения. Сост. Ю.В. Яковец. — М.: Экономика, 2002. — 768 с.

Кондратьев Н.Д. Суздальские письма. — М., Экономика, 2004. — 879 с.

Кондратьев Н.Д. Сказка о Шамми и письма к Алёнушке из суздальской тюрьмы — М.: Институт экономических стратегий, 2013. — 224 с.

Мау В.А. Реформы и догмы. Государство и экономика в эпоху реформ и революций (1861—1929). — М.: Дело, 2013.

Фомина А. В. Циклы Кондратьева в экономике России. – М., Международный фонд Н.Д. Кондратьева. 2005.

Чаянов В.А., Петриков А.В. А.В. Чаянов в следствии ОГПУ по делу Трудовой крестьянской партии (1930 - 1932 гг.) // Сельский мир. Альманах / Отв. ред. А.В. Петриков, А.Б. Жильцов - М.: Общество «Энциклопедия российских деревень», 1998.

Шумпетер Й. Теория экономического развития. — М.: Прогресс, 1982.

Яковец Ю.В. Наследие Н.Д. Кондратьева: взгляд из XXI века. Отв. ред. Яковец Ю.В. //Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения — М.: Экономика, 2002. C.714.

 

 

 

Дополнения

Из фондов Центрального государственного архива Самарской области – ЦГАСО.

 

ЦГАСО, Р-1061, оп. 1, д. 31.

Прокуратура Средне-Волжского края.

Циркуляры ПП ОГПУ и переписка с ПП ОГПУ по вопросам об изъятии золотой валюты, ценностей по СВК, обзоры о работе, статотчёты о вскрытии к/р вредительской организации и др.

Начато 31.01.1933 г. Окончено 1.12.1933 г.

На 255 листах.

 

Л.л. 122-134.

Сов. секретно.

Прокурору ОГПУ тов. Катанян.

Копия: прокурору РСФСР.

Конъюнктурный обзор о работе Средневолжской краевой прокуратуры по надзору за органами ОГПУ за 1 квартал 1933 года (январь-март).

I. Краткая характеристика политического состояния в крае за первый квартал 1933 г.

а) В отчётном квартале зарегистрировано по краю: террористических актов – 29, пожаров – 68, из них поджогов – 19, от неосторожного обращения с огнём – 49, листовок контрреволюционного содержания обнаружено – 19, анонимок – 11, самоубийств на почве гонения – 3, убийств по неосторожности – 1, отмечены 3 случая симуляции на террористический акт. Массовых выступлений в отчётном квартале не было.

[…]

II. Оперативная работа органов ОГПУ СВК.

в) в отчётном квартале органами ОГПУ вскрыты и ликвидированы следующие контрреволюционные организации и группировки.

1) В Кузнецком районе вскрыта и ликвидирована к-р организация повстанческого направления, по делу привлечено 14 чел., обвинение предъявлено по ст. 58-11, 58-10 УК. Сущность дела заключается в следующем: в ряде населённых пунктов Кузнецкого района СВК проявились тенденции к к-р повстанческим образованиям. Произведённым расследованием установлено, что стремления к образованию к-р организации из людей, враждебно настроенных по отношению к советской власти, насаждались бывшим эсером Алекторовым И.В., в прошлом страховой агент, ныне заведующий ШКМ в селе Русский Кочим. В к-р организацию входили следующие лица: 1) Алекторов И.К., 1889 г. рождения, происходит из семьи торговца села Кеньша Н.-Пестровского района СВК, член ПСР с 1915 г., в 1917 г. был председателем Краснослободского уездного комитета ПСР, в 1922 г. привлекался по делу Пензенского губкома ПСР – осуждён был к 1 году высылки, в 1926 г. привлекался за антисоветскую агитацию – ныне зав. ШКМ (организатор); 2) Путов С.В., 1882 г. рождения, сын крупного землевладельца, б. офицер старой армии, ныне учитель, в прошлом примыкал к ПСР; 3) Курочкин М.И., 1881 г. рождения, крестьянин-единоличник, зажиточный, в 1931 г. привлекался по делу массового выступления как подстрекатель; 4) Потапов И.А., 1886 г. рождения, крестьянин-единоличник, середняк, с 1919 по 1929 г.г. занимал должность секретаря с/совета в селе Карачевке Кузнецкого района, с 1929 г. по день ареста работал счетоводом на торфоразработках; 5) Кулемин А.И., 1898 г. рождения, крестьянин-единоличник, зажиточный; 6) Кулемин В.А., 1892 г. рождения, крестьянин-единоличник, зажиточный; 7) Никольский В.А., 1883 г. рождения, священник села М. Садовки Кузнецкого района; 8) Росницкий П.С., 1873 г. рождения, священник села Кряжим Кузнецкого района; 9) Быков В.Г., 1896 г. рождения, кулак, быв. прапорщик; 10) Соболев А.Б., 1882 г. рождения, рабочий фабрики «Творец», в момент ареста кандидат ВКП (б); 11) Переведенцев И.Д., 32 лет, сын торговца, учитель ФЗО, б. член ВКП (б), в 1929 г. примыкал к троцкистской группе в г. Кузнецке; 12) Козлов К.А., 1905 г. рождения, сын кулака, в момент ареста занимал должность кассира на фабрике «Творец Рабочий»; 13) Астаров Н.И., 1899 г. рождения, рабочий фабрики «Творец Рабочий», состоял в ВКП (б) и исключён; 14) Архипов С.В. 1900 г. рождения, сын кулака, в момент ареста занимал должность бухгалтера на фабрике «Творец Рабочий». Следствие по делу закончено и дело направлено в коллегию ОГПУ на рассмотрение.

2) В отчётном квартале (январь-март) органами ОГПУ СВК ликвидирована существовавшая в крае, исключительно в Правобережье, контрреволюционная повстанческая монархическая организация «Союз христовых воинов». Организация имела 4 филиала с самостоятельными руководящими центрами каждая из них. а) на территории Пензенского оперсектора существовала организация, охватывающая районы: Кузнецкий, Н.-Пестровский, Иссинский, Лунинский, Инзенский и Барышский, с общим количеством участников до 500 человек, исключительно единоличников. Влиянием этой организации было охвачено свыше 1000 человек единоличников, и вовлечено в организованную антиколхозную деятельность под флагом религии. Следствием установлено, что эта организация имела 19 ячеек. По делу арестовано и привлечено по ст. 58-11, 58-10 УК 103 человека, руководящий состав и актив организации. Активная деятельность в основном была направлена к разложению колхозов, организации террористических актов, уничтожению колхозного имущества, созданию повстанческих кадров из антисоветски настроенных элементов деревни, и т.д. Социальный состав привлечённых: попов – 18, кулаков – 16, монашек – 10, старых дев келейниц – 12, середняков-единоличников – 28, зажиточных – 5, прочих – 15, руководителей ячеек – 8, остальные актив, из них: мужчин – 61, женщин – 42.

б) на территории Мордовской Автономной области в районе Дубенском, Чамалинском, Ардатовском и Атяшевском под тем же наименованием «Союз христовых воинов» с аналогичной программой действий. По делу привлечено 131 чел., по ст.ст. 58-11, 58-10 УК. Социальный состав привлечённых: служителей религиозного культа – 19, монахов и монашек – 25, кулаков-торговцев – 27, старых дев келейниц – 23, единоличников – 23, прочих – 4.

в) аналогичные организации вскрыты и ликвидированы в отчётном квартале на территории Ульяновского и Сызранского оперсекторов ПП ОГПУ. Дела следствием закончены и направлены в коллегию ОГПУ.

3) В январе-феврале месяце 1933 года ПП ОГПУ СВК вскрыта и ликвидирована повстанческо-монархическая к-р организация старообрядцев «Белокрынцев» в составе межкраевого центра повстанческих иногородних к-р организаций старообрядцев, и при нём филиалов в городах СВкрая – Сызрани и Самаре. В процессе следствия было установлено, что к-р организация старообрядцев «Белокрынцев», находившихся под руководством межкраевого центра, обнаруженного органами ОГПУ по СВкраю, существуют на территории: Горьковского края под руководством епископа Гурия Скринина; в Ивано-Промышленной области под руководством попа Грузкова; в Башкирской АССР в составе ряда деревенских ячеек с центром в г. Уфе под непосредственным руководством члена межкраевого центра протопопа «Аввакума» Старкова, проживающего в г. Уфе, арестованного ПП ОГПУ по настоящему делу; в Уральской области – под руководством миссионера, попа Романа Топорков, нелегально бежавшего за границу в конце 1932 г.; в Нижне-Волжском крае в г. Балакове – под руководством попа Гришенкова (ныне арестованного по настоящему делу), и епископа «Ионикия» Иоанчева, автора нелегальных антисоветских литературных произведений, проживающего в г. Саратове. Кроме того, по делу установлено, что деятельность межкраевого центра распространялась и на Сибирь; в частности, в районе г.г. Томска и Кургана главным образом эта деятельность была направлена к развалу колхозов. Основное политическое направление к-р организации было – объединить старообрядцев всех существующих названий, и в первую очередь так называемых «Белокрынцев» с «белопоповцами» для борьбы с советской властью. Примерно с 1925 по 1929 г.г. было созвано 3 нелегальных съезда старообрядческих организаций, материалы о которых не вошли в обвинительное заключение по делу Всесоюзного центра.

Оформление же межкраевого руководства к-р организацией арестованного по настоящему делу относится к 1932 г. По делу привлечено всего 25 чел., по ст. 58-11, 58-10 УК, из них служителей религиозного культа – 9 чел., быв. промышленников – 3, быв. торговцев – 4, быв. домовладельцев – 2, служащих – 1, кустарей – 2, кулаков – 1, середняков-единоличников – 1, без определённых занятий – 1. Дело следствием закончено и направляется в коллегию ОГПУ на рассмотрение.

4) В феврале с.г. органами ОГПУ СВК в Майнском районе вскрыта и ликвидирована поповско-кулацкая к-р группировка. Сущность к-р деятельности этой группировки в основном сводилась к следующему: группирование всего к-р элемента на селе, организация отдельных кулацко-поповских ячеек и вовлечение в них наиболее неустойчивых колхозников и единоличников. Организовывались массовые читки религиозных книг, спевок и бесед, где между прочим обсуждались вопросы, как противодействовать ходу развёртывания коллективизации и проведения хозяйственно-политических кампаний на селе. Отдельные члены к-р группировки проникли в колхоз и заняли там руководящие посты с определённой целью развала колхоза. Руководство этой группировкой возглавляли священник Абрамов, монах Блинков, бывш. игуменья Никитина и кулак-евангелист Гордеев. По делу привлечено всего 22 человека по ст. 58-11 и 58-10 УК.

Дело рассмотрено на тройке ПП ОГПУ, причём 14 человек приговорены к 10 годам концлагеря, 1 - к 8 годам концлагеря, 5 чел. - к 5 годам концлагеря, 2 чел. к высылке.

5) В период март-апрель 1933 г. в Мордовской автономной области в Кочкуровском районе вскрыта и ликвидирована к-р кулацко-эсеровская группировка в числе 12 чел., из них кулаков 6 чел., середняков-единоличников – 4 чел., и школьных работников – 2 чел. Руководителями этой группировки являлись примыкавшие ранее к ПСР Бузаев, Митянов, Юденков.

Задачи, которые ставила к-р группировка, сводились к следующему: антиколхозная агитация, дезорганизация работы в колхозах, срыв мероприятий партии и правительства к проведению важнейших хозяйственно-политических кампаний на селе, противодействие хлебозаготовкам, скотозаготовкам, подстрекательство к массовым выступлениям, и т.п. Следствие по делу закончено, и дело направляется в Коллегию ОГПУ на рассмотрение.

6) В свиносовхозах «Канаш» и «Каменный брод» Челно-Вершинского района СВК вскрыта к-р вредительская организация, в составе специалистов: ветврача Горлицына, зоотехника Худякова, агронома Розанова, ст. бухгалтера Копыловского, зав. МТФ Гаврилова, десятников «Сельстроя» Новосёлова и Павельева, прораба Жуковского и свинаря Корчагина. В процессе следствия установлено, что означенные лица вели антисоветскую агитацию среди рабочих и служащих совхоза – пораженческого направления, и, кроме того, установлены со стороны их вредительские действия, причём вредительство проводилось путём: 1) злостного убоя импортных маток; 2) заведомо неправильного составления рационов, что влияло на упитанность поголовья; 3) содержание здоровых свиней и поросят с больными вместе, что способствовало быстрой заболеваемости здоровых и падёж; 4) кормление бардой коров в последнем периоде стельности, вызывавшей массовый выкидыш; 5) затяжка случек и проведение их в зимний период, что в значительной степени уменьшало приплод; 6) Кормление поросят молоком, разбавленным криолином, в результате отравление поросят; 7) Вредительское строительство свинарников и жилых домов. Следствие по делу закончено и направляется на рассмотрение коллегии ОГПУ.

7) В апреле месяцев начато следствие по делу к-р вредительской организации в системе «Союзнефтеторг». По делу арестовано пока 6 чел., персонально: Сиротов – консультант по перевозкам «Крайнефтеторга», Трошин – зав. сектором снабжения «Крайнефтеторга», Калинников – ответственный исполнитель по снабжению «Крайнефтеторга», Паэнсон – инспектор «Крайнефтеторга», Курлин – заместитель главного инженера, Ерёмин – диспетчер Батракской базы «Союзнефтеторга». Дело находится в первичной стадии предварительного расследования.

III. Дефекты следствия и наши мероприятия (на № Н-26 от 14.03. 1933 года).

Отмеченные в Вашем письме от 14.03. 1933 г. № Н-26 недочёты предварительного следствия неоднократно подмечались Краевой прокуратурой при рассмотрении дел на предварительных тройках, а также в истребованных для просмотра в порядке надзора. Нами принимались и принимаются следующие меры: 1) прежде чем рассмотреть на тройке ПП ОГПУ все дела, поступившие из оперсекторов, и те, по коим следствие велось непосредственно аппаратом ПП ОГПУ, нами просматриваются на предварительных тройках в составе начальников отделов и отделений и прокурора, и если мы находим, что следствие по делу проведено недостаточно полно, или требуется учинить очные ставки обвиняемых с обвиняемыми или со свидетелями, дело возвращается на доследование с конкретными указаниями, какие следственные действия необходимо провести дополнительно, причём одновременно с возвращением дела к доследованию в оперсекторе ОГПУ краевая прокуратура по каждому делу, возвращаемому к доследованию, даёт специальные указания прокурору оперсектора о необходимости более внимательного просмотра дел, и предлагает проследить за выполнением оперсектором ОГПУ указаний по тому или иному делу, причём каждый раз предлагалось проследить за сроками расследования и своевременным направлением дела на тройку ПП ОГПУ.

[…]

IV. О работе тройки ПП ОГПУ на 1 квартал 1933 г. (январь-март).

В отчётном квартале заседаний тройки было – 23, на них рассмотрено всего дел – 868, с общим числом обвиняемых – 1950 чел., по преступлениям дела распределяются следующим образом:

По линии Особого Отдела:

1) Бандитизм политический – ст. 59-3 УК – 1 дело, обвиняемых 47, приговорены к ВМСЗ – 16 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 31 чел.

2) Бандитизм уголовный – ст. 59-3 УК – 2 дела, обвиняемых 44 чел., приговорены к ВМСЗ – 10 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 32 чел., перечислено за организациями НКЮ – 2 чел.

3) Националист. к-р – ст. 58-10 УК – 1 дело, обвиняемых 1 чел., приговорён в исправительно-трудовые лагеря – 1.

4) Антисоветские элементы в РККА по ст. 58-10 УК – 6 дел., обвиняемых – 9 чел., приговорены в исправительно-трудовые лагеря – 9 чел.

5) Социально вредный элемент – 40 дел, обвиняемых – 45 чел., из них приговорено в исправительно-трудовые лагеря – 13 чел., освобождено – 1 чел., перечислено за органами НКЮ – 1 чел. (приказ № 172).

По линии секретно-политического отдела.

1) Террор сельский, ст. 58-8 УК – 22 дела, обвиняемых 55 чел., из них приговорено к ВМСЗ – 7 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 31 чел., к ссылке – 1 чел., к прочим мерам социальной защиты – 1 чел., освобождено – 1 чел., перечислено за организациями НКЮ – 14 чел.

2) Церковно-сектантская к-р, ст. 58-11, 58-10 УК – 4 дела, обвиняемых 41 чел., из них приговорено в исправительно-трудовые лагеря – 28 чел., к ссылке и высылке – 9 чел., условно – 7 чел., освобождено – 2 чел., возвращено к доследованию на 1 чел.

3) Антисоветская интеллигенция, ст. 58-10 УК, дело – обвиняемых – 1 чел., приговорён в исправительно-трудовые лагеря.

4) Сельская контрреволюция, ст. 58-10 УК – 419 дел, обвиняемых – 918 чел., из них приговорены в воспитательно-трудовые лагеря – 704 чел., к ссылке и высылке – 128 чел., условно – 15 чел., к прочим мерам социальной зашиты – 17 чел., освобождено – 34 чел., возвращено к доследованию на 15 чел., перечислено за организациями НКЮ – 7 чел.

5) Антисоветский комитет на предприятиях, по ст. 58-10 УК – 1 дело, обвиняемых – 1 чел., приговорён в исправительно-трудовой лагерь.

По линии ЭКО.

1) Спекуляция по ст. 107 УК ч. 2 – 17 дел, обвиняемых 294 чел., из них приговорено в исправительно-трудовые лагеря – 187 чел., к высылке и ссылке – 28 чел., условно – 11 чел., к прочим мерам социальной защиты – 8 чел., освобождено – 23 чел., перечислено за органами НКЮ – 37 чел.

2) Хищения (закон от 7.08.1932 г.) – 22 дела, обвиняемых – 256 чел., из них приговорено к ВМСЗ – 47 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 120 чел., к ссылке и высылке – 9 чел., к прочим мерам соц. защиты – 2 чел., освобождено – 2 чел., передано в органы НКЮ – 59 чел., возвращено к доследованию на 14 чел.

3) Служебно-должностные преступления по ст. 111 УК – 2 дела, обвиняемых – 7 чел., из них приговорено в исправительно-трудовые лагеря – 2 чел., к прочим мерам соц. защиты -2 чел., перечислено за органами НКЮ – 3 чел.

Примечание. Два дела рассмотрены по 111 ст. УК на лиц, халатно отнёсшихся при погрузке и отгрузке скота, не обеспечивших кормами в дорогу скот - в результате дорогой был падёж и резкое понижение в весе скота – дела рассмотрены по директиве ОГПУ.

По линии ДТО ОГПУ.

1) Хищения на транспорте (закон от 7.08.1932 г.) – 1 дело, обвиняемых два человека, приговорены в исправительно-трудовые лагеря.

2) Хулиганство на транспорте – 171 дело, обвиняемых 228 чел., из них приговорено к ВМСЗ – 11 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 191 чел., освобождено – 8 чел., перечислено за органами НКЮ – 1 человек.

Постановления тройки ПП ОГПУ СВК по делам, по которым обвиняемые приговорены к ВМСЗ, направлены на утверждение коллегии ОГПУ.

Таким образом, из общего числа привлечённых 1950 чел., дела на коих рассмотрены на тройке ПП ОГПУ СВК, приговорено к ВМСЗ – 84 чел., в исправительно-трудовые лагеря – 1387 чел., к ссылке и высылке – 179 чел., условно – 30 чел., к прочим мерам соц. защиты – 29 чел., освобождено – 72 чел., перечислено за органами НКЮ вследствие передачи дел в суд – 135 чел., возвращено к доследованию на 34 чел.

Социальный состав обвиняемых по делам, рассмотренным тройкой ПП ОГПУ СВКрая следующий: кулаки – 799 чел., зажиточные – 94, середняки – 396, бедняки – 86, бывш. торговцы – 100, домовладельцы – 1, бывш. промышленники – 3, бывш. служащие полиции – 12, бывш. служащие жандармерии – 3, бывш. белые офицеры – 7, духовенство – 53, монахи – 9, кустари – 20, служащие – 56, рабочие – 129, колхозники – 8, прочие – 154, итого – 1950 чел.

V. О борьбе с хулиганством, хищениями и спекуляцией на транспорте

(сообщается на № Р-26 от 10.10. 1932 г. и на № Д-52 от 31.03. 1933 г.).

За время с 1.12. 1932 г. по 1.04. 1933 г. (4 месяца) привлечено за хулиганство всего 228 чел., из них: рабочих – 48 чел., служащих 32, торговцев – 18, колхозников – 4, крестьян-единоличников – 12, кустарей – 2, без определённых занятий – 112, итого – 228 чел., 171 дело.

Приговорены тройкой ПП ОГПУ СВК: к 3 г. к/лаг – 29 чел., к 5 г. к/лаг – 135, к 8 г. к/лаг – 13, к 10 г. к/лаг – 14, передано в суд – 18, освобождено – 8, к ВМСЗ – 11 чел.

В отличие от предыдущего квартала, репрессии по хулиганским делам, как видно, были ослаблены. Это объясняется, во-первых, тем, что тройка при определении меры соцзашиты подходили сугубо осторожно, во-вторых, в связи с жёсткой репрессией по отношению хулиганствующего элемента на транспорте заметно идёт на убыль. Это видно хотя бы из того, что за первые 2,5 месяца (с 14.09 по 1.12. 1932 г.) было привлечено за хулиганство на транспорте 423 чел. При этом надо сказать, что если в первом периоде борьбы с хулиганством на транспорте мы имели массовые случаи таких хулиганских действий, которые сопровождались поножовщиной, насилием над работниками транспорта, дебошем, сопровождаемым разбитием стёкол в вокзалах, вагонах и т.п., то за последнее время подобные случаи уже единичны.

За период с 14.09 по 1.12. 1932 г. было приговорено к расстрелу 64 чел., за период с 1.12. 1932 г. по 1.04. 1933 г. – всего лишь 11 чел. При этом сообщаем, что результаты по делам, по которым обвиняемые были приговорены тройкой ПП ОГПУ к расстрелу – и вследствие этого, что дела направлены в Коллегию ОГПУ, нам неизвестны, т.к. постановления коллегии ОГПУ нам не высылаются… Из 46 приговоров к расстрелу по Самаро-Златоустовской железной дороге утверждено Коллегией ОГПУ – 23, в отношении 13 чел. расстрел заменён 10 годами концлагеря, в отношении 5 чел. расстрел заменён 5-ю годами концлагеря, в отношении 2 чел. расстрел заменён 3-мя годами концлагеря, и в отношении 3 человек сведений нет.

Таким образом, по делам о хулиганстве на Самаро-Златоустовской железной дороге из вынесенных 46 приговоров к расстрелу утверждено – 23, или 50%, и утверждены ли приговоры в отношении 3 человек, неизвестно.

По делам о хищениях на транспорте привлечено всего 45 чел., из них: рабочих – 18 чел., служащих – 1, кустарей – 1, без определённых занятий – 25. Из общего числа привлечённых – 45 чел. освобождено – 1 чел., передано в суд дел на 10 чел., рассмотрено на тройке – 3 чел., к ВМСЗ приговоров нет.

За спекуляцию по ст. 107 ч. 2 УК на транспорте привлечено 36 чел., из них: рабочих – 2 чел., служащих – 3 чел., торговцев – 13 чел., кустарей – 1 чел., без определённых занятий – 17 чел. Из общего числа привлечённых – 36 чел. освобождено – 3 чел., передано в суд – на 4 чел., приговорено к к/л на 3 г. – 2 чел., приговорено к к/л на 5 лет – 27 чел.

[…]

VII. О бежавших кулаках из концлагерей и спецпосёлков на № Р-25 от 17.05. 1933 г.

Всего рассмотрено на тройке ПП ОГПУ дел на бежавших кулаков по ст. 82 УК - 145 на 183 чел., из них на 2 чел. дела направлены комендантам спецпосёлков для наложения административного взыскания (бежали из спецпосёлков, находящихся за пределами СВК). Направлено обратно к месту ссылки – 4 чел., приговорено в концлагерь сроком на 3 года - 135 чел., к лишению свободы на 2 года – 3 чел., минус 12, и СВКрай – 2 чел., к 1 году лишения свободы – 6 чел., к 6 мес. лишения свободы – 5 чел., к 3 мес. лишения свободы – 1 человек, освобождено – 13 чел. Кроме того, 12 человек бежавших кулаков были привлечены по ст. 58-10 и 82 УК и приговорены в концлагерь сроком на 5 лет.

Прокурор края Бурмистров (подпись отсутствует).

Пом. крайпрокурора по ПП ОГПУ Слепнев (подпись отсутствует).

 

 

Дополнения

Из фондов Самарского областного государственного архива социально-политической истории - СОГАСПИ.

 

СОГАСПИ, ф. 1141, оп. 20, д. 243, л.л. 35-36.

Резолюция, принятая расширенным заседанием бюро Абдулинского райкома партии ВКП (б) совместно с партактивом по докладу т. Николаева от 9 ноября 1930 г.

О последних выступлениях правых оппортунистов.

В борьбе за высокие темпы социалистического строительства партия под руководством Ленинского ЦК имеет крупнейшие успехи. Рабочий класс под руководством партии за сравнительно короткий промежуток вре­мени, добился величайших достижений, как в области индустриализа­ции страны, так и в области развития сельского хозяйства на социалистической основе, осуществляет сплошную коллективизацию, и на ба­зе её ликвидирует кулачество как класс. Социалистическая передел­ка всего народного хозяйстве происходила и происходит в условиях напряжённейшей классовой борьбы, в условиях сопротивления кулацких элементов и активизации контрреволюционных сил.

Трудности, встречающиеся не пути социалистического строительства, есть трудности роста нового социалистического общества, и на прео­доление этих трудностей должны быть мобилизованы все силы партии, рабочего класса и колхозных масс.

Правые оппортунисты вместо упорной борьбы за преодоление этих трудностей, вместо борьбы за выполнение и перевыполнение темпов соц. Строительства, намеченных пятилетним пленом развития народ­ного хозяйства, реальность которых доказана на героическом усилии и стремлении рабочего класса выполнить и перевыполнить намеченные промфинпланы, снова, как и при всяких ранее бывших трудностях, де­лают наскок на генеральную линию партии и Ленинский ЦК, спекули­руя на трудностях нашего строительства, стали на путь сколачивания беспринципного праволевацкого блока, для нанесения удара партии и её ЦК. Этот шаг правых и «левых» оппортунистов повторяет зады контрреволюционного троцкизма.

Целиком и полностью оправдалось решение XVI съезда партии, который с особой осторожностью и критичностью подошел к заявлению лидеров правых уклонистов. Всякие их заверения о прекращении борьбы против генеральной линии Ленинской Партии ни в какой степени и мере не оправдались, это со всей очевидностью подтверждается двурушническим выступлением пра­вых оппортунистов Рютина, Нусимова, Слепкова и др.

Последние выступления т. Рыкова также свидетельствуют о том, что | бывшие лидеры правого уклона фактически встали на путь углубления своих правооппортунистических ошибок и борьбы против партии. Партия ждала от бывших лидеров правого уклона, в частности, от выступления т. Рыкова, прямого признания своих ошибок, отмежевания от двурушнических выступлений Рютина, Нусимова, Слепкова и др. Вместо этого т. Рыков своим выступлением, а молчание т.т. Бухарина и Томского, со всей очевидностью подтверждают свою солидарность с двурушниками, с фракционной и разрушительной работой правых и «левых» элементов, солидаризируются с попытками создания беспринципного «праволевацкого» блока.

Своим молчанием быв. лидеры правого уклона ещё и ещё раз подтвер­ждают правильность определения партией их платформы, как платформы капитуляции перед кулацко-капиталистическими элементами, платформу реставрации капитализма в нашей стране, платформу, совпадающую в основных пунктах с позицией вредителей типа Громана, Кондратьева и др.

Расширенное заседание бюро райкома целиком одобряет и полностью присоединяется к решениям ЦКК об исключении из партии двурушников Рютина, Нусимова и др. Расширенное заседание бюро райкома совместно с активом требует от бывших лидеров правого уклона немедленного ответа на вопрос об их отношении к активизирующимся правым оппортунистам, к право-левацкому блоку, а также о готовности бороться вместе с партией за социализм, против двурушников правых оппортунистов. В то же время бюро требует принятия самых решительных мер в отношении политиканствующих бывших вождей правого уклона. Расширенное заседание бюро целиком и полностью одобряет решение партколлектива СХИ об исключения из партии за двурушничество т. Слепкова.

От имени всей парторганизации бюро заявляет, что парторганизация будет беспощадно вскрывать и разоблачать двурушников, фракционеров и тех, кто стоит за их спиной, решительно осуществляя поста­новление XVI партсъезда о несовместимости взглядов правого оппорту­низма с принадлежностью к Ленинской Партии.

Абдулинская организация со всей большевистской твердостью бу­дет гнать из своих рядов двурушников - агентов классового врага, всех тех, кто попытается подменить Ленинскую генеральную линию.

Расширенное бюро с удовлетворением отмечает тот факт, что при обсуждении вопроса о новых вылазках правых и «левых» оппортунистов в Абдулинской городской организации не нашлось ни одного человека, который бы попытался открыто выступить в защиту взглядов и платформы правой оппозиции, право-«левого» беспринципного блока. Это лишний раз свидетельствует о том, что Абдулинская организация твёрдо стоит на Ленинском пути за генеральную линию партии.

Расширенное бюро предлагает деревенским партийным ячейкам на ближайших собраниях поставить и обсудить вопрос о вылазках двурушников и фракционеров, вскрывая и разоблачая их в своих рядах, ведя с ними самую беспощадную борьбу, изгоняя их из партии.

Да здравствует Ленинский Центральный комитет, испытанный вождь партии т. Сталин!

За большевистское наступление по всему фронту!

 

Л.л. 50-51.

Протокол № 17 заседания бюро парткома ВКП (б) зерносовхоза «Волжская коммуна» от 3 ноября 1930 года

Повестка дня:

Кондратьевщина и правый уклон на новом этапе.

Заслушав доклад тов. Жегулева о кондратьевщине и правом уклоне на новом этапе, бюро парткома ВКП (б) констатирует:

1. Итоги второго года пятилетки целиком подтвердили пра­вильность генеральной линии партии и руководства Ленинско­го ЦК ВКП (б) во главе о тов. Сталиным. Успехи промышленности, совхозно-колхозного строительства и ликвидация кулачества как класса разбили вдребезги неверие в победоносное стро­ительство социализма в СCCP, правых и левых уклонистов и выбили последнюю опору у наших классовых врагов буржуазии и кулачества на восстановление капитализма.

2. Развернутое социалистическое наступление, обострение классовой борьбы и наличие трудностей роста социализма усиливает борьбу правых и левых оппортунистов против генеральной линии партии и оживляют остатки контрреволюционных партий эсеров и меньшевиков против диктатуры пролетариата. Раскрытые за пос­леднее время ОГПУ вредительские и контрреволюционные организации и партии (вредительство в рабочем снабжении, кулацкая партия Кондратьева, группа Громана, промышленная партия) свидетельствуют о последних судорогах умирающих классов и требуют решительных мер со стороны партии и сплочения рядов вокруг Ленинского руководства ЦК ВКП (б).

3. В такой момент неверие правых в выполнимость взятых партией темпов социалистического строительства, попытки правых ослабить дисциплину рядов ВКП (б) и борьба их против линии партии на ликвидацию кулачества как класса, на основе сплошной коллективизации превращает правых в агентуру классового врага внутри партии, в подголосков кулацкой партии Кондратьева и его программы на восстановление капитализма в нашей стране.

4. Разбитые жизнью, осуждённые партией и поставленные партсъездом за пропаганду взглядов вне рядов ВКП (б), правые при­меняют новый маневр -формальное согласие и голосование за генеральную линию партии, признание на словах своих ошибок, а по существу сохраняют свои антипартийные взгляды, выжидают момента, подпольно ведут двурушническую фракционную работу. Бюро парткома целиком присоединяется к решениям ряда парторганизаций об исключении из партии, как двурушников и явных правых уклонистов: Слепкова, Рютина, Коврайского и др. Клеймим позором беспринципный блок правых с их бывшими противниками троцкистами и требуем от вышестоящих парторганов самой решительной расправы со всеми нарушителями стальной дисциплины Ленинских рядов и со всеми сбивающими партию с правильного пути.

5. В данной обстановке молчание бывших лидеров правого уклона Бухарина, Томского, Рыкова подобно согласию о двурушнической политикой Слепковых-Рютиных, подобно покровительству контрреволюционной организации Кондратьева-Громана, и граничит с предательством революции и всего строительства социализма. ЦК ВКП (б) должен прекратить молчание Бухарина, Томского, Рыкова, должен потребовать от них честной большевистской борьбы против правого уклона, в противном случае провести в жизнь решение XVI партсъезда о несовместимости взглядов правых с требованием ВКП (б).

6. В условиях парторганизации з/с борьба за чистоту Ленинской политики партии приобретает особенно важное значение, поскольку нам поручен один из ответственных участков социалистической реконструкции с/х. Непосредственное соприкосно­вение и проведение политики партии в деревне, наличие трудностей выполнения совхозной пятилетки в три года приводят слабоустойчивых членов организации к взглядам правого уклона. Бюро парт­кома предлагает яч. ВКП б) проработать данное решение на общих собраниях, выявив и разоблачив сторонников правых и мобилизовав организацию в рабочую массу на основе действительного соцсоре­внования и ударничества, развернуть работу по осуществлению программы третьего года великой пятилетки.

Да здравствует стальное единство ВКП (б)!

Да здравствует Ленинский ЦК и вождь партии тов. Сталин!

 

***

 

СОГАСПИ, Ф-1315, оп. 1, д. 13.

Партколлегия КПК при ЦК ВКП (б) по Куйбышевскому краю.

Материалы о контрреволюционерах за 1933 год.

 

Л. 5.

Сов. секретно.

Секретарю крайКК т. Козлову.

Вх. 308-5-4

25.11.1933 г.

Выписка из протокола заседания президиума Самарского горКК ВКП (б) от 15 ноября 1933 г.

Присутствуют: члены президиума горКК Никитин, Унгер, Митрюхин (докл. Добротин).

Слушали: дело члена ВКП (б) с 1918 г. Емельянова Нестора Афанасьевича, п/б № 0337413, по соцположнению служащий, 1883 г.р., образование – учительские курсы духовной семинарии. Последнее место службы – директор совхоза ПП ОГПУ на ст. Безымянка.

По партлинии имел взыскания: выговор за слабую работу в бюро ячейки и строгий выговор за организацию 4-х пьянок. Емельянов на заседании президиума горКК присутствует.

Суть дела: Будучи директором совхоза при ПП ОГПУ, Емельянов Нестор Афанасьевич, как впоследствии выяснилось, состоял в тесной дружбе и связи с одним из членов к-р организации Кузьминым, который, как установлено следствием, на протяжении двух последних лет вёл активную к-р работу. Емельянов Н.А., будучи в особо близких отношениях с Кузьминым с 1927 г., бывали друг у друга по-домашнему, читали и разбирали совместно литературу по ряду вопросов. В приятельских беседах Кузьмин и Емельянов приходили к единомыслию, и весной 1933 г. Емельянов получил от Кузьмина к-р литературу под названием «Протоколы сионских мудрецов», то же Ивана Кронштадтского «Моя жизнь во Христе». Одновременно Кузьмин передал Емельянову для размножения на пишущей машинке свой рукописный труд, также к-р направления (анархистско-индивидуалистического толка под названием «Как жить»).

Емельянов, ознакомившись с литературой и зная заведомо её к-р направление, не поставил об этом в известность ни партийную организацию, ни органы ОГПУ, как их сотрудники, и, продолжая оставаться с Куьминым в прежних дружеских отношениях, оказывал ему материальную помощь и устроил его сына на службу в органы ОГПУ. В данное время Кузьмин арестован, а сын его из органов ОГПУ уволен.

Бюро партколлектива и парткома ВКП (б) при ППОГПУ постановили: за антипартийное поведение и двурушничество Емельянова Нестора Афанасьевича из рядов ВКП (б) исключить.

Постановили: Решение парткома ВКП (б) при ППОГПУ утвердить за связь и оказание материальной помощи к-р элементам, за сокрытие от парторганизации и органов ОГПУ о распространении к-р литературы и содействие в этом к-р элементам – Емельянова Нестора Афанасьевича из рядов ВКП (б) исключить.

Председатель горКК ВКП (б) Никитин.

Верно: секретарь гор КК (подпись неразборчива).

 

Л.л. 7-8.

Копия.

Сов. секретно.

Центральной контрольной комиссии ВКП (б)

Москва

В последних числах июля м-ца 1933 г. органами ОГПУ в Средней Волге ликвидирована к-р организация «Народно-Коммунистическая партия», созданная эсером Тахаевым, в составе кулацких элементов, перерожденческих элементов, проникших в ВКП (б), и студентов высших учебных заведений.

Организация в относительно короткий срок завербовала значительное число участников, была построена по типу глубоко законспирированных пятёрок, которые вскрыты и частично ликвидированы в высших учебных заведениях гор. Самары (Комвуз, энерго- и строительный институты, техникумы), краевых учреждениях (крайснаб, краевой паточный трест, ППОГПУ) и районах края (Ставропольский, Мокшанский, Каширинский, Кинельский и в г. Пензе).

В программно-организационных вопросах организация блокировалась с эсеровскими и белогвардейскими элементами.

Организация имела краевой руководящий центр, в который входили:

1) Егоров Александр Степанович – член ВКП (б), студент Комвуза.

2) Сафонов Иван Дмитриевич – член ВКП (б) с 1926 г., зав. сектором энергетики Средне-Волжского крайснаба.

3) Суханов Фёдор Игнатьевич – кулак, дезертир из РККА, в последнее время работавший инструктором Каширинского райпотребсоюза (проник в ВКП (б) по заданию организации), судим за убийство предсельсовета.

4) Горячев Семён Кузьмич – член ВКП (б) с 1931 г., зав. кадрами Самарской макаронной фабрики.

5) Медведев Леонид Васильевич – студент Самарского медицинского института, сын эсера.

6) Тахаев Виталий Петрович – студент Московского института, сын эсера.

Из тактических стремлений к-р организации заслуживает особого внимания ставка на уничтожение коммунистической партии путём массовой вербовки её членов для разложенческой работы, в частности, в форме пропаганды антисоветских идей и кондратьевщины.

К-р организация ставила своей целью свержение советской власти, роспуск всех колхозов и установление господствующей формой в сельском хозяйстве – единоличное хозяйство.

Наряду с вербовкой членов ВКП (б), к-р организация в порядке особой тактики ставила своей задачей вливать в ВКП (б) беспартийных своих участников для разложенческой работы.

«Одной из основных задач мы ставили разложение коммунистической партии путём завербования в к-р организацию членов партии, с поручением им производить дальнейшую вербовку – расширять количественно организацию для подрывной работы внутри партии. В этих же целях решено было снабжать беспартийных членов организации подложными партийными документами с тем, чтобы они проникли таким образом в партию и вели аналогичную работу».

(Из показаний обвиняемого Медведева, эсера).

«Наша организация на пути осуществления основной задачи – свержения советской власти, ставила целью разлагать коммунистическую партию, и поэтому при вербовке мы основное внимание обращали на членов и кандидатов ВКП (б), вербовали их, и поручали им разложенческую работу в виде пропаганды кондратьевщины и антисоветских идей о засилии евреев».

(Из показаний обвиняемого Горячева Семёна – члена ВКП (б)).

По показаниям арестованных членов организации, причины, толкнувшие перерожденцев-коммунистов на путь организованной к-р борьбы, приведшие к политическому блоку с эсерами, сложились из последовательного роста мелкобуржуазных, оппортунистических шатаний, неверия в построение социализма, которые носили в зачаточной форме характер правого уклона, а затем оформились в антисемитизм фашистского направления.

Антисемитизм в самых крайних формах явился почвой для ориентировки участников к-р организации на фашистское разложение для перенесения фашистских методов к-р работы в условия СССР. В связи с этим организация приобрела ярко выраженный фашистский характер. Организация сделала ряд попыток связаться с белогвардейско-фашистскими организациями Германии с целью координации к-р работы.

Незадолго до ликвидации организации из Самары с подложными документами выехали с целью пробраться нелегально через границу в Германию её активные участники – студенты Тахаев Виталий и Чашкин Иван. Пытался пробраться в Германию и один из руководителей организации, упомянутый выше студент Комвуза Егоров Ал-др (член ВКП (б) с 1928 г.).

Антисемитскими установками предусматривалось физическое истребление еврейской нации при ориентировке на гитлеровские еврейские погромы.

Массовая вербовка в к-р организацию главным образом происходила путём использования продовольственных затруднений в таком представлении, что они являются результатом «преднамеренной политики евреев, направленной на разорение России, обнищание и голод коренного русского населения. Вербуя в организацию при посредстве таких провокационных методов, руководящие участники представляли вербуемым убийство Скрыпника как очередную жертву еврейского засилья в коммунистическом руководстве».

Основными практическими формами к-р деятельности, помимо активной вербовки, были: нелегальные сборища, загородные собрания актива организации, распространение листовок, попытки обеспечить организацию типографией для массового изготовления антисоветской литературы, хищение чистых бланков партийных членских билетов, учётных карточек и удостоверений советских учреждений для снабжения ими членов организации, в целях проникновения беспартийных членов в ряды ВКП (б), и разъездов активных участников с подложными командировочными удостоверениями по районам Средне-Волжского края для насаждения пятёрок организации. При обыске у участников организации обнаружено свыше 100 чистых бланок партийных документов и различных советских учреждений.

В числе 36 человек, привлечённых пока к ответственности, арестовано 15 членов ВКП (б); 12 из них подтвердили наличие к-р организации, признались в активной организованной к-р деятельности. Остальные изобличаются показаниями других обвиняемых.

Следствие и аресты производятся органами ОГПУ согласованно с КрайКК.

Одновременно с изъятием органами ОГПУ активных участников к-р организации выясняется, что ряд членов партии, отказавшиеся от участия в ней, не сообщили о производившей их обработке и о деланных им предложениях ни в ОГПУ, ни в контрольный орган партии. Ввиду производящегося расследования и по возможности широкой информации парторганизации, ставим вопрос перед крайкомом о совместной даче указаний РК и РКК о повышении бдительности, а также мобилизации организаций на активный отпор членов партии обывательским сплетням и к-р организации.

Об окончательных результатах следствия информируем.

Приложение: список арестованных членов ВКП (б).

Председатель Ср.-Волж. крайКК ВКП (б) Панов.

25 августа 1933 г.

Г. Самара.

Верно: (подпись отсутствует).

 

Л. 26.

Выписка из протокола допроса обвиняемого Алешаева Петра Емельяновича от 9 сентября 1933 г.

…Кроме того, Егоров предлагал мне поехать в деревню с целью насаждения ячеек организации, но от поездки я уклонился, равно не принял практического участия в смысле вербовки новых членов в организацию. В первых числах мая месяца 1933 года Егоров водил меня к неизвестному студенту Комвуза, с которым Егоров знаком по совместной учебе в рабфаке. Этот неизвестный сту­дент показал несколько книг штук 8-10 какого-то исторического содержания. Читали одну какую-то книгу попеременно я, Алешаев и неизвестный студент. Читая эту книгу, стремились подвести исто­рическое обоснование под образование единого мирового еврейско­го центра. Из этой беседы, чтения книги с нарочитым желанием применить ее к выводам «Протоколов сионских мудрецов», заключаю, что неизвестный студент Комвуза является также участником к-рорганизации, тем более, что во время беседы он выявил свое зна­комство с «Протоколами сионских мудрецов» и свое согласие в еврейском засилии. проживает этот студент недалеко от вокзала - улицу не помню. Его приметы: среднего роста, худой, шатен, волосы длинные, зачесаны назад. (Вчера 8/IX, присутствуя на заня­тии в Комвузе, видел его во время перемены, причём он спросил меня о том, где находится Егоров).

Верно: Нач. 4-го отд. СПО ПП ОГПУ СВК (Бартошевич) (подпись отсутствует).

 

Л. 29.

Выписка из показания Горячева Семена Кузьмича от 11 августа 1933 г.

В апреле м-це с.г., по заданию Егорова Александра, я пытался обработать для вовлечения в организацию зав. спецчастью Макарон­ной фабрики Чертухина Николая Александровича члена ВКП (б) (около 26-27 лет). Чертухину я сказал, что у меня есть ребята, которые занимаются дебатированием книг о еврействе, и предложил ему принять участие в этом. Он отказался и предупредил меня, чтобы я был более осторожным с подобными вещами, других каких- либо разговоров, связанных с организацией, у меня с Чертухиным не было.

Выписка верна: Нач. 4-го отд. СПО ПП ОГПУ СВК (Бартошевич) (подпись отсутствует).

 

Л. 33.

Протокол допроса

1933 года, октября 22 дня, мною, начальником 1-го отделения СПО ПП ОГПУ Деткиным, допрошен член ВКП (б) с 1929 г. Чертухин Николай Александрович, работающий в качестве зав. спец. частью макаронной фабрики, который по существу дела показал:

Горячева Семёна Кузьмича я знаю по совместной работе на макарон­ной фабрике, где он работал в качестве заведующего кадрами. Поступил он на работу по рекомендации быв. секретаря ячейки ВКП (б) Кторова Александра перед директором завода Выркиным. Взаимоотношения у Второва с Горячевым были самые дружеские, за время их пребывания никаких антипартийных и к-p. выступлений с их стороны не замечалось. В конце декабря м-цв 1932 г. Егоров РК ВКП (б) с работы был отозван и направлен на учёбу в Комвуз, а Горячев оставался до дня его ареста.

Взаимоотношения у Егорова и Горячева с директором завода Выркиным были хорошие, никаких трений в работе не замечалось, но личных их вза­имоотношений я не знаю,

С Егоровым Александром вести беседы на политические темы мне не приходилось, а потому его взглядов на современное положение в стране и политику партии я не знаю.

Что касается Горячева Семёна, то взаимоотношения у нас с ним были более близкие, но ни разу разговоров на политические темы не было.

В частности, категорически заявляю, что Горячев Семен никогда не приглашал меня к себе на квартиру читать книгу о еврейском засильи, и такого факта не было.

На квартире у Горячева я был неоднократно, но исключительно для свидания со служащей конторы фабрики, с которой у меня были интимные связи, и я пользовался для этого комнатой Горячева, а последний передавал мне ключ от комнаты и сам уходил.

Показание с моих слов записано верно и мною прочитано.

К сему Чертухин.

Допросил: Нач. 1 отд. СПО ПП – Деткин (подпись).

 

Л.л. 34-36.

Копия.

Дополнительное показание обвиняемого Горячева С.К. от 31 августа 1933 г.

Как я стал участников контрреволюционной группы.

Приблизительно до апреля 1933 г. я никогда не мыслил о том, что политика партии и правительства нашего Союза есть не что иное, как политика евреев, поставивших себе целью погубить весь русский народ. Как это получилось, что я стал мыслить, что это политика именно евреев? И в чём выразилось моё участие в группе?

В марте месяце или начале апреля 1933 г. в Самару приехал Тахаев Виктор Петрович, студент Московского института мелиорации. При приезде Тахаев В.П. больше всего находился у меня на квартире, чем у своих родных, думая устроиться куда-нибудь на работу при помощи меня и Егорова А.У., который жил со мной в одной комнате с 1930 г.

Спустя немного времени Тахаев завёл разговор о положении в Германии и о Гитлере, который «громит», по словам Тахаева В.П., евреев за ихнюю подлость, которая выражалась в том, что евреи хотят взять в свои руки весь мир, и что политика их уже осуществляется у нас в СССР.

Завязался разговор, как, мол, так, это требует доказательства, и что ничего похожего о еврейском засилии у нас в СССР нет. Тахаев говорит, что я вам докажу это, и он начинает перебирать, что коммунизм выдумали евреи, что Карл Маркс, Ленин, Сталин и др. рев. Деятели евреи, которые и проводят свою политику. В дополнение к этому он принёс книгу «Протоколы сионских мудрецов», и эта книга произвела громадное впечатление среди нас – меня и Егорова, в сторону подтверждения сказанных слов Тахаевым В.П. Про эту книгу Егоров рассказал Сафонову и друзьям последнего, и неоднократно уносил её с собой для чтения к Сафонову на квартиру. После каждого раза, как только Егоров с кем-либо говорил об этой книге, или давал её читать, и сообщил мне, что Сафонов и его ребята поражены правдивостью данной книги, и что сейчас у нас в СССР творится именно так, как изложено в «Протоколах сионских мудрецов», и ежедневно, как только я приходил с фабрики домой, Егоров А.У. сообщал мне всё новые и новые факты разложения членов партии на основании изложенного в книге. Егоров мне ежедневно почти сообщал о том, что ребята из Комвуза, которые связаны с деревней, недовольны политикой партии, что в деревнях их семьи мрут от голода, говорил о том, что народ в колхозах вымирает целыми деревнями, и т.д., и т.п., и что я, говорит, Егоров А.У., окончательно убедился в том, что колхозы ведут к гибели, что книга «Протоколы сионских мудрецов» - это программа евреев, по которой они достигают своей цели – истощить и уничтожить весь русский народ, за всё прошлое. Доводы Егорова меня сбивали с правильной линии партии, и когда я стал ему «поддакивать», он дал мне задание – поговорить насчёт этого с Чертухиным, чтобы вовлечь его в обсуждение вопросов о еврейском засилии. Я попробовал пригласить Чертухина Н.А. почитать эту книгу, но он категорически отказался, и сказал мне: «Советую тебе бросить заниматься этим делом». Я это принял к сведению и сообщил Егорову, что Чертухин Н. не хочет идти читать книгу, и я его обрабатывать больше не буду. Егоров тогда предложил мне, чтобы я ехал в Чапаевск, где я работал раньше, и поговорить о существующем положении и о книге. Я ехать отказался и не поехал, всё ещё не переваривая в своём уме, что именно хочет (замышляет) сделать Егоров. Однажды он мне сказал, что нужно что-то делать, т.е. создать какую-то организацию, и вести пропаганду среди населения о книге и о существующем положении. Я думаю, говорит Егоров, что ты не откажешься участвовать в этом деле, т.к. для тебя ясно, что еврейское засилие налицо, что люди мрут, что все командные высоты заняты евреями, и начал приводить факты и факты. Один из фактов – это банда в Пензенском районе, под командованием одного партизана. После всего он начал говорить, что уедет на каникулы и не приедет совсем. Я ухватился за мысль, что он уедет совсем, и дал согласие на то, что буду участником организации, думал о том, что с отъездом Егорова я освобожусь от всех людей, которые ходили ко мне в комнату, и, таки образом, я атрофируюсь от данной организации, займусь опять учёбой, и покончу со всякими Тахаевыми и Егоровыми в отношении всяких разговоров о еврейском засилии и о неправильной политике партии. Перед отъездом Егоров А.У. сообщил мне, что ребята Тахаев и Чашкин прислали мне и Егорову письмо из Ленинграда и просят выслать им документы (липовые, конечно). Я спросил Егорова: «Разве Чашкин в Ленинграде?» (Я знал, что Чашкин И. поступил в Моссельпром и едет в район работать от Моссельпрома). Егоров А.У. мне сказал, смеясь, что Чашкин и Тахаев оба в Ленинграде и будут устраиваться на работу, а для этого им нужны документы с другой фамилией, чтобы Чашкина не взяли в РККА, а Тахаеву В.П. для чего, он мне не сказал. Я через силу сказал Егорову, что бланки с печатью макаронной фабрики у тебя, и ты как хочешь, так и делайся с ними, а мне некогда возиться, т.к. вдобавок к четырём нагрузкам по общественной работе я ещё выбран пред. ЖАКТа, и мне очень много работы в этой области. Тогда мне Егоров А.У. сказал, что ты достань только метрические записи каких-нибудь рабочих с фабрики, чтобы год рождения был обязательно 1912 или 1913. Я дал ему слово, а сам и позабыл про это. Когда я пришёл домой, он спрашивает, принёс ли я просимое, я ответил, что нет. Егоров А.У. страшно обиделся и говорит, что лень уж сделать возможное для твоих же друзей. Я говорю расстроено, что тебе и вам все вообще нечего делать, вы только и думаете чёрт знает о чём. Егоров А.У. говорит, что я знаю, тебя ничего это не интересует, у тебя цель – жить и учиться, но это хоть ты сделай – достань просимое для ребят. Я сказал: «Если вспомню про это, не забуду, то достану». И дал я метрики одного рабочего И. Зацепина Егорову, когда он пришёл на фабрику и попросил их у меня. Тут же я дал справку и Суханову Ф., который пришёл вместе с Егоровым на фабрику (в справке Суханову была проставлена неверно зарплата).

Зная хорошо, что я в конце концов отхожу от них с другими мнениями, Егоров мне сказал, что ты сделай только то, что я тебе скажу, и сохрани всё в тайне, а именно: когда Суханов Ф. привезёт печатный материал (какой, я не знал), то передай его вот этим лицам, они к тебе придут, и он тут же взял у меня тетрадь из рук по физике – я готовился к зачётам в институте, записал фамилии двух, которые должны были прийти за материалом. Один из названных пришёл при Егорове, и Егоров мне сказал, что передать половину материала вот ему – Ситаеву, а половину тому – другому. Материал я не получил, и передавать ничего не передавал, даже не глядел в тетрадь, чьи фамилии там записаны.

За мою пассивность в организации Тахаев В.П. уехал, не попрощавшись со мною, на него глядя, и Егоров после его отъезда (Тахаева) стал всё от меня скрывать и не доверяться мне, и Тахаев В.П. слал письма первые на меня, как на друга, а на Егорова, последний мне читать письма не давал, и использовали они меня – Егоров, Сафонов, Суханов и др., потому что я имею квартиру, при помощи которой им можно было вести разговоры на любую тему, зная, что я не предам их, как хороший товарищ. В общем, дача бланок, справок Тахаеву, Суханову и Чашкину и метриков, моё согласие на передачу печатного материала двум лицам – Ситаеву и др. Появление большой нищеты в городе, уход моего родного дяди инвалида на Абдулино пешком кормиться по деревням, дебатировался вопрос о еврейском засилии, знакомство с книгой «Протоколы сионских мудрецов», рассказы Егорова о кошмарном положении в деревне, в Комвузе и проч., заставили меня хоть ненадолго стать единомышленником Егорова, Тахаева, Сафонова и других.

Работая на фабрике и неся массу всевозможных мелких нагрузок по партийной и профлинии, ЖАКТа, я всё исполнял честно и аккуратно, за что 11.07.1933 г. на гор. слёте финработников в гортеатре я был премирован как лучший ударник с фабрики – 100 руб.

Показания написаны собственноручно – С. Горячев.

Верно: оперуполномоченный 1 отд. СПО ПП ОГПУ СВК Бартошевич Эд. (подпись отсутствует).

 

Л. 49.

Выписка из протокола допроса обвиняемого Гостенина Николая Николаевича, 1905 года рождения, члена ВКП (б) с 1926 года, инспектора военных дел Мокшанского р-на, СВК.

В конце мая, а, может быть, и середины м-ца Слепцов И.С. был в Самаре на краевом совещании - курсах секретарей райсоветов ОСО, по приезде с какового он намекнул, что привез оттуда что-то хорошего, но скажет он это после «своим ребятам». И помню, как-то вскоре на улице у амбара военпункта она нам с Паняевым рассказывал про самарские новости. Во-первых, заукрасив продовольственные трудности, как-то: наличие большого количества беспризорных на станциях и в г. Пензе, наличие опухших людей, борьба и драка в вагонах и на станциях из-за куска хлеба. Он привел один или два случая, точно не помню, смерти от голода на станциях, и далее ука­зал, что он слышал в Самаре от хороших своих товарищей по Телеги­ну, что в одном, не помню из каких районов Нижней Волги в ночное время вывезли целый эшелон умерших от голода, попутно он также указал, что студентами Комвуза расшифровано какое-то завещание, по которому вся власть должна перейти к евреям, перечислив тут же Микояна (вот, дескать, разгадка трудностей в продовольствии) и других попутно для иллюстрации. Далее он указал, что расшифровать это завещание (студентам) удалось при помощи какого-то профессора (фамилию не помню), который уже организовал в Комвузе группу.

Выписка верна: нач. 4 отд. СПО ПП ОГПУ СВК Бартошевич Эд. (подпись).

 

Л.л. 55-56.

Протокол допроса обвиняемого Казичева Сергея Федоровича 3/IX-1933 г., 1885 г. рождения, из крестьян с. Ягодное, Ставропольского района СВК, русский, женат, грамотный, б/п, не судим.

В июле месяце 1933 г. я был поставлен в известность сослуживцем - зав. кадрами макаронной фабрики в г. Самаре Горячевым Семёном Кузьмичом о наличии в г. Самаре подпольной группы, собирающейся нелегально для обсуждения положения страны. Произошло это так: как-то Горячев Семён в помещении фабрики, один на один, завёл со мной беседу об экономическом положении страны. Он говорил, что наша страна зашла в тупик, разоряется, русский народ страдает и вымирает, что нынешние продоволь­ственные затруднения являются результатом преднамеренной поли­тики партии и соввласти, управляют которой евреи, захватившие власть в свои руки. В конечном итоге он сообщил, что причиной совершенных трудностей является еврейское засилие: евреи, захватившие власть в свои руки, порабощают русский народ, и что он, Егоров - член ВКП (б), служивший одно время на макаронной фабрике секретарем партийной ячейки и др., видные краевые партийные работники, прорабатывая на своих сборищах книгу «Протоколы сионских мудрецов», убедились, что всё то, что в ней написано о еврейском засилии, сбывается теперь. Выслушав Горячева, я согласился с ним, что продовольственные и другие трудности, наблюдаемые в стране, в результате которых страдает народ, объясняются не только вредительством, но главным образом и еврейским засилием в руководящих партийных и государственных учреждениях. В этой беседе Горячев Семён не звал меня к участию в их организованной борьбе против еврейского засилия и в нелегальных сборищах участия я не принимал. Тем не менее меня это дело весьма заинтересовало и настолько, что разговоры на аналогичные темы я стал заводить со своими старыми знакомыми - бывш. сослуживцем по Союзхлебу Железняковым Иваном Ильичом - чл. ВКП (б), ныне работающим в качестве заведующего пригородным хозяйством Водников. Спустя 2-3 дня после разговора с ГОРЯЧЕВЫМ, по приглашению моей жены, Железняков явился ко мне на квартиру. и здесь после разговоров о переживаемых трудностях я в свою очередь поставил Железнякова в известность о наличии подпольной группы членов ВКП (б) Горячева, Егорова и др. ответственных краевых работников, собирающейся для проработки книги «Протоколы сионских мудрецов». Точно также, как поставил меня в известность Горячев, я сообщил Железнякову, что трудности, голод в стране объясняются еврейским засилием, факты которого хорошо изложены в «Протоколах сионских мудрецов». Железняков воспринял мою информацию с большой живостью - заинтересовался особенно «Протоколами сионских мудрецов», и очень просил меня достать для него эту книгу. В процессе беседы Железняков выражал антисоветские взгляды на почве трудностей, и согласился с тем, что сейчас еврейское засилие. Просьбу Железнякова я передал вскоре Горячеву, и последний обещал мне достать «Протоколы сионских мудрецов», но не успел достать, т.к. был арестован вскоре.

После свидания с Железняковым я встретился на фабрике с Егоровым Александром - разговор с ним происходил публично в присутствии ряда рабочих фабрики на скамейке перед фабрикой. Не стесняясь присутствия многих рабочих, Егоров говорил, что в Самаре жить стало настолько трудно, что он, махнув на всё рукой, бросил учебу и уезжает совсем. Других бесед, в частности, один на один, я не имел с Егоровым.

Показание записано с моих слова верно, мною зачитано. Допрос продолжался с 11 ч. дня до 13 ч. дня 3 сентября 1933 г.

Допросил: оперуполномоченный 1 отд. СПО ПП ОГПУ СВК Бартошевич. (подпись).

 

Л. 72.

Дополнительное показание обвиняемого Алешаева Петра Емельяновича

17 сентября 1933 года.

Арестованного гр-на Лизунова знаю по совместной учебе в Самарском энерго-рабфаке, я также знал, что гр-н Лизунов являлся членом ВКП (б). Гр-на Лизунова я видел раза два в квартире Горячева Семёна, во время чтения контрреволюционной книги и наших споров. Гр-н Лизунов слышал, когда говорил Егоров А., что во всех сов. И парт. организациях еврейское засилие, проводящее определенную политику, направленную на создание голода в деревне и городе. Он также слышал о том, что работающие накрупных строительствах, как завербованные, так и арестованные, помирают с голода. Во время всех этих разговоров Лизунов при мне ничего не говорил, а также и не задавал никаких вопросов, из моего личного наблюдения можно сказать, что он не интересовался этими вопросами. При гр-не Лизунове на квартире Егорова читалась- к-p книга «Протоколы сионских мудрецов». Показание написано мною* собственноручно.

Алешаев П.

Допросил: Оп. уполномоч. СПО – Бартошевич.

Верно: Оп. уполномоченный СПО ПП ОГПУ СВК (Бартошевич) (подпись).

 

Л. 73.

Протокол допроса Лизунова Василия Дмитриевича от 18 сентября 1933 г.

Студента Комвуза Егорова Александра, зав. кадрами Самарской макаронной фабрики Горячева Семёна, Чашкина Ивана - знаю с 1929 года по совместной прошлой учёбе в Самарском Энергорабфаке. Посещая квартиру Егорова в марте—апреле м-цах 1933 года, я заставал у него студента Комвуза - Алешаева, Горячева Семёна, Горячева Бориса, Горячева Александра. Посетил квартиру Егорова раза 4, и в одно из посещений познакомился здесь с неким Тахаевым Виталием, который отрекомендовался мне партизаном, вернувшемся недавно с басмаческого фронта, членом ВКП (б). Присутствуя на квартире Егорова, мне пригодилось слышать, как Егоров в беседах с вышеуказанными лицами - при поддержке этих лиц, затрагивал политические темы. Оста­навливаясь на характеристике экономического положения страны, Егоров доказывал, что современные трудности продовольственного по­рядка, наблюдаемый голод в стране - объясняется сознательной поли­тикой нынешнего партийного руководства. Голод в деревне, связанный с колхозным строительством, исключительно объясняется тем, что сей­час существует еврейское засилие в руководящих партийно-государ­ственных организациях. Утверждая, что трудности обгоняются еврей­ским засилием, он приводит местные примеры к этому, что руководя­щая головка в Средне-Волжском крае: Хатаевич, Шубриков, Милх, Гуревич, Рубинштейн – евреи. В подобных антисоветских беседах перечисленных лиц я участия не принимал - занимался в это время один чтением га­зет или другой литературы. Временами Егоров стремился вовлечь ме­ня в их беседу, но на все доводи Егорова я парировал, заявляя, что никакого еврейского засилия у нас нет. В итоге всех этих их бе­сед я вывел заключение, что Егоров, Горячев и др. указанные выше лица представляют группу единомышленников с антипартийными, антисоветскими взглядами. Однако я не считал это достаточным для того, чтобы об этих лицах поставить в известность, как о членах партии, органы контрольной комиссии. Другое дело, если бы я имел дело с к-p орга­низацией - тогда несомненно я бы считал долгом как член партии разоблачить организацию.

Однажды Егоров спросил меня, есть ли в Инзенском санатории, где я работал, вакантные места. Получив утвердительный ответ, он сказал, что будет посылать ко мне на работу безработных членов ВКП (б) - я дал согласие на устройство их. В результате ко мне приехал в Инзу Тахаев Виталий, предъявивший в моем присутствии директору курорта учётную карточку члена партии, и я до послед­него времени считал Тахаева действительным членом партии, так как никаких разговоров у меня с Тахаевым отом, что он «липовый» член партии, не было. Тахаев на курорте проработал 2 недели, и, как не справившийся с работой, был уволен. Тахаев жил со мной в одной ком­нате, и за 2 недели мне ни разу не приходилось слышать от него антисоветских настроений.

Парируя Егорову на его доводы о еврейском засилии, я говорил, что несправедливость таких доводов объясняется тем, что в компартию открыты для всех истинных тружеников безотносительно к их национальности, что дело социализма есть общее дело всех нацио­нальностей. Егоров обычно осекал меня, заявляя, что он беседует не со мной. Показание записано с моих слов верно, мне прочитано.

Лизунов.    

Допросил: Оп. уполном. СПО ПП Бартошевич.

Верно: Опер. уполномоч. СПО ПП ОГПУ СВК (Бартошевич) (подпись).

 

Л. 74.

Протокол очной ставки между обвиняемыми Лизуновым Василием и Тахаевым Виталием от 17 сентября 1933 г.

Будучи предупреждены, что за дачу ложных показаний подлежат уголовной ответственности, показали:

Тахаев Виталий, устроившись работать в Инзенском курорте при содействии Лизунова Василия, проживая с ним в одной комнате 2недели, я говорил ему, что он совершенно напрасно старается рабо­тать на посеве, так как в одно прекрасное время весь урожай заберёт государство. Совершенно категорически подтверждаю свое показание от 8 сентября c.г. о том, что, прибыв в Инзу, я поведал Лизунову о том, что я исключён из ВКП (б), и что учётную карточку члена ВКП (б) мне дал в Самаре Егоров. Таким образом, Лизунов знал, что я «липовый» член партии. Показание записано с моих слов верно, мною прочитано вслух в присутствии Лизунова Ва­силия.

Тахаев.

Лизунов Василий: снова подтверждаю, что у меня с Тахаевым а/с разговоров не было, и абсолютно, не знал, что, он является «липо­вым» членом ВКП (б), так как об этом он мне не говорил. Показание записано с моих слов верно, мне прочитано вслух в присутствии Тахаева Виталия.

Лизунов.

Обоюдное примечание: ни у меня, Тахаева Виталия, ни у меня, Лизунова Василия - по отношению друг к другу личных счётов нет, и,следовательно, отсутствуют какие бы то ни было личные мотивы для дачи вымышленных показаний.

Тахаев, Лизунов.

Очную ставку произвел: Бартошевич.

Верно: опер. уполномоченный СПО ПП ОГПУ СВК Бартошевич (подпись).

 

Л. 75.

Выписка из показания арестованного Алешаева П.Е., члена ВКП (б), студента Комвуза, от 18 сентября 1933 года.

…Приходя в общежитие № 4 ком № 12, находящееся на Некрасовской, 22, где я тогда жил, я говорил Арестову, Самойлову, Полякову С., Леонтьеву и др., что я читал к-pеволюционную книгу «Протоколы сионских мудрецов», давал отзывы о ней, как о самой ярой к/революционной книге. Aрестов М. и Самойлов А. просили меня при­нести им её. Я обещал им это сделать, но, боясь затягивания даль­нейшей связи с Егоровым, спрашивать её у него не стал. Указанные же выше лица, ныне студенты ВКСХШ и другие, ранее жившие в ком. № 12, зная, что я где-то читаю к-рев. книгу, в партком об этом ни­чего не сообщили. В комнате была полнейшая семейственность, говорились анекдоты всеми, кто какие знает, например: почему Ленин ходил в ботинках, а Сталин в сапогах, и т.д., где был пер­вый ленинский уголок, и никто из коммунистов не пытался одер­нуть как следует за такие разговоры, а все слушали и продолжали сами говорить в порядке очереди, кроме тех, кто не знает. Нет сомнения у меня теперь, что у нас тогда в комнате № 12 было некоторое партийное идейное разложение и антипартийное примиренчество. Есть нередко и такие разговоры в Комвузе, которые говорятся в общежитиях. Это вот говорил Аристов М., что его семья в совхозе голодает, что половина крестьян Чепаевского района ест траву и разный суррогат, о хлебозаготовках 1931 г. и 1932 г. Говорят так: это встречные и поперечные планы доводят сельское население до того, что очень многие колхозники остаются голодны­ми, иногда знаешь это и все же проводишь потому, что дают ди­рективу из сверху (из района), не выполнишь - значит будешь уклонист-перерожденец с партбилетом и так далее. Это говорил Леонтьев, присуще и многим другим студентам ВКСХШ.

Верно: нач. 4-го отд. СПО ПП ОГПУ СВК Бартошевич (подпись).

 

Л. 77.

Дополнительное показание Сафонова Ивана Дмитриевича от 25 сентября 1933 г.

В мае и июне м-це 1933 г. я несколько раз встречался в сто­ловой партактива с зав. орг. отделом Крайкома ВЛКСМ - Сидоровым. Насколько мне помнится, я один или два раза пытался завести с ним разговор о положении в нашей стране, т.к. под влиянием про­читанных «Протоколов сионских мудрецов» и обработки меня Егоровым у меня к тому времени уже сложилось представление, что в результате еврейского засилия в нашей стране идёт медленное вымирание голодной смертью всего русского населения. Разговор с Сидоровым у меня вёлся только в плоскости постановки ему воп­роса: «Чем объяснить вымирание человечества в нашей стране на почве голодовки». На поставленный таким образом вопрос он только усмехнулся и по существу ничего не ответил. Разговари­вать долго на этот раз с ним не пришлось, т.к. мы шли из сто­ловой партактива до здания крайисполкома.

t Других разговоров у меня с Сидоровым не было, так как я опа­сался вести с ним более откровенные разговоры.

В беседе с Егоровым я последнему сказал, что на заданный мною таким образом Сидорову вопрос последний также не смог мне объяснить причину голодовки в нашей стране.

К сему: И. Сафонов.

Допросил: нач. 1-го отд. СПО ПП Деткин.

Верно: нач. 1-го отд. СПО ПП ОГПУ СВК Деткин (подпись).

 

***

 

СОГАСПИ, ф. 1141, оп. 40, д. 72.

Средне-Волжский краевой комитет ВКП (б)

Переписка с научно-исследовательскими учреждениями. Докладные о реорганизации сети научно-исследовательских учреждений.

 

Резолюция бюро Горкома ВКП (б) по вопросу о рецидивах кондратьевщины и проявлениях оппортунизма в работе научно-исследовательского института Экономики и Организации Социалистического Земледелия.

1. Горком считает выполнение возложенных на институт краевым комитетом партии огромных задач по изучению, обобщению и активному содействию процессу социалистической реконструкции сельского хозяйства нашего края возможно только при условии:

а) пронизывания марксистско-ленинской методологией научно-теоретической и практической работы института в целом и каждого его научного сотрудника;

б) проведение непримиримой борьба с правым оппортуниз­мом, главной опасностью на данном этапе и с левым уклоном – рецидивом контрреволюционного троцкизма;

в) беспощадного разоблачения и выкорчёвывания вредительской кондратьевско-чаяновской теории и практики.

2. Бюро констатирует, что в своей работе институт имеет ряд достижений (разработка вопросов организации труда, норм выработки и сдельщины в колхозах), использованных руководящими организациями в своей текущей оперативной работе.

3. Вместе о тем бюро отмечает, что институт, как в период 1929-1930 г.г. (до раскрытия контрреволюционной кондратьевской организации), так в значительной мере и сейчас оказался в плену кондратьевско-чаяновских установок и методологии. Несмотря на то, что органами пролетарской диктатура было раскрыто ответвление кондратьевской контрреволюционной организации среди его работников, и несмотря на специальные категорические директивы крайкома о решительной борьбе с кондратьевщиной, в институте не было проведено большевистской развернутой борьбы по выкорчевыванию внутри себя остатков кондратьевщины.

4. В теоретических (печатных и рукописных) и практических работах института (сборник против кондратьевщины, бюллетени института, брошюра Кутикова «О специализации совхозов», Квасикова «О методах активной борьба с засухой». Факеева - культуры яровой пшеницы, проект реконструкции Торбеевского района, работа по специализации районов и др.) имеются не только право- и левооппортунистические извращения, путаница, теоретическая беспомощность, но и рецидивы кондратьевско- чаяновского характера, как правило, не разоблачавшиеся самим институтом и его руководством, в результате чего большое количество работ института оказалось политически вредным и практически бесполезным.

5. Горком констатирует, что партийная организация института КрайЗУ проявили примиренчество и гнилой либерализм по отношению к классово чуждой идеологии, вследствие чего они не справилась с партийно-политическим и методологическим руководством института.

6. Горком считает, что только благодаря отсутствию классовой бдительности и отсутствию развертывания критики и самокритики партийное руководство института оказалось на поводу тов. Кокина, не разоблачённого правого оппортуниста – автора «Очерков агрономической помощи населению» (изданных в 1928 г. в Курске) с явно кондратьевским содержанием (кондратьевский кооперативный план, кулацкие агрокультурные гнёзда, кондратьевская постановка вопроса о дифференцированном агрообслуживании всего крестьянства, в том числе и кулацкой его части, с особым для неё подходом, требование допущения кулаков в сельхозкружки и др.).

Даже после его разоблачения со стороны экономистов Комвуза в институте т. Кокин полностью не разоружился. Отказываясь только от некоторых ошибок кондратьевско-чаяновского характера, тов. Кокин продолжает защищать чаяновскую концепцию (молекулярно-органическая теория развития сельского хозяйства) и настаивает на том, что его книга в основном является марксистско-ленинской.

В замаскированной форме рецидивы кондратьевских установок и методологии находят себе место в ряде статей Кокина и в 1931 году (бюллетень № 1, статьи «О реконструкции научно-исследовательского дела», «О борьбе с кондратьевщиной», статья «Кондратьевщина и агрономическая работа» в сборнике - протаскивание кондратьевско-чаяновской методологии, отрыв технической реконструкции сельского хозяйства от социалистической, определение чаяновцев как представителей мелкой буржуазии.

7. Горком отмечает, что партийная организация института справилась с задачей идеологического перевооружения беспартийных научных работников института, безусловно являющихся в основной своей массе советскими специалистами, активного содействия им в изжитии остатков буржуазной методологии, усвоения ими основ марксизма-ленинизма, на основе широкого развёртывания критики и самокритики, скрытия и разоблачения конкретных ошибок кондратьевского и оппортунистического характера.

8. В целях ликвидации всех отмеченных прорывов в работе института и направления его работы по правильному руслу, бюро горкома постановляет:

а) бюро ячейки НИИСОСЗ распустить, назначив оргбюро для проведения перевыборов в составе т.т.

б) т. Кокина, как продолжающего отстаивать взгляды, не совместимые с пребыванием в партии - из партии исключить.

в) Немедленно укрепить Институт группой научных работников-коммунистов.

г) обновить и укрепить партийное, организационное, методологическое руководство института.

д) укрепить институт новыми работниками из специалистов-практиков совхозного и колхозного строительства, решительно проводя их выдвижение на научную работу.

е) пересмотреть план и программы работы института в сторону охвата ими всех актуальных проблем социалистического земледелия, полного изжития в ней остатков кондратьевщины, организационно-технической однобокости, схоластики, четкой постановки методологических проблем на основе марксистско-ленинской методологии в тесной увязке с практическими проблемами, разрабатываемыми институтом.

ж) Обязать кафедру соц. реконструкции Комвуза, кафедру сельскохозяйственной экономики планового института, и через крайком кафедру с/х экономики ИЗК – установить связь с институтом, оказать помощь ему и полное участие всех коммунистов - работников этих кафедр института. Культпропу представить к очередному секретариату персонально список всех работнике перечисленных кафедр, прикреплённых к институту.

9. Горком предлагает ячейке и партруководству института всю дальнейшую работу построить на основе развёртывания большевистской критики и самокритики, против кондратьевской идеологии, против правого и «левого» оппортунизма и примиренчества к ним, против гнилого «либерализма», ставя во главу угла большевистское воспитание и перевоспитание молодых коммунистов и беспартийных специалистов в духе марксизма-ленинизма.

10. Горком считает необходимым в ближайшее время всю работу научно-исследовательских институтов и вузов города Самары, и предлагает парторганизациям институтов и вузов провести массово разъяснительную работу вокруг обсуждения уроков НИИСОСЗ, развернув при этом широкую критику и самокритику. своих собственных дефектов и ошибок.

 

Л.л. 132-134.

Крайкому ВКП (б), крайисполкому и политсектору крайЗУ.

Т. Ксенофонтову.

О реорганизации Краевого Института Соц[иалистической] Реконструкции С[ельского] Х[озяйст]ва.

1. Глубокое изменение экономики сельского хозяйства края, вызванное урожаен 1934 года, и задачи завершения коллективизации края требуют разрешения целого ряда вопросов, которые не могут быть правильно решены без углубленного изучения практики колхоз­ного производства. К числу таких вопросов нужно в первую очередь отнести: вопросы фактического воспроизводства и накопления в кол­хозах, распределения доходов, пути и методы дальнейшей коллекти­визации края, изучение вопросов экономики МТС, их рентабельности, себестоимости продукции в колхозах и т.д.

Всё это с безусловной необходимостью требует сохранения в крае научно-исследовательского центра, который вёл бы работы в области экономического исследования колхозного производства.

2. Таким центром до сих пор являлся и является научно-исследовательский институт экономики и организации соцземледелия, однако по ряду причин институт не мог обеспечить выполнения возложенных на него задач. Первой и основной причиной, обусловившей слабую работу института, являлось отсутствие устойчивого руководства в течение целого года. За последний год сменилось пять директо­ров (Хайкин, Горшков, Израильский, Маман, Кокин). Некоторые из них были случайными людьми, совершенно некомпетентными в науч­ной работе, работали всего по нескольку дней. Такая калейдоскопическая смена руководящих работников, конечно, не могла не отразиться отрицательно на работе института.

Этим же объясняется и неопределенность самой программы инсти­тута, занимавшегося работами самого разнообразного направлении и содержания, но далеко не актуальными. При этом работы экономи­ческого характера не являлись основными работами. Естественно, что при таком положении вещей чрезвычайно страдало как само содержание, так и методическая и методологическая сторона работ, в ряде случаев сводившаяся к простому фотографированию производственных процессов и мелким рационализаторским предложениям. Всё это явилось следствием недостаточного внимания к руководству институтом со стороны краевых организаций и со стороны крайЗУ в особенности (тематику утверждало крайЗУ).

Исследовательский центр для разработки экономических проблем социалистического сельского хозяйства должен быть построен на иных основаниях, чем существующий институт. Прежде всего этот центр должен быть сохранен как самостоятельный институт. Создание каких-либо особых учреждений в виде сектора крайЗУ или исследовательской группы при ВКСХШ абсолютно нецелесообразно и равносильно ликвидации оперативно-исследовательской работы. Организация краевого центра экономических исследований в виде кабинета ВКСХШ неизбежно приведет к следующим последствиям:

1. Тематика работ будет носить характер академических работ, содержание которых будет прежде всего определяться необходимостью защиты диссертационных работ. В силу этого сами работы не будут носить оперативного характера.

2. Перегрузка преподавателей педагогической работой не позво­лит уделять научной работе достаточного времени, поэтому послед­няя неизбежно будет носить длительный академический характер.

3. При этом возможность систематического активного исследова­ния производства в самих колхозах полностью исключается. В свою очередь организации исследовательского центра в виде сектора крайЗУ неизбежно повлечет загрузку работников другими вопросами, и сама тематика работы сектора будет носить подчиненный характер текущим вопросам работы крайЗУ, исключающим возможность углубленного экономического исследования.

Таким образом, краевой центр экономических иссле­дований должен быть создан в виде самостоятельного учреждения — научно-исследовательского колхозного института. Работа института должна строиться на следующих основаниях.

1. Институт должен проводить свою работу преимущественно в области экономических исследований, вопросы другого порядка должны иметь подчиненный характер.

2. Работы по вопросам изучения совхозного производства необхо­димо передать Безенчукской опытной станции.

3. Институт должен вести работу исключительно в колхозном секторе.

4. На ближайшие год институт должен разработать следующие важ­нейшие темы:

1. Вопросы расширенного воспроизводства в колхозах.

2. Изучение товарности колхозного производства.

3. Распределение доходов в колхозах.

4. Расширенное воспроизводство и товарность в колхозном животноводстве.

5. Эффективность различных способов организации труда и производственных процессов в разрезе производственных типов хозяйств.

6. Пути и методы завершения коллективизации края.

7. Экономика и рентабельность МТС.

8. Организация производства и управления в МТС и колхозах (в главнейших отраслях полеводства и животноводства).

5. Основную работу институт должен проводить на базе специаль­но созданной сети стационарных опорных МТС и колхозов, в которых мероприятия исследовательского порядка включать в производствен­ные планы.

6. Непосредственное руководство институтом должно быть сохранено за зав. краЙЗУ и нач. политическим сектором крайЗУ, которые должны входить в Совет института.

Директор института Компасов (подпись).

Парторг Фаддеев (подпись отсутствует).

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара