При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Эйдлин Самуил Матвеевич

Его настоящее имя и отчество - Ерахмиэль Мордухович. Он был и прозаиком, и поэтом, и сатириком, и детским писателем. Еще Самуила Матвеевича Эйдлина называли «куйбышевским Маршаком» (рис. 1).

Он родился 23 октября 1914 года в селе Баево Витебской области. Учился в Харьковском педагогическом институте профессионального образования. Первое его стихотворение появилось в печати в харьковском журнале «Октябрьские всходы» в 1927 году, когда Эйдлину было тринадцать лет.

В 1933 году в Харькове и Киеве вышел в свет коллективный сборник на идише «Литкомюнг», в который, вместе с произведениями других юных еврейских литераторов были включены и стихи Самуила Эйдлина.

Первый авторский сборник лирических стихотворений на еврейском языке «Ин дэр шенстэр фун мэдинэс» («В лучшей из стран») вышел в 1939 году в Киеве в издательстве «Госнацмениздат».

В начале 40-х годов (перед самым началом войны) он жил в Харькове, работал сотрудником многотиражной газеты Харьковской обувной фабрики № 5, откуда и ушел на фронт. Затем Эйдлин воевал в рядах Красной Армии, был фронтовым корреспондентом, и в составе 1128-го стрелкового полка 76-й гвардейской дивизии дошел до Берлина.

После демобилизации он переехал в город Куйбышев, где писал стихи и прозу для детей, издал несколько книжек. Эйдлин также профессионально работал и в сатирическом жанре. В частности, в Куйбышеве в 1964 году вышел сборник его сатиры и юмора «В разрезе и на уровне», а затем в серии «Библиотека «Крокодила» был издан его рассказ «Ах, оставьте». Однако в ряды Союза писателей СССР Эйдлина приняли только в 1966 году, после положительных высказываний о его творчестве Сергея Михалкова и Самуила Маршака.

Как вспоминают его друзья и знакомые, маленькие, удивительные, добрые и сердечные сказки и истории поэта Самуила Матвеевича Эйдлина знали и любили в Куйбышеве все дети. Он прожил на берегах Волги много лет. В нашем городе гордились его веселым, щедрым талантом, выпускали одну за другой его книжки для детей. Не зря друзья и коллеги называли Эйдлина «средневолжским Маршаком» (рис. 2-9).

Однако почти никто не знал, что первая книга поэта вышла на еврейском языке в Киеве еще до той проклятой войны, когда он привычно писал стихи справа налево. Одну из его книжек в красной картонной обложке, потускневшей от времени, автору этих строк подарил в Биробиджане в 1991 году один из старейших журналистов области. Он рассказал, что почти за полвека до этого вместе с несколькими другими книгами на еврейском языке он буквально вытащил ее из костра сталинской инквизиции, пылавшего во дворе областной библиотеки имени Шолом-Алейхема.

За тысячи километров на запад от Биробиджана, в Москве, таким же средневековым способом ликвидировали последние признаки еврейской культуры: в издательстве «Дер эмес», в котором выпускали еврейские книги и газету «Эйникайт», ломали наборные кассы, рвали бумаги, а во дворе ГОСЕТа, где блистали на сцене Михоэлс и Зускин, пылал костер до небес. Горели книги, афиши, фотографии, декорации. Вокруг летали лишь хлопья и пепел. В «лучшей из стран» боролись одновременно с безродными космополитами и с буржуазными националистами. Книжка, которую биробиджанский журналист спас от огня, называлась «Ин дэр шенстэр фун мэдинэс» («В лучшей из стран»). Она была выпущена государственным издательством для нацменьшинств УССР в 1939 году, тираж - одна тысяча экземпляров, автор - Самуил Эйдлин.

Эта книжка тронула автора этих строк не только своим чудесным спасением, но и содержанием. Наряду с виршами, соответствующими духу того времени - славящими Сталина и партию, были и лирические стихи - романтически-возвышенные, любовные. Последние задели, как говорится, струны моей души, и, ничего еще толком не зная об их авторе, я перевел несколько стихотворений на русский язык. Знал лишь, что их автор Самуил Эйдлин жил в Куйбышеве, куда в конце восьмидесятых меня забросила армейская судьба после длительной службы на Дальнем Востоке. К сожалению, поэт скончался за два года до того, как книжка у меня появилась.

В самом начале 30-х годов в Харькове, тогдашней столице Украины (с 1919-го по 1934 год) действовала маленькая, но мощная группа молодых еврейских поэтов и прозаиков: Эммануил Казакевич, Гирш Диамант, Бузи Миллер, Тевье Ген. Лидером в группе был Эммануил Казакевич, или просто Эмка, как его называли друзья, сын известного редактора ряда еврейских изданий, публициста и переводчика ленинских трудов на идиш Генриха Казакевича. Молодые люди собирались в доме родителей Эмки, читали свои стихи и рассказы, которые затем публиковались в газете «Юнгэ гвардие» («Молодая гвардия»), выходившей в Харькове с 1924 по 1936 годы. По предложению заводилы и выдумщика Эмки Казакевича литературной группе дали иронично-шутливое название «Фойгл-милх» («Птичье молоко»). Всё, мол, подчеркнул Эммануил, у них имеется: молодость, здоровье, талант, не хватает только птичьего молока. В 1931 году Эмка уехал в Биробиджан и издал там первую книжку стихов «Биробиджанбой» («Биробиджанстрой»), корчевал тайгу, ловил на Амуре рыбу, был председателем переселенческого колхоза и даже директором еврейского театра.

Сведений о том, входил ли Самуил Эйдлин в группу «Птичье молоко», не имеется. Несмотря на слишком юный возраст Самуила, их литературные пути, возможно, пересекались, поскольку переезд семьи Эйдлиных из белорусского села Баево в Харьков состоялся по времени гораздо раньше появления «Птичьего молока». В Харькове Самуил поступил в педагогический институт профессионального образования. В 1933 году вышел в свет коллективный сборник на идише «Литкомюнг» (Харьков-Киев), в который наряду с произведениями юных еврейских литераторов включены и стихи С. Эйдлина. Безусловно, что юные харьковские таланты были каким-то образом связаны между собой.

Занимателен другой факт. Первое стихотворение Эйдлина появилось в печати в харьковском журнале «Октябрьские всходы» в 1927 году, когда ему было тринадцать лет (писать стихи он начал в младших классах). И здесь возникает ряд вопросов, на которые я попытаюсь ответить.

Что за журнал «Октябрьские всходы»? В солидном справочнике еврейской периодики (газеты, журналы, альманахи и даже ежегодники), изданном на идише в Тель-Авиве в 1975 году Всемирным союзом еврейских журналистов, это издание не значится. В интернете он упоминается всего лишь как литературный журнал на русском языке, издававшийся в 20-е годы в Харькове. Больше об этом журнале в сети ничего не сказано. Скорее всего, стихи, опубликованные в «Октябрьских всходах», были написаны юным Эйдлиным по-русски. Поэт вообще имел склонность к языкам, легко переходил с одного на другой.

Когда умер отец, он из-за нелегкого материального положения семьи бросил учебу в институте и устроился на работу в редакцию харьковской газеты «Юнгэ гвардие» («Молодая гвардия»). «Молодежка», как и другие еврейские издания, охотно печатает его стихи на мамэ-лошн.

В 1939 году в киевском «Госнацмениздате» (было тогда и такое) вышла первая и единственная книга стихов на еврейском языке Самуила Эйдлина «Ин дэр шенстэр фун мэдинэс» («В лучшей из стран»). Накануне войны С.Эйдлин вступил в Харькове в союз писателей, но в дальнейшем все документы, подтверждающие его членство в этой организации, были утеряны. Когда грянула война, он работал ответственным секретарем фабричной многотиражки.

О войне своим близким, жене и сыну, Эйдлин никогда не рассказывал, берег их. И после войны никогда о ней не писал. О том, что весной 1942 года все евреи белорусского села Баево, в котором он родился, были расстреляны, он узнал гораздо позже. Баевских евреев погнали ко рву возле соседней деревни и там уничтожили. Чудом спаслись несколько человек, среди которых были и родственники Самуила. В родном селе до войны, если не кипела, то размеренно текла еврейская жизнь. Местная синагога и хедер при ней действовали с середины XIX столетия, когда евреев в селе насчитывалось всего две сотни.

Бойцу стрелковой дивизии Самуилу Эйдлину повезло: как многие другие, он не был убит подо Ржевом. Из пекла, где шли ожесточенные бои с нацистами, он отправил матери в тыл солдатский «треугольник» - стихотворное письмо, в котором были такие строки:

Настанет день - утихнет грозный бой,

И все, о чем так трепетно мечталось,

Взойдет над миром вешнею зарей…

«Письмо к матери» понравилось редактору «дивизионки», и газета «На страже Родины» опубликовала его. Со своим стрелковым полком поэт ходил в штыковые атаки, пока в одном из боев не был ранен. После лечения в госпитале его направили в 76-ю гвардейскую краснознаменную Черниговскую дивизию. Здесь его и позвали в дивизионную газету. В перерывах между боями гвардии рядовой Эйдлин выступал в концертах солдатской самодеятельности: читал свои фронтовые стихи. Вот одно из них, написанное на Западном фронте в 42-м и опубликованное лишь в 1985 году в сборнике «День поэзии»:

Тогда вокруг

Был сущий ад,

Когда выносливость решала,

В траншею к нам

Пришел комбат

И приказал:

- Назад ни шагу!

 

Гулял по брустверу мороз,

Фашистский натиск отражая,

Как будто каждый в землю врос,

В атаках вражеских мужая.

 

Шли самоходки,

Танки шли,

Но мы прорвать заслон не дали,

Хоть многих мы не досчитались,

Но даже те,

Что полегли,

В конечном счете

Устояли…

 

В составе 1128-го стрелкового полка 76-й гвардейской дивизии Эйдлин дошел до Берлина. Потребовалась песня для родной дивизии, и он написал к ней слова. Ее исполняли все подразделения дивизии, и даже популярный Краснознаменный хор. Стихи Эйдлина вошли в знаменитый сборник «Фронт смеется», который был выпущен как первый номер «Библиотеки журнала «Крокодил». Его творчество стали замечать не только читатели, но и критики. Эйдлин познакомился с маститыми поэтами Сергеем Наровчатовым и Марком Соболем. В конце 45-го года гвардии сержант Самуил Эйдлин демобилизовался и осел в Куйбышеве. В этом волжском городе, бывшем когда-то Самарой, он ушёл в сказочный мир детей, окончательно перейдя на «великий и могучий».

В Куйбышеве, Москве и Ленинграде огромными тиражами стали выходить его книжки. Для взрослых у него находился другой жанр - юмор, сатира, без пошлости и серости. Для больших и маленьких у него был один стиль - легкий, добрый, открытый.

Сказку С. Эйдлина «Заработанный рубль» еще в 1954 году напечатал популярный детский журнал «Мурзилка», прочитав которую, другой Самуил – Маршак, назвал ее автора талантливейшим человеком. И слова автора «Дяди Степы» Сергея Михалкова подействовали: в 1966 году «средневолжского Маршака» приняли в Союз писателей СССР. После чего Самуил Эйдлин пятнадцать лет успешно руководил областной секцией детской литературы.

В больничной палате, чтобы не расстраивать родных, он вел себя, как обычно: шутил, балагурил, рассказывал медперсоналу всякие байки. Но врачи чуда не ждали.

Самуил Матвеевич Эйдлин умер 31 марта 1989 года в Куйбышеве.

Когда его не стало, другой детский поэт - Юрий Денисов, тоже куйбышевский, написал пронзительные стихи, посвященные его памяти.

Да, мне нелегко

Рассказывать вам про это.

Я знал

Удивительного поэта.

Как весел он был,

Как по-разному мил!

Как складно

Не только писал,

Но и жил!

Нет, он удивить никого

Не старался,

Но взрослый,

Он вдруг

В малыша обращался,

В дельфинов,

Моржей,

Попугаев, собак.

Такой вот кудесник,

Волшебник и маг!

С ним было так запросто,

Встав на коленки,

Состав провести

От буфета до стенки,

Свирепому тигру

Подставить ладони

И знать,

Что тебя он с поэтом

Не тронет.

С царем повстречаться -

Сановным вельможей -

И с кладом,

Которого нету дороже...

Я знаю, с тех пор,

Как поэта

Не стало,

То стало

Чудес

До обидного мало!

А впрочем, о чем я,

Девчонки, мальчишки?

Читайте его

Неумершие

Книжки!!! (рис. 10)

Авторы статьи - Зиси ВЕЙЦМАН, Беэр-Шева.

Подготовлено по материалам сайта Ольги Михайловой «Блоги самарочки»

http://samsud.ru/blogs/hroniki-samarochki/-lyudi-samary-grigorii-i-samuil-matveevi.html

24 мая 2015 года

 

 

 

ЮНОШЕСКИЕ СТИХИ

Из книги Самуила Эйдлина «В лучшей из стран» (Киев, 1939 год)

 

Этот мелодичный парафраз

Мысли грешные навеял мне,

Будто бы в зеленой тишине

Целовал тебя я много раз.

Ты шептала мне слова любви,

Ветер уносил слова те вдаль...

Так откуда у меня в крови

Эта тихая и вечная печаль?

 

СИРЕНЬ

Веточку сирени я принес тебе,

Удивленно вскинула ты бровь -

Мол, не знаешь, что в моей судьбе

Есть такое чувство, как любовь.

Расстаемся мы - не навсегда,

Уезжаю я в далекий край.

Там не всюду ходят поезда,

И житье там, в общем-то, не рай.

Край озер и диких синих гор -

Он зовет меня и тянет, как магнит.

Пусть для малодушных - это вздор,

Мне же сердце странствовать велит.

А когда вернусь я налегке

В солнечный, благословенный день,

Ты увидишь у меня в руке

Теплую и нежную сирень...

 

* * *

Нет, не надо окна закрывать,

Этот ветер нам теперь не страшен.

Мир, который нежностью украшен,

Лишь с тобой я начал познавать.

Утром солнечный луч ненароком

Затерялся в твоих волосах.

Я держу твой шелковый локон

Мягко вьющийся, как лоза.

Ближе к вечеру, в сумерках блеклых,

За вспотевшим от грусти окном,

Лишь акация белая мокла

Под безудержным майским дождем.

 

* * *

Этот тихий листопад

Вдруг напомнил мне прощанье,

Слезы, шепот, обещанье

И признанья невпопад.

Этот тихий листопад,

И скамейка та же в парке.

Поцелуи сладки, жарки,

Словно мы у райских врат.

Этот тихий листопад -

Горечь жизненных отметин...

Как бы ни грустил о лете,

Не вернешь его назад.

 

БЕТХОВЕН И ГЁТЕ

Однажды весною при ясной погоде

Пошли прогуляться Бетховен и Гёте.

Шли, балагуря, час почти битый,

Как вдруг им навстречу - знатная свита.

Когда ж поравнялись они возле клена,

То Гёте готов был согнуться в поклоне.

Бетховен заметил:

- Мой друг, вам негоже

Гнуться в поклоне, вылезая из кожи.

Знайте, что вам совсем не пристало

Шляпу снимать пред кем бы ни стало.

А если не брать этикет во внимание,

Король должен первым снять шляпу в Германии.

В каждой державе есть свой господин,

Их в мире немало, а Гёте - один...

Король расточал улыбки всем мило,

Народ ликовал - шляпы, чепчики вились.

Бетховен и Гёте тропинкою мимо

Прошли незаметно, за кирхою скрылись,

И каждый пошел своею дорогой,

Ведь гениев - мало, властителей - много...

Перевел с идиша Зиси ВЕЙЦМАН.

 

 

 

Библиография

Ты меня не бойся, лев… : [Стихи : Для дошкольного возраста] / С. Эйдлин ; [Худож. Б. Малинковский]. Москва : Малыш, 1977. 16 с.

Веселые стихи : [Для мл. школьного возраста] / Самуил Эйдлин ; [Худож. И.В. Дубровин]. Куйбышев : Кн. изд-во, 1977. 46 с.

Это сделано у нас : Стихи для детей мл. шк. возраста / Сергей Кошечкин, Самуил Эйдлин ; [Худож. В.И. Конев]. Куйбышев : Кн. изд-во, 1978. 32 с.

Следите за рекламой : Сатира, юмор, миниатюры, эпиграммы : [Стихи] / Самуил Эйдлин ; [Худож. Ю. С. Воскобойников]. Куйбышев : Кн. изд-во, 1981. 80 с.

Золотой орешек : Стихи, сказки, загадки, шутки: [Для мш. шк. возраста] / Самуил Эйдлин ; [Худож. Ю.А. Федин]. Куйбышев : Кн. изд-во, 1984. 95 с.

Это сделано у нас : Стихи для детей мл. шк. возраста / Сергей Кошечкин, Самуил Эйдлин ; [Худож. В.И. Конев]. Куйбышев : Кн. изд-во, 1986. 30 с.

Поиграем-ка, ребята! : Стихи, небылицы, загадки, скороговорки, считалки для детей дошк. возраста / [Сост. Эйдлин С.М.] ; Худож. В. Конев. — 2-е доп. изд. Куйбышев : Кн. изд-во, 1989. 63 с.


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу