При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Самарские почвы

Самарские почвы

(Краткая история исследования почв в Самарской области)

«Почва — четвертое царство природы».

В.В. Докучаев.

«Чернозем в истории почвоведения сыграл такую же выдающуюся роль, какую имела лягушка в истории физиологии, кальцит в кристаллографии, бензол в органической химии».

В.И. Вернадский.

Земля – начало всех начал

Сколько людей может прокормить планета Земля? По этому поводу у специалистов нет единого мнения. Одни считают, что это число не может превышать 10 миллиардов человек, другие поднимают его до 100 миллиардов и даже выше. И в том, и в другом случае учеными приводятся очень убедительные аргументы в пользу своей точки зрения.

Так откуда же берутся эти цифры, и почему они отличаются одна от другой на целый порядок? Объяснение этому простое – различные специалисты по-разному оценивают возможности производства продуктов питания на нашей планете в будущем. Главный же объект нынешней человеческой деятельности, призванный удовлетворить продовольственную потребность – это земельные ресурсы планеты Земля и заложенное в них плодородие почв. При этом нужно учесть, что за последние полвека население Земли увеличилось более чем на четверть, а площадь возделываемых земель – всего лишь на семь процентов. А из всего населения планеты около половины постоянно недоедает, десятки же миллионов людей вообще попросту умирают от голода (рис. 1-5).

Так, значит, оказываются правы те ученые, которые определяют максимально возможное число людей на Земле цифрой не более чем в 10 миллиардов? Ведь специалисты обоснованно считают, что людей сверх указанного количества земные почвы просто не смогут прокормить.

Прежде чем встать на эту точку зрения, необходимо отметить, что прирост обрабатываемых площадей в масштабах планеты получился таким небольшим вовсе не потому, что у нас слишком мало земельных угодий, пригодных для сельскохозяйственного производства. Нет, дело вовсе не в этом: просто сейчас слишком большим оказывается процент территорий, которые выключаются из производства продуктов питания в результате падения их плодородия. Причин тому много: и их элементарное истощение, и неправильная обработка, и отсутствие экономической выгоды при сельскохозяйственном использовании, и эрозия почв - водная и ветровая, и так далее.

Вам никогда не приходилось наблюдать пыльную бурю в степных распаханных районах? В 30-х годах эта стихия поразила центральные штаты США, где под посевы злаков распахали огромные пространства Великих равнин, а в 50-х годах такое же бедствие наблюдалась и в целинных регионах Казахстана, Южного Урала и Среднего Поволжья. Очевидцы говорят, что это было страшное зрелище. Быстро усиливающийся ветер поднимал в воздух слои чернозема, ничем не закрепленные после вспашки, опустошая при этом огромные пространства. В результате на площадях в десятки и сотни тысяч гектаров плодородие почв упало почти до нуля, и сеять здесь что-либо стало невозможным многие годы подряд. Так выглядит ветровая эрозия почв (рис. 6-8).

Впрочем, пыльные бури – явление в Самарском крае довольно редкое, особенно после того, когда в советское время во всех эрозионно опасных районах начала широко применяться безотвальная технология вспашки. Гораздо чаще мы встречаемся с водной эрозией. Так называется смыв верхнего, плодородного слоя полей водными потоками. Это бывает, например, весной, когда по время бурной и короткой весны, характерной для нашего края, снег быстро превращается в бурлящие ручьи. Там, где есть хотя бы небольшой уклон, вода катится по нему вниз, унося за собой почву. Постепенно русло ручья углубляется, образуя сначала ложбинку, потом овраг, остановить рост которого бывает довольно трудно (рис. 9-11).

Борьба с оврагами ведется многими методами: вспашка всегда производится поперек их склонов, высаживаются деревья по краям оврагов и в их долинах, ставятся плотины, задерживающие водные потоки, а в оголовках сооружаются каменные кладки или плетни из кольев и веток. Все упомянутые меры в первую очередь снижают скорость талых и ливневых водных потоков до безопасных для почвы пределов.

Есть и другие виды почвенной эрозии. По распространенности в нашем крае наиболее значительны, пожалуй, техническая эрозия (разрушение почвы транспортом и различными видами строительств), а также ирригационная эрозия (нарушение плодородия почв неправильными методами полива, вызывающими засоление, подтопление, иссушение, загрязнение почв).

В Самарской области тридцать процентов пашни подвержены эрозии, а это составляет более миллиона гектаров. Особенно сильна эрозия в Ставропольском районе (до 92 процентов) и в Высоком Заволжье (от 50 до 60 процентов в различных районах). При этом огромное значение в борьбе с водной и ветровой эрозией имеют леса и лесозащитные полосы. В России их устройством стали заниматься еще в XIX столетии, когда ученый-лесовод Н.К. Генко создал в заволжских степях уникальные насаждения, доказав тем самым возможность выращивания лесов среди совершенно открытых пространств (рис. 12-15).

Первая массовая волна переселенцев в степное Заволжье из центральных губерний России, а затем - и с Украины пошла чуть менее трех веков назад (рис. 16).

Крестьян немало порадовали эти еще не освоенные пространства, однако уже вскоре выяснилось, что их ожидает немало серьёзных испытаний от матушки-природы. Вихри, смерчи и пыльные бури здесь возникали совсем неожиданно, как из небытия. Только-только на небе сияло солнце, как вдруг, откуда не возьмись, тихое и ясное небо заслоняли серые тучи пыли. Буря нарастала так стремительно, с такой силой, что заставляла все живое прятаться куда подальше. А потом в течение нескольких дней эта пыль оседала, забиваясь во все щели домов и построек.

Старожилы Заволжья испокон веков называли такие пыльные бури местным словом «шурган». Казалось, спасения от них нет, и никогда не будет. Но уже в конце XIX столетия началась разработка научно обоснованных способов борьбы с ветровой и водной эрозией земель. Основу для нее положили многолетние экспедиции русских ученых по сбору сведений о строении и свойствах почв на обширных пространствах Восточно-Европейской равнины.

Пионеры самарского почвоведения

Необходимость внимательного изучения богатейших земельных ресурсов Среднего Поволжья российскими властями осознавалась уже давно. Первые научно поставленные исследования почвенного покрова нашего края сейчас по праву связывают с именем основоположника отечественного почвоведения Василия Васильевича Докучаева (рис. 17).

В период с 1877 по 1881 годы им был организован ряд экспедиций по черноземным областям России с целью сбора первичных сведений о почвенном покрове этого гигантского по масштабам земельного пространства. Собранный за несколько лет материал впоследствии стал основой созданной им научной концепции о самобытном образовании почвы как особого природного тела. Именно Докучаев впервые установил географические закономерности строения и изменения состава и свойств почв в зависимости от смены природных условий. В частности, для Заволжья маршрутные наблюдения тех лет определили схему почвенно-ландшафтных зон, в основном сохраняющуюся до сего времени.

Замечательные труды В.В. Докучаева вызвали широкий интерес к ним в прогрессивных научных аграрных кругах, и побудили власти к организации в нашей стране сплошных территориальных исследований и картографирования почвенного покрова в границах уездов и губерний. По инициативе Самарской земской управы с 1898 по 1908 годы в нашей губернии работала группа специалистов в составе Леонида Ивановича Прасолова, Сергея Семеновича Неуструева и Александра Ивановича Бессонова (с помощниками), вошедшая в историю отечественной науки под названием «самарские почвоведы» (18, 19).

Ученые провели планомерное исследование почвенного покрова на обширной территории Заволжья – от верховьев левых притоков Камы до северной части Прикаспийской низменности, с составлением уездных почвенных карт и пояснительных монографий к ним. Обширные данные, собранные этими экспедициями и относящиеся к нашему краю, в период с 1903 по 1912 годы вышли в свет в серии публикаций под общим названием «Материалы для оценки земель Самарской губернии».

По итогам этого этапа почвенно-исследовательских работ были уточнены и детализированы географические границы почвенно-ландшафтных зон и подзон, в свое время схематически намеченных Докучаевым, а также в достаточной мере раскрыты местные топографические, геологические, климатические и историко-геоморфологические влияния, определяющие сложность почвенного покрова разных территорий и их местные особенности. Также изучались химико-аналитические характеристики их свойств. При этом нельзя не отметить той замечательной наблюдательности, глубокого докучаевского понимания экологических связей в почвообразовании, улавливания тонких закономерностей в реальном распределении почв, каковые были проявлены его учениками в нашем регионе.

Примерно в те же годы лесовод Георгий Николаевич Высоцкий, исследуя лесорастительные условия степного Заволжья, по существу положил начало другому очень важному направлению научных работ на черноземах – изучению их гидрологического режима (рис. 20).

Материалы и научные выводы Высоцкого были по достоинству оценены «самарскими почвоведами» и получили прямое отражение в классификации почв Заволжья. С.С. Неуструев принял и развил заложенное работами Высоцкого деление почв на основные ряды по гидрологическому режиму, что и поныне соблюдается в классификации почв на уровне выше типов (автоморфный, полугидроморфный и гидроморфный ряды).

К концу рассматриваемого этапа интересы ученых в области познания почв явственно переместились в практическую сторону агрономической науки. Это прежде всего было связано с неотложностью поиска путей повышения устойчивости сельского хозяйства в условиях засушливого климата Заволжья. Научная агрономическая мысль устремилась к разработке вопроса «сухого земледелия», то есть путей возможного регулирования водного режима агротехническими способами.

К тому времени в Поволжье уже образовалась достаточно обширная сеть опытных полей и станций, которые изучали влияние на динамику водного режима чистых и занятых паров, сроков и способов вспашки, междурядной обработки, процессов нитрификации, изменение физических свойств почв в разных местоположениях и других приемов агротехники. Тем самым здесь соединились достижения общего, географо-генетического почвоведения – с одной стороны, и прикладного, агрономического - с другой.

В 1903 году по инициативе агронома-исследователя И.Н. Клингена, была создана Безенчукская удельная опытная станция (впоследствии – Безенчукская сельскохозяйственная опытная станция). Первым ее директором стал Я.М. Жуков. Коллективом учреждения в результате многолетних исследований были предложены меры борьбы с засухой в степных районах Поволжья. В 1910 году станцию возглавил Н.М. Тулайков, который превратил ее в одно из лучших опытных учреждений России. В 1916 году руководителем учреждения стал его брат С.М. Тулайков. В 1919 году станция стала областной, и с того времени здесь проводилась работа по селекции сельскохозяйственных культур и созданию сортов интенсивного типа, устойчивых к засушливому климату Заволжья, к болезням и полеганию. На станции также проводились испытания сельскохозяйственной техники и были организованы исследования по экономике и организации труда в хозяйствах области (рис. 21-29).

Выдающаяся роль в этих исследованиях принадлежит Николаю Максимовичу Тулайкову, который, к сожалению, в 1937 году был необоснованно репрессирован и вскоре расстрелян.

В 1962 году учреждение было переименовано в Куйбышевскую государственную областную сельскохозяйственную опытную станцию. В 1974 году в соответствии с постановлением Совета Министров РСФСР № 583 на базе станции был организован Куйбышевский (ныне Самарский) научно-исследовательский институт сельского хозяйства, которому впоследствии присвоили имя Н.М. Тулайкова.

Для нужд колхозного строя

Начатое в нашей стране после Октябрьского переворота колхозно-социалистическое преобразование сельского хозяйства выдвинуло новые требования к территориальным почвенным исследованиям. Применяемые ранее масштабы картографирования почв (1:420000 – 1:126000) оказались недостаточно информативными для целей правильного землеустройства и производственного планирования вновь создаваемых совхозов и колхозов (рис. 30-32).

Возникла необходимость проведения более детальных почвенных съемок в масштабах 1:50000 – 1:25000 и крупнее.

Первыми работами такого типа явились почвенные обследования земель зерносовхозов нашего края, предпринятые Государственным агропочвенным институтом Наркомзема РСФСР в 1929-1930 годах. С 1931 года такие работы перешли в ведение Госземтреста, а затем управления землеустройства краевого центра земельного отдела, где приобрели более широкий территориальный охват, распространяясь на земли колхозов, МТС и целых районов. В этих работах основное участие принимала и под руководством А.И. Бессонова профессионально сформировалась группа местных почвоведов, внесших большой вклад в изучение почвенного покрова как на территории современной Самарской области, так и сопредельных с нею регионов, в то время входивших в границы Средне-Волжского края.

В итоге были получены крупномасштабные почвенные карты многих сельскохозяйственных землепользователей, выявлены местные природно-генетические и агропроизводственные особенности ряда почв, детализирована их классификация. Например, для черноземов впервые была установлена необходимость выделения видов по мощности гумусового горизонта на основе единой шкалы, целесообразность более дробного подразделения разновидностей с учетом литологии нижней части почвенного профиля, и так далее. Значительно увеличилась численность анализов химических свойств почв.

В те же годы были развернуты специальные почвенно-мелиоративные исследования, направленные на выявление земель, пригодных для проектируемых систем широкой ирригации в Заволжье. К этим работам привлекались коллективы центральных и местных научно-исследовательских учреждений – экспедиции Академии наук СССР, Московского государственного университета, Гипровода, Нижневолгопроекта, и других. В них принимали участие такие видные ученые и специалисты, как Л.И. Прасолов, Б.Б. Полынов, Н.А. Качинский, И.Ф. Садовников, П.М. Новиков. Применительно к Самарскому региону работы почвенно-мелиоративных экспедиций положили начало углубленному изучению генезиса черноземной группы почв, привлекли внимание к изучению солевого профиля, литологии грунтов, физических свойств и водного режима, к постановке модельных ключевых опытов на натуре.

Одновременно с исследованием прямого почвоведческого плана на черноземах нашего региона развивались работы опытно-агрономического направления. Главными по-прежнему оставались вопросы «сухого земледелия», требовавшие разработки применительно к новым условиям организации и техники социалистического сельского хозяйства. При этом ставились задачи радикального и стойкого повышения плодородия черноземов, и путь к этому видели прежде всего в совершенствовании и внедрении травопольных севооборотов с большим участием многолетних трав. Концепция Павла Андреевича Костычева и Василия Робертовича Вильямса о создании «скороспелой залежи» в полевых севооборотах в то время сохраняла свое ведущее положение (рис. 33, 34).

Заметным шагом в развитии исследований почвенного покрова Самарского края стало создание в 1935 году оригинальной научно-производственной организации – областного Почвенного бюро. Силами его сотрудников с 1936 по 1940 годы были детально исследованы почвы ряда ключевых землепользований колхозов в Борском, Кошкинском, Волжском, Пестравском и Большеглушицком районах. Эти исследования, помимо картографирования почвенного покрова в масштабах 1:25000 - 1:10000, стали источником углубленной характеристики почв со стороны их генезиса, морфологии, химических и физических свойств с охватом всей почвенной толщи по горизонтам.

Накопленный большой картографический и аналитический материал о почвах нашей области позволил Почвенному бюро провести работу по его систематизации и обобщению, которая в конце 30-х годов выполнялась группой ученых в составе В.П. Крылова (редактор), И.П. Агафодорова, Б.Л. Ситниковой, А.В. Сурчакова и Е.И. Наквакиной. Ими при участии В.А. Носина также была составлена монографическая сводка по характеристике условий почвообразования, географии почв, их систематике, основным природно-генетическим свойствам. Все перечисленные материалы впоследствии послужили основой для составления и издания книги «Почвы Куйбышевской области» (1949 год). Это громадный коллективный труд имел существенное значение для последующей работы, направленной на изучение и рациональное использование почвенных ресурсов Среднего Поволжья.

С начала 50-х годов ХХ века в области начались массовые крупномасштабные почвенные обследования и сплошное картографирование почв колхозов и совхозов. Обследования проводили специалисты областного управления землеустройства и межобластной конторы по землеустройству совхозов, объединенные в 1961 году в Средневолжский филиал Росгипрозема, который в 1975 году был переименован в Волгогипрозем. С начала 70-х годов им проводились работы по корректировке материалов обследований прежних лет с глубоким обновлением всего почвенно-картографического материала. В это время в связи с использованием лучшей планово-картографической основы значительно повысилась точность выделения почвенных контуров, резко увеличился объем научной агрономической информации об эродированности почв, возникли возможности составления более обоснованных агропроизводственных группировок и бонитировки почв.

С 50-х годов в Среднем Поволжье получили все возрастающее развитие почвенно-мелиоративные исследования, связанные с государственными заданиями по орошению земель и обводнению засушливых степных территорий. Специалистами Куйбышевского отделения Союзводпроекта (впоследствии Средволгогипроводхоз) под руководством Б.А. Калачева были выполнены картосоставительные почвенные сводки, сопровождаемые маршрутными полевыми исследованиями для определения перспектив использования земель и районов первоочередного орошения. Вслед за этим проводились детальные почвенно-мелиоративные изыскания на конкретных территориях проектирования и строительства оросительных систем и участков. Эти работы существенно расширили нашу информацию о региональных особенностях почвенного покрова нашего региона и о ряде свойств почв, главным образом водно-физических.

Наряду с территориальными почвенно-съемочными работами различного назначения научными и проектными учреждениями проводились тематические исследования по различным направлениям почвоведения, в первую очередь о влиянии на почвы сельскохозяйственных и мелиоративных факторов. В 60-е – 70-е годы в этом направлении активно работали ученые Куйбышевского сельскохозяйственного института: по общему почвоведению – В.П. Глуховцев и Н.В. Церлинг, по агрохимии – А.Г. Марковский, по земледелию и агрофизике – Д.И. Буров и Г.И. Казаков, по эрозии почв – Г.П. Шестоперов и И.И. Подскочий. Также нужно отметить работы сотрудников Куйбышевского НИИ сельского хозяйства, Поволжской агролесомелиоративной опытной станции ВНИАЛМИ и Куйбышевской государственной областной сельскохозяйственной опытной станции (поселок Безенчук) (рис. 35-37).

С 1964 года институтом Волгогипрозем выполнялись разносторонние земельно-оценочные работы, основой которых стали материалы почвенных обследований. По результатам этих работ в 1976 году была выпущена книга Б.А. Трегубова, Г.Г. Лобова и М.Г. Холиной «Бонитировка почв пашни хозяйств Куйбышевской области». В 1978-1980 годах тем же институтом выполнялась оценка земель по всем сельскохозяйственным угодьям области. Впоследствии итоги этих земельно-оценочных работ широко использовались при планировании сельскохозяйственного производства, при землеустроительном проектировании.

На основании всех многочисленных исследований ученых в настоящее время составлена карта почвенного покрова Самарской области (рис. 38).

«Подарок» от промышленности

Известно, что современные промышленные и сельскохозяйственные производства, добыча полезных ископаемых, растущая день ото дня транспортная сеть являются причиной активного загрязнения окружающей среды. Многие вещества – загрязнители почвы уже давно обнаруживаются в продуктах питания, и это вполне может привести к росту числа разнообразных заболеваний. Давно установлено, что загрязненная почва представляет опасность не только как источник токсичных веществ, поступающих с пищей в организм человека, но и как звено в цепи вторичного загрязнения атмосферного воздуха и грунтовых вод.

К середине 60-х годов ХХ века специалистам и представителям власти стало понятно, что на фоне бурного развития промышленности в Среднем Поволжье необходимо срочно начинать изучение процессов загрязнения окружающей среды и собирать данные о содержании в ней вредных веществ. Эта работа была поручена гидрометеорологической службе (ГМС), которая к тому времени уже имела большой опыт по мониторингу (наблюдению и сбору информации) о состоянии трех основных сред, окружающих человека – воздуха, воды и земли.

В начале 1965 года в Приволжское управление ГМС из Москвы поступили директивные документы о необходимости организации в крупных городах Среднего Поволжья службы постоянного контроля над химическим составом окружающей среды. Вначале этой службой проводился сбор сведений только о загрязнении атмосферы и поверхностных вод, но с 1967 года здесь началось также изучение загрязнения почвы. В то время это была совершенно новая исследовательская работа, пионерами которой были работники гидрометслужбы. За многие годы они собрали огромный объем информации, позволившей показать, каково в то время было состояние окружающей природной среды, и конкретно – почвенного покрова нашего края.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 29 декабря 1972 года Главному управлению гидрометслужбы при Совете Министров СССР было поручено создание общегосударственной организации для наблюдения и контроля над загрязнением атмосферы. В связи с этим в течение 1973-1976 годов в Куйбышевской области происходило расширение наблюдательной сети, с помощью которой собирались сведения о состоянии загрязнения окружающей среды.

Для дальнейшего развития этой работы в 1974 году в ПУГМС был создан отдел наблюдения и контроля над загрязнением внешней среды. В Куйбышеве тогда же была открыта лаборатория, в которой наряду с другими проводились работы по мониторингу загрязнения почвы, осваивались физико-химические методы анализа ее проб. В 1980 году на базе ряда таких лабораторий был организован Приволжский центр по мониторингу загрязнения окружающей среды. Наряду с другими задачами, его подразделения продолжали заниматься изучением загрязнения почвенного покрова регионов, входящих в сферу его деятельности.

Начиная с 1977 года, изучение содержания в образцах почв пестицидов и токсикантов промышленного происхождения ведет лаборатория мониторинга загрязнений природной среды (ЛМЗС) в Новокуйбышевске. Первым начальником этой лаборатории была А.В. Кальдина. При ней изучение загрязнения почв сначала проходило только на территории Куйбышевской области. Определение загрязнений проводилось по четырем ингредиентам (альфа и гамма-ГХЦГ, ДДТ и ДДЭ). Пробы отбирались на территории 14 хозяйств, относящихся к шести районам нашей области. Всего в 1977 году было отобрано и исследовано 386 проб почвы.

В 1979 году обследования почвенного покрова проводились уже на территории четырех областей – Куйбышевской, Саратовской, Пензенской и Ульяновской, а с 1980 года – также и на территории Оренбургской области и Татарской АССР. Всего в 1980 году исследования проводились в 32 хозяйствах на территории 20 сельских районов, и за этот год в лаборатории было изучено 518 проб почвы. В 1983 году к перечню контролируемых показателей добавились еще 4 ингредиента (полимер полихлорпинен и пестициды 2,4-Д, трефлан и тимозин), а также было начато определение содержания в пробах пяти тяжелых металлов. В 1988 году к определяемым органическим веществам добавились пестициды атразин, прометрин и ТХАН, а также фтор и рН, и еще 10 тяжелых металлов (медь, никель, кобальт, свинец, хром, молибден, ванадий, олово, кадмий и марганец).

С 1978 года многолетние наблюдения над содержанием загрязняющих веществ в почве проводились на полях совхоза «Костычевский» Сызранского района, а с 1982 года проходило комплексное обследование уровня загрязнения почв, поверхностных вод и донных отложений реки Чапаевка на территории совхоза «Искра» Безенчукского района. Тогда же с целью определения фонового загрязнения почвы пестицидами начались постоянные наблюдения на ряде участков территории национального парка «Самарская Лука», удаленных от сельскохозяйственных предприятий.

С 1989 года силами ПУГМС проводятся регулярные наблюдения за загрязнением почвенного покрова в окрестностях завода «Металлург» (впоследствии «Самеко») в городе Куйбышеве-Самаре. С того же времени периодически обследовались почвы вокруг завода тяжелого машиностроения в Сызрани, где определялось содержание некоторых тяжелых металлов – кобальта, молибден и никеля. Однако после 1998 года финансирование данных работ было прекращено, и с того времени исследования почв в указанных районах Самары и Сызрани больше не проводились. Из-за финансовых трудностей после 1991 года был также прекращен контроль над содержанием тяжелых металлов и ароматических углеводородов в образцах почв из Самары и Ульяновска, и в целом резко уменьшился перечень определяемых веществ. По той же причине центр был вынужден закрыть работу хроматографических групп в Сызрани и Чапаевске.

Здесь необходимо также сказать об отделе агрометеопрогнозов Приволжского УГМС, в работе которого значительное место всегда отводилось изучению почвенного покрова. С момента его создания в конце 30-х годов ХХ века отдел занимается обеспечением гидрометеорологической информацией всех сфер сельскохозяйственного производства, которое в значительной степени зависит не только от погодных, но и от почвенных факторов. По своему содержанию агрометеорологические прогнозы можно поделить на четыре основные группы:

- прогнозы агрометеорологических условий, влияющих на формирование урожая сельскохозяйственных культур, на проведение работ в земледелии. Сюда же относятся прогнозы запаса влаги в почве, теплообеспеченность посевов, прогнозы начала полевых работ и оптимальных сроков полива;

- фенологические прогнозы;

- прогнозы урожайности и валового сбора основных сельскохозяйственных культур и кормовых трав;

- прогнозы состояния озимых зерновых культур.

Первые агрометеорологические наблюдения в России начались еще в 1896 году, а на территории Приволжского УГМС они впервые были организованы в 1910 году на Безенчукской опытной станции. В период революций и гражданской войны эти наблюдения были прерваны, а большинство станций подверглось разрушению. Постепенное восстановление агрометеорологической сети происходило в течение 20-х – 30-х годов. В то время, помимо определения влажности почвы, на станциях начались сопряженные метеорологические и фенологические наблюдения. В 30-е годы на станциях, входящих в Приволжское УГМС, также проводилось изучение физико-химических свойств почв. Впервые собранные к тому времени материалы агрометеорологических наблюдений были обобщены в 1955-1958 году в многотомном агроклиматическом справочнике, изданном под редакцией Н.И. Быкова. В дальнейшем в свет выходили еще два его выпуска – в 1968-1970 и в 1991 годах. В 1962 и 1972 годах также были изданы справочники «Агрогидрологические свойства почв Среднего Поволжья».

После 1995 года в связи с финансовыми трудностями вся сеть постов и станций, проводящих агрометеонаблюдения, претерпела значительные изменения. В частности, работы по определению агрогидрологических констант с того времени в Приволжском УГМС более не производятся.

Где и сколько найдено загрязнений

С начала XXI века наблюдения за загрязнением почв в Самарской области проводятся Новокуйбышевской лабораторией Центра по мониторингу загрязнения окружающей среды ГУ Самарский ЦГМС-Р. Методическое руководство этими работами осуществляет Институт экспериментальной гидрометеорологии (ИЭМ) НПО «Тайфун» Росгидромета (рис. 39-44).

В 2006 году в качестве территорий для изучения содержания химических веществ в почвах были выбраны следующие объекты:

- совхоз «Искра» Безенчукского района;

- ФХ «Василина» Большечерниговского района;

- НПП «Жигулевские сады» Волжского района;

- ЗАО «Луначарск» Ставропольского района;

- национальный парк «Самарская Лука»;

- наблюдательный участок МС АГЛОС;

- участок многолетних наблюдений (УМН) г. Самары;

- территория вокруг АвтоВАЗа (г. Тольятти);

- территория близ областного пункта захоронения пестицидов в Хворостянском районе.

Обследования 2006 года показали следующие результаты (выборочные данные).

Загрязнение пестицидами.

В НПП «Жигулевские сады» весенняя максимальная концентрация суммарного ДДТ в почве превышала предельно допустимые нормы в 12,5 раз, осенью того же года – в 3,5 раза. Максимальное содержание трефлана в почвах ЗАО «Луначарск» весной было выше нормы в 1,9 раза, осенью – не превышало нормы.

На обследованных участках национального парк «Самарская Лука» и МС АГЛОС обнаружено остаточное количество (ОК) трефлана, 2,4 Д и суммарного ДДТ (концентрация от 0,15 до 0,55 ПДК).

Близ областного пункта захоронения пестицидов в Хворостянском районе в разных точках содержание суммарного ДДТ колебалось от 0,79 до 2,9 ПДК. Других пестицидов в здешних почвах обнаружено не было.

Загрязнение тяжелыми металлами.

В пробах почвы определялось содержание следующих тяжелых металлов: кадмия, марганца, меди, свинца, цинка, никеля и алюминия.

На участках близ АвтоВАЗа обследование выявило содержание кадмия в почве – до 1,4 ПДК, меди – до 1,1 ПДК, никеля – до 2 ПДК, цинка – до 1,6 ПДК. Превышения содержания других тяжелых металлов не обнаружено.

В парке «Дубки» в Самаре выявлено повышенное содержание в грунте никеля (до 1,6 ПДК) и цинка (до 1 ПДК). Превышения концентрации других металлов в почве не обнаружено.

Обследование образцов почвы из парка «60 лет Октября» в Самаре также показало несколько повышенную концентрацию этих двух металлов – соответственно 1,2 и 1 ПДК. Содержание остальных металлов оказалось в пределах нормы.

В национальном парке «Самарская Лука» обнаружено небольшое превышение нормы по содержанию в почве никеля (до 1,1 ПДК). Наличие других тяжелых металлов здесь оказалось в пределах нормы.

На территории МС АГЛОС выявлено превышение предельно допустимой концентрации по кадмию (1,1 ПДК), никелю (1,3 ПДК) и цинку (1,1 ПДК). По другим веществам превышений не обнаружено.

Загрязнение нефтепродуктами.

В течение многих лет очень высоким остается содержание нефтепродуктов в почвах вокруг АвтоВАЗа (максимальное превышение – до 30 ПДК, среднее – 4,7 ПДК). В целом превышение фиксируется не менее чем в 90 процентах от общего числа образцов, отобранных в районе предприятия.

Средние концентрации нефтепродуктов на территории национального парка «Самарская Лука» и МС АГЛОС превышали фоновые значения соответственно в 1,8 и 1,6 раза, максимальные – в 2,9 и 1,8 раза.

Загрязнение фтором, нитратами и сульфатами.

Наблюдение за содержанием этих веществ в почве проводились в парках «Дубки» и «60 лет Октября» в Самаре, а также в национальном парке «Самарская Лука» и МС АГЛОС. Среднее и максимальное содержание фтора, нитратов и сульфатов на этих территориях составило от сотых до десятых долей ПДК. Ни одного случая превышения ПДК зарегистрировано не было.

Водородный показатель рН солевой вытяжки почвы УМН показал, что они являются слабокислыми (рН = 5,4 единицы), а почвы на остальных участках – практически нейтральными (рН = 6,4-6,9 единицы).

Загрязнение донных отложений.

В 2006 году проведено определение остаточного количества (ОК) пестицидов в донных отложениях рек Большой Кинель, Безенчук, Сок, Чагра и Сургут, а также Куйбышевского водохранилища в районе Тольятти и Саратовского водохранилища в районе Самара и Сызрани.

В донных отложениях этих мест ОК суммарного ДДТ наблюдалось в пределах от 0 до 0,374 млн-1, ОК суммарного ГХЦГ – от 0 до 0,003 млн-1, ОК трефлана не обнаружено.

Результаты наблюдений показали, что наиболее отравленными вредными веществами остаются донные отложения реки Чапаевки, которые относятся к категориям «средне загрязненные» и «грязные». Концентрация в них нефтепродуктов колебалась от 211 до 917 млн-1.

Донные отложения Куйбышевского водохранилища в районе Тольятти относятся к «среднезагрязненным». Здесь концентрация нефтепродуктов составила от 191 до 511 млн-1.

Содержание нефтепродуктов в донных отложениях Саратовского водохранилища наблюдались на уровне от 130 до 752 млн-1. Наиболее загрязненные грунты выявлены в Саратовском водохранилище у Сызрани, они отнесены к категории «грязные».

Рок тяжелых металлов

В науке понятие «тяжелый металл» - совсем не то же самое, что в популярной музыке. К таким металлам относится группа химических элементов, которые ныне широко используются в металлургии, машиностроении, ракетостроении, прочих отраслях оборонной промышленности. Многие из них хорошо известны даже школьнику - это такие опасные для здоровья вещества, как ртуть, мышьяк, свинец, стронций и другие. В эту группу также входят и широко используемые в быту, а потому вроде бы и не вредные медь, цинк, железо, олово, кобальт, никель, молибден и еще довольно много подобных им веществ.

Начиная с 1991 года, экспедицией биологического факультета Самарского государственного университета под руководством доктора биологических наук, профессора Николая Михайловича Матвеева и доктора биологических наук Натальи Владимировны Прохоровой изучалось содержание тяжелых металлов в почвах Самарской области. В то время эти исследования финансировал комитет по охране окружающей среды Самарской области. Такого широкомасштабного и скрупулезного изучения химического состава почв в нашем регионе до сих пор никогда не проводилось (рис. 45, 46).

Большая распространенность тяжелых металлов в нашей повседневности сильно увеличивает риск их попадания в пищу и воду. При этом действие меди, цинка или никеля на живой организм может быть не менее разрушительным, чем действие известных ядовитых веществ - ртути, мышьяка или свинца, а их влияние на наших будущих детей при этом еще опаснее, чем влияние даже самых известных канцерогенов.

Результаты этих многолетних исследований оказались впечатляющими: впервые достоверно установлено, что промышленные предприятия крупных индустриальных центров отравляют окружающую среду не только в непосредственной близости от места своего расположения, но и на сотни километров вокруг. Во всяком случае, дым и пыль с самарских, тольяттинских, сызранских, чапаевских, новокуйбышевских и прочих предприятий, как выяснилось, воздушными потоками уносится в такие уголки нашего края, где мало что слышали о большой химии и о машиностроении.

Ниже приводятся карты, на которых показано распределение ряда тяжелых металлов в почвах Самарской области. Карты взяты из книги: Матвеев Н.М., Павловский В.А., Прохорова Н.В. Экологические основы аккумуляции тяжелых металлов сельскохозяйственными растениями в лесостепном и степном Поволжье. Самара, изд-во «Самарский университет», 1997 год (рис. 47-56).

Выяснилось, что самые благодатные и красивые места Самарской области, в том числе Жигулевские горы и другие участки Самарской Луки, оказались в значительной степени загрязнены опасными для всего живого тяжелыми металлами - свинцом, медью, цинком, ртутью, хромом и другими веществами. Такая же ситуация выявлена и на территории весьма отдаленных от любых индустриальных центров северных районов области - Шенталинского, Клявлинского и Челно-Вершинского.

Правда, следует признать, что степень распространенности некоторых тяжелых металлов пока еще не вызывает особого беспокойства ученых. Например, во всех исследованных грунтах на территории нашего края содержание ванадия, железа, кобальта и стронция пока еще соответствует их среднемировому фоновому значению. В то же время средняя концентрация в наших почвах рубидия, мышьяка, селена, брома и кадмия уже сейчас намного превышает общемировой уровень, хотя пока и укладывается в российские санитарные нормы.

А на Самарской Луке в Высоком и Сыртовом Заволжье выявлены отдельные участки территорий, где в грунтах содержится в 1,1-1,2 раза больше ртути и марганца, чем это предусмотрено нормативами. Это точки находятся неподалеку от сел Подъем-Михайловка Волжского района, Березовая Роща Хворостянского района, у кордона Чурокайка на Самарской Луке, на участке между селами Рождествено и Выползово, около райцентров Богатое, Челно-Вершины и Шентала.

Особую тревогу специалистов вызывает высокое содержание во многих образцах почв тех тяжелых металлов, которые чаще всего используются в различных отраслях промышленности - в частности, в нефтехимии, машиностроении, ракетостроении и других оборонных отраслях. Именно по этой причине участки с запредельными концентрациями перечисленных выше опасных веществ имеют четкую привязку к основным индустриальным центрам нашей области.

Так, например, точки с высоким содержанием титана в почвах (до 2,5 ПДК) находятся в основном вокруг Самары, Тольятти и Сызрани, а также в тех сельских районах, куда дуют господствующие ветры со стороны этих городов. Из конкретных точек на карте области стоит назвать окрестности райцентров Богатое и Челно-Вершины, участки у села Кушниково Сызранского района, у села Севрюкаево Ставропольского района и у города Жигулевска, у села Летниково Алексеевского района и некоторые другие места.

Концентрация свинца до 1,5 ПДК в грунтах обнаружена на прилегающих к Самаре участках, а также около целой группы сел на Самарской Луке - у Рождествено, Гавриловой Поляны, Большой Рязани, Переволок, Шелехмети. Все эти места принадлежат к числу наиболее часто посещаемых отдыхающими угодий волжской излучины. Высокое содержание свинца было также обнаружено в почвах у села Черновка Сергиевского района, у села Смольково Исаклинского района, между райцентрами Клявлино и Камышла, у села Марьевка Пестравского района, у села Владимировка Хворостянского района, у села Просвет Волжского района и в некоторых других точках области.

Неподалеку от областного центра, а также близ Тольятти, Жигулевска и Сызрани содержание в почве хрома колеблется от 2 до 6 ПДК, а в окрестностях райцентров Богатое и Сергиевск оно порой и вовсе подскакивает до 7 ПДК. Сильно загрязнена хромом почва также около села Сходнево Клявлинского района, у поселка Луначарский Ставропольского района и у села Новотулка Хворостянского района. А точки с высоким (до 6 ПДК) содержанием кобальта в почвах обнаружены в таких отдаленных от любого оборонного завода райцентрах, как Сергиевск, Кинель-Черкассы, Хворостянка и Большая Глушица. А в Клявлинском, Кошкинском и Шенталинском районах в некоторых почвенных образцах оказалось непомерно много цинка и меди.

Не может не тревожить, что в большинстве точек Самарской Луки, в частности, в местах с густой дачной застройкой около сел Севрюкаево, Лбище, Брусяны, Переволоки и Большая Рязань, концентрация в почвах меди, цинка, никеля и молибдена достигает порой 3-7 ПДК. А ведь именно здесь дачники выращивают на своих участках фрукты и овощи, через которые химические загрязнения попадают в человеческий организм. При этом многие дачники сами не едят выращенную на своих участках клубнику и помидоры, а везут их на рынок. Вот мы и потребляем эти овощи и фрукты с растворенными в их соке солями меди и молибдена, а потом удивляемся, откуда у нас вдруг внезапно появляются целые букеты каких-то странных болезней…

Но с чем же связывают экологи тот факт, что именно Самарская Лука сейчас оказалась одним из наиболее отравленных районов нашего края? Конечно же, это объясняется направлениями господствующих ветров. Долина Волги с аэродинамической точки зрения - это идеальный канал для перемещения воздушных масс с севера на юг Европейской части России и обратно. А поскольку именно на Волге в последние десятилетия были построены крупнейшие в стране предприятия, неблагополучные в экологическом отношении, то неудивительно, что именно по волжской долине ветры несут основной поток загрязнений.

Естественно, что Самарская Лука, представляющая собой кольцеобразный волжский выступ, по причине образования на ней воздушных вихрей и стала тем местом, где из атмосферы в почву долгие годы оседали все вредные химические соединения. Неудивительно, что за десятилетия здешние грунты стали настоящим аккумулятором многих тяжелых металлов.

Кроме того, еще в пяти сельских районах области - Безенчукском, Волжском, Кинель-Черкасском, Ставропольском и Сызранском, ученые СГУ в течение ряда лет исследовали остаточные концентрации некоторых видов пестицидов в земельных угодьях ряда хозяйств. Как известно, отдельные наименования химических средств борьбы с вредными насекомыми (например, ДДТ) в силу их высокой экологической опасности на территории области не применяются уже лет пятнадцать-двадцать. Другие виды пестицидов колхозы и совхозы перестали использовать лишь от трех до пяти лет назад по причинам чисто экономическим - у хозяйств просто иссякли средства на закупку этих препаратов. Тем не менее исследования экологов показывают, что наиболее устойчивые виды этих экологически вредных веществ до сих пор можно обнаружить в почвах нашего края.

В частности, от 7 до 10 процентов всех почвенных образцов, взятых на территории обследуемых районов, оказались загрязнены ДДТ, хотя, как уже говорилось, его здесь не применяли уже много лет. Значительные концентрации ДДТ обнаружены в почвах садоводческого совхоза «Костычевский» Сызранского района, где содержание этого вещества колебалось от 3,49 ПДК весной и 2,4 ПДК осенью. Недопустимо много ДДТ (от 2,45 до 2,77 ПДК) оказалось и в почвах полей совхоза «Маяк» Волжского района, особенно на тех участках, где выращиваются овощные культуры. Но наиболее загрязненными оказались поля совхоза «Юбилейный» Волжского района, где на участках с овощами и корнеплодами экологи выявили содержание ДДТ до 5,87 ПДК.

Что же касается других, более современных видов пестицидов (в частности, трефлана, далапона, симазина, прометрина и прочих), то их здесь использовали для обработки сельхозкультур много лет назад. И сейчас в почвах почти всех обследованных районов они или вообще не были обнаружены, или же найдены в незначительных концентрациях - от десятых до сотых долей ПДК. Лишь на некоторых полях совхоза «Искра» Безенчукского района, занятых корнеплодами, были найдены участки с содержанием прометрина до 2 ПДК. Это говорит о достаточно высокой скорости разрушения перечисленных выше соединений в природных условиях, что является одним из основных экологических требований по отношению к пестицидам.

Именно высокая устойчивость в природных экосистемах, и более того - способность накапливаться в живых организмах, в 60-х-70-х годах стала главной причиной запрета в большинстве развитых стран производства и применения инсектицида «дихлордифенилтрихлорметилметан», у нас более известного под именем ДДТ, и «гексахлорциклогексан», который у нас чаще всего называют или гексахлораном, или сокращенно - ГХЦГ. К сожалению, в СССР их производство (но не применение!) было прекращено только в конце 80-х годов. Одним из крупнейших производителей ДДТ и ГХЦГ в нашей стране в те годы был Чапаевский завод химических удобрений (впоследствии Чапаевский завод химикатов). Неудивительно, что именно в окрестностях этого предприятия (как в почвах, так и в донных отложениях реки Чапаевки) по сей день обнаруживается значительное содержание обоих инсектицидов. В частности, в береговых отложениях реки Чапаевки ниже Чапаевска на некоторых участках обнаружена концентрация гексахлорана до 25 ПДК, а ДДТ, правда, поменьше – «всего лишь» 3-4 ПДК. Впрочем, экологи считают эти показатели для здешних почв очень хорошими. Ведь еще в начале 90-х годов в донных отложениях на этих участках порой находили ДДТ и ГХЦГ и вовсе в чудовищных концентрациях - от 300 до 1000 (!) ПДК (рис. 57-59).

Пестициды закопали в овраге

Пожалуй, лишь специалистам известно, что в ныне действующем Уголовном кодексе РФ, вступившем в силу с 1 января 1997 года, существует целый раздел «Экологические преступления». Однако статьи из этого раздела на практике применяются достаточно редко, но вовсе не потому, что у нас в стране ныне все благополучно с экологической обстановкой, а по более прозаической причине. Оказывается, механизм применения этих статей УК в реальных делах до сих пор плохо отработан.

Именно поэтому большой интерес для экологов представляло уголовное дело, которое было возбуждено Самарской природоохранной межрайонной прокуратурой вскоре после вступления в силу нового Уголовного кодекса РФ - в сентябре 1998 года, по выявленному милицией факту несанкционированного захоронения в Кинельском районе крупной партии ядохимикатов. А еще через два месяца указанное дело успешно было доведено до обвинительного приговора. В ходе длительного расследования обвинение по ч. 1 и 2 ст. 247 УК РФ (нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов) и ч.1 ст. 254 УК РФ (порча земли) было предъявлено проректору Самарской сельскохозяйственной академии по учебной работе Юрию Сизову и агроному СХА Константину Майорову. Следует отметить, что по первой из указанных статей Уголовный кодекс РФ предусматривает наказание до пяти лет лишения свободы, а по второй - до двух лет.

Следствие установило, что еще в августе 1997 года сельскохозяйственной академии понадобилось произвести ремонт на складе ядохимикатов, что находится в поселке Усть-Кинельский Кинельского района. Проректор СХА Сизов, осмотрев склад, обнаружил на нем несколько десятков бочек с различными пестицидами и прочими ядовитыми веществами. Здесь были такие ядохимикаты, как вофатокс, метафос, амирокс, фталофос, ртутьсодержащие препараты гранозан и агрозан, и даже давно запрещенный к применению в большинстве развитых стран ДДТ. Часть бочек здесь лежала на протяжении многих десятилетий, и потому неудивительно, что для большинства ядохимикатов к моменту их обнаружения уже истек гарантийный срок хранения.

К ремонту склада нельзя было приступать, не освободив помещение от всего ненужного. Сизов принялся выяснять, куда можно в официальном порядке отправить ядохимикаты с истекшим сроком хранения. Выяснилось, что ближайшее предприятие по переработке отходов столь высокого класса опасности находится в Башкирии. Тут же было подсчитано, что перевозка и сдача на спецзавод всех вредных веществ со склада СХА обойдется академии в кругленькую сумму, которой у учебного заведения, конечно же, не оказалось.

После всех подсчетов Сизов вызвал к себе в кабинет агронома СХА Майорова и приказал что-нибудь сделать со злополучными отходами - например, запахать их в почву на одном из полей учхоза академии. Однако Майоров в ответ резонно заметил, что после такой «операции» на отравленном поле в течение долгих десятилетий нельзя будет ничего выращивать. Тогда Сизов распорядился вывезти ненужные ядохимикаты куда-нибудь с глаз долой и попросту закопать.

В результате в том же августе 1997 года СХА заключила договор с бригадой шабашников во главе с неким гражданином Микаэляном на вывоз мусора и прочих отходов со склада в поселке Усть-Кинельский, а также на последующий ремонт помещения склада. В течение недели бригада рабочих на тракторе с прицепом вывозила ядовитые бочки в овраг в четырех километров от поселка, где они по окончании работы и были закопаны в землю.

Уже потом следствие вскрыло вопиющий факт: никто из руководства академии не поставил в известность бригадира шабашников о характере «мусора», в результате чего рабочие грузили ядохимикаты в тележку, не имея положенных в таких случаях спецодежды и респираторов. При этом один из членов бригады в августе 1997 года был еще несовершеннолетним. Правда, за давностью лет следствие так и не смогло установить, повлияло ли как-нибудь столь грубое нарушение правил охраны труда на здоровье рабочих.

Еще один трагикомический факт также всплыл в ходе следствия. Как было установлено, бригада Микаэляна по указанию Майорова и Сизова захоронила в злополучном овраге 422 килограмма ядохимикатов, принадлежащих сельхозакадемии, и плюс к тому еще почти 6,8 тонны (!) пестицидов и прочих опасных веществ, хозяином которых оказался Поволжский НИИ селекции и семеноводства. Собственно, и расследование-то этого уголовного дела началось только после того, как в милицию от руководства указанного НИИ поступило заявление о… краже принадлежащих ему ядохимикатов. Тут-то и выяснилось, что никакой кражи нет, а есть лишь самоуправные действия проректора СХА Юрия Сизова, не знавшего, что он приказал уничтожить не принадлежащее его ведомству имущество. Однако правовой механизм уже закрутился, и тогда в дело вмешалась природоохранная прокуратура.

Экологическая экспертиза установила, что в результате неправомерных действия руководящих работников академии было отравлено около 200 квадратных метров земли, где содержание в почве метафоса превысило предельно допустимые нормы в 8,5 раз, ДДТ - в 4,4 раза, гексахлорциклогексана - в 53 раза, а пестицида под названием ГХЦГ-минан - аж в 2122 (!) раза. Показательно, что для ртутьсодержащих препаратов гранозана и агрозана эксперты затруднились назвать точную цифру превышения нормативов, поскольку для данных веществ нормой является лишь их полное отсутствие в почве.

Слушание этого беспрецедентного на тот момент в российской практике уголовного дела в Кинельском районном суде под председательством судьи Николая Васева длилось более месяца. В результате суд признал проректора СХА Юрия Сизова виновным по указанным выше статьям УК РФ и приговорил его к одному году лишения свободы условно. Что касается Константина Майорова, то он судом был оправдан - признано, что агроном СХА лишь выполнял указания своего непосредственного руководителя Сизова, по причине чего он и был освобожден от уголовной ответственности.

В общей сложности в течение последнего десятилетия Самарской межрайонной природоохранной прокуратурой были выявлены десятки случаев загрязнения почвенного покрова в разных хозяйствах Самарской области. В частности, в бывших колхозах и совхозах регулярно обнаруживаются незаконные захоронения токсичных химических веществ (пестицидов и агрохимикатов), в том числе запрещённых на территории России полидима и гранозана, а также выявляются опасные концентрации небезызвестного ДДТ, из-за чего создается угроза загрязнения не только земли, но и подземных вод. По результатам таких проверки возбуждались уголовные дела. Большинство из них, как это было в приведенном выше случае, доходили до судебного решения.

Специалисты сходятся во мнении, что несанкционированные захоронения агрохимикатов в непосредственной близости от сельских населенных пунктов представляют собой реальную угрозу здоровью и жизни местных жителей. Нахождение людей в очаге подобного загрязнения в течение рабочего дня без средств специальной защиты органов дыхания и кожи может привести к тяжелым и даже смертельным поражениям. Наибольшему риску подвергалось взрослое население при проведении сельскохозяйственных работ, а также дети, играющие вблизи с местом захоронения.

О возникновении таких чрезвычайных ситуаций прокуратура в обязательном порядке информирует местные органы власти. Результатом всегда бывает не только расследование уголовного дела, но и полная ликвидация незаконного захоронения. А это в данном случае и есть самое главное в деле защиты окружающей среды (рис. 60-68).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

Список литературы

150 лет Самарской губернии (цифры и факты). Статистический сборник. Под ред. Г.И. Чудилина. Самара, Самарский дом печати. 2000. 408 с.

Акулов Н.Е. 1976. Борьба с эрозией почв. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 129-132.

Бажанова Л.М., Штина Е.Е. 1999. Содержание некоторых тяжелых металлов в природных объектах парков г. Самары. – В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 104-107.

Бессонов А.И. 1924. Почвенный покров Самарской губернии. Самара, губиздат. 95 с.

Бессонов А.И. 1925. Современное состояние почвенного покрова Среднего Поволжья. – Вестник Среднего Поволжья, № 4, стр. 28-35.

Бессонова В.П., Лыженко И.И., Карасева О.Д.. Михайлов О.Ф. 1985. Влияние промышленных загрязнений на содержание пигментов в листьях кустарниковых растений в степной зоне. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 47-52.

Бессонова В.П., Лыженко И.И. 1995. Верхние критические концентрации некоторых тяжелых металлов в листьях сеянцев древесных растений. - В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 118-122.

Борьба с эрозией почв и защитное лесоразведение. (Под ред. С.В. Василевской и С.И. Семенчука). Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1968, 316 с.

Буров Д.А. 1970. Научные основы обработки почв Заволжья. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во.

Виноградов А.В. 1994. Гимн почвоведов. – В сб. «Самарский краевед». Историко-краеведческий сборник. (Сост. А.Н. Завальный). Самара. Кн. изд-во, стр. 184-191.

Гладков Н.А., Михеев А.В., Галушин И.М. 1975. Охрана природы. Учеб. пособие для студентов биол. специальностей пед. ин-тов. М., Просвещение. 299 с.

Глуховцев В.П. 1951. Почвы. – В кн. «Природа Куйбышевской области», Куйбышевоблгосиздат, стр. 110-147.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1997 году. Самара. 1998. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1998 году. Самара. 1999. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1999 году. Самара. 2000. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области (Визитная карточка). Экология. Самара, 1999. 22 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1994 году. Самара. 1995. 100 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1995 году. Самара. 1996. 100 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1996 году. Самара. 1997. 100 с.

Докучаев В.В. 1883. Русский чернозем. Спб, 376 с.

Дубовая Е.В., Бессонова В.П., Лыженко И.И. 1995. Влияние комплекса загрязнителей на содержание сахаров и общую кислотность мякоти плодов розы собачьей и розы коричной. - В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 160-165.

Зыков И.Г., Ивонин В.М. 1980. Об агролесомелиоративных принципах охраны почв и борьбы с эрозией в степном Поволжье. - В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. (Ред. коллегия М.И. Абрамов, Н.М. Матвеев, Д.П. Мозговой, Ю.К. Рощевский). Куйбышев. Куйбышевский государственный университет, стр. 92-99.

Кавеленова Л.М. 1999. О некоторых проблемах использования высших растений в качестве фитоиндикаторов техногенного загрязнения городской среды. – В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 137-143.

Кочетков И.А., Лазарева И.О. 1999. Влияние некоторых загрязнителей на показатели биологической активности почвы. – В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 160-164.

Кретинин В.М. 1985. Мелиорация почв под полезащитными лесными полосами в сухостепном Заволжье. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 118-126.

Кузнецов А.П. 1983. Характер самозарастания оврагов в степном Заволжье. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 74-80.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк, изд. 2-е. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1983. 350 с.

Лопухов Н.П., Тезикова Т.В. 1967. География Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 78 с.

Матвеев Н.М., Павловский В.А., Прохорова Н.В. 1997. Экологические основы аккумуляции тяжелых металлов сельскохозяйственными растениями в лесостепном и степном Заволжье. Самара, изд-во «Самарский университет», 215 с., 69 табл., 45 илл.

Матвеев Н.М., Прохорова Н.В., Павловский В.А., Никитин С.И., Левенец В.В. 1995. О содержании тяжелых металлов в почвах Самарской области. - В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 112-118.

Матвеева Г.И., Медведев Е.И., Налитова Г.И., Храмков А.В. 1984. Край самарский. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во.

Мильков Ф.Н. 1953. Среднее Поволжье. Физико-географическое описание. Изд-во АН СССР.

Наш край. Самарская губерния – Куйбышевская область. Хрестоматия для преподавателей истории СССР и учащихся старших классов средней школы. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1966. 440 с.

Наякшин К.Я. 1962. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 622 с.

Неуструев С.С., Прасолов Л.И. Материалы для оценки земель Самарской губернии. Самара, изд-во Самарского губернского земства, 1903-1912 годы.

Никитин С.И., Прохорова Н.В. 1992. Тяжелые металлы в древесно-кустарниковых растениях Самарской Луки. – В сб. «Интродукция, акклиматизация, охрана и использование растений в степной зоне». Тезисы докладов научной конференции. Самара, СамГУ, стр. 54-55.

Никитин С.И., Рощевский Ю.К. 1992. Тяжелые металлы в почвах Самарской Луки. – В сб. «Интродукция, акклиматизация, охрана и использование растений в степной зоне». Тезисы докладов научной конференции. Самара, СамГУ, стр. 55.

Носин В.А., Агафодоров И.П., Крылов В.П., Ситников В.Л. 1949. Почвы Куйбышевской области. Куйбышев, Куйбышевоблгосиздат.

Об охране окружающей среды. 1979. М., Политиздат.

Обзор состояния загрязнения почв на территории деятельности Приволжского УГМС и УГМС Республики Татарстан в 2006 году. Самара, изд-во Приволжского УГМС, 32 с.

Одум Ю. 1975. Основы экологии. М., изд-во «Мир».

Павловский В.А., Сафронов В.В., Розенберг Г.С., Краснощеков Г.П. 1997. Экологическая экспертиза: теория и практика (опыт применения в Самарской области). Экологическая безопасность и устойчивое развитие Самарской области. Вып. 5. 192 с.

Петров В.В. 1984. Правовая охрана природы в СССР. М., Юридическая литература, 384 с.

Почвы Куйбышевской области. (Под ред. Г.Г. Лобова). Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1984, 392 с.

Прасолов Л.И. 1939. Почвы Заволжья. – В кн. «Почвы СССР», М.-Л., изд-во АН СССР, т.3, стр. 237-275.

Природа Куйбышевской области. Куйбышевоблгосиздат, 1951, 405 с.

Природа Куйбышевской области. Куйб. кн. изд-во, 1990, 464 с.

Прохорова Н.В., Бадонова О.В., Авдеева Н.В., Гудкова О.А., Уржумцева О.А., Миткевич С.А. 1999. Особенности биогенной аккумуляции калия, кальция, марганца и железа в различных компонентах лесных фитоценозов. – В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 87-96.

Прохорова Н.В., Матвеев Н.М., Павловский В.А. 1992. Накопление тяжелых металлов в некоторых сельскохозяйственных растениях. – В сб. «Интродукция, акклиматизация, охрана и использование растений в степной зоне». Тезисы докладов научной конференции. Самара, СамГУ, стр. 58-59.

Прохорова Н.В., Матвеев В.Н., Матвеев Н.М. 1999. Извлечение тяжелых металлов из почвы с урожаем сельскохозяйственных растений в агрофитоценозах Кинельского района Самарской области. – В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 108-121.

Розенберг Г.С. 1994. Нарушение земель при добыче нефти и нерудных строительных материалов. (В гл. «Промышленная нагрузка»). – В сб. «Экологическая ситуация в Самарской области: состояние и прогноз». Под ред. Г.С. Розенберга и В.Г. Беспалого. Тольятти, ИЭВБ РАН, стр. 210-212.

Самарская область (география и история, экономика и культура). Учебное пособие. Самара 1996. 670 с.

Синельник А.К. 2003. История градостроительства и заселения Самарского края. Самара, изд. дом «Агни». 228 с.

Средняя Волга. Социально-экономический справочник. Ср.-Волж. краев. изд-во. М.-Самара, 1932. 174 с.

Трегубов Б.А., Лобов Г.Г., Холина М.Г. 1976. Бонитировка почв пашни Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во.

Учайкина И.Р., Александрова Т.А. 1987. География Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 112 с.

Феоктистов В.Ф. 1994. Почвенные ресурсы. Состояние почв. – В сб. «Экологическая ситуация в Самарской области: состояние и прогноз». Под ред. Г.С. Розенберга и В.Г. Беспалого. Тольятти, ИЭВБ РАН, стр. 117-128.

Храмков Л.В., Храмкова Н.П. 1988. Край самарский. Учебное пособие. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 128 с.

Храмков Л.В. 2003. Введение в самарское краеведение. Учебное пособие. Самара, изд-во «НТЦ».

Шерстюков Б.Г., Разуваев В.Н., Ефимов А.И., Булыгина О.Н., Коршунова Н.Н., Апасова Е.Г., Анурова Л.Г., Шуруева Л.В. 2006. Климат Самарской области и его характеристики для климатозависимых отраслей экономики. Самара, изд-во ООО «Артель», 168 с.

Шефов Н.А. 2000. Тысячелетие русской истории. М., изд-во «Вече», 576 с.

Экологическая ситуация в Самарской области: состояние и прогноз. Под ред. Г.С. Розенберга и В.Г. Беспалого. Тольятти, ИЭВБ РАН, 1994. 326 с.

Экология Самарской области. Библиографический указатель. Самарская областная универсальная научная библиотека. Самара, 1997.

Яблоков А.В., Остроумов С.А. 1983. Охрана живой природы: проблема и перспективы. М., Лесн. пром-сть, 269 с., илл.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара