При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Самарские леса

(Краткая история лесопользования и лесного законодательства в Самарской области)

«Заколдован невидимкой

Дремлет лес под сказку сна…»

С. Есенин.

«И, внимая весеннему шуму

Посреди очарованных трав,

Все лежал бы и думал я думу

Беспредельных полей и дубрав».

Н. Заболоцкий.

Большая часть территории Самарской области расположена в засушливой черноземной зоне Заволжья. В связи с этим самарские леса имеют в первую очередь не столько хозяйственное, сколько главным образом большое климатологическое, защитное и санитарно-гигиеническое значение. Но при этом по территории края они распределяются очень неравномерно. Подсчитано, что при общей средней лесистости нашего региона в 12,6 процента в двух его правобережных районах этот показатель достигает 21,5 процента, а на Самарской Луке лесами и вовсе покрыто более 60 процентов всего пространства. А вот в лесостепных районах левобережья зеленое покрывало занимает только 16,4 процента. В степной же зоне, составляющей почти половину территории области, лесами покрыто от 0,1 до 4, или в среднем 2,1 процента. Поэтому испокон веков главной задачей самарских лесоводов было сохранение и приумножение этого зеленого богатства (рис. 1-9).

«Высыхают ручьи, озера, реки…»

Со времен императора Павла I и вплоть до 1917 году у казенных лесов России был свой Лесной департамент. Еще в 1913 году на него непосредственно замыкались 1,5 тысячи лесничеств с 12,6 тысячами лесных дач, ряд учреждений лесохозяйственной науки, все лесоустроительные экспедиции, младшие и средние лесные школы и один лесной вуз. Главным документом, направляющим работу этого ведомства, был Лесной устав России, имевший тогда ранг Закона Российской империи.

Однако государственная забота о сохранении наших лесов началась гораздо раньше. Например, лесные богатства Самарского края, находящегося на самой границе степей, стали привлекать внимание лесодобытчиков еще 300 лет назад. Уникальные жигулевские сосняки хищнически вырубались прямо на берегу Волги, и это продолжалось до тех пор, пока, согласно легенде, в 1722 году в Самарском крае не побывал Петр I. Проплывая по Волге по пути на Кавказ, где в то время шла русско-персидская война, император по достоинству оценил нашу сосну, как «богатый материал для кораблестроения» (рис. 10-12).

Когда в 1722 году Петр I впервые учредил вальдмейстерскую (лесную) службу при Адмиралтейств-коллегии, уже вскоре по царскому указу в Самару прибыли вальдмейстеры, которые, выражаясь современным языком, занимались одновременно и лесоразработками, и лесоохраной. В наше время такое внимание властей к делу охраны природы, конечно же, могут показаться выдающимися, однако многие из положений петровских времен нынешним законодателям вполне можно было бы и вспомнить.

Но тогда экологическая ситуация в нашем крае была совсем иной, нежели сейчас. Обширные естественные леса, занимавшие в XVI-XVIII веках почти 2 миллиона гектаров, или 45 процентов территории нынешней Самарской губернии, в период активного освоения Заволжья вырубались быстрыми темпами. Древесина шла на хозяйственные нужды переселенцев, а земли освобождались под сельскохозяйственное производство. В итоге к концу XVIII столетия лесистость в губернии снизилась до уровня 29 процентов, причем темпы вырубки в это время продолжали неуклонно расти. Результатом такого варварского истребления лесов в степном Заволжье стали участившиеся засухи и суховеи, раз за разом приносившие сюда небывалый по масштабам голод, обнищание и стремительное сокращение количества заселявших этот край переселенцев.

Выступая на съезде сельских хозяев России в конце XIX века, один из самых прогрессивных землевладельцев Самарской губернии Н.Н. Михайлов говорил: «Я положительно беру на себя смелость утверждать, что упадок хозяйства и материального благосостояния всего нашего края происходит наиглавнейшим образом от усиливающихся с каждым годом засух и иссушающих ветров. Сплошные хищнические вырубки лесов в течение последних лет сделали наконец свое дело. Кругом нас все стало сохнуть, высыхают ручьи, озера, реки… Воздух стал суше, дожди редки, росы исчезли, а с самой ранней весны прикаспийские пески, раскаленные солнцем, беспрепятственно несутся к нам через открытые ворота между Каспием и Уральским сыртом в виде горячих пыльных ураганов, производя губительное действие на наши молодые всходы, которые иногда в каких-нибудь три дня пропадают начисто… Легкие почвы уносятся целыми десятинами вместе с заделанными уже семенами; подкошенная чечевица и горох уносятся в пространство из глаз недоумевающего хозяина; только что созревшие нивы буквально вымолачиваются на корню, оставляя владельцу одну пустую солому…»

Участившиеся в середине XIX века засухи, суховеи и пыльные бури усилили неустойчивость сельскохозяйственного производства и активизировали поиск путей борьбы с неурожаем. Возникла и стала активно претворяться в жизнь идея сбережения влаги путем строительства плотин по многочисленным оврагам и балкам и защитного лесоразведения, у истоков которой стояли Андрей Тимофеевич Болотов, Василий Васильевич Докучаев, Георгий Николаевич Высоцкий, Георгий Федорович Морозов, Павел Андреевич Костычев, Виктор Егорович Графф и другие талантливейшие умы того времени (рис. 13-18).

В Поволжье защитно-облесительные работы были начаты в конце XIX века. В 1898 году под руководством агронома Д.А. Андриенко были высажены полезащитные лесные полосы в Росташовском имении (Балашовский уезд Саратовской губернии). Здесь тогда создали 11 лесных полос из восьми рядов деревьев. Ширина их составила 12 метров, общая протяженность – 19 километров. Под защитой этих полос и поныне находится 850 га сельскохозяйственных угодий.

Аналогичные семирядные лесные полосы шириной 14 метров были посажены в 1892-1895 годах агрономом Гродским на площади 61,2 гектара в Тимашевском удельном имении Самарской губернии. Они заняли 2,4 процента от площади земельного массива, а защищаемая ими территория составляла около 2560 гектаров. Окруженные полосами поля достигали размеров от 60 до 135 гектаров. Здесь также проводились многолетние исследования влияния лесных полос на условия произрастания и урожайность сельскохозяйственных культур. Непосредственным поводом для создания полос в Тимашевском массиве явилась ветровая эрозия, в результате которой здесь систематически уничтожались всходы сахарной свеклы. Впоследствии, уже в советское время, на части облесенного Тимашевского участка расположился опорный пункт Всесоюзного научно-исследовательского агролесомелиоративного института (ВНИАЛМИ).

В условиях поливного земледелия первые лесные насаждения в Заволжье начали создаваться в период 1895-1897 годов агрономом В.С. Богданом (Валуйский орошаемый участок близ Царицына). Были обсажены мокрые откосы дамб водохранилища и валы лиманного орошения, а также заложены одно- и двухрядные лесные полосы из ветлы и осокоря вдоль каналов оросительной сети.

На защите казенных лесов

В Центральном государственном архиве Самарской области (ЦГАСО) хранятся дореволюционные уголовные дела, из которых можно узнать, как сотрудники самарской Лесной стражи исполняли свой профессиональный долг по защите зеленого богатства губернии, порой даже рискуя при этом жизнью. Ниже приведено краткое изложение нескольких таких уголовных дел, которые не требуют комментариев.

Дело Самарского окружного суда по 2-му Уголовному Отделению без участия присяжных заседателей о предании суду дворянина Василия Степанова Проневского, 45 лет, за превышение пределов необходимой обороны. Начато 20 ноября 1875 года.

Л.д. 3-4.

Обвинительный акт о предании суду дворянина Василия Степанова Проневского, 45 лет, за превышение пределов необходимой обороны.

20 мая 1875 года Архангельское волостное правление Ставропольского уезда донесло местному становому приставу, что управляющий имением г-жи Недвидовой Василий Степанов Проневский в удельном оброчном лесу при деревне Ерзовом убил выстрелом из ружья крестьянина Федора Осипова Малафеева, и ранил вторым выстрелом старшего брата убитого – также Федора Осипова Малафеева.

На допросе у судебного следователя дворянин Василий Степанов Проневский объяснил, что 20 мая, узнав от солдата Ермолаева, что полесовщик г-жи Недвидовой Перфильев просит помощи, отправился в лес, и нашел там Перфильева, который, указав на порубку, заявил ему, что порубщики сидят на другой стороне болота, в удельном лесу, где и действительно они нашли сидящими двух братьев Малафеевых, пастуха Григория Бандетова и одного мальчика, подпаска Павла Цыганова, на коих полесовщик показал как на порубщиков в даче г-жи Недвидовой. Так как около порубщиков лежал топор, то его и взял полесовщик. Но порубщики вскочили со своих мест, скрутили полесовщика, и когда он, Проневский, стал уговаривать их идти для разбора в деревню, то порубщики бросились на него с маленькими палочками, и под конец один из братьев Малафеевых сказал: «Что на них смотреть, берите дубинки». Предвидя опасность, Проневский с полесовщиком вынуждены были убегать, но братья Малафеевы с большим дубинками бросились за ними в погоню, также побежал за ними и пастух. Хотя после этого он, Проневский, просил порубщиков отстать, предупредив их, что у него ружье заряженное, и затем даже выстрелил из ружья в сторону, чтобы напугать порубщиков, но они, произнося угрозы, не переставали гнаться, и когда они были саженях в трех от него, то он, боясь, что его убьют, взвел курок другого ствола и выстрелил в одного из преследователей, желая попасть ему в ногу, но выстрел, как после оказалось, попал ему в живот, и оказался смертельным. Несмотря на это, второй порубщик продолжал гнаться за ним со словами «Убью», и тогда Проневский, взяв у полесовщика ружье, выстрелил ему теперь уже в ноги, и погоня прекратилась. В тот же день пошел он в волостное правление объявить о случившемся. К этому показанию обвиняемый добавил, что он вовсе не желал убить, и если стрелял, то желал попасть в ноги преследователю, боясь, чтобы его не убили, и пойти на эту меру был вынужден, опасаясь за собственную жизнь.

Пастух Бандетов показал, что, проходя с подпаском через лес, он увидел сидящих на пеньках братьев Малафеевых и остановился с ними поговорить. В это время подошли Проневский и Перфильев и стали обвинять Малафеевых в прорубке. Сам же Бандетов не видел, рубили они деревья или нет. Остальное совпадает с показаниями Проневского.

Потерпевший Федор Малафеев показал, что они с братом ходили по лесу и искали пропавшую лошадь. Когда они присели на поляне отдохнуть, то к ним сначала подошел Бандетов и подпаском, а затем Проневский и Перфильев, которые стали их обвинять в порубке леса. Когда Перфильев отобрал у них топор, то они с братом возмутились и хотели отнять его обратно, но Проневский неожиданно стал стрелять и убил его брата, а его самого ранил в ноги. В порубке леса Малафеев не признался.

Решение суда от 1 мая 1876 года: Проневского на основании ст. 1467 2 степени 38 ст. Уложений о наказаниях признать виновным в превышении пределов необходимой обороны и заключить в тюрьму на семь месяцев, а также подвергнуть его церковному покаянию у его духовного начальства.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 3).

Дело Самарского окружного суда по 1-му столу Уголовного Отделения о крестьянах села Раковки Каменской волости Самарского уезда Леонтии Алексееве Королеве и Михаиле Андрееве Пашине, обвиняемых в незаконной порубке леса. Заседание начато 23 марта 1886 года.

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду мирового судьи 2-го участка Самарского судебного округа без участия присяжных заседателей по обвинению крестьян села Раковки Каменской волости Самарского уезда Леонтия Алексеева Королева и Михаила Андреева Пашина, за незаконную порубку леса.

1886 года марта 8 дня объездчик 2-го объезда Василий Ермолаев, проезжая по долгу службы мимо села Раковки, у близлежащего хутора Потаповского, в Потаповской казенной лесной даче, встретил едущих по дороге крестьян села Раковки Леонтия Алексеева Королева и Михаила Андреева Пашина, которые везли из казенного леса 36 корней сухостойных деревьев. Ермолаев отправился в село Раковку и пригласил полицейского сотского Ивана Васильева Сидорова и крестьянина Прохора Васильева Нестерова, вместе с которыми он препроводил Королева и Пашина под надзор полицейскому сотскому. Затем Ермолаев и Нестеров отправились в лес, где обнаружили место порубки и произвели подсчет и обмер пней. Также здесь было обнаружено еще 22 срубленных сухостойных дерева, приготовленных к вывозу. Таким образом, всего в Потаповской лесной даче было срублено 58 деревьев.

При допросе Королев и Пашин признали себя виновными и пояснили, что срубили сухие деревья для использования их на дрова.

Королеву и Пашину было предъявлено обвинение по 155 ст. Устава о наказаниях. Приговор мирового судьи: взять с Королева и Пашина штраф в размере по 2 рубля за каждое срубленное дерево, а всего 116 рублей на двоих. При несостоятельности осужденных отдать их в казенные лесные работы на усмотрение начальства сроком на 1 месяц.

Самарский окружной суд оставил приговор без изменения.

Королев и Пашин отработали 1 месяц в казенных лесных работах.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 471).

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о запасном рядовом из крестьян Бугульминского уезда Алькеевской волости, деревни Алькеевой, Мухамет-Галее Абдул-Гафарове, и крестьянине Мухамет-Зарьефе Ахмадеева, обвиняемых в нападении на лесника. Начато 28 декабря 1890 года.

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда, без участия присяжных заседателей запасного рядового из крестьян Бугульминского уезда Алькеевской волости, деревни Алькеевой, Мухамет-Галея Абдул-Гафарова, 29 лет, и крестьянина Мухамет-Зарьефа Ахмадеева, 33 лет, за нападение на лесника.

7 июля 1890 года объездчик Алькеевской казенной дачи Бугульминского уезда Никита Гришечкин, обозревая вверенный его охране участок казенного леса, застал в нем несколько человек татар, самовольно косивших сено. На требование Гришечкина прекратить сенокошение, из татар отделился запасный рядовой Мухамет-Галей Абдул-Гафаров, и с угрозою стал наступать на Гришечкина, замахнувшись на него косою. Гришечкин успел руками ухватиться за рукоять косы и этим предотвратить удар, но коса при этом острием своим закинулась за его спину, так что он не мог ее выпустить, не рискуя быть раненым, ибо Гафаров тянул косу на себя. Но тут подоспели на помощь лесник Хисамутдин Низамутдинов с понятыми Асылгареем Шакировым, Фахретдином Гизетулиным и другими, и освободили Гришечкина из опасного положения. Остальные татары, сначала было окружившие Гришечкина, при появлении понятых поспешили скрыться, оставив на месте накошенное сено, и из них лишь запасный рядовой Мухамет-Зарьеф Ахмадеев, по словам Гришечкина и упомянутых свидетелей, также замахивался косою на объездчика и произносил против него угрозы.

Допрошенные в качестве обвиняемых Гафаров и Ахмадеев своей вины не признали, ссылаясь, что косили сено на земле, которую общество считает спорною с казною, и косами на объездчика Гришечкина не замахивались, а последний сам пытался отнять косу у Гафарова, но тот не дал.

На следствии и суде Гафарову и Ахмадееву было предъявлено обвинение по 1 ч. 823 ст. Улож. о нак. Приговор суда от 29 мая 1891 года: Гафарова и Ахмадеева заключить в тюрьму на шесть месяцев каждого, и взыскать с них судебные издержки по делу.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 733).

Дело Самарского окружного суда по 6-му столу Уголовного Отделения о крестьянине села Шешминской крепости Мордовско-Афонкинской волости, Бугульминского уезда Порфирия Николаева, 52 лет, за порубку казенного леса и нанесение леснику побоев. Начато 10 апреля 1891 года.

Л.д. 3.

Обвинительный акт, коим предается суду Самарского окружного суда, без участия присяжных заседателей крестьянин села Шешминской крепости Мордовско-Афонкинской волости, Бугульминского уезда Порфирий Николаев, 52 лет, за порубку казенного леса и нанесение леснику побоев.

Обвиняемый на свободе.

10 января 1891 года казенные лесники 1-го Бугульминского лесничества Андрей Мякишев, Никифор Делябин и Василий Кузнецов, проходя по улице села Шешминской крепости Бугульминского уезда, заметили крестьянина этого села Порфирия Николаева, везущего воз камней, под коим в санях были спрятаны несколько корней свежесрубленного талового леса. Зная, что такого леса у крестьян села Шешминской крепости нет, Мякишев остановил Николаева и потребовал, чтобы он ехал к полицейскому сотскому и свалил оказавшийся у него в санях лес, но Николаев не пожелал исполнять этого требования добровольно. Когда же Мякишев сделал попытку сам отвести лошадь Николаева к сотскому, для чего взял ее за узду, то Николаев бывшим у него в руках ломом ударил Мякишева по голове. После этого лошадь Николаева все-таки была отведена лесником Делябиным к сотскому. В возу у Николаева оказалось 12 корней тонкого талового леса. По произведенному в тот же день лесным объездчиком Есиповым осмотру в казенном лесу было обнаружено место порубки 12 деревьев, причем пеньки от этой порубки оказались вполне подходящими к комлям срубленных деревьев.

Обвиняемый Николаев при допросе не признал себя виновным ни в порубке деревьев, ни в нанесении побоев леснику. Он сообщил, что обнаруженные у него деревья он купил на базаре у неизвестного лица. А Мякишева, по его словам, он не ударил, а лишь случайно задел его ломом во время борьбы за лошадь.

На следствии и суде Николаеву были предъявлены обвинения по 155 ст. Уст. о наказ. И по 2 ч. 823 и 285 ст. Улож. о нак. Приговор суда: за порубку леса взыскать с Николаева двойную стоимость леса в размере 7 руб. 20 коп. За нанесение побоев леснику заключить его в тюрьму сроком на 4 месяца.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 598).

Предварительное следствие, произведенное судебным следователем Самарского окружного суда 2-го участка Бугульминского уезда о сельском старосте села Спасского Аполлоне Дормидонтове Талызине, о бездействии и превышении власти. Начато 12 августа 1892 года.

Л.д. 11.

Прошение.

Господину Товарищу прокурора Самарского окружного суда по Бугульминскому участку от крестьянина села Спасское Бугульминского уезда Леонтия Макарьева.

По подозрению меня в самовольной порубке общественного леса наш сельский староста Аполлон Дормидонтов Талызин в сопровождении сотского Афанасия Ефимова и одножителей моих – Андрея Ефимова, Николая Курушина, Дмитрия Галаганова и Терентия Авксентьева 25 сего января явились в мой дом, самовольно забрали, увезли с собою и пропили: стан шинованных колес стоимостью 10 руб., дугу – 1 руб., другую дугу – 50 коп., двое саней – 3 руб., напиленного леса сушняку на 3 руб., вилы железные – 60 коп., мочала на 2 руб., лыка на 4 руб., и всякой другой домашней мелочи на 3 руб.

Все это ими было продано по мелочам разным лицам и немедленно пропито. Случай этот в отношении меня не первый с их стороны; ими же у меня были таким же образом пропиты луга и раскиданы срубы.

Все это самовольное забрание предметов хозяйства сопровождалось, как было и теперь, насилием, то есть побоями и прочим.

До суда дело не было доведено в связи с примирением сторон и выплаты Макарьеву суммы нанесенного ущерба.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 1178).

Дело Самарского окружного суда по 1-му столу Уголовного Отделения о крестьянах Алексее Иванове, Андрее и Леонтьеве Михайловых Баевых, обвиняемых в нанесении побоев леснику. Начато 9 января 1893 года.

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей крестьян Алексея Иванова, 28 лет, Андрея Михайлова, 40 лет, и Леонтия Михайлова, 40 лет, Баевых, за нанесение побоев леснику.

28 октября 1892 года лесник Березовской казенной лесной дачи Филат Морозов отправился из деревни Васильевки Самарского уезда, близ которой расположена лесная дача, осматривать вверенный ему обход. Подходя к лесу, Морозов услыхал в нем три выстрела. Вскоре после этого из леса вышли три крестьянина Алексей, Андрей и Леонтий Баевы, у них были ружья, и Леонтий Баев тащил убитого зайца. Морозов начал выговаривать Баевым за стрельбу в казенной даче, а что Андрей Баев возразил, что стрелять позволено. На вопрос же Морозова, есть ли у них билеты на право охоты, Баевы ответили, что у них билетов нет. Тогда Морозов, объяснив незаконность охоты в казенном лесу без установленного билета, потребовал от Баевых выдачи ружей, но те выдать ружья отказались. Когда же Морозов попробовал взять ружья силой, Баевы нанесли ему побои.

Привлеченные к следствию в качестве обвиняемых Алексей, Андрей и Леонтий Баевы виновными себя не признали, объяснив, что леснику Морозову они побоев не наносили, в подтверждение чего Леонтий Баев сослался на свидетеля Прокина.

Прокин, допрошенный в качестве свидетеля, сделанную на него ссылку подтвердил, но показания его опровергаются всеми вышеизложенными обстоятельствами.

На следствии и суде обвиняемым было предъявлено обвинение по 2 ч. 823 Улож. о наказ. Приговор суда от 10 ноября 1893 года: каждого из Баевых заключить в тюрьму на 4 месяца.

(ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 1984).

Живые памятники Нестора Генко

По оценкам специалистов, самой значительной работой, выполненной в дореволюционное время на территории Самарского Заволжья, было создание так называемых водораздельных лесных полос, заложенных в 1889-1906 годах под руководством известного ученого-лесовода, чиновника по особым поручениям при Главном Управлении Уделов, действительного статского советника Нестора Карловича Генко. Как писал профессор Г.Ф. Морозов, Генко был «лесовод по призванию, а не по случайным обстоятельствам. Он выделялся среди специалистов не только выдающимися знаниями, необычной энергией и большим опытом, но и любовью к лесу, которая не была сентиментальной, а заставляла близко к сердцу принимать вопросы лесоводства, ими жить, ими волноваться и вне их не представлять себе возможным живое отношение к жизни» (рис. 19-21).

Судьба этого человека на многие столетия оставила глубокий след в жизни всей России, особенно Самарской губернии. Окончив Лесной институт в 1862 году, Нестор Генко начал свой трудовой путь с должности младшего таксатора. Последующие 42 года жизни он посвятил делу разведения лесов, что позволило ему остаться в памяти потомков неутомимым практиком и ученым-лесничим. Его перу принадлежат семь научных работ, которые специалистами оцениваются как серьёзные фундаментальные исследования. А практические рекомендации Генко по разведению лесов в зоне рискованного земледелия не утратили своей значимости и поныне.

Дело, за которое взялся Нестор Генко, было новым не только для России, но и для Европы, учитывая масштабы степного разведения леса. Прекрасно осознавая, что плоды своих рук как он сам, так и его соотечественники увидят не раньше, чем через много десятилетий, Генко с особым тщанием заботился о семенах, доставая их как в глубинках России, так и за рубежом. Отправляя драгоценный груз в дорогу, он непременно сопровождал его специальными письмами. Обращаясь к кому-нибудь из коллег не иначе, как к «господину степному лесоводу», он писал: «…предлагаю Вашему благородию принять этот груз со станции, уплатить за пересылку, передать часть семян другим господам лесоводам, остальное оставить у себя, причем позаботиться о скорейшем посеве семян в питомниках вверенного Вам участка. Об исполнении вышеизложенного и о качестве присланных семян прошу поставить меня в известность». Самарским лесоводам Генко посылал не только семена, но и подручный инструмент, помогал в организации питомников, часто сам выезжал на места. Летом 1895 года Генко лично осмотрел фронт работ по разведению леса на удельных степях Самарской губернии и подготовил рапорт Министерству императорского двора и уделов, которое одобрило все проведенные мероприятия.

Удельное ведомство царской России обосновывало облесение земельных угодий исключительно финансово-экономическими соображениями – стремлением привлечь переселенцев-арендаторов на пустующие земли в целях повышения их доходов. В то же время руководивший этими работами Генко подходил к делу с пониманием защитных функций леса в степных условиях. Об этом свидетельствует его высказывание на заседании Санкт-Петербургского лесного общества о задачах своей работы: «Смягчить, по мере возможности, резкость степного климата и противодействовать тому вреду, который причиняет сельскому хозяйству в этих степях недостаток почвенной влаги и в особенности жгучий юго-восточный ветер».

Созданные под руководством Нестора Генко лесные полосы уникальны по форме и пространственному размещению. В 1886 году в Самарской губернии им было организовано два первых лесокультурных участка, а в 1892 году их стало уже шесть: Камышлинский, Безенчукский, Владимирский, Дубовский, Тепловский, Шиланский. Ныне в Самарской губернии насчитывается 17 «генковских» лесополос, их общая площадь составляет 7830 гектаров, а протяженность – более 150 километров. Они и сегодня служат жителям села Шилан Красноярского района, защищают поля земледельцев Дубового Умета Волжского района, села Натальино Безенчукского района, Хворостянку Хворостянского района, прикрывают от ветров город Чапаевск. Широкие лесные ленты в виде ломаных линий различной длины и поныне проходят по наиболее возвышенным частям водоразделов рек Сока и Падовки (Шиланские полосы), Самары и Чапаевки (Дубово-Уметские и Тепловские полосы), Чапаевки и Чагры (Камышинская, Безенчукские и Владимирские полосы). Техническое руководство этими работами осуществляли на участках степные лесоводы – выпускники Санкт-Петербургского лесного института, предварительно прошедшие годичную стажировку в Донском лесничестве у известного лесовода Ф.Ф. Тиханова.

Все, что было посажено в Самарской губернии при непосредственном участии пионера степного лесоразведения Нестора Генко, или под его непосредственным руководством, приживалось на земле и шло в рост словно по благословению свыше. Иначе просто трудно объяснить, как с его легкой руки с юга и запада на северо-восток протянулись многокилометровые лесополосы шириной в 639 метров. Эти зеленые живые стены стали непреодолимой преградой для степных суховеев.

Заслуженный лесовод России Иван Михайлович Шабалин, 35 лет проработавший в Самарском управлении лесами (в том числе на должности начальника отдела лесопользования и лесовосстановления), много лет занимался исследованием жизни и творчества Н.К. Генко. Наш земляк установил «двойное родство» известного ученого и практика с жителями Самары. Оказывается, во время русско-турецкой войны Генко находился на военной службе. В должности командира пехотной роты участвовал в освобождении Балкан, штурмовал Шипку, борясь за освобождение болгарского народа от турецкого ига… Кто бы мог подумать, что публикации заслуженного лесовода из Самары далеким эхом отзовутся во Франции, где сегодня проживает один из внуков Нестора Карловича! Потомку знаменитого деда было приятно узнать о том, что в честь 200-летия Лесного департамента России, которое отмечалось в 1998 году, Дубово-Уметскому лесничеству Самарского лесхоза присвоено имя Н.К. Генко.

Нестора Карловича Генко не стало 28 января 1904 года. Похоронен он в городе Ментон во Франции, где в последние дни своей жизни проходил лечение от туберкулеза. После его смерти работы по облесению заволжских степей еще некоторое время продолжались и были прекращены в 1906 году. С 1907 года в России наступил длительный период спада активности лесокультурных работ.

Судьба соснового форпоста

Бузулукский бор вот уже около 150 лет привлекает к нему пристальное внимание ученых-естествоиспытателей, лесоводов и российской общественности. Уникальность этого лесного массива еще в начале ХХ века уже выводила его в число самых выдающихся природных объектов не только в нашей стране, но и во всем мире. Тогда Бузулукский бор оказался в числе основных номинантов в списке заповедных территорий Российской империи, подготовленном Природоохранной комиссией Императорского Русского Географического общества в 1917 году (рис. 22-26).

Именно с этим лесным массивом площадью всего лишь 111,1 гектара российские ученые по праву связывают первые искусственные посадки сосны в условиях степи, которые в Бузулукском бору начались еще в середине XIX столетия. Первые такие опыты были произведены лесничим Бакшениным, но расцвет этих работ пришелся на начало ХХ века, когда в 1903 году по предложению известного ученого Г.Ф. Морозова здесь было организовано Боровое опытное лесничество, руководителем которого был назначен Андрей Петрович Тольский. В течение многих лет крупнейшие российские лесоводы отрабатывали в бору практические методы степного лесоразведения. В Бузулукском бору проводили свои исследования виднейшие русские лесоводы – Георгий Федорович Морозов, Владимир Николаевич Сукачев, Пётр Андреевич Земятченский, Михаил Елеферьевич Ткаченко, Михаил Николаевич Римский-Корсаков, Степан Иванович Ванин и другие. Благодаря их работам этот массив стал широко известен не только у лесоводов нашей страны, но и за рубежом, как один из рычагов отечественного лесоводства и лесного опытного дела (рис. 27-32).

Бузулукский бор расположен среди открытых степей, на границе Самарской и Оренбургской областей, что и делает его уникальным. В связи с такими природными особенностями в 1933 году Бузулукский бор удалось частично заповедать, но уже в 1948 году он оказался первым из числа существовавших тогда государственных заповедников СССР, который власти ликвидировали в рамках очередной кампании «необходимости победы над природой». Можно сказать, что после 1948 года в истории бора наступила черная эпоха, связанная с кризисом в биологии и процветанием «лысенковщины». Тридцатилетний опыт дискуссий с представителями лесной науки и практики высветил целый ряд особых взглядов, которыми руководствовались в последние полвека лесоводы бора. Заметим, что в 1948 году утрата Бузулукским бором своего заповедного статуса произошла за три года до общего катастрофического крушения всей заповедной системы СССР, случившейся в 1951 году.

Как уже было сказано, в 1903 году на его территории было организовано Боровое опытное лесничество – одно из первых в России подобных научных учреждений. В 1931 году Боровое опытное лесничество было преобразовано в Боровую лесную опытную станцию, входящую в систему Всесоюзного научно-исследовательского института лесомелиорации (ВНИИЛМ). С самого момента основания лесничества в одной из основных его задач стала разработка способов возобновления сосны на обширных пустырях и гарях, образовавшихся в центральной части бора после огромного верхового пожара 1879 года.

Не менее важным вопросом было и изучение способов рационального ведения лесного хозяйства в этом массиве. Приезжавшие в бор ученые разворачивали здесь разносторонние капитальные работы по его изучению. Классические по методической строгости и тщательности опыты по агротехнике выращивания сеянцев сосны в питомниках проводились Д.В. Широковым и А.П. Тольским, в результате чего были экспериментально обоснованы многие вопросы выращивания посадочного материалы (способы подготовки почвы, время и техника посева, уход за сеянцами, и так далее). Работы по основной подготовке почвы под лесные культуры (С.Д. Охлябинин, В.Г. Россинский, Д.В. Широков, А.П. Тольский) показали преимущества сплошной подготовки почвы по сравнению с методами частичной почвообработки.

Для обоснованного решения вопросов искусственного возобновления сосны (по преимуществу в сухих типах леса) под руководством А.П. Тольского с 1905 по 1916 годы были заложены 16 лесокультурно-опытных участков, исследованы самые разнообразные вопросы лесокультурного дела. В их числе - посадка сосны разной густоты, культуры чистые и смешанные, географические посадки сосны из семян различного происхождения, и другие. Большое количество опытов закладывалось для определения техники создания сосновых культур. Общая площадь всех сосновых посадок в Боровом опытном лесничестве составляет около 500 гектаров. Стационарные наблюдения за плодоношением сосны, проводившиеся в течение четырех десятилетий (с 1911 по 1917 годы – А.П. Тольским, с 1927 по 1932 годы – Е.Д. Годневым, с 1947 по 1950 годы - М.А. Красновым), позволили выявить закономерности плодоношения сосны, на основании которых удалось организовать научно обоснованные заготовки ее семян.

Обширные и детальные работы по изучению корневой системы сосны, обогатившие ценными данными отечественную лесную науку, были проведены А.П. Тольским, который совместно с С.Д. Охлябининым фундаментально исследовал водоохранную роль сосновых насаждений Бузулукского бора. В Боровом опытном лесничестве раньше, чем в других русских опытных учреждениях, началось изучение биологии и экологии такого опасного вредителя сосновых молодняков, как майский хрущ, что затем позволило разработать рациональные (для того времени) меры борьбы с ним.

Особенно важными следует признать работы в Бузулукском бору профессора (впоследствии академика) В.Н. Сукачева, который провел здесь капитальные работы по исследованию типов сосновых насаждений. Его классификация типов леса и поныне лежит в основе мероприятий по ведению лесного хозяйства в этом массиве.

Тематику работ второго периода Борового опытного лесничества (1926-1941 годы), восстановившую научную деятельность после десятилетнего перерыва, определила возглавляемая М.Е. Ткаченко первая Бузулукская научная экспедиция, проводившая работы в бору в 1927-1928 годах. Ее главными проблемными вопросами были следующие: повышение устойчивости культур сосны в связи с явлениями их массового расстройства и усыхания их в жердняковом возрасте; разработка основ ведения правильного лесного хозяйства в Бузулукском бору, сильно расстроенного бессистемными рубками военных и послевоенных лет, а также большими пожарами.

В лесоводческой науке того времени преобладало представление, что у посевных молодых сосняков жизнестойкость выше, чем у таких же сосняков, но созданных методом посадки. Поэтому ученые Борового опытного лесничества, а затем (после его реорганизации в 1931 году) Боровой лесной опытной станции под руководством Е.Д. Годнева в течение десятков лет изучали способы разведения сосны методом посева. Выяснилось, что все зависит не от способов закладки в грунт, а от гидрометеорологических условий, свойств грунтов и правильности ухода за молодняками. Также было установлено, что выживаемость посевов значительно повышается при защите всходов сосны от солнца, поэтому в бору в течение ряда лет проводили опыты с использованием полога предварительных лиственных культур, в том числе древесно-кустарниковых пород «экзотов», до 70 видов которых испытывались на песках. Ряд опытов на сплошных вырубках в типах леса второго соснового хозяйства Боровой лесной станции проводились в сложных борах, в которых сосняки после главной рубки активно возобновились лиственными породами.

Наряду с новыми лесокультурными опытами Боровая лесная опытная станция в 30-е годы вела систематические наблюдения за состоянием и ростом различных вариантов культур, созданных Боровым опытным лесничеством еще в дореволюционный период. Так, обширные многолетние опыты по разработке системы рубок в мшистых сосняках в первом сосновом хозяйстве были проведены М.А. Красновым, который разработал систему группово-постепенных рубок. Вопросами защиты леса и изучения вредителей Бузулукского бора, грибков и насекомых (короедов, листоедов, шелкопрядов) в этот период занимался целый ряд крупных ученых – профессора М.Н. Римский-Корсаков, П.А. Положенцев, С.И. Ванин, а также научный работник Боровой ЛОС А.Б. Луговой. Особенно большое внимание уделяли изучению майского хруща (рис. 33-37).

Великая Отечественная война практически остановила все научно-исследовательские работы в Бузулукском бору, но уже в 1944 году по решению центральных органов лесного хозяйства была организована Бузулукская экспедиция ВНИИЛХа, перед которой поставили такие же задачи, что и перед первой Бузулукской экспедицией 1927-1928 годов. Необходимо было выяснить причины расстройства и периодического усыхания культур в бору, найди способы совершенствования методов ведения в нем лесного хозяйства, пришедшего в военный период в некоторое расстройство. В экспедиции 1944-1945 годов, возглавляемой профессором В.Г. Нестеровым, работало много научных сотрудников ВНИИЛХа: профессора А.В. Тюрин и А.И. Ахромейко, кандидаты наук В.И. Рутковский, Б.Д. Зайцев, Н.П. Георгиевский, А.И. Ильинский и другие. Экспедиция объяснила причины неустойчивости культур в сухих типах леса и выработала позитивные предложения по лесовосстановлению на пустырях и гарях, а также по рубкам главного пользования. Также нужно называть большую заслугу лесопатологов экспедиции А.И. Ильинского, В.П. Разумовой в установлении огромного вреда для жизни сосновых посадок, причиняемого сосновым подкорным клопом, которому раньше не придавали особого значения.

В 40-е годы также проводились работы по усовершенствованию группово-постепенных рубок на базе современных технологий лесозаготовительных работ (И.П. Бурхин). Были поставлены новые опыты по созданию искусственного подроста сосны с применением ее посадок и посевов под пологом леса. Учитывая серьезную роль режима уровня влажности почв и грунтов в жизни сосняков бора и их возобновлении, Боровая ЛОС проводила многолетние наблюдения за почвенной влажностью и уровнем грунтовых вод на стационарных пунктах, некоторые из которых были заложены еще экспедицией ВНИИЛМа в 1944-1945 годах.

Работы экспедиции 1944-1945 годов, в которой участвовали и сотрудники Боровой ЛОС, стали началом третьего, современного этапа ее деятельности. В это время для апробации в опытно-производственном порядке рекомендаций экспедиции проводились посадки сосны на гарях на фоне мелиоративных полос из лиственных пород, а также испытаны разные варианты смешанных сосново-березовых и сосново-кустарниковых культур (Г.Г. Юнаш, И.М. Невзоров). Новые варианты опытных культур сосны (на базе современной механизации) заложены и на сплошных вырубках второго соснового хозяйства (И.М. Невзоров).

Наряду с закладкой культурно-опытных участков Боровая лесная опытная станция продолжала исследования заложенных в бору опытных и производственных посадок сосны, различных по составу, густоте, агротехнике и происхождению семян. Для повышения устойчивости сосновых культур проводили работы по отбору наиболее биологически и хозяйственно ценных форм сосны (А.А. Хиров), а также поставлены опыты по повышению защитных ее свойств путем удобрения почвы и внесения инсектицидов (Л.К. Давиденко).

В 70-х годах опытная станция распространила свои исследования за пределы Бузулукского бора. Станция изучала производственный лесокультурный опыт в отдельных лесхозах Оренбургской и Самарской областей, провела подготовку к созданию там географических посадок сосны, и приступила к разработке лесосеменного районирования (А.А. Хиров, И.М. Невзоров). Когда в Бузулукском бору обширные посадки вступили в так называемый возраст чащи и жердняка, станция начала исследовательские работы по лесоводственному уходу в молодняках (В.М. Невзоров), чему в прошлом уделяли недостаточно внимания. В 70-х годах работы по вопросам защиты леса в основном касались разработки и совершенствования методов борьбы с подкорным сосновым клопом. Также разрабатывались методы борьбы с короедами с помощью привлекающих их веществ – аттарактантов (Л.К. Давиденко).

Особое место в работах опытной станции вплоть до 70-х годов занимали исследования влияния нефтяных месторождений на территории Бузулукского бора на сохранность его ценозов.

Как известно, в 2006 году наконец-то было принято правительственное постановление о создании на его территории Государственного природного национального парка. Но здесь надо сказать, что этот документ стал лишь финалом долгой и упорной борьбы экологической общественности за новый статус Бузулукского бора, которая уже имеет свою историю. Еще в марте 1976 года состоялось заседание научно-технического совета Оренбургской областной организации ВООП и областной плановой комиссии Оренбургского облисполкома.

В том же году аналогичные мероприятия прошли и в Куйбышевском облсовете ВООП. Тогда совместными усилиями были выработаны научно и юридически обоснованные рекомендации о прекращении добычи нефти в Бузулукском бору. В те годы власти вняли мнению общественности, в результате чего в 1977 году бор был объявлен особо ценным лесным массивом. Впрочем, как выяснилось впоследствии, данный статус ничего не значил ни для лесоустроителей, ни нефтяников, и здесь, хотя и в меньших размерах, по-прежнему продолжались и рубки леса, и добыча нефти. Как следствие, здесь часто возникали лесные пожары, которые наносили огромный урон уникальному лесному массиву (рис. 38-43).

Научная и культурная общественность, начиная с 1978 года и в течение почти трех десятков последующих лет, занималась проблемой организации на территории бора национального природного парка, а точнее – хотя бы какого-нибудь природоохранного статуса. К началу III тысячелетия в Бузулукском бору сложилась ситуация, которую с точки зрения его экологической безопасности можно было назвать катастрофической. Из 40-45 уникальных природных объектов в самарской и оренбургской частях бора лишь два объекта номинально числились государственными памятниками природы областного значения.

Эталонные участки девственного леса, самые ценные шедевры бора, которые не вырубались даже во время войны, последним лесоустройством конца 90-х годов ХХ века были объявлены перестойниками и пущены под топор. К этому моменту в бору оказались уничтоженными практически все охотничьи виды животных, хотя с 1948 года здесь действовал никем не отмененный заповедный режим охраны фауны. Также в бору не были взяты под охрану места обитания редких видов растений, занесенных в Красные книги - федеральную и областные. Между тем таких видов здесь насчитывается более 40, в том числе орхидеи, охрана которых имеет международный статус.

Кроме того, в Бузулукском бору до недавнего времени никак не регулировался доступ автотуристов. Это дело его единственной незащищенной рекреационной территорией в Приволжском и Уральском федеральных округах. Между тем в большинстве регионов, даже там, где лесистость гораздо выше, чем в этом уголке Заволжья, доступ автотуристов в леса так или иначе регулируется, во многих местах создаются зоны покоя. И, наконец, с 1948 года Бузулукский бор практически не имел своей службы изучения животного мира, контроля и охраны его биоресурсов.

Печально, что Бузулукский бор ждал своей «реабилитации» дольше всех из числа заповедников, ликвидированных в период сталинских «побед над природой». При этом вплоть до 1999 года лесоводы бора и московские проектировщики выступали против создания национального природного парка. Лишь после этого под воздействием общественного мнения и твердой позиции руководства Борского и Бузулукского района лесоводы дали согласие на его организацию.

При проектировании национального природного парка в Бузулукском бору в качестве заповедной зоны было выделено лишь небольшое ядро, площадью 22,9 тысяч гектаров (то есть 20 процентов площади всех лесов бора), а в нем маленькое ядрышко площадью 3,9 тысяч гектаров (или менее 4 процентов площади бора). На всей остальной площади проектом национального парка предусмотрено сотрудничество с лесоводами, лесорубами и нефтяниками.

Нынешнее поколение экологов считает, что создание в 2006 году национального парка - это по существу последний шанс сохранения Бузулукского бора в условиях современной цивилизации, хотя такой шанс лесному массиву выпадал еще 30 лет назад, когда с выходом в свет правительственного постановления его почти совсем покинули нефтяники. Однако в 70-х годах по вине ретивых хозяйственников и неповоротливых властей такой шанс был упущен. Поэтому сегодня главная задача парка - сохранить то, что осталось от прежней девственной природы бора (рис. 44-50).

«Дело лесников»

Специалисты сходятся во мнение, что в первые десятилетия советской власти в сфере лесного хозяйства СССР и лесовозобновления было совершено немало принципиальных ошибок, если не сказать - трагических. В начале 20-х годов в нашей стране были ликвидированы прежние дореволюционные лесничества и остались только леспромхозы, которые занимались лишь добычей древесины, но не лесопосадками. Правда, постановлением ЦИК и СНК СССР от 2 июля 1936 года все зеленые массивы СССР были разделены на леса промышленного значения и водоохранные леса. Также в течение предвоенного десятилетия (1931–1941 годы) в Куйбышевской области высадили полезащитные лесные полосы на общей площади около 100 тысяч гектаров. Однако во многих районах за лесопосадками не ухаживали, и вообще относились к возобновлению лесов как к второстепенному делу, что видно из архивных документов того времени.

Приведенные ниже документы цитируются по материалам Самарского областного государственного архива социально-политической истории (СОГАСПИ).

«Постановление № 30/49 Президиума Куйбышевского областного исполнительного комитета Советов от 4 июня 1937 года.

Об итогах весенних лесопосадок в колхозах области и о дальнейших мероприятиях по лесомелиорации (внесено облземуправлением).

Президиум облисполкома устанавливает, что план весенних лесопосадок в колхозах области площадью в 2 тыс. га в целом по области выполнен на 91 процент… При этом Сызранский горсовет, Ново-Малыклинский райисполком и Молотовский райсовет, а также некоторые другие сорвали выполнение плана весенних лесопосадок и плана посева на колхозных питомниках.

Наряду с этим ряд районов, как-то: Алексеевский, Большеглушицкий, Дубово-Уметский и другие проводили лесопосадки в колхозах после посева зерновых культур, и тем самым грубейшим образом нарушили Постановление СНК СССР о проведении лесопосадочных работ весной в течение 10 дней от начала сева ранних зерновых культур.

Президиум облисполкома также отмечает безразличное отношение Большеглушицкого, Дубово-Уметского, Безенчукского и других райисполкомов… к уходу за произведенными лесопосадками и к охране их, в результате чего гибель лесных полос в период с 1932 по 1937 год по области составила более 50 % (посажено всего по области 23 тыс. га, осталось 11500 га).

Президиум облисполкома постановляет:

Обязать председателей райисполкомов, зав. райземотделами, директоров МТС и правления колхозов… подготовить почву для посадок осенью 1937 года… провести уходы за лесопосадками (в соответствии с указаниями облземуправления), выделив для этого необходимое количество рабочих, тракторов и инвентаря… Провести полную инвентаризацию существующих лесных полос… выделить заведующих колхозными питомниками и бригадиров-лесомелиораторов, возложить на одного из членов правления колхозов ответственность за работу по лесонасаждению, а также по охране и уходу за ними… Выделить постоянных сторожей для охраны полезащитных лесных полос… организовать постоянные лесомелиоративные звенья в составе полеводческих бригад, для выполнения работ по лесопосадкам и уходу за ними.

Предупредить председателей райисполкомов, зав. райземотделами, директоров МТС и председателей правлений колхозов, что они несут персональную ответственность за полное и точное выполнение государственного плана лесонасаждений 1937 года, подготовку почвы к посадкам 1938 года, охрану существующих посадок и уходу за ними…

Заместитель председателя облисполкома А. Алексеев».

Другой крупной ошибкой, допущенной в период преобразований в советском лесном хозяйстве 20-х – 30-х годов, стало объединение в одном ведомстве функций лесоохраны и лесной промышленности. Поскольку контроль над деятельностью леспромхозов по этой причине был фактически сведен к нулю, такая система породила массовые злоупотребления, что можно видеть из весьма характерного для 1937 года «дела лесников». При всей надуманности политической подоплеки этого судебного процесса в этом деле, тем не менее, были вскрыты реальные хищения в особо крупных размерах. По «делу лесников» принималось даже специальное постановление бюро областного комитета ВКП (б). Суть дела хорошо видна из этого документа, а также из приложенной к нему справки, которые ныне хранятся в Самарском областном государственном архиве социально-политической истории (СОГАСПИ).

«Постановление бюро Куйбышевского областного комитета ВКП (б) от 22 октября 1937 года.

О ходе выполнения производственного плана и ликвидации последствий вредительства по лесной промышленности области.

Сидевшие у руководства трестом «Средлес» враги народа Седельников, Красильщиков и пособники врагов в «Куйбышевлесе» и обллеспромсоюзе Александров, Шумный, Махновецкий и другие организовали засорение аппарата чуждым и преступным элементом, саботировали стахановское движение, захламляли лесосеки… Они расхищали государственные средства, всячески ухудшали культурно-бытовые условия рабочих, тем самым озлобляя их против советского государства; вредительством срывали план по лесозаготовкам, лесовывозкам и деревообработке, чем привели лесную промышленность к развалу.

Отметить, что первичные парторганизации ВКП (б) леспромхозов, лесозаводов, промартелей и трестов, райкомы и горкомы ВКП (б) еще не развернули достаточной борьбы с враждебным элементом, не организовали выдвижение проверенных людей… и работы по ликвидации последствий вредительства, не мобилизовали всех ресурсов для обеспечения выполнения производственного плана леспромхозами, лесозаводами и промартелями.

Поручить т. Журавлеву (начальник областного управления НКВД – В.Е.) провести расследование по делу «Средлеса», «Куйбышевлеса» и обллеспромсоюза и привлечь виновных к ответственности.

Поручить промтранспортному отделу обкома ВКП (б) провести глубокую проверку хозяйственной деятельности треста «Куйбышевлес» и его финансового состояния, а сельхозотделу – проверку обл. управления лесоохраны.

Поручить партгруппе облисполкома подготовить вопрос о реорганизации Управления лесной промышленности к 1 декабря 1937 года.

Первый секретарь Куйбышевского обкома ВКП (б) П.П. Постышев».

Постановление бюро обкома ВКП (б) дополняет «Справка о выполнении производственной программы лесной промышленности Куйбышевской области на 1 октября 1937 года», в которой, в частности, говорится следующее:

«Особенно плохо выполняется годовой план: трестом «Средлес» по заготовке деловой древесины – 74,1% плана, дров – 51,8%, по вывозке дров – 56,9% плана, «Куйбышевлес» по заготовке деловой древесины – 52,3%, по вывозке – 48,3% плана. Обллеспромсоюз – по вывозке дров – 59,8% плана, чем вызван срыв выполнения нарядов по поставке дров потребителям (города и населенные пункты) на отопление и производственные цели.

Годовой план по распиловке по заводам «Средлеса» выполнен в целом на 71,0% (план 1031,4 тысячи кубометров, распилено 732,7 тысячи кубометров).

Особенно плохо работали за отчетный период: Ульяновский (39,7%), Чаадаевский (46,8%), Свеженский (49,2%) и Куйбышевский (47,6%) лесхозы.

Состояние аппаратов лестрестов и управлений на данный момент характерно тем, что их аппараты густо засорены вражескими элементами. Руководители треста «Средлес» Седельников и Красильщиков оказались врагами народа и изъяты органами НКВД. Управляющий трестом «Куйбышевлес» Александров имел связи с врагами народа, покровительствовал им. Исключен из партии и снят с работы. Председатель обллеспромсоюза Шумный и его заместитель Махновецкий за связь с врагами народа и должностные преступления из партии исключены и с работы сняты».

В следственных материалах по этому делу сказано, что «расхищение государственных средств было организовано как через бухгалтерию «Средлеса» и «Леспродтяжа», так и через специально организованную кассу в спецотделе треста «Средлес», в результате чего за 1935 м 1936 годы роздано под разными предлогами, главным образом врагам народа и классово чуждым элементам 225430 рублей… Из них в виде премий 91600 рублей, в виде «помощи» из лечебного фонда 60630 рублей. Приобретались путевки руководящему составу на сумму 58200 рублей… Расхищение социалистической собственности и государственных средств этим не заканчивалось. Руководство трестов «Средлес» и «Леспродтяж» организовали за счет государственных средств дома отдыха и дачи для руководства на Бахиловой Поляне, специальную охрану охотничьих мест. Для руководства трестов был оборудован специальный катер для поездок на дачи и на охоту, содержание которого в 1936 году выразилось в 56000 рублей. Несмотря на громадные расходы по содержанию дач и катера, все эти расходы были отнесены на счет государственных средств».

Главными пунктами обвинения, предъявленного фигурантам дела, были хищения и финансовые махинации, но вместе с тем вполне в традициях того времени все они были также обвинены во вредительстве и контрреволюционной деятельности (подрыв социалистической экономики). Решением областного суда управляющий трестом «Средлес» Седельников, председатель обллеспромсоюза Шумный и управляющий трестом «Леспродтяж» Глухов были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу, а их заместители и еще около 20 человек из числа руководства этими организациями получили длительные сроки лишения свободы.

(СОГАСПИ, Ф-656, оп.1, д.74, л.д. 121-140).

Воплощение в жизнь сталинских планов

В начале 30-х годов в нашей области были частично облесены Кошкинский и Борский районы. К концу 60-х годов в колхозах и совхозах Кошкинского района произрастало 1429 гектаров полезащитных лесных полос общей протяженностью 1200 километров. Она занимали 1,3 процента от общей пахотной площади, а защищаемая ими территория пашни составляла 28 тысяч гектаров. Работы здесь проводились под руководством районного лесомелиоратора П.П. Шигина. Наибольшее количество лесных полос в районе в это время находилось в колхозе «Дружба» (270 гектаров, или 1,9 процента от площади пашни), в колхозах имени Чапаева (112 гектаров, или 1,1 процента), имени Тельмана (107 гектаров, или 2,2 процента), имени Ленина (106 гектаров, или 1,9 процента), «Родина» (105 гектаров, или 2,4 процента). В остальных хозяйствах района лесополосы занимали от 30 до 60 гектаров.

Большая часть этих насаждений состояла из ясенелистного клена, но имелись отдельные полосы, в которых произрастал дуб черешчатый (110 гектаров), береза бородавчатая (140 гектаров), и даже сибирская лиственница. Клен ясенелистный, вяз обыкновенный, ясень зеленый и дуб черешчатый достигают в высоту 8-12 метров и имеют запас древесины около 100 кубометров на 1 гектар. Наиболее интенсивным ростом отличается береза, высота которой порой составляет 16-18 метров.

Предложенная еще Нестором Генко идея создания широкополосных лесных насаждений на пути вредоносных юго-восточных ветров-суховеев в 40-е – 60-е годы нашли свое воплощение в работах куйбышевских ученых и практиков. Подтверждением этому стало принятие Постановления правительства от 20 октября 1948 года «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР».

В пределах Куйбышевской области в 1949-1965 годах этим постановлением предусматривалось создать 247,2 тысячи гектаров защитных лесных насаждений, в том числе 2,6 тысячи гектаров государственной полосы Чапаевск - Владимировка, ставшей очередным памятником русской лесокультурной науки. Названная государственная лесополоса явилась продолжением концепции Генко о создании зеленых бастионов на пути суховеев. В то же время она имела и свои особенности: по сей день полоса состоит из четырех лент шириной по 60 метров каждая с расстоянием между ними по 300 метров.

В Борском районе в конце 60-х годов имелось около 400 гектаров полезащитных лесных полос. В это время их посадки проводились под руководством районного лесомелиоратора В.Ф. Соломина и территориального инженера С.И. Власова. Наибольшую площадь такие полосы занимали в колхозе «Россия». Преобладающей породой здесь до сих пор является клен ясенелистный, но есть также сосна обыкновенная и береза бородавчатая. Дуб к 30 годам достигал уже высоты 6-7 метров, а береза – 18 метров.

В течение тех же 60-х годов защитные лесные посадки в нашей области на больших площадях создавались в Кинельском, Безенчукском, Кулешовском и Большеглушицком лесхозах. Так, Кинельский лесхоз к этому времени создал 1690 гектаров защитных насаждений, из них полезащитных лесных полос – 1130 гектаров, и овражно-балочных насаждений – 440 гектаров.

Куйбышевский лесхоз к 1968 году полностью завершил закладку уже упоминавшейся государственной лесной полосы Чапаевск–Владимировка по трассе, по сей день проходящей через нашу область. Ныне эта посадка состоит из четырех 60-метровых лент, расположенных через 300 метров друг от друга. Протяженность лесополосы до ее границы с Саратовской областью составляет 90,5 километров, а общая площадь – 2218 гектаров. Из занимаемой ею территории посадки дуба составляют 1513 гектаров (68 процентов), ясеня – 262 гектара (12 процентов), березы – 128 гектаров (6 процентов), сосны – 27 гектаров (1,2 процент), тополя – 18 гектаров (0,9 процента). Есть в лесополосе еще и прочие породы – их здесь 270 гектаров (12 процентов).

Посадки уже в те годы оказали положительное влияние на условия произрастания сельскохозяйственных культур. Как показали наблюдения в колхозе «Победа» в 1965 году, урожай пшеницы под защитой государственной лесной полосы был выше на 1-3 центнера с гектара, а урожай кукурузы – на 28 центнеров с гектара.

Хорошие насаждения тогда же были созданы в колхозе «Прогресс» Волжского района силами Дубово-Уметского лесничества под руководством И.П. Баева. Всего за 60-е годы здесь было высажено 54 гектара полезащитных лесных полос и 140 гектаров противоэрозионных овражно-балочных насаждений. Эти полосы на территории бывшего колхоза можно увидеть до сих пор, и состоят они из трех рядов березы или двух рядов ясеня и одного ряда (в середине) березы, посаженных с междурядьями шириной 2,5 и 3 метра. Насаждения быстро стали важным фактором повышения урожайности здешних полей.

Большой объем работы по созданию лесных насаждений в степи в течение 1953-1966 годов были выполнены Безенчукским степным лесхозом. За это время на подведомственной ему территории было высажено (в гектарах): полезащитных лесных полос – 511, овражно-балочных посадок – 1860, лесов агрономического значения – 483, насаждений на песках – 349, придорожных полос – 484, озеленительных посадок – 548. В общей сложности за это время силами работников предприятия оказались облесенными 4235 гектаров степных угодий. Наибольшую площадь в этих посадках ныне занимают береза (1071 гектар, или 25 процентов), дуб (977 гектаров, или 23 процента), ясень (883 гектара, или 20 процентов) и сосна (584 гектара, или 14 процентов). На остальной территории полос сейчас произрастают тополь, вяз мелколистный и клен ясенелистный.

Особенно нужно отметить посадки у села Натальино, созданные уже названным выше Безенчукским степным лесхозом. Из указанной выше площади насаждений, выполненных предприятием, 856 гектаров приходится именно на территорию этого сельсовета. Посадки хорошо принялись уже в 50-х годах, благодаря чему здешний, почти полностью открытый степной ландшафт, превратился в некое подобие лесостепи.

Но наиболее сложными условия для работы были у сотрудников двух южных лесхозов нашей области, образованных в первые послевоенные годы – Кулешовского и Большеглушицкого. В период с 1958 по 1966 годы ими в общей сложности было создано 8075 гектаров зеленых насаждений, в том числе Кулешовским – 3464 гектаров, и Большеглушицким – 4611 гектаров. Значительная часть этих посадок представляло собой леса агрономического значения. Она создавались в виде лент шириной 250 метров. Много леса указанные хозяйства заложили с посевом дуба квадратно-гнездовым способом. В качестве примера можно привести участок в Александровской полосе площадью 50 гектаров, заложенной Большеглущицким лесхозом, и в Утевской полосе Кулешовского лесхозе (48 гектаров). В обоих случаях здесь вплоть до наших дней сохранилось от вымирания почти сто процентов от объема всех высаженных деревьев. Большие площади Большеглущицким лесхозом были также облесены по берегам Таловского водохранилища (всего 41,5 гектаров).

В учебном хозяйстве (учхозе) Куйбышевского сельскохозяйственного института, расположенном в поселке Усть-Кинельский, на самой границе южной заволжской лесостепи, в 1949-1951 годах было заложено 170 гектаров защитных лесных насаждений, главным образом полезащитных лесных полос. Посадки проводились под руководством Г.П. Шестоперова, В.С. Федотова, С.Р. Молчадского и К.Г. Ситниковой. Вплоть до настоящего времени на полях бывшего учхоза интерес для специалистов представляют лесные полосы из чистого дуба, состоящие из трех рядов пятилуночных групп (гнезд). В чистых дубовых посадках деревья уже 17-20-летнем возрасте достигали высоту 7-8 метров, а в смешанных – лишь 4-5 метров. Это показывает, что дуб в условиях Самарского Заволжья гораздо лучше растет в полосах без участия сопутствующих и кустарниковых пород. В дальнейшем на основе данных этих работ специалистов нашего сельхозинститута были заложены и другие лесопосадки в степном Заволжье.

Такие же данные о чистых дубовых насаждениях в степи в 50-х – 60-х годах были получены и в работах Куйбышевской (Безенчукской) опытной станции, которая была основана еще в 1902 году в центральной части зоны обыкновенных черноземов Заволжья. Здесь система полезащитных полос создавалась в 1949-1955 годах под руководством В.В. Бозрикова. В общей сложности желуди здесь посадили на площади 54,5 гектаров групповым (гнездовым) и строчно-луночным способами. При этом часть насаждений выращивалась под защитой кулис из вяза мелколистного, посаженного в крайних рядах. Ученые выяснили, что в первые годы вяз помогал росту дуба, обеспечивая снегозадержание и создавая более благоприятный микроклимат внутри полосы. Благодаря этому дубовые деревца одного возраста оказывались на 2-3 выше вязовых. Однако позднее вяз начал угнетать дуб, и в дальнейшем высота деревьев обеих пород выровнялась. В целом было признано, что такая дубово-вязовая комбинация состава степных лесополос достаточно оптимальна для многих районов степного Заволжья. Кроме того, хорошие результаты здесь были получены при смешанных посадках дуба с березой бородавчатой и экзотической для наших мест породой – сибирской лиственницей.

В экспериментальном хозяйстве Поволжской АГЛОС, расположенной в 20 километрах к югу от Самары, в течение 1950-1960 годов под руководством директора станции И.И. Крылова создали полезащитные лесные полосы на площади 91 гектар, а также 20 гектаров прибалочных посадок и 62 гектаров насаждений других типов. Из этих насаждений в первую очередь нужно отметить лесные полосы с сибирской лиственницей, плотность которой здесь достигала 1-1,5 тысячи деревьев на один гектар. На территории хозяйства ее высаживали в смеси с кленом остролистным и зеленым ясенем, и в обоих случаях были показаны неплохие результаты. Посадки прижились, и через 10 лет деревья в них достигали высоты 3-4 метров, а через 15 лет – 6 метров. Но наиболее быстрым ростом в лесных посадках АГЛОС себя проявила береза бородавчатая, где через 15 лет деревья достигали высоты 14 метров.

Всего в течение 30-х – 60-х годов в целях улучшения природных условий, повышения урожаев сельскохозяйственных культур и снижения вредного влияния засух и суховеев, а также водной и ветровой эрозии на полях колхозов и совхозов на 52 тысячах гектаров были созданы защитные лесонасаждения. Их площадь в таких районах, как Шигонский, Кошкинский, Кинельский, Волжский, Безенчукский, Красноармейский, Хворостянский, Большеглушицкий и Пестравский, ныне составляет по 2000 гектаров и более. В целом же нужно отметить, что защитные лесные полосы, созданные в нашей области с конца 40-х до начала 70-х годов ХХ века, имели огромное значение для выравнивания климатических условий на огромных пространствах Самарского Заволжья, что не могло не сказаться на повышении продуктивности нашего сельского хозяйства.

В 1979 году в структуру Куйбышевского управления лесного хозяйства входило шесть леспромхозов – Красноярский, Новобуянский, Сергиевский, Похвистневский, Рачейский и Шенталинский, 11 лесхозов – Безенчукский, Большеглушицкий, Жигулевский, Кинельский, Клявлинский, Куйбышевский, Кулешовский, Рождественский, Новодевиченский, Пестравский и Ставропольский. В леспромхозах и лесхозах 74 лесничества и 19 лесопунктов. При Куйбышевском опытно-показательном механизированном лесхозе имеется почвенно-химическая лаборатория и научно-исследовательская лаборатория по труду.

Однако, несмотря на все усилия лесоводов, общая площадь лесов на территории Самарской губернии в советское время стремительно сокращалась. Поэтому для эффективного поступательного развития региона, поддержания благоприятной экологической обстановки, получения высоких и стабильных урожаев сельскохозяйственных культур требовалось прикладывать максимум усилий для хотя бы частичного восстановления лесов, особенно в левобережной степной части области (рис. 51-55).

Природа не терпит суеты

В 90-е годы ХХ века самарские лесоводы жили и работали в рамках тяжелого кризиса, что, конечно, было связано с общей экономической ситуацией в стране. Тем не менее в соответствии с постановлением правительства РФ от 10 января 1999 года «О федеральной целевой программе «Охрана лесов от пожаров на 1999-2005 годы», а также с соответствующим законом Самарской области на охраны лесов от пожаров предусматривалось выделение 93,2 миллионов рублей. В эту сумму закладывались средства федерального бюджета – 57,8 млн. рублей (фактически же было выделено 7,3 млн. рублей, или 12,5 процентов). Более ответственным оказался областной бюджет, из которого на эти цели было запланировано 24,8 млн. рублей, а фактически выделено 21,6 млн. рублей, или 87,4 процента. Также на борьбу с пожарами лесхозы запланировали использовать 12,9 млн. рублей собственных средств, а фактически израсходовали 31,4 млн. рублей, или 243,4 процента (рис. 56-58).

Еще в рамках реализации той же программы в указанные годы намечалось выполнение 26 показателей, в том числе: по обустройству лесной территории, противопожарной пропаганде среди населения области, приобретению противопожарной техники, средств связи, компьютеров, содержанию пожарной охраны. Однако из-за хронического недофинансирования мероприятий программы, прежде всего из средств федерального бюджета, удалось выполнить лишь 16 из перечня намеченных мероприятий. В их числе - устройство противопожарных полос и уход за ними, ремонт дорог противопожарного назначения, строительство и обустройство пожарных водоемов, приобретение противопожарной техники, компьютеров, мероприятия по противопожарной пропаганде. Все это даже в условиях недофинансирования позволило не допустить ни одного крупного пожара, угрожающего жизни населения области и объектам экономики. Всего же в период с 2001 по 2005 годы количество лесных пожаров в области удалось сократить с 2131 до 1281, или на 40 процентов, а площадь лесов, пройденную пожарами, с 3010 до 767 гектаров (на 75 процентов).

Как известно, новый Лесной кодекс Российской Федерации был принят 4 декабря 2006 года, и в полной мере вступил в силу с 1 января 2007 года. Вскоре после этого правительство Самарской области утвердило положение о департаменте лесного хозяйства нашего региона (постановление правительства № 9 от 9 февраля 2007 года). В нем определены предметы ведения, полномочия и структура департамента.

Необходимость появления этой структуры напрямую связана с появлением новой лесной законодательной базой РФ. По новому кодексу ряд полномочий в области лесных отношений, ранее осуществляемых федеральными органами государственной власти, передана органам исполнительной власти субъектов РФ. Радикальных изменений в сфере лесного хозяйства области при этом не произошло. Всего в ведение департамента тогда были переданы 15 лесхозов со всеми их работниками, то есть около 1 тысячи 700 человек остались на своих прежних рабочих местах.

Департамент лесного хозяйства Самарской области с того момента занимается разработкой и утверждением лесного плана губернии, лесохозяйственного регламента; проведением государственной экспертизы проектов освоения лесов; предоставлением в пределах земель лесного фонда земельных участков в постоянное (бессрочное) пользование, аренду, срочное безвозмездное пользование; заключением договоров купли-продажи лесных насаждений; организацией и проведением лесных аукционов; выдачей разрешений для осуществления на землях лесного фонда работ по геологическому изучению недр; организацией и обеспечением на землях лесного фонда использования лесов, их охраной, в том числе тушением лесных пожаров, защитой и воспроизводством лесов; ведением государственного лесного реестра; осуществлением государственного лесного контроля и надзора.

На сегодняшний день лесной фонд Самарской области составляет 528 тысяч гектар. При достаточном финансировании особых проблем у лесного хозяйства нет: если деньги выделяются, то осуществляется посадка леса. Так, весной 2007 года было высажено почти 1100 гектаров зеленых насаждений. Как главные лесообразующие породы, чаще высаживаются сосна, дуб, ясень, лиственница, клен, липа. Однако цифры говорят сами за себя: в области всего 12,6 процентов лесистости, а должно быть 25-30 процентов. Но при этом нужно учитывать, что у нас почва не везде пригодна для лесонасаждений. Например, на юге области, в Пестравском, Большеглушицком, Большечерниговском, Алексеевском, Нефтегорском районах много солонцеватых почв. Между тем недостаточное количество лесных посадок здесь может привести к обмелению рек, озер, болот, понижению грунтовых вод, а в конечном итоге – и к дефициту влаги.

В настоящее время действует областная «Целевая программа повышения лесистости в рамках реализации целей Киотского протокола охраны и защиты леса Самарской области на 2006-2015 годы», где основное внимание уделяется как раз южным районам области. Ежегодно на реализацию данной программы должно выделяться 100 миллионов рублей. Однако в 2007 году в ее рамках было выделено только 51 миллион рублей, что составляет менее половины от потребности. Деньги пошли на проект по созданию защитных насаждений, на выращивание сеянцев, саженцев, подготовку почвы и передачи земель лесопользователю и так далее.

Ныне на каждое лесничество, на каждый лесхоз, на каждый участок лесоустроителями составляется проектно-сметная документация на 10 лет. В документах указывается, сколько, что и на каком участке нужно вырубить. Рубка ведется либо в целях ухода за лесом (выпиливаются больные, засыхающие и угнетенные деревья), либо для полного возобновления лесных участков. Однако нормы по рубке мы не выполняем, поскольку нужные для выполнения работ средства не выделяются. Деревья стареют, болеют, а значит, идет интенсивное захламление леса. Такой лес вряд ли несет в себе какой-либо экологический потенциал, поскольку задачу воспроизводства кислорода он восполняет плохо.

Для предупреждения лесных пожаров и выявления их виновников департаментом лесного хозяйства Самарской области заключаются соглашения с Главным управлением МЧС России по Самарской области, ГУВД Самарской области, Средневолжским управлением внутренних дел на транспорте. Как правило, лесные пожары возникают по вине человека из-за неосторожного обращения с огнем. Поэтому ежегодно в начале весенне-летнего сезона принимается очередное постановление правительства Самарской области «Об ограничении пребывания граждан в лесах на территории Самарской области и въезда в них транспортных средств».

Наиболее подверженные возгораниям хвойные насаждения в области занимают более 100 тысяч гектаров. Здесь для усиления контроля и мер воздействия на сельхозпредприятия, владельцев автомобильных и железных дорог, нефтегазопроводов, линий электропередач, арендаторов лесного фонда лесничествами выдаются предписания по соблюдению Правил пожарной безопасности в лесах РФ и проведения предупредительных противопожарных мероприятий.

Особую тревогу вызывает противопожарное состояние полос отвода вдоль автомобильных дорог, охранных зон линий электропередач и земель сельхозпредприятий, неконтролируемый пал. Захламленность и отсутствие минерализованных полос по границам с лесным фондом не раз становились причиной крупных лесных пожаров.

В связи с принятием нового Лесного кодекса в области усиливаются работы по профилактике и тушению лесных пожаров на территории лесничеств области, что делается силами ГУСО (лесхозов) на договорной основе с министерством природных ресурсов и охраны окружающей среды Самарской области. С лесхозами заключены государственные контракты, в которых определены задания по выполнению профилактических противопожарных мероприятий в лесном фонде.

С 1 апреля 2008 года в лесхозах, на пожарно-химических станциях в пожароопасный период организуются круглосуточные дежурства работников лесного хозяйства. Всего на указанную дату в лесхозах были подготовлены к работе девять пожарно-химических станций и столько же пожарно-наблюдательных вышек, и при этом пять из них были оборудованы телевизионными установками.

Во время чрезвычайных ситуаций в департаменте ежедневно анализируется пожарная ситуация по области и информация передается в главное управление МЧС по Самарской области, в главное управление Росприроднадзора по Самарской области и в агентство лесного хозяйства Российской Федерации. Для работы пожарных автомашин и тракторов на тушении лесных пожаров создается необходимый запас ГСМ. Весной 2008 для этих целей было создано 39 мобильных групп пожаротушения, 26 добровольных пожарных дружин, и все их в достаточной мере удалось укомплектовать средствами пожаротушения, радиостанциями, средствами индивидуальной защиты. Были разработаны маршруты патрулирования территории лесного фонда общей протяженностью порядка 5 тысяч километров, организовано 16 контрольно-пропускных пунктов на дорогах, ведущих в лесные массивы, наиболее посещаемые населением (в Красноярском районе – 10, Кинельском – 1, Ставропольском – 5). Одновременно велась борьба с нарушителями лесного законодательства. Так, Новобуянским лесничеством весной 2008 года была обнаружена вырубка древесно-кустарниковой растительности при прокладке кабеля. Ущерб в размере 31,1 тысячи рублей виновные возместили, штраф 20 тысяч рублей оплатили. В Похвистневском лесничестве еще в 2007 году выявили незаконную порубку леса физическим лицом. В 2008 году через суд с него был взыскан ущерб в размере 28 тысяч рублей, и плюс к тому нарушитель уплати штраф - 1,5 тысячи рублей.

В 2008 году работниками лесного хозяйства области были высажены различные лесные культуры на общей площади 1100 гектаров. Эти работы проводились в Волжском, Шигонском, Кинельском и Похвистневском лесничествах. В общей сложности лесхозы Самарской области по итогам прошлых лет (с 2006 года) оказались победителями программы повышения лесистости в рамках Киотского протокола. В 2008 году выполнение мероприятий этой программы осуществлялось в соответствии с планом, утвержденным Министерством природных ресурсов и охраны окружающей среды Самарской области. Леса высаживались в основном по берегам малых рек и на овражно-балочных землях в Алексеевском, Нефтегорском, Большеглушицком, Большечерниговском, Красноярском, Хворостянском, Похвистневском, Кошкинском, Борском и Елховском районах.

В течение 2008 года проводилась предусмотренная Лесным кодексом РФ реорганизация лесного хозяйства области. При этом федеральные государственные учреждения (лесхозы), подведомственные департаменту лесного хозяйства, как имущественные комплексы, были безвозмездно переданы из собственности Российской Федерации в государственную собственность Самарской области и преобразованы в государственные учреждения Самарской области (лесхозы). В структуре департамента лесного хозяйства тогда было образовано управление государственного лесного контроля и надзора, в состав которого вошли 18 лесничеств, образованных на территории Самарской области. В их задачи в настоящее время входит осуществление государственного лесного контроля и надзора в отношении лесов, расположенных на территории лесничества, а также организация использования лесов, их охраны, защиты и воспроизводства.

В целом же использование, охрана, защита, воспроизводство лесов у нас должно осуществляться, исходя из понятия о лесе, как об экологической системе. Ничто не может заменить зеленый покров нашего края, который дает всем живительный кислород, необходимый для нормального дыхания каждому живому существу (рис. 59-66).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

Список литературы

150 лет Самарской губернии (цифры и факты). Статистический сборник. Под ред. Г.И. Чудилина. Самара, Самарский дом печати. 2000. 408 с.

Асеев А.Н., Терентьев В.Г. 1980. О зависимости продуктивности степных дубрав от лесорастительных условий. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. (Ред. коллегия М.И. Абрамов, Н.М. Матвеев, Д.П. Мозговой, Ю.К. Рощевский). Куйбышев. Куйбышевский государственный университет, стр. 56-58.

Березин И.К. 1976. Наш опыт защитного лесоразведения. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 71-85.

Бузулукский бор. Обзор. (Под ред. Е.Д. Годнева). М., изд-во Госкомитета лесного хозяйства Совета Министров СССР. 1974. 66 с.

Бурхин Н.П., Колчин Н.П. 1976. Постепенные рубки в сосняках Узюковского, Красноярского и Рачейского лесничеств. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 45-52.

Власов С.И. 1972. Бузулукский бор. — В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 17-30.

Власов С.И. 1972. Муравельный лес. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 48-52.

Власов С.И. 1972. Останцы сосновых боров Высокого Заволжья. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 45-47.

Власов С.И. 1986. Бузулукский бор. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 9-10.

Власов С.И. 1986. Муравельный лес. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 19.

Власов С.И., Евдокимов Л.А. 1972. Камышлинское чернолесье с остатками тайги. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 65-68.

Власов С.И., Евдокимов Л.А. 1972. Микушкинская тенистая дубрава. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 62-64.

Власов С.И., Евдокимов Л.А. 1972. Ново-Кувакская березовая дубрава. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 59-61.

Власов С.И., Захаров А.С. 1972. Байрачные леса. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 71-74.

Власов С.И., Захаров А.С. 1972. Генковские лесные полосы. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 78-82.

Власов С.И., Захаров А.С. 1972. Дубовая роща. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 53-55.

Власов С.И., Титавнин А.П. 1972. Новинский бор. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 39-40.

Власов С.И., Титавнин А.П. 1986. Новинский бор. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 15-16.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1997 году. Самара. 1998. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1998 году. Самара. 1999. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1999 году. Самара. 2000. 100 с.

Государственный комитет по охране окружающей среды Самарской области (Визитная карточка). Экология. Самара, 1999. 22 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1994 году. Самара. 1995. 100 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1995 году. Самара. 1996. 100 с.

Государственный комитет экологии и природных ресурсов Самарской области. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Самарской области в 1996 году. Самара. 1997. 100 с.

Даркшевич Я.Н. 1963. В Бузулукском бору. Бузулук, изд-во Оренб. отд. ВООП, 24 л.

Евдокимов Л.А. 1986. Малораковские дубравы. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 22-23.

Евдокимов Л.А. 1986. Новокувакская березовая дубрава. Микушкинская тенистая дубрава. Камышлинское чернолесье с остатками тайги. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 24-27.

Евдокимов Л.А. 1986. Сосновые леса Высокого Заволжья. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 17-18.

Евдокимов Л.А. 1995. Новокувакская березовая дубрава. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 56.

Евдокимов Л.А. 1995. Сосновые леса Высокого Заволжья. - В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 74-76.

Евдокимов Л.А. 1995. Камышлинская кленово-ясменниковая дубрава. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 77.

Евдокимов Л.А. 1995. Камышлинское чернолесье с остатками тайги. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 77-78.

Елшин А.Г. 1918. Самарская хронология. Тип. Губернского земства. Самара. 52 с.

Ерофеев В.В. 1986. Времен связующая нить. – В сб. «Орленок», Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 129-148.

Ерофеев В.В. 1995. Дикие яблони. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 49.

Ерофеев В.В. 1995. Сарбайская лесостепь. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 71.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2007. Самарская губерния – край родной. Т. I. Самара, Самарское книжное изд-во, 416 с., цв. вкл. 16 с.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2008. Самарская губерния – край родной. Т. II. Самара, изд-во «Книга», - 304 с., цв. вкл. 16 с.

Захаров А.С. 1986. Байрачные леса. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 30-31.

Захаров А.С. 1986. Дубовая роща. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 20-21.

Захаров А.С. 1986. Сосняки на дюнных песках. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 17.

Захаров А.С. 1995. Памятники лесной и степной растительности. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 10.

Захаров А.С. 1995. Муранский бор. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 15-16.

Захаров А.С., Титавнин А.П. 1972. Муранский бор. — В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 35-38.

Захаров А.С., Титавнин А.П. 1986. Муранский бор. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 11.

«Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, 1995. 352 с.

Ибрагимов А.К., Волкорезов В.И., Воротников В.П. 1995. Об устойчивости лесных экосистем в связи с южным пределом распространения лесной растительности. - В сб. «Вопросы экологии и охраны природы в лесостепной и степной зонах». Междунар. межвед. сб. науч. тр. Под ред. Н.М. Матвеева. Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 76-81.

Карманная книга натуралиста и краеведа. М., Географгиз, 1961, 264 с.

Классика самарского краеведения. Антология. Под ред. П.С. Кабытова, Э.Л. Дубмана. Самара, изд-во «Самарский университет». 2002. 278 с.

Котов В.М. 1970. Реконструкция полезащитных лесных полос. – В сб. «Рубки ухода в лесных полосах и реконструкция защитных насаждений». Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 36-46.

Кретинин В.М. 1985. Мелиорация почв под полезащитными лесными полосами в сухостепном Заволжье. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 118-126.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1977. 406 с.

Куйбышевская область. Историко-экономический очерк, изд. 2-е. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1983. 350 с.

Куйбышевская область в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 г.г.). Документы и материалы. Самара. Изд-во «Самарский дом печати». 1995. 448 с.

Лебедев В.В. 1976. Перспективы улучшения и преобразования природы в засушливых районах Поволжья. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межвузовский сборник. Вып. 1. Куйбышев, изд-во Куйбышевского гос. ун-та, стр. 44-54.

Лепехин И.И. 1795. Дневные записки путешествия академика Лепехина. т.1, изд-во Императорской АН.

Леса самарские. Самара, изд-во ООО «Вести». 1998. 42 с.

Лесное хозяйство Куйбышевской области. Вып. 2. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, 1976, 184 с.

Лобанов Я.Я. 1976. Дуб - главная порода в лесоразведении. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 117-128.

Лобанов Я.Я., Снарский Е.С. 1976. Лиственница сибирская в Куйбышевском Заволжье. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 53-60.

Лопухов Н.П., Тезикова Т.В. 1967. География Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 78 с.

Матвеев Н.М. 1986. Красносамарский сосняк. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 35-36.

Матвеев Н.М. 1995. Красносамарский сосняк. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 52.

Матвеева Г.И., Медведев Е.И., Налитова Г.И., Храмков А.В. 1984. Край самарский. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во.

Мельченко В.Е. 1992. Ландшафты Самарской Луки. – В сб. «Бюллетень «Самарская Лука» № 1/91. Самара», стр. 45-62.

Мильков Ф.Н. 1953. Среднее Поволжье. Физико-географическое описание. Изд-во АН СССР.

Мозговая О.А. 1977. Флористический состав дубовых лесов Красносамарского лесничества Куйбышевской области. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межвузовский сборник. Выпуск 2. Куйбышевский госуниверситет. (Ред. коллегия: Н.И. Ларина, Н.М. Матвеев, Д.П. Мозговой, В.И. Рощупкин, В.Г. Терентьев). Куйбышев. Изд-во «Волжская коммуна», стр. 20-26.

Мухаев В.А. 1985. Перспективные виды и формы берез для защитного лесоразведения в Среднем Поволжье и их биоэкологическая оценка. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 29-37.

Наш край. Самарская губерния – Куйбышевская область. Хрестоматия для преподавателей истории СССР и учащихся старших классов средней школы. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1966. 440 с.

Наякшин К.Я. 1962. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 622 с.

Нигматуллин И.С. 1983. Влияние погодных условий на рост и развитие ясеня пушистого в лесных полосах Тимашевской системы. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 68-73.

Одум Ю. 1975. Основы экологии. М., изд-во «Мир».

Об утверждении Лесного плана Самарской области (с изменениями на 4 апреля 2014 года). Постановление Губернатора Самарской области от 31 декабря 2008 года № 149.

Олеарий А. 1906. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., изд. А.С. Суворина.

Паллас П.С. 1773. Путешествие по разным провинциям Российской империи, ч.1. СПб.

Пименов А.В. 1976. Лесозаготовки. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 163-168.

Плаксина Т.И. 1995. Кондурчинская лесостепь. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 55.

Плаксина Т.И., Павлов С.И. 1986. Кленовники Сидоровых гор. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 33-34.

Плаксина Т.И., Тезикова Т.В. 1995. Рачейская тайга. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 14.

Природа Куйбышевской области. Куйбышевоблгосиздат, 1951, 405 с.

Природа Куйбышевской области. Куйб. кн. изд-во, 1990, 464 с.

Путешествие через Московию Корнелия де Бруина. М., изд. Импер. АН, 1871, 174 с.

Рощевский Ю.К. 1995. Национальный природный парк «Самарская Лука». – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области» /Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. – Самара: Кн. изд-во, стр. 335.

Рубки ухода в лесных полосах и реконструкция защитных насаждений. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, 1970. 96 с.

Рычков П.И. 1896. История оренбургская (1730-1750 годы). Оренбург.

Самарская область (география и история, экономика и культура). Учебное пособие. Самара 1996. 670 с.

Синельник А.К. 2003. История градостроительства и заселения Самарского края. Самара, изд. дом «Агни». 228 с.

Средняя Волга. Социально-экономический справочник. Ср.-Волж. краев. изд-во. М.-Самара, 1932. 174 с.

Тарутин А.Н. 1976. Лесное хозяйство области. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 3-12.

Тезикова Т.В. 1972. Рачейкинский бор. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 31-34.

Тезикова Т.В. 1986. Рачейский бор. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 12-14.

Тезикова Т.В. 1995. Рачейский бор. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 11-13.

Терентьев В.Г. 1970. Рубки ухода и использование гербицидов в Tимaшeвскиx лесных полосах. – В сб. «Рубки ухода в лесных полосах и реконструкция защитных насаждений». Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 65-71.

Терентьев В.Г. 1972. Тимашевские лесные полосы. – В сб. «Сокровища Волжской природы. Заповедные и памятные места Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышевское книжное издательство, стр. 83-86.

Терентьев В.Г. 1986. Тимашевские лесные полосы. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 52.

Терентьев В.Г., Асеев А.Н. 1976. Некоторые таксационные показатели роста насаждений Красно-Самарского лесничества. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межвузовский сборник. Вып. 1. Куйбышев, изд-во Куйбышевского гос. ун-та, стр. 27-31.

Терентьев В.Г., Жирова А.Н. 1977. Некоторые показатели интенсивности транспирации древесных пород и водного режима в насаждениях Красносамарского лесничества. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межвузовский сборник. Выпуск 2. Куйбышевский госуниверситет. (Ред. коллегия: Н.И. Ларина, Н.М. Матвеев, Д.П. Мозговой, В.И. Рощупкин, В.Г. Терентьев). Куйбышев. Изд-во «Волжская коммуна», стр. 3-11.

Терентьев В.Г., Лыкова О.В. 1978. О семенном и вегетативном возобновлении древесных и кустарниковых пород в лесонасаждениях степного Заволжья. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межвузовский сборник. Вып. 3. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во Куйб. гос. ун-та, стр. 8-15.

Уразаев В.Ф. 1976. Переработка древесины и ее отходов. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 169-171.

Учайкина И.Р., Александрова Т.А. 1987. География Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 112 с.

Филиппова К.Н. 1994. Красносамарский лес (В гл. «Растительные ресурсы»). – В сб. «Экологическая ситуация в Самарской области: состояние и прогноз». Под ред. Г.С. Розенберга и В.Г. Беспалого. Тольятти, ИЭВБ РАН, стр. 135-136.

Хавроньин А.В. 1983. Водораздельные лесные полосы в степном Заволжье. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 53-59.

Хавроньин А.В. 1986. Водораздельные лесные полосы в Степном Заволжье. – В сб. «Памятники природы Куйбышевской области». Сост. В.И. Матвеев и М.С. Горелов. Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 50-51.

Хавроньин А.В. 1986. Выращивание степных насаждений с дубом черешчатым. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, стр. 61-70.

Хавроньин А.В. 1995. Водораздельные (Генковские) лесные полосы в степном Заволжье. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. Самара: Кн. изд-во, стр. 36-43.

Хавроньин А.В., Задульская О.А., Хавроньина Е.А. 1985. Флороценотический анализ полезащитных лесных полос Поволжской АГЛОС. – В сб. «Вопросы лесной биогеоценологии, экологии и охраны природы в степной зоне». Межведомственный сборник. Под ред. Н.М. Матвеева. Куйбышев, изд-во КГУ, стр. 71-81.

Халеев А.Е. 1994. Состояние лесов (В гл. «Растительные ресурсы»). – В сб. «Экологическая ситуация в Самарской области: состояние и прогноз». Под ред. Г.С. Розенберга и В.Г. Беспалого. Тольятти, ИЭВБ РАН, стр. 129-134.

Хиров А., Моисеев А. 1995. Бузулукский бор. – В сб. «Зеленая книга» Поволжья: Охраняемые природные территории Самарской области». Сост. Захаров А.С., Горелов М.С. – Самара: Кн. изд-во, стр. 329-334.

Храмков Л.В. 2003. Введение в самарское краеведение. Учебное пособие. Самара, изд-во «НТЦ».

Храмков Л.В., Храмкова Н.П. 1988. Край самарский. Учебное пособие. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 128 с.

Шабалин И.М. 1976. Охрана лесов от пожаров и вредителей. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйбышев, Куйбышевское книжное изд-во, стр. 145-149.

Шаров В.М. 1976. Лесные полосы в колхозе «Прогресс» Волжского района. – В сб. «Лесное хозяйство Куйбышевской области». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во», стр. 133-138.

Яблоков А.В., Остроумов С.А. 1983. Охрана живой природы: проблема и перспективы. М., Лесн. пром-сть, 269 с., илл.


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу