При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Дворец и площадь Куйбышева. 1939 год

Международные события года

24 января 1939 года в южных районах Чили в полночь по местному времени произошло мощное землетрясение с магнитудой (по различным оценкам) от 7,8 до 8,3 баллов, которое ныне считается самым разрушительным в истории этой страны. Эпицентр землетрясения находился в нескольких километрах от города Чильян, глубина очага составила 60 километров. На юге страны обрушились десятки шахт, в которых в это время шли работы, и под землёй оказались заживо погребёнными сотни шахтёров. Всего же тогда в Чили погибло более 30 тысяч человек, а по самым максимальным подсчётам - до 50 тысяч. В Чильяне только пятнадцать зданий остались практически без повреждений. Железнодорожный вокзал в городе был разрушен полностью, и впоследствии вагоны поездов стали временным жильём для тех, кто потерял дома при землетрясении. Затем сейсмические колебания достигли Консепсьона, одного из основных промышленных центров Чили, в котором оказались разрушены около 95% всех зданий. На улицах лежали горы трупов, которые затем хоронили на городском кладбище в огромных братских могилах. Президент Чили Педро Агирре Серда посетил пострадавшие районы, и после возвращения в Сантьяго сказал следующее: «Один из самых богатых и самых процветающих регионов страны превращен в груду развалин…» Практически полностью были нарушены системы электро- и водоснабжения, вспыхнули десятки пожаров в разных районах. Стране был нанесен огромный материальный ущерб, который в ценах 1939 года составил более трех миллиардов чилийских песо. После этой катастрофы была создана Корпорация промышленного развития Чили (КОРФО) для помощи в восстановлении и индустриализации страны, механизации сельского хозяйства и развития добывающих отраслей производства.

 

26 января 1939 года на конференции по теоретической физике в Вашингтоне знаменитый датский учёный Нильс Бор заявил о том, что открыта принципиальная возможность деления ядер урана. Чрезвычайную важность этого нового типа ядерной реакции сразу же понял французский физик Фредерик Жолио-Кюри, который 8 марта того же года опубликовал заметку о том, что при делении ядер урана испускаются свободные нейтроны. Следовательно, при большом объёме вещества станет возможной цепная реакция деления ядер, при которой за доли секунды будет высвобождена колоссальная энергия, то есть произойдёт ядерный взрыв. На основании этих сообщений 26 апреля 1939 года профессор Гамбургского университета Пауль Гартек обратился к руководству нацистской Германии с заявлением, что последние открытия в ядерной физике дают возможность создания взрывчатого вещества необычайной мощности. Гитлер и его окружение отнеслись к этому заявлению очень серьёзно, и 26 сентября 1939 года при Управлении армейских вооружений Германии было образовано «Урановое общество» (германский урановый проект) под научным руководством известного в стране физика Вильгельма Гейзенберга. Но чем может грозить человечеству разработка атомной бомбы в фашистской Германии, тогда хорошо поняли физики Энрико Ферми, Лео Силард, Юджин Вигнер и Альберт Эйнштейн, которые 11 октября 1939 года обратились с письмом на этот счёт к президенту США Франклину Рузвельту. В итоге в конце того же года в Америке началась работа по собственному ядерному проекту, а из открытой печати во всех странах полностью исчезли публикации, касающиеся вопроса деления ядер урана.

 

20 июня 1939 года состоялся первый в мире полёт самолёта He-176 с жидкостным реактивным двигателем (ЖРД), главным конструктором которого был немецкий инженер Эрнст Хейнкель. Несмотря на то, что его аппарат в итоге достиг небывалой по тем временам скорости 750 км/час, руководство Министерства воздушного транспорта (RLM) и лично Гитлер остались равнодушны к новинке, сочтя ее скорее забавной игрушкой. Следующим шагом Хейнкеля стала постройка опытного самолета He-178, который, в отличие от предшественника, был оснащён турбореактивным двигателем (ТРД). Его первый полёт состоялся 27 августа 1939 года, и он тоже остался практически незамеченным чиновниками RLM. Тем не менее Хейнкель не сдавался, и к осени 1939 года в его КБ спроектировали He-280 – полноценный реактивный истребитель, оснащенный двумя ТРД, с герметичной кабиной, носовой стойкой шасси и мощным вооружением из трех 20-мм пушек. Но его слабым местом оставался двигатель, на доработку которого потребовалось время, и потому первый самостоятельный полет He-280 совершил только 30 марта 1941 года. Пилот Фриц Шефер на этом самолёте набрал высоту 300 м и сделал круг над аэродромом. Хейнкель продолжал доводку всех систем, и в ноябре 1942 года He-280 эффектно выиграл показательный бой у серийного истребителя Focke-Wulf-190. Только после этого в RLM поняли, что игра с реактивными самолётами стоит свеч. Хейнкелю заказали 24 самолёта с различными вариантами силовой установки, однако этот заказ перебил Вилли Мессершмитт, обладавший мощным лобби в RLM. В итоге в марте 1943 года после постройки 9 опытных экземпляров программу He-280 были вынуждены закрыть. Лишь в самом конце войны Хейнкелю вновь удалось выйти на арену. В январе 1945 года перед лицом сокрушительных побед Красной Армии его истребитель He-280 всё же запустили в серию, однако существенной роли в боевых действиях его реактивные самолёты не сыграли – Германия вскоре капитулировала.

 

1 сентября 1939 года германские войска вторглись в Польшу и захватили Гданьск (Данциг). Ныне эта дата считается началом Второй мировой войны. Уже 3 сентября Великобритания и Франция объявили войну Германии после того, как она оставила без ответа их ультиматум о прекращении агрессии против Польши. К ним присоединились Австралия, Новая Зеландия и Британская Индия. В последующие дни сентября войну Германии объявили также Канада, Южно-Африканский Союз, Ирак и Саудовская Аравия. Швейцария заявила о своём нейтралитете. На первых порах той же позиции придерживалась и Италия, которая вступила в войну на стороне Германии только в июне 1940 года. А 17 сентября 1939 года пошли в наступление на запад советские войска, которые в течение недели под предлогом «воссоединения» заняли всю Восточную Польшу, взяв при этом в плен 217 тысяч поляков. Лишь через много десятилетий стало известно, что это была реализация первой части заранее разработанного «пакта Молотова-Риббентропа» о разделе Польши между Германией и СССР. Уже 22 сентября 1939 года состоялся совместный парад советских и немецких войск в Брест-Литовске, который принимали генерал Гейнц Гудериан и комбриг Семён Кривошеин. 28 сентября боевые действия в Польше были завершены, и в тот же день министр иностранных дел Германии Иоахим фон Риббентроп прибыл в Москву с официальным визитом, во время которого сторонами был подписан «Договор о дружбе и границе». Как мы теперь знаем, Германия вероломно нарушила этот договор 22 июня 1941 года.

 

24 октября 1939 года в Уилмингтоне (штат Делавэр, США) в продажу впервые поступили нейлоновые чулки, что стало причиной небывалого ажиотажного спроса среди покупательниц. О создании нового синтетического материала – нейлона, придающего прочность и эластичность любой ткани, годом раньше объявила всемирно известная химическая компания «Дюпон де Немур» («DuPont de Nemours»). Презентацию нейлона фирма провела на Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939 году. Рекламную кампанию сделали впечатляющей. Нейлоновые чулки были объявлены «революционной одеждой», «одеждой будущего». Перед входом в павильон фирмы стоял 12-метровый манекен, одетый в нейлоновые чулки. Американкам объясняли, что изобретение нейлона для человечества не менее важно, чем изобретение двигателя внутреннего сгорания, радио и телефона. «Носить чулки из шёлка, а не из нейлона – это все равно что предпочесть лошадь автомобилю», – утверждали рекламные агенты, бесплатно раздавая презентационные экземпляры нейлоновых чулок. По сравнению с шёлковыми они хорошо тянулись, не теряя формы, не сползали и не морщились, облегая ногу, стойко переносили мороз и влагу. После такой презентации женщины стали нетерпеливо ожидать появления нейлоновых чулок на прилавках магазинов, что впервые и произошло 24 октября 1939 года в Уилмингтоне. Спрос на нейлоновые чулки, хотя они были почти вдвое дороже шёлковых, превзошел все ожидания. Первая пробная партия была раскуплена за считанные часы. А когда широкая продажа нейлоновых чулок вскоре началась в Нью-Йорке, здесь за один только день было продано 5 млн. пар. К началу 40-х годов компания «Дюпон де Немур», сделавшая ставку на производство нейлоновых чулок, обогатилась на миллиарды долларов.

 

Российские события года

15 апреля 1939 года в штате Нью-Йорк (США) был зарегистрирован Толстовский фонд, целью которого стала помощь русским эмигрантам и невозвращенцам, разными путями попавшим за границу в период советской власти. Фонд был основан Александрой Львовной Толстой – младшей дочерью всемирно известного писателя Льва Николаевича Толстого, которая сама стала невозвращенкой в 1929 году в ходе командировки в Японию. Перебравшись затем в США, графи­ня Тол­стая свя­за­лась с Меж­ду­на­род­ным Крас­ным Крес­том, с Гос­де­пар­та­мен­том США, с Все­мир­ной ор­га­ни­за­ци­ей церквей, которые и помогли ей зарегистрировать фонд. Сре­ди его учредителей и спон­со­ров бы­ли авиаконструктор Игорь Сикорский, композитор Сергей Рахманинов, фрон­то­вая под­ру­га Алек­сан­дры, сестра милосердия Татьяна Шауфус-Раппопорт, ставшая общественным деятелем русской эмиграции, бывший по­сол России Борис Бахметьев и один из луч­ших рус­ских лётчиков Борис Сергиевский. В 1941 году частный спонсор дал возможность фонду приобрести ферму и 70 акров земли в 30 милях на север от Нью-Йорка в городе Вэлли Коттедж. Так толстовская ферма стала центром переселения для более чем 30 000 беженцев из СССР, и впоследствии на ней был организован дом престарелых для русских эмигрантов. В нашей стране название этой ор­га­ни­за­ции ста­ло известным лишь в постсоветское время. В целом же за всю свою историю Толстовский Фонд, су­щес­тву­ющий и по сей день, оказал помощь бо­лее чем 500 000 советским эмигрантам и невозвращенцам, кото­рые нашли в нём своё спасение от ужа­сов вой­н и политических преследований.

 

20 августа 1939 года началась операция советско-монгольских войск по разгрому японских захватчиков в районе реки Халхин-Гол. Эта река протекает по территории Монгольской Народной Республики (МНР) и Китая. Весной 1939 года японцы активизировали свои провокации на границе МНР и Манчжурии, однако все они были отбиты. Но в начале августа на границе Монголии была сосредоточена 6-я японская армия под командованием генерала Огису Риппо. В её составе были две пехотные дивизии и две пехотные бригады, три кавалерийских полка, вооружение – 500 орудий, 182 танка и до 350 самолётов. Вся эта сила 17 августа перешла монгольскую границу, но уже 20 августа против неё началось контрнаступление советско-монгольских войск, объединённых в 1-ю армейскую группу под командованием комкора Георгия Жукова. Её численность превышала японскую армию по пехоте - в 1,5 раза, по танкам - в 4 раза, по артиллерии - в 2 раза и по самолётам - в 1,6 раза. После ударов авиации и почти трехчасовой артподготовки советско-монгольские войска прорвали фланги японских войск. При этом советские истребители И-16 впервые в мире применили в бою реактивное оружие (РС-82), сбив 13 японских самолётов. После ожесточённых сражений 23 августа 6-я японская армия была окружена, а к исходу дня 28 августа окончательно разбита. Уже 31 августа территория МНР оказалась полностью освобождённой от японских захватчиков, а 15 сентября в Москве было подписано советско-японское мирное соглашение. За героизм и мужество, проявленные в боях на Халхин-Голе, 70 советских воинов были удостоены звания Героя Советского Союза, а комкор Яков Смушкевич, майоры Сергей Грицевец и Григорий Кравченко стали первыми дважды Героями Советского Союза.

 

1 ноября 1939 года Верховный Совет СССР принял закон «О включении Западной Украины в состав СССР с воссоединением её с Украинской ССР», а 2 ноября этот же высший орган советской власти принял аналогичный закон «О включении Западной Белоруссии в состав СССР и воссоединении её с Белорусской ССР». Эти законодательные акты стали юридическим закреплением той ситуации в Восточной Европе, которая образовалась в результате реализации «пакта Молотова-Риббентропа» о разделе Польши между Германией и СССР. Советский Союз в итоге этой операции в основном возвратил себе те самые земли, которые входили в состав Российской империи до Брестского мира 1918 года. Сразу же после принятия законов о воссоединении Западной Украины и Западной Белоруссии в Советским Союзом началась массовая эмиграция, а также насильственная депортация польской элиты с присоединённых территорий. За их счёт после ноября 1939 года численность населения СССР сразу же выросла на несколько миллионов человек.

 

3 ноября 1939 года в Кремле прошло первое вручение медалей «Золотая Звезда» Героя Советского Союза, которая была официально утверждена 1 августа 1939 года. Ранее для лиц, удостоенных этого высокого звания, не предусматривалось никаких внешних знаков отличия – им лишь выдавали соответствующие грамоты и удостоверения и вводили для них определённые льготы. Позже был принят Указ о награждении всех Героев Советского Союза Орденом Ленина. При первом вручении медалей «Золотая Звезда» эту награду из рук «всесоюзного старосты» М.И. Калинина получили 64 человека. Среди них - участники спасения челюскинцев, полярники, участники дальних перелётов, герои боёв в Испании, Китае и Монголии. Из награждённых в тот день были также первые дважды Герои Советского Союза - комкор Яков Смушкевич, майоры Сергей Грицевец и Григорий Кравченко, получившие эти звания после боёв на Халхин-Голе. Всего же за время существования СССР звания Героя Советского Союза были удостоены 12777 человек, в том числе 154 – дважды (из них 9 посмертно), трое – трижды (лётчики Александр Покрышкин и Иван Кожедуб, а также маршал Семён Будённый), и двое – четырежды (маршал Георгий Жуков и генсек Леонид Брежнев).

 

13 ноября 1939 года в Москве были прерваны советско-финские переговоры об обмене пограничных территорий, начавшиеся месяцем раньше. Причиной их проведения была названа угроза финского военного нападения на Ленинград, который в то время находился всего в 30 километрах от границы. В связи с ростом напряжённости между двумя странами СССР предложил Финляндии обменять принадлежащий ей участок к северо-востоку от города на Неве на территорию гораздо большего размера на севере Карелии, однако переговоры так ни к чему и не привели. Лишь через много десятилетий стало известно, что после провала переговоров Сталин отдал приказ о начале подготовки войны с Финляндией. Вскоре на советско-финской границе произошло несколько обоюдных провокаций, после чего 29 ноября СССР разорвал дипломатические отношения с Финляндией под предлогом того, что финны открыли артиллерийский огонь по советским пограничникам. 30 ноября началась полномасштабная советско-финская война, когда войска Ленинградского военного округа перешли в наступление на Карельском перешейке. Почти сразу на территории СССР было образовано «финское демократическое правительство» во главе с Отто Куусиненом. В итоге эта «зимняя война» обернулась для Красной Армии тяжёлыми потерями. Финская оборонительная линия Маннергейма была прорвана лишь к началу весны. По мирному договору, подписанному сторонами 12 марта, к Советскому Союзу отошёл Карельский перешеек, часть полуостровов Рыбачий и Средний на Севере, а полуостров Ханко был сдан СССР в аренду на 30 лет. При этом Лига наций еще в декабре 1939 года признала СССР агрессором в «зимней войне» и исключила нашу страну из своего состава.

 

Самарские события года

1 февраля 1939 года было принято постановление Совета Народных Комиссаров СССР о создании в Куйбышеве военно-медицинской академии РККА на базе Куйбышевского медицинского института. Целью этой реорганизации назвали необходимость подготовки для РККА высококвалифицированных военно-медицинских кадров и постановка оборонной научно-исследовательской работы, а также развертывание нормальной учебно-боевой практики с 1 сентября 1939 года. Вопрос о создании военно-медицинской академии рассматривался на заседании бюро Куйбышевского обкома ВКП (б), которое постановило передать под новое образовательное учреждение здания бывшей сельскохозяйственной школы (улица Галактионовская, 161), бывшего Коммунистического института журналистики (улица Некрасовская 20), а также недостроенный дом КИЖа на Красноармейской площади. Для размещения управления академии решено было передать дом № 135 на углу улиц Льва Толстого и Куйбышева. Под общежитие курсантов академии был передан дом № 12 по Красноармейской улице (бывшая городская библиотека). Под жилплощадь для профессорско-преподавательского и командно-начальствующего состава академии передали здание Студгородка (бывшая тюрьма по Арцыбушевской улице, 141), а командному составу выделили семь квартир в доме облисполкома по ул. Фрунзе, 146, и ещё три квартиры в новом (достраивающемся) доме облисполкома (угол Фрунзе и Вилоновской улиц). Также был поставлен вопрос об обеспечении академии до начала учебного года необходимым оборудованием, медикаментами и прочими материалами, необходимыми для её нормальной работы.

 

10 августа 1939 года в Куйбышеве началось строительство Безымянской ТЭЦ. Она была запроектирована ещё во время работ по возведению Куйбышевского гидроузла, когда на стройплощадках столкнулись с острой нехваткой электроэнергии. Площадку для теплоэлектроцентрали выбрали между линией железной дороги и берегом реки Самары. Пуск первого агрегата наметили на середину 1940 года, а к началу 1941 года станция должна была выйти на свою проектную мощность. Однако выдержать эти жёсткие сроки строителям так и не удалось, главным образом из-за того, что в сентябре 1940 года было законсервировано само строительство Куйбышевского гидроузла. Все недостроенные объекты, в том числе и Безымянская ТЭЦ, тогда же перешли в ведение Управления Особого Строительства (УОС, или Особстрой) НКВД СССР - новой организации, специально созданной для возведения в Куйбышеве группы авиационных заводов. К этому времени на БТЭЦ из-за недостатка финансирования был смонтирован только один котел из запланированных трех, а также возведена одна высокая дымовая труба. Теперь сроком пуска первой очереди станции была названа середина 1942 года, однако в связи с началом Великой Отечественной войны все работы пришлось существенно ускорить. В итоге государственная комиссия подписала акт о приемке Безымянской ТЭЦ в эксплуатацию 18 октября 1941 года, когда выработанное ею электричество впервые было подано в объединенную энергосистему Куйбышевской области.

 

26 августа 1939 года в Куйбышеве во вновь построенном Доме связи начали работу междугородняя телефонная станция и фототелеграф. Как раз в эти годы в СССР проходило строительство в то время самой протяжённой в мире телефонно-телеграфной линии Москва-Хабаровск, на которой Куйбышеву отводилась роль одного из крупнейших узлов. Поэтому новую телефонную станцию оборудовали по последнему слову техники – системами СТ-4, ОСМТ-35 и другими. В день открытия новой телефонной станции на ней включились в работу сразу 12 коммутаторов – вдвое больше, чем на старой, к тому времени уже морально устаревшей. Клиенты отсюда могли связаться не только с каждым из районных центров Куйбышевской области, но и со многими городами СССР, с которыми раньше телефонной связи у нас не было. В последующие годы по мере развития линий к станции стали подключаться всё новые и новые коммутаторы. К 1940 году объём оказанных услуг на Куйбышевской, Ульяновской и Сызранской междугородных телефонных станциях вырос соответственно на 9, 21,4 и 7,4 процента.

 

10 октября 1939 года в Куйбышеве открылся детский дом № 14 на Поляне имени М.В. Фрунзе (ныне Барбошина Поляна) для испанских детей, которых вывезли из страны во время гражданской войны 1936–1939 годов. Тогда здесь разместили 153 ребёнка - 54 девочки и 99 мальчиков. Вместе с ними в Куйбышев прибыли две воспитательницы и учительница, все - испанки. Большинству воспитанников тогда было от 9 до 14 лет, и все происходили из семей испанских республиканцев. Всего в те годы из Испании в разные страны тогда отправили 32 тысячи детей, из них 3,5 тысячи – в СССР, в том числе и в Куйбышев. Сюда прибыли дети, находившиеся до этого в детских домах Подмосковья и Ленинграда. Куйбышевский детский дом имел внутреннюю начальную школу с преподаванием всех дисциплин на испанском языке. Главные проблемы для воспитанников и персонала заключались в бытовых и коммунальных трудностях детдома, находившегося далеко от центра города. Так, вплоть до начала 1940 года здесь отсутствовала горячая вода, были перебои с электричеством и топливом для обогрева. Для теплолюбивых испанцев это стало проблемой вдвойне. Для освещения им приходилось использовать ненадёжные керосиновые лампы, весьма небезопасные для деревянного здания. Водой воспитанники снабжались из общего колодца с помощью старого насоса. Из-за отдалённости от основной части Куйбышева в детдоме не раз возникали перебои с доставкой продуктов. Эти и другие негативные обстоятельства в итоге стали причиной того, что в мае 1940 года детский дом № 14 на Поляне имени М.В. Фрунзе был расформирован, а испанские дети и учителя возвратились обратно в Ленинград и Московскую область.

 

Главное самарское событие года

В январе 1939 года для посетителей распахнул свои двери Дворец культуры на площади имени В.В. Куйбышева. Уже 7 января в здании открылась областная научная библиотека, с 10 февраля в здании здесь начала работать администрация театра оперы и балета, а 28 марта 1939 год был открыт для посетителей областной художественный музей. В целом же Дворец культуры вместе с памятником В.В. Куйбышеву и площадью его имени мы сейчас воспринимаем как историко-архитектурный комплекс, доставшийся нам в наследство от далекой эпохи 30-х годов ХХ века и выполненный в едином стиле «сталинского ампира». Он по сей день остаётся одной из главных достопримечательностей Самары, символом советской эпохи в истории города и всей Самарской области.

 

«Сталинский ампир»

Справка. Площадь имени В.В. Куйбышева в Самаре ныне носит неофициальный титул «самая большая площадь Европы» и находится внутри прямоугольника, образованного улицами Чапаевской, Вилоновской, Галактионовской и Красноармейской. Занимаемая ею территория составляет 17,4 гектара. По ее углам располагаются четыре сквера, поэтому 8 гектаров территории покрыто асфальтом, и 7 гектаров - цветниками и зелеными насаждениями. Еще 2,4 гектара пространства площади занимает Дворец культуры, перед которым на постаменте установлен памятник В.В. Куйбышеву.

Как известно, 27 января 1935 года Самара была переименована в честь скончавшегося двумя днями раньше советского и партийного деятеля В.В. Куйбышева (рис. 1). После этого в течение последующих 56 лет наш город по прихоти лидеров правящей в то время коммунистической партии называли только по фамилии этого человека. И хотя в 1991 года Самара вернула себе прежнее историческое название, от товарища Куйбышева нам теперь уйти никогда и никуда не удастся, поскольку он уже стал неотъемлемой страницей самарской истории (рис. 2, 3). Однако архивы по сей день хранят мало кому известные материалы о том, как в течение второй половины 30-х годов в отношении будущего облика главной площади города велись ожесточенные споры – как идеологического, так и чисто экономического характера.

Вопрос о необходимости строительства в Самаре культурно-административного центра руководством региона поднимался не раз, начиная с конца 20-х годов ХХ века. По архивным данным, после неоднократных докладных записок в ЦК ВКП (б) наконец было получено «добро» на это строительство в начале 30-х годов. Место для такого комплекса определили заранее – Соборная площадь, в центре которой с 1894 года тогда возвышался величественный кафедральный собор (рис. 4). После революционных событий и гражданской войны площадь была переименована из Соборной в Коммунальную. Что касается культового здания, то в отношении его 2 января 1930 года пленум Президиума Самарского горсовета принял следующее решение: «Кафедральный собор передать Союзу строительных рабочих для переоборудования под Дом культуры Союза строителей». Группу, работающую над эскизным проектом реконструкции, возглавил известный в городе архитектор Петр Александрович Щербачёв.

Однако в марте 1930 года высокие московские инстанции отклонили проект реконструкции собора под Дворец культуры. Несмотря на все попытки Щербачёва убедить власти в целесообразности переоборудования здания, горсовет 17 марта 1935 года принял такое решение: «Учитывая, что приспособление здания бывшего кафедрального собора под культурные постройки требует огромных средств, и что даже при больших затратах невозможно переоборудовать это здание под культурное учреждение, отвечающее всем требованиям, и, исходя из необходимости быстрого форсирования строительства нового Дома культуры, Президиум Горсовета постановил:

1. Здание бывшего кафедрального собора разобрать.

2. На месте бывшего собора приступить к строительству нового Дома культуры.

3. Объявить конкурс на составление проекта нового Дома культуры».

За этим документом последовало совместное постановление крайкома ВКП (б) и крайисполкома от 25 апреля 1935 года, в котором говорилось о необходимости возведения в нашем городе не только Дома культуры и большой площади, но и памятника В.В. Куйбышеву. Комитет по сооружению этого монумента возглавил лично председатель крайисполкома Георгий Полбицын (рис. 5). Почти сразу же работа над памятником была поручена известному мастеру Матвею Манизеру, который к тому моменту уже хорошо зарекомендовал себя созданием для Самары бронзовых скульптур В.И. Ленина и В.И. Чапаева (рис. 6-8).

Однако в то время в руководящих кругах ещё не существовало никакого единого мнения не только о внешнем облике будущего культурно-архитектурного центра города, но даже и о месте расположения памятника В.В. Куйбышеву. Наряду с проектами, в которых монумент располагался на высоком пьедестале в центре новой площади, некоторые авторы предлагали поставить его на крыше Дворца культуры, или даже на улице Рабочей около бывшего губернаторского дома, над которым должны были надстроить три новых этажа.

Не было единого мнения также и о том, какие именно учреждения и коллективы получат постоянную «прописку» в помещениях будущего Дома культуры (в дальнейшем в официальных документах его именовали уже не Домом, а Дворцом). И вопрос здесь заключался даже не в том, что в Куйбышеве в то время не было специально построенных зданий для размещения, например, областной библиотеки или оперного театра. Дело в том, что к началу 30-х годов в Самаре существовало множество культурных и просветительских учреждений, которые занимали либо случайные здания, либо вообще не имели никаких помещений. А еще чуть ли не каждый месяц сообщалось о создании различных рабочих, крестьянских и красноармейских клубов, самодеятельных театров, литературных и художественных обществ, и других тому подобных народных объединений.

Поэтому понятно, каким событием для города стало известие о начале строительства в Куйбышеве крупнейшего по тем временам Дома культуры. Многочисленные самодеятельные и народные коллективы заранее стали обращаться в крайком ВКП (б) с надеждой получить комнату в заветном здании. Однако все они до поры до времени получали лишь туманные обещания, поскольку утвержденного проекта Дворца культуры долгое время просто не существовало.

 

Троцкист во главе строительства

Согласно первоначальным планам, весь архитектурный комплекс в центре Куйбышева предполагалось открыть к 20-летию Советской власти, то есть в ноябре 1937 года. Исходя из этого, в августе 1935 года был заключен договор с ленинградскими архитекторами В.А. Щуко и В.Г. Гельфрейхом на составление эскизного, а затем и технического проекта здания (рис. 9, 10). Всю документацию авторы представили в горсовет к 15 декабря. Однако их проект после обсуждения был отклонен из-за ряда серьезных недостатков, в первую очередь из-за большой кубатуры и стоимости здания.

Начался напряженный поиск другого архитектурно-художественного решения, причем теперь он вёлся с учетом конкретных размеров памятника В.В. Куйбышеву, к тому моменту уже частично выполненного Манизером. Естественно, размеры и пропорции монумента сильно влияли на композицию будущего Дворца культуры. В итоге в начале 1936 года комиссией был утверждён проект ленинградского специалиста Ноя Троцкого в соавторстве с Николаем Каценеленбогеном (рис. 11). И поскольку исполнителей поджимали сроки, автор вынужден был вести рабочее проектирование компонентов здания прямо в ходе строительства, что по всем архитектурным канонам считается недопустимым. Ситуация усугублялось еще и тем, что Госплан РСФСР несколько раз урезал сметы на эти объекты, и потому руководителям области, чтобы «выбить» нужные средства, не раз приходилось обращаться с докладными непосредственно в ЦК ВКП (б). Вот один из таких архивных документов (июнь 1937 года).

«В 1937 году в Куйбышеве заканчивается строительство Дворца культуры и памятника В.В. Куйбышеву стоимостью свыше 8 миллионов рублей. Кроме того, на асфальтирование и благоустройство площади и подходов к ней требуется еще 2,5 млн. рублей… Однако Госплан РСФСР не включил эти работы в план не только на 1937, но и на 1938 год, несмотря на очевидную необходимость их осуществления. Просим вашего содействия в выделении необходимых средств.

Секретарь Куйбышевского обкома ВКП (б) Постышев П.П.» (рис. 12).

Как мы теперь знаем, к 20-летию Советской власти сдать архитектурный комплекс в Куйбышеве так и не удалось. Средства на эти объекты Госплан выделил только в 1938 году, причем далеко не в полном объёме. Остальные деньги руководству области пришлось изыскивать из других источников. Но, оказывается, партийные власти главную проблему для себя видели даже не в этом, а в «недостаточной идеологической правильности» начальника строительства Дворца культуры А.И. Резникова, который при этом совмещал свою работу с должностью руководителя Куйбышевского кино-треста. Это видно по выписке из протокола заседания бюро Куйбышевского обкома ВКП (б) от 1 сентября 1937 года (см. дополнения к материалу).

Не менее трудно решались и вопросы с размещением различных организаций во Дворце культуры. Вот выписка на этот счет из постановления бюро обкома ВКП (б) от 16 ноября 1937 года.

«Об окончании строительства Дворца культуры имени тов. Куйбышева.

Поручить комиссии в составе т.т. Скрябина, Гаврилова (культпросветотдел обкома ВКП (б)), Ермоленко (отдел пропаганды и агитации обкома ВКП (б)), Аллакина (горком ВКП (б)), зав. отделом школ и науки обкома ВКП (б) и Овчинникова (облисполком):

а) не позднее 20 ноября осмотреть Дворец культуры имени Куйбышева;

б) разработать план его работы;

в) решить вопрос – пускать или не пускать оперный театр во Дворец культуры имени Куйбышева».

Уже в начале декабря бюро обкома вынесло на этот счет следующее решение:

«Согласиться с мнением комиссии обкома ВКП (б) о размещении в здании Дворца культуры оперного театра, областной библиотеки и областной физкультурной организации… Поручить руководителям оперного театра, библиотеки и уполномоченному по делам физкультуры при облисполкоме добиться отпуска дополнительных средств от центральных организаций на внутреннее оборудование помещений».

Как мы видим, в декабре 1937 года даже и не предполагалось, что во Дворце культуры будут располагаться экспозиции Куйбышевского художественного музея. Между тем решение об его создании областное партийное и советское руководство приняло еще в январе 1937 года. Однако в марте того же года первым секретарем обкома ВКП (б) был избран П.П. Постышев, которого спортивные руководители быстро убедили в том, что физическое развитие для советского человека гораздо важнее, нежели духовное. В итоге, как мы теперь знаем, во Дворце культуры с трудом удержался даже оперный театр, хотя с самого начала он был главным претендентом на новое помещение.

Что же касается художественного музея, то вернуться обратно в здание Дворца ему удалось лишь после того, как в январе 1938 года Постышев был арестован органами НКВД, и физкультурное руководство области в его лице потеряло прежнюю поддержку. В итоге по совместному решению обкома ВКП (б) и облисполкома от 25 марта 1938 года художественному музею под размещение его экспозиции было целиком предоставлено правое крыло Дворца культуры.

 

Новые дорожные технологии

Здесь нужно отметить, что именно с началом строительства в Самаре новой центральной площади и Дворца культуры в городе впервые началось асфальтирование улиц. Самым первым местом, на котором появилось доселе непривычное для самарцев твердое асфальтовое покрытие, стал участок улицы Рабочей (до революции - Почтовой), прилегающий к бывшему Доме губернатора. Во второй половине 30-х годов на этом здании надстроили еще три этажа, и в нём разместились областные комитеты ВКП (б) и ВЛКСМ, а также облисполком (рис. 13). Затем началось асфальтирование площади Чапаева и некоторых прилегающих к ней улиц, после чего в течение нескольких последующих лет новым для того времени материалом удалось покрыть еще некоторые участки улиц и тротуаров в центре города.

Однако в то время ведение таких работ в больших масштабах у нас оказалось невозможным из-за полного отсутствия асфальтобетонных заводов. Битумно-гравийную смесь приходилось варить в огромных котлах непосредственно на месте стройки, а затем вручную заливать ею дорогу. Понятно, что производительность труда дорожников в этих условиях была крайне низкой.

По такой же примитивной технологии в течение 1936-1938 годов укладывалось асфальтобетонное покрытие и на месте будущей площади имени Куйбышева. Из сохранившихся документов и фотографий видно, что место для нее расчищали вручную, а мусор вывозили в основном гужевым транспортом. Необходимые для бетонирования площади материалы доставлялись сюда на конных повозках и тачках, а булыжники для основания площади и сваренный здесь же асфальт укладывали вручную. Лишь на завершающем этапе, когда уже был почти готов грандиозный Дворец культуры, областному руководству удалось наконец «выбить» в Москве настоящий моторный каток для асфальтирования площади Куйбышева, который ныне является обязательной техникой при любых автодорожных работах (рис. 14-18).

Что же касается самых первых в нашем городе асфальтобетонных заводов, то они были возведены Управлением Особого Строительства (Особстроем) только в годы Великой Отечественной войны. Такие предприятия тогда располагались на Безымянке, в непосредственной близости от новых авиационных производств. По этой причине асфальт на нижнем отрезке нынешнего проспекта Кирова и на улице Победы появился даже раньше, чем во многих местах старого города. В последующие годы протяженность дорог с твердым покрытием в областном центре продолжала увеличиваться.

Но вернемся к строительству архитектурного комплекса площади Куйбышева и Дворца культуры на ней. Несмотря на туманные перспективы дальнейшего финансирования, в ноябре и декабре 1937 года бюро обкома дважды рассматривало эскизные проекты оформления будущей площади и памятника В.В. Куйбышеву. В конце концов оба они были утверждены, и партийное руководство области приняло следующее решение: «Поручить партгруппам облисполкома и горсовета за счет местного бюджета приступить к оборудованию площади, прилегающей к Дворцу культуры». Первоначально предполагалось начать эти работы в феврале 1938 года, однако хотя бы первоначальные средства на эти цели появились только к маю. Лишь тогда на громадном пространстве площади впервые в нашем городе развернулись беспрецедентные по тому времени работы по бетонированию и укладке асфальта, которые окончательно завершились лишь в октябре.

Сложнее всего авторам оформления площади далось размещение на ней памятника В.В. Куйбышеву. Первоначально скульптору Матвею Манизеру было дано задание, согласно которому монумент должен был установлен на пьедестале высотой не менее 12 метров. Однако по соображениям экономии объем материала вынуждены были урезать, и потому в итоге статуя оказалась на гораздо более низком постаменте, чем это планировал скульптор. По мнению специалистов, из-за этого голова у Валериана Владимировича кажется непропорционально большой, а вся фигура выглядит тяжеловесно и угрюмо. Говорят, что композитор Дмитрий Шостакович, увидев скульптуру впервые по приезде в наш город, произнес такую фразу: «Вот передо мной усталый человек, который взобрался на табуретку»… (рис. 19).

Несмотря на все сомнения и недоработки, памятник В.В. Куйбышеву на пахнущей свежим асфальтом площади его имени был торжественно открыт накануне очередной годовщины революции – 5 ноября 1938 года. Уже 7 ноября на площади прошло первое официальное мероприятие – военный парад и демонстрация трудящихся (рис. 20). Официальное подписание акта о сдаче в эксплуатацию Дворца культуры состоялось лишь 30 декабря 1938 года. После этого 7 января двери для посетителей распахнула областная научная библиотека, а экспозиция художественного музея открылась 28 марта 1939 года.

Планы по обустройству пространства на площади Куйбышева и вокруг неё прервала Великая Отечественная война, и они так и не были до конца реализованы. Несмотря на это, 7 ноября 1941 года на площади Куйбышева в нашем городе, который в то время получил статус «запасной столицы», прошел масштабный военный парад, на котором присутствовали руководители Верховного Совета СССР и советского правительства, а также военные атташе иностранных государств, посольства которых в это время были эвакуированы в Куйбышев (рис. 21-27).

Единственное, что в предвоенные годы получило завершённый вид, — это территория самой площади со стоящим на ней Дворцом культуры имени В.В. Куйбышева. Архитектура здания и планировка пространства вокруг него полностью отвечают запросам того времени. Авторы всего комплекса явно ставили себе задачу, чтобы сделать площадь Куйбышева не не менее масштабной, чем Красная площадь в Москве, и она была устроена таким образом, что территория между скверами по ширине соответствует ширине здания Дворца культуры. Скверы способствуют грамотному переходу от ДК к окружающим площадь строениям, а гигантский открытый объем центральной части создает нужный эффект в восприятии массивного здания ДК в стиле сталинского ампира. Фасад по центральной оси здания ДК рассчитан на восприятие с улицы Шостаковича, а весь фасад, созданный в неоклассическом стиле ориентирован на площадь. Он украшен колоннами с массивными капителями, в нишах — скульптурами рабочего и физкультурницы работы Василия Акимова и тематическими барельефами.

В 2006 году началась реконструкция здания Дворца культуры, длившаяся четыре года. За это время был отреставрирован фасад и реконструировано внутреннее убранство театра. Зал со сценой приобрели традиционный облик оперных театров. Декоративные элементы фойе частично были отреставрированы, частично заменены на новые. Во время реконструкции активно использовался искусственный мрамор, позолота, наборный паркет и другие материалы, благодаря которым здание получило современный облик, достойный центральной площади города-миллионера (рис. 28-31).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

Литература

150 лет Самарской губернии (цифры и факты). Статистический сборник. Под ред. Г.И. Чудилина. Самара, Самарский дом печати. 2000. :1-408.

Алабин П.В. 1894. Во имя Христа Спасителя кафедральный соборный храм в Самаре. Самара: Губернская типография, 1894.

Белоногов А. 2011. Главная площадь. // Самарские судьбы: журнал. Самара, 2011. № 11., с. 44—51.

Город Куйбышев. Куйб. кн. изд-во, 1957. 264 с.

Город Куйбышев. Фотоальбом. Куйб. кн. изд-во, 1966. 160 с., илл.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2007. Самарская губерния – край родной. Т. I. Самара, Самарское книжное изд-во, 416 с., цв. вкл. 16 с.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2008. Самарская губерния – край родной. Т. II. Самара, изд-во «Книга», - 304 с., цв. вкл. 16 с.

Жуков А.Н., Мельникова Н.В. 1994. Культовое зодчество Самары // Самарский краевед: Историко-краеведческий сборник / Составитель А.Н. Завальный. — Самара: Самарское книжное издательство, 1994, с. 210—249.

Зубова О.В., Мельникова Н.В., Радченко О.И., Бочков В.А., Подмарицын А.Г. 2001. Православные святыни Самарского края. Самара, 2001. 270 с.

Куйбышев – город на Волге. Куйб. кн. изд-во. 1972. 160 с., илл.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1977. :1-406.

Куйбышевская область (Рекомендательный список литературы). Куйбышев, тип. им. Мяги. 1978. :1-260.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк, изд. 2-е. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1983. :1-350.

Матвеева Г.И., Медведев Е.И., Налитова Г.И., Храмков А.В. 1984. Край самарский. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во.

Моргун А.Г. От крепости Самара до города Куйбышева. Заметки об архитектуре. – Куйбышев: кн. изд-во. 1986. 224 с., илл.

Наш край. Самарская губерния – Куйбышевская область. Хрестоматия для преподавателей истории СССР и учащихся старших классов средней школы. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1966. :1-440.

Наякшин К.Я. 1962. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-622.

Самара. Фотоальбом. – Самара, Самарский дом печати, 1996. 160 с., илл.

Сапожникова И.В. Архитектурная энциклопедия губернского города Самара. – Самара: Издательский дом «Агни», 2008. 272 с., илл.

Сапожникова И.В. Архитектура Самарской губернии. 160 творческих лет – взгляд сквозь года. Самара, издательский дом «Агни», 2012. 160 с., илл.

Синельник А.К. 2003. История градостроительства и заселения Самарского края. Самара, изд. дом «Агни». :1-228.

Сыркин В., Храмков Л. 1969. Знаете ли вы свой край? Куйбышев, Куйб. кн. изд-во: 1-166.

Храмков Л.В. 2003. Введение в самарское краеведение. Учебное пособие. Самара, изд-во «НТЦ».

Храмков Л.В., Храмкова Н.П. 1988. Край самарский. Учебное пособие. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-128.

 

 

Дополнения

Из фондов Самарского областного государственного архива социально-политической истории (СОГАСПИ).

 

СОГАСПИ, Ф-1141, оп. 8, д. 145

Протокол № 161 заседания бюро Куйбышевского крайкома ВКП (б) от 2 января 1937 года.

 

Л. 86.

Секретно.

Постановление Куйбышевского крайкома ВКП (б) от 2 января 1937 года.

О ходе работ по сооружению Дворца культуры.

1. Принять к сведению сообщение партгруппы крайисполкома, что Президиум крайисполкома 31 декабря 1936 года принял специальное решение, устанавливающее сроки выполнения работ по строительству.

2. Предложить Куйбышевскому горсовету и начальнику строительства к 15 января с.г. представить в крайком ВКП (б) и крайисполком технический проект оборудования и план размещения заказов на оборудование для Дворца культуры.

3. Предложить горсовету к 1 февраля 1937 года закончить составление технического проекта и сметы оформления площади около Дворца культуры и представить их на рассмотрение Президиума крайисполкома и бюро крайкома ВКП (б).

4. Поручить Куйбышевскому горкому и культпросвет отделу крайкома ВКП (б) наметить кандидатуру директора Дворца культуры и внести на утверждение бюро крайкома ВКП (б) 11 января с.г.

Секретарь крайкома ВКП (б) А. Левин.

 

СОГАСПИ, Ф-1141, оп. 8, д. 146

Материалы к протоколу № 161 заседания бюро Куйбышевского крайкома ВКП (б) от 2 января 1937 года.

 

Л. 8.

Выписка из стенограммы заседания бюро Куйбышевского крайкома ВКП (б) от 2 января 1937 года.

К п.8.

Тов. Левин.

Правильно т. Полбицын ставит вопрос относительно того, чтобы закончить к первому сентября, потому что, если мы хотим открыть Дворец культуры в день 20-летия Октябрьской революции, мы должны иметь минимум два месяца для этого. Но тогда напряженная программа работы должна быть обеспечена с материальной стороны. Тут прав т. Резников. Мы должны материально обеспечить строительство и по линии своевременного финансирования, и по линии снабжения, особенно арматурой, и всем тем, что нужно для сантехнических работ. Со строительством у нас дело более-менее налажено. Сейчас самый серьезный вопрос – вопрос об оборудовании. Тут нет никаких твердых планов и предложений. Предложение партгруппы крайисполкома тов. Резникову дать к 15 января проект оборудования не совсем продумано, потому что за полмесяца вряд ли можно составить серьезный проект оборудования. Тут нужно серьезно посмотреть, а то заготовим мебель на Куйбышевской фабрике и оскандалимся. Может быть, можно кое-то заказать в Ленинграде, на Украине – в Лубнах, откуда дом правительства снабжали. Мы согласны посмотреть на бюро, что за стулья, что за шкафы будут. Нужно показать нам и отделку. Поэтому я предлагаю предложить президиуму крайисполкома доработать эту часть и посмотреть, нельзя ли заказать оборудование квалифицированным мастерам.

Второй вопрос – относительно площади. Тут нужно форсированно вести работу. Это огромная работа, и я удивляюсь, что т. Будрейко ничего об этом не говорил. Вообще городские власти мало об этом беспокоятся, между тем объем работ грандиозный. Это очень трудоемкая работа.

Затем насчет директора. Нужно уже сейчас назначить человека, который бы заботился обо всем. Поэтому нужно предложить горкому вместе с т. Резниковым и культпросветотделом крайкома наметить кандидатуру директора к следующему заседанию бюро.

К 15 января представить технический проект оборудования и план размещения оборудования для Дворца культуры.

Предложить горсовету к 1-му февраля 1937 года закончить составление технического проекта и сметы оформления площади около Дома культуры и представить их на рассмотрение президиума крайисполкома и бюро крайкома.

Первый пункт можно выбросить.

Предложения партгруппы крайисполкома с этими дополнениями можно утвердить.

 

Л.л. 61,61об.

Постановление Президиума Куйбышевского краевого исполнительного комитета Советов от 31 декабря 1936 года.

О строительстве Дома культуры.

Крайисполком отмечает, что начальник строительства Дома культуры тов. Резников, имея все возможности к окончанию строительных работ в установленные сроки, не выполнил утвержденного графика работ и допустил на полтора месяца затяжку железобетонных работ и постановки стропильных ферм.

Президиум крайисполкома постановляет:

1. Утвердить срок окончания строительства Дома культуры 1-го сентября 1937 года.

Поручить тов. Алексееву в соответствии с этим рассмотреть и утвердить график окончания работ.

2. Предложить тов. Резникову:

а) к 1 февраля 1937 года закончить составление технических проектов по теплофикации, водопроводу, канализации Дома культуры и устройству трибун.

К тому же сроку составить смету на дополнительные расходы, вызванные разрывом цен против предусмотренных основной сметой и наличием не вошедших в нее работ, и представить на утверждение президиума;

б) в 2-х декадный срок представить расчет потребных управлению строительством Дома культуры денежных средств на заготовку материалов и дополнительном лимите, в связи с разрывом в ценах, и не вошедшими в основную смету работами;

в) к 15 января 1937 года закончить изготовление технических проектов и приступить к изготовлению оборудования Дома культуры (стулья, диваны, шкафы и т.д.);

г) в 1-м квартале полностью заготовить строительные материалы на все строительство и подготовить рабочую силу;

д) заключить хозяйственные договоры со спецконторами (Союзспецстрой, Электропром, Госнабтео и Сплинкер).

3. Предложить Куйбышевскому горсовету к 1 февраля 1937 года закончить составление технического проекта и сметы по благоустройству площади около Дома культуры и предусмотреть в плане 1937 года необходимые капиталовложения на проведение этих работ, с учетов окончания их к 15 сентября 1937 года.

4. Обязать Энергокомбинат – тов. Чихачева:

а) к 1 февраля 1937 года закончить составление технического проекта прокладки теплофикационной магистрали от КуйбГРЭС до Дома культуры и обеспечить выполнение работ по устройству ее соответствующими лимитами и финансированием, с расчетом полного окончания ее и введения в эксплуатацию 15 октября 1937 года.

б) к 1 сентября 1937 года присоединить электроустановку Дома культуры (трансформаторную подстанцию) к электросети и обеспечить с этого срока нормальное электроснабжение его.

Председатель исполкома Полбицын.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.1, д.67.

Протокол заседания № 18 бюро Куйбышевского обкома ВКП (б) от 1 сентября 1937 года

 

Л.л. 11-12.

14. Слушали: О начальнике строительства Куйбышевского дворца культуры.

Постановили: 1. Отстранить Резникова от обязанностей начальника строительства Куйбышевского дворца культуры.

2. Возложить временное исполнение обязанностей начальника строительства Куйбышевского дворца культуры на прораба тов. Смагина.

Предложить тов. Смагину принять дела от Резникова по акту, обратив особое внимание на финансовую отчетность и документацию, а также на остатки наличных строительных материалов и на документы по расходованию строительных материалов.

3. Обязать Резникова в свою очередь сдать тов. Смагину по акту дела строительства Дворца культуры.

4. Просить уполномоченного комиссии советского контроля выделить своего представителя для участия при сдаче дел строительства Дворца культуры Резниковым тов. Смагину.

 

Л.л. 12.

15. Слушали: Об управляющем кино-трестом Резникове.

Постановили: 1. Снять Резникова с работы управляющего кино-трестом, как исключенного из партии первичной парторганизацией кино-треста – за связь с врагами народа Мазуровским, Гринблатом, Рамовым, Блюмкиным, Царьковым, Антоновым и пособником троцкистов Грунюшкиным за пособничество во вредительстве в системе кинофикации, за игнорирование партийной и профессиональной организации, за нарушение партийной демократии и за зажим критики.

2. Обязать культпросветотдел обкома ВКП (б) в декадный срок представить в бюро кандидатуру на управляющего кино-трестом.

 

Л.л. 43 и 43об.

Постановление общего партийного собрания парторганизации кино-треста

Общее партийное собрание отмечает:

1. Считать установленным, что Резников в работе краевого комитета партии в должности зав. отделом культуры и пропаганды работал в окружении врагов народа, тесно был связан с врагами народа Мазуровским, Гринблатом, Антоновым, Фишем, Рамовым, Блюмкиным, Царьковым и с пособником троцкистов Грунюшкиным.

2. Резников, будучи заведующим отделом культуры и пропаганды обкома партии, допустил к себе в аппарат в качестве своего заместителя врага народа Мазуровского, заведомо зная, что Мазуровский ранее проводил контрреволюционные действия, а также Резников передоверил руководство важнейшими участками культпросветработы врагу народа Мазуровскому, в результате чего в учреждениях и организациях: ОСО, комитет искусств, радиокомитет, кино-трест насаждались враги народа и классово чуждые элементы, которые вели подрывную работу в указанных организациях.

3. Резников с врагами народа Блюмкиным и Рамовым был на банкете артистки драмтеатра Сияновой, где Резников произнес фразу: «Пропили ТЮЗ, пропьем и ТРАМ».

4. Во время работы VI городской партийной конференции Резников допустил по телефону разглашение сведений врагу народа Рамову о том, что делегат Орлов критиковал работу Резникова и Рамова. Резников предложил за это снять с работы Орлова.

5. Являясь заведующим отделом культуры и пропаганды крайкома ВКП (б) Резников способствовал развалу работы кино-треста, засорял аппарат треста врагами народа (был послан на работу в качестве заместителя управляющего трестом троцкист Фиш), и вместо твердого руководства кино-трестом допустил дружескую связь с пособником троцкиста Грунюшкиным, который в кино-тресте проводил вредительскую работу.

6. Резников с пособником троцкистов Грунюшкиным имел большую дружескую связь: ходили друг к другу на квартиры, вместе фотографировались, посещали кинотеатры и т.д. Этим самым Резников создал для Грунюшкина полную возможность проводить вредительскую работу в кино-тресте. На партийных и общих собраниях треста Грунюшкин всегда выступал от имени Резникова, глушил критику и зажимал инициативу у работников треста, сигнализирующих о вредительстве в тресте.

7. В момент разоблачения Грунюшкина как пособника троцкиста и полного наличия вредительства в тресте, Резников на общем собрании парторганизации кинотреста выступил в защиту Грунюшкина, высказываясь, что главным виновником в развале работы треста является не Грунюшкин, а индифферентные люди, которые имеются в тресте. Этим самым Резников пытался отвлечь всю партийную организацию от основной задачи в разоблачении Грунюшкина. После исключения Грунюшкина из членов партии Резников, будучи зав. отделом культуры и пропаганды крайкома ВКП (б), не принял мер к укреплению руководства треста, а оставил у руководства в течение 3-х месяцев пособника троцкиста Грунюшкина.

8. В момент назначения на работу в качестве управляющего трестом кинофикации, Резников у врага народа Царькова получил консультацию на разгон треста, не считаясь с мнениями партийной организации и партийного комитета.

9. За период работы управляющим трестом Резников проводил голое администрирование в аппарате треста. Игнорировал партийную и профсоюзную организации, нарушал партийную демократию, зажимал критику и т.д. Резников не считал нужным ставить вопросы на партийном комитете и профорганизации о людях, которых он увольнял с работы, особенно членов партии.

Созывал без ведома партийного комитета совещания коммунистов в своем кабинете, руководил данным совещанием по вопросу перестройки аппарата треста. Часто вызывал к себе в кабинет членов партии, членов партийного комитета особенно зам. секретаря парткома тов. Гоппи, пытался решать отдельные вопросы и давать задания.

Резников на протяжении своей работы в тресте подрывал авторитет у отдельных членов партийного комитета и членов партии, обвиняя их в семейственности, во вредительстве, обмане государства и т.д. Тем самым он хотел освободиться от лиц, критикующих его действия в работе.

10. За время работы Резникова управляющим положение в тресте и в кинотеатрах не улучшилось. Аппарат треста не укомплектован, и создалась большая текучесть работников треста в силу бюрократического и бездушного отношения к людям со стороны Резникова. Кроме того, Резников классово чуждых элементов с работы увольнял без замечаний, и на этом не мобилизовывал аппарат треста. Ремонт кинотеатров находится под угрозой срыва, и т.д.

11. При обсуждении вопроса на партийном комитете и общем собрании Резников вел себя непартийно. Постановление партийного комитета называл так: «Что пишет партком – это клевета от начала и до конца».

Общее партийное собрание постановляет:

1. За связь с врагами народа и пособником троцкиста Грунюшкиным, за пособничество во вредительстве в системе кинофикации, за игнорирование партийной и профсоюзной организации, за нарушение партийной демократии, за зажим критики Резникова из членов ВКП (б) исключить.

Просить областной комитет партии немедленно снять его с работы управляющего трестом кинофикации.

2. Обязать партийный комитет своевременно реагировать на сигналы коммунистов и острее ставить вопросы о политической бдительности, воспитывая этим самым членов партии.

3. Предложить партийному комитету обсудить вопрос о связи Малютина с пособником троцкиста Грунюшкиным.

4. Предложить партийному комитету обсудить вопрос о работе Союзкинохроники.

5. Довести до сведения районного партийного комитета ВКП (б) и первичной партийной организации оперного театра о дружеской связи Винокурова с пособником троцкиста Грунюшкина.

Председатель собрания Малютин.

Секретари Писанов, Никаноров.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.1, д.79.

Протокол № 28 заседания бюро Куйбышевского обкома ВКП (б) от 16 ноября 1937 года.

Присутствовали: т.т. Постышев, Игнатов, отв. инструктор ЦК ВКП (б) по пропаганде Касрадзе.

 

Л.л. 20-21.

28. Слушали: Об окончании строительства Дворца культуры имени тов. Куйбышева.

Постановили: 1. Поручить комиссии в составе т.т. Скрябина (созыв), Гаврилова (культпросветотдел обкома ВКП (б)), Ермоленко (отдел пропаганды и агитации обкома ВКП (б)), Аллакина (горком ВКП (б)), зав. отделом школ и науки обкома ВКП (б) и Овчинникова (облисполком):

а) не позднее 20 ноября осмотреть Дворец культуры имени Куйбышева;

б) разработать план его работы;

в) решить вопрос – пускать или не пускать оперный театр во Дворец культуры имени Куйбышева.

2. Представить смету на обстановку и оборудование Дворца культуры. К разработке проекта на обстановку и на оборудование привлечь архитектора т. Каценеленбогена, 4-5 молодых архитекторов, привлечь высококвалифицированного специалиста с мебельной фабрики и 2-3 специалистов-технологов.

3. Предложить т.т. Скрябину и Гаврилову к 1 декабря представить на утверждение бюро обкома кандидатуру на должность заведующего Дворцом культуры имени Куйбышева.

4. Разработать проект постановления об использовании Дворца культуры и представить на рассмотрение и утверждение бюро обкома не позднее 15 января 1938 года.

5. Обязать комиссию работать до окончания строительства Дворца культуры имени Куйбышева, его оборудования и организации (вплоть до открытия).

 

Л. 100.

Постановление бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 15 ноября 1937 года.

Об окончании строительства Дворца культуры имени тов. Куйбышева.

1. Поручить комиссии в составе т.т. Скрябина (созыв), Гаврилова (культпросветотдел обкома ВКП (б)), Ермоленко (отдел пропаганды и агитации обкома ВКП (б)), Аллакина (горком ВКП (б)), зав. отделом школ и науки обкома ВКП (б) и Овчинникова (облисполком):

а) не позднее 20 ноября осмотреть Дворец культуры имени Куйбышева;

б) разработать план его работы;

в) решить вопрос – пускать или не пускать оперный театр во Дворец культуры имени Куйбышева.

2. Представить смету на обстановку и оборудование Дворца культуры. К разработке проекта на обстановку и на оборудование привлечь архитектора т. Каценеленбогена, 4-5 молодых архитекторов, привлечь высококвалифицированного специалиста с мебельной фабрики и 2-3 специалистов-технологов.

3. Предложить т.т. Скрябину и Гаврилову к 1 декабря представить на утверждение бюро обкома кандидатуру на должность заведующего Дворцом культуры имени Куйбышева.

4. Разработать проект постановления об использовании Дворца культуры и представить на рассмотрение и утверждение бюро обкома не позднее 15 января 1938 года.

5. Обязать комиссию работать до окончания строительства Дворца культуры имени Куйбышева, его оборудования и организации (вплоть до открытия).

 

Л. 101.

Постановление бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 15 ноября 1937 года.

Об устройстве площади перед Дворцом культуры имени тов. Куйбышева.

Постановили: Рассмотреть на очередном заседании бюро обкома ВКП (б) проекты площади перед Дворцом культуры имени тов. Куйбышева.

Поручить тов. Чистякову (облплан) подготовить этот вопрос.

 

Л. 113.

Постановление бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 16 ноября 1937 года.

О строительстве Дома облисполкома.

1. Обратить внимание партгруппы облисполкома на недопустимость такого положения, когда строится крупный объект (Дом облисполкома) фактически без руководства и контроля со стороны облисполкома.

2. Обязать лично т. Овчинникова ознакомиться со строительством Дома облисполкома, проверить правильность составленной сметы, проверить, в пределах ли утвержденной сметы идет строительство, проверить, нет ли перерасходов и хищений, проверить совместно с промтранспортным отделом обкома руководящий состав, ведающий строительством Дома облисполкома.

3. Поручить т. Овчинникову установить, какие капиталовложения потребуются на 1938 год на то, чтобы закончить строительство Дома облисполкома.

Первая информация т. Овчинникова президиуму облисполкома должна быть не позднее 25 ноября, а обкому ВКП (б) – 22-23 ноября.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.1, д.80.

Протокол № 29 заседания бюро Куйбышевского обкома ВКП (б) от 17 декабря 1937 года.

 

Л.л. 70-71.

124. Слушали: Об использовании здания Дворца культуры.

Постановили: 1. Согласиться с мнением комиссии обкома ВКП (б) о размещении в здании Дворца культуры оперного театра, областной библиотеки и областной физкультурной организации.

2. Обязать руководителей этих организаций до 25.12 с.г. представить эскизы и технические чертежи оборудования и мебели для обстановки в представляемых им помещениях, в соответствии с архитектурой здания.

Поручить комиссии обкома ВКП (б) рассмотреть и утвердить представленные сметы и эскизы.

3. Согласиться с предложением комиссии обкома ВКП (б) произвести пристройку к части оперного театра для помещения, необходимого для производства декоративных работ.

4. Поручить партгруппе облисполкома предусмотреть в новом бюджетном году отпуск средств на оборудование помещений, согласно представленных смет.

Поручить руководителям оперного театра, библиотеки и уполномоченному по делам физкультуре при облисполкоме добиться отпуска дополнительных средств от центральных организаций на внутреннее оборудование помещений.

5. Поручить партгруппе облисполкома и горсовета здание, ныне занимаемое областной библиотекой, передать отделу партпропаганды и агитации обкома ВКП (б) для использования под общежитие курсантов.

Поручить партгруппе облисполкома и финхозсектору обкома ВКП (б) изыскать средства и закончить капитальный ремонт здания бывшей библиотеки к 1 апреля 1938 года.

6. Пустить в эксплуатацию здание Дома культуры 1 февраля 1938 года.

7. Поручить партгруппам облисполкома и горсовета за счет местного бюджета приступить к оборудованию площади, прилегаемой к Дому культуры.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.2, д.50

Протокол № 83 заседания бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 7 мая 1938 года.

Л. 10.

9. Слушали: О директоре Дворца культуры.

Постановили: Утвердить директором Дворца культуры т. Лакирева М.С.

Л. 271.

Справка на Лакирева Михаила Степановича.

Последняя работа – зав. бюро жалоб уполномоченного КСК (комитет советского контроля).

Место рождения – г. Бугуруслан.

Год рождения – 1903.

Русский, из служащих.

Член ВКП (б) с 1924 года. Партбилет № 0190702.

Образование среднее.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.2, д.93

Протокол № 40 заседания бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 5 сентября 1938 года.

Л.л. 108-109.

Постановление Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 5 сентября 1938 года.

О ходе строительства Дворца Культуры.

Бюро обкома ВКП (б) считает, что дважды установленные сроки окончания строительства Дворца Культуры сорваны.

 

СОГАСПИ, Ф-656, оп.2, д. 117

Протокол № 67 заседания бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 3 ноября 1938 года.

 

Л. 157.

Постановление Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 3 ноября 1938 года.

Об открытии памятника В.В. Куйбышеву в г. Куйбышеве.

1. Открыть памятник В.В. Куйбышеву пятого ноября 1938 года в 16 часов.

2. Созвать митинг рабочих, служащих, интеллигенции, воинских частей г. Куйбышева, посвященный открытию памятника В.В. Куйбышева.

Поручить открытие памятника секретарю обкома ВКП (б) тов. Игнатову.

3. Обязать секретаря горкома т. Мещерякова и секретарей райкомов ВКП (б): т.т. Михайлова, Назарова, Неудобнова и Крючкина обеспечить организацию и явку трудящихся для участия на митинге, посвященном открытию памятника В.В. Куйбышеву.

Секретарь Куйбышевского областного комитета ВКП (б) Игнатов.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара