При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Фрунзе Михаил Васильевич

В справочных изданиях написано, что он был революционером, советским государственным деятелем, а также одним из наиболее крупных военачальников Красной армии во время Гражданской войны в России. Именно в этом качестве Михаил Васильевич Фрунзе в начале 1919 года прибыл в Самару, после чего наш город надолго стал оперативным центром, где разрабатывались крупнейшие операции Восточного фронта Красной Армии (рис. 1).

На крыльях революции

Он родился 21 января (по новому стилю 2 февраля) 1885 года в городе Пишпек Семиреченской области Российской империи (ныне это столица Киргизии город Бишкек). Его отцом был фельдшер Василий Михайлович Фрунзе (1854—1897), молдаванин по национальности.

С революционными идеями Михаил впервые познакомился в кружке самообразования, когда учился в гимназии в городе Верном (ныне Алма-Ата). В 1904 году он поступил в Петербургский политехнический институт, где вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию (РСДРП). В ноябре того же года Фрунзе за пропаганду марксизма был впервые арестован, но вскоре отпущен. В знаменитый день 9 января 1905 года («Кровавое воскресенье») Михаил оказался в рядах манифестантов, пришедших на Дворцовую площадь в Петербурге, и во время обстрела был ранен в руку. Позже Михаил Васильевич признавал, что именно это событие привело его в «генералы от революции».

В годы Первой Русской революции 1905—1907 годов он был избран членом комитета РСДРП и вёл партийную работу в Москве, Иваново-Вознесенске и Шуе, действуя под псевдонимом «Товарищ Арсений». Известны и другие партийные псевдонимы М.В. Фрунзе – Михайлов и Трифоныч, а также его литературные псевдонимы, под которыми он выступал в печати - Сергей Петров, А. Шуйский, М. Мирский.

В мае-июле 1905 года Фрунзе выдвинулся в качестве одного из руководителей Иваново-Вознесенской всеобщей стачки текстильщиков. Во главе боевой дружины иваново-вознесенских и шуйских рабочих он участвовал в Декабрьском вооружённом восстании 1905 года в Москве. В 1906 году Фрунзе избрали делегатом от Иваново-Вознесенской окружной организации партии на IV съезд РСДРП (б), который проходил в Стокгольме. Здесь он впервые познакомился с В.И. Лениным.

В 1907 году М.В. Фрунзе избрали делегатом V съезда РСДРП, но еще раньше он был арестован и осуждён на четыре года каторги. Но уже будучи заключённым, Фрунзе в феврале 1907 года вместе с Павлом Гусевым пытался убить полицейского урядника Никиту Перлова, за что его приговорили к смертной казни, заменённой затем на 6 лет каторжных работ. Фрунзе прошёл Владимирскую, Николаевскую и Александровскую каторжные тюрьмы, после чего в марте 1914 года был отправлен на вечное поселение в село Манзурку Иркутской губернии. В августе 1915 года он бежал в Читу, где проживал по паспорту В.Г. Василенко, работал в статистическом отделе переселенческого управления и в редакции еженедельной газеты «Забайкальское обозрение». В 1916 году с паспортом на имя Михаила Александровича Михайлова он смог вернуться в Москву. По заданию партии Фрунзе поступил на должность статистика в комитет Западного фронта Всероссийского земского союза (тыловая, преимущественно снабженческая организация) (рис. 2-4).

После сообщения об отречении царя в марте 1917 года он под тем же паспортом и по приказу гражданского коменданта города Минска был назначен временным начальником милиции Всероссийского земского союза по охране порядка в городе Минске. Ныне эта дата считается Днём рождения белорусской милиции. Тогда же руководимые М.В. Фрунзе (Михайловым) отряды боевых дружин рабочих вместе с солдатами приданных частей минского гарнизона разоружили полицию города, захватили городское полицейское управление, а также архивное и сыскное отделения и взяли под охрану важнейшие государственные учреждения.

Затем в течение 1917 года Фрунзе занимал ряд ответственных постов в органах власти Минской и Виленской губерний. В Минске он под фамилией Михайлов прослужил до сентября 1917 года. В дни Октябрьского переворота он находился в Москве и участвовал в боях у здания гостиницы «Метрополь», после чего был избран депутатом Учредительного собрания от большевиков Владимирской губернии. В первой половине 1918 года М.В. Фрунзе находился в должности председателя Иваново-Вознесенского губкома РКП (б), губисполкома, губсовнархоза и военного комиссара Иваново-Вознесенской губернии, а в августе 1918 года его назначили военным комиссаром Ярославского военного округа. После этого М.В. Фрунзе принимал активное участие в строительстве Вооруженных сил молодой Советской республики, стремительно продвигаясь вверх по военной карьерной лестнице.

 

Восточный фронт

В начале 1919 года армии красного Восточного фронта вели боевые действия на огромном пространстве нашей страны. Несмотря на временную неудачу под Пермью, Красная Армия затем освободила Уфу, от которой продвинулась на 150—200 километров в сторону Урала, а на правом фланге фронта нанесла серьёзный удар оренбургскому и уральскому казачеству. Затем Красная армия овладела Оренбургом, Уральском и соединились с войсками Советского Туркестана. В целом Восточный фронт имел протяженность около 1700 километров. Для советских войск эта территория стала плацдармом для наступления на Урал, Сибирь, Туркестан с целью их освобождения от интервентов и белогвардейцев.

Входящая в Восточный фронт 4-я армия решала важную стратегическую задачу, прикрывая саратовское и самаро-сызранское направления от ударов оренбургских и уральских казаков с юга и юго-востока. Общая численность армии составляла свыше 20 тысяч человек, а фронт её был растянут почти на 350 километров. Противник на этом участке имел большое превосходство в коннице.

М.В. Фрунзе прибыл в Самару 31 января 1919 года, уже будучи назначенным командующим 4-й армией. Новый командарм обратился ко всему личному составу с призывом осознать высокое значение стоящих перед ним задач и личную ответственность за судьбы миллионов рабочих и крестьян, оставшихся в тылу. В дальнейшем реввоенсовет 4-й армии во главе с М.В. Фрунзе направил основные усилия на тщательный подбор командного и политического состава, укрепление воинской дисциплины, на усиление партийно-политической работы в войсках (рис. 5-9).

В феврале 1919 года М.В. Фрунзе отдавал боевые приказы, характеризующие не только замысел предстоящей операции, но и его самого как командарма. Его замысел состоял в уничтожении главных сил уральских казаков путём сочетания фронтального удара и одновременных ударов во фланг и тыл противника, чтобы полностью очистить Уральскую область от сил контрреволюции. Архивные документы показывают, что начавшееся вскоре наступление 4-й армии началось успешно, и в дальнейшем оно развивалось в двух направлениях — от Уральска на Гурьев и от Александрова Гая в тыл группировки казаков. В этой операции, разработанной М.В. Фрунзе, проявилась особенность его полководческой стратегии, состоящая в тесной связи оперативной работы с политической, в стремлении донести суть предстоящих целей и задач до каждого солдата, а также в укреплении морально-политического состояния войск.

В марте 1919 года была образована Южная группа Восточного фронта, командование которой было возложено на М.В. Фрунзе. В первом приказе в своей новой должности он писал следующее: «Директивой Революционного военного совета Восточного фронта от 5 марта 1919 г. № 313/к я назначен командующим Южной группой, в состав которой, помимо вверенной мне 4-й армии, включена Оренбургский дивизия с приказанием развернуть ее в армию в составе одной пехотной и одной конной дивизий; армии этой приказываю именоваться Туркестанской.

Во главе Южной группы поставлен Революционный военный совет, который является одновременно и Революционным военным советом 4-й армии.

Управление 4-й армии является одновременно органом управления Южной группы.

Во главе управления Туркестанской армии, впредь до утверждения центром, образуется Революционный военный совет с допущением начальника Оренбургский дивизии т. Зиновьева на должность командующего армией и т. Кафиева на должность члена Революционного совета армии».

Создание Южной группы было вызвано резко изменившейся обстановкой на всём Восточном фронте. В это время в гражданскую войну в России вмешались иностранные государства, которые организовали поход объединенных сил внешней и внутренней контрреволюции против молодой Советской республики, сделав главную ставку на адмирала А.В. Колчака. В результате в начале марта 1919 года армии Колчака со стороны Урала перешли в наступление на Поволжье. Сибирская армия наносила удар в направлении Ижевск—Казань, Западная армия действовала на уфимско-самарском направлении, а Южная группа войск Колчака обеспечивала удар Западной армии. Казачьи войска наступали на Оренбург и Уральск. За счет серьезного перевеса сил противнику удалось прорвать фронт советских войск на уфимско-самарском направлении, после чего добиться серьёзного успеха и полосе действия 5-й армии Восточного фронта.

В апреле 1919 года Центральный Комитет РКП (б) признал Восточный фронт главным на всём театре военных действий. Советское правительство сосредоточило основные усилия именно на этом участке, постаравшись в то же время не ослабить Южный фронт. В подготовленных В.И. Лениным тезисах, принятых ЦК РКП (б) 11 апреля 1919 года, была сформулирована основная политическая и стратегическая задача республики: напрячь все силы, развернуть революционную энергию, чтобы быстро разбить Колчака. «Волга, Урал, Сибирь, — писал В.И. Ленин, — могут и должны быть защищены и отвоеваны» (Ленин В.И. Поли. собр. соч., т. 38, с. 246).

ЦК РКП (б) в своём воззвании от 29 апреля 1919 года обратился ко всем губкомам и уездкомам Советской России с призывом оказать помощь фронту. Тогда же по инициативе М.В. Фрунзе и В.В. Куйбышева в Самаре, Сызрани, Оренбурге, Уральске и других городах при активном содействии местных партийных организации началось формирование коммунистических и рабочих рот, батальонов и целых полков. В общей сложности в период с января по апрель 1919 года только из Самарской губернии в Красную Армию было направлено 44300 рабочих и крестьян. Трудящиеся губернии также оказали большую помощь фронту своим участием в строительстве оборонительных сооружений, сдачей в пользу Красной армии продовольствия, одежды, денежных средств, и так далее. А всего к началу мая 1919 года на Восточный фронт было направлено около 55 тысяч новобранцев, с других фронтов сюда перебросили воинские части и соединения, подвезены вооружение, боеприпасы, горючее (рис. 10-12).

Как уже было сказано выше, в это тревожное для Советской республики время директивой Революционного военного совета Восточного фронта от 5 марта 1919 года и была образована Южная группа Восточного фронта под командованием М.В. Фрунзе. Первой поставленной перед ним задачей стало завершение операции против уральских казаков, что позволило бы начать наступление Красной армии в направлении Туркестана. Войска 4-й армии на этом участке добились быстрого успеха, освободив Лбищенск и станицу Сломихинскую.

Однако уже вскоре по причине значительного перевеса сил со стороны войск Колчака началось общей отступление армий Восточного фронта. Резко осложнилось и положение на участках Южной группы. Её войска оставили Лбищенск, Орск и начали отход к Уральску. В этой тревожной обстановке М.В. Фрунзе провел большую работу по реорганизации войск группы, особенно Туркестанской армии, отличившейся в последующих боях с колчаковцами. Об этом свидетельствует приказ № 1 войскам Южной группы от 17 марта, определивший организацию войск группы. Для усиления политической работы в войсках по просьбе М. В. Фрунзе Самарский губком партии направил в Южную группу В.В. Куйбышева в качестве члена Реввоенсовета.

 

«Чапанное» восстание

Именно в это время в тылу красных войск, на территории Симбирской и Самарской губерний, вспыхнуло так называемое «чапанное" восстание. Это было одно из самых массовых выступлений крестьян, недовольных продовольственной политикой большевиков, и в первую очередь продразвёрсткой.

В советской исторической литературе эти выступления крестьянства против коммунистического режима именовались не иначе, как «кулацкими восстаниями» или «эсеровскими мелкобуржуазными мятежами». И лишь открытые в последнее время для исследователей архивные документы того времени со всей определенностью показывают, что большинство участников этих выступлений (порой до 90 процентов) составляли представители беднейшего класса простых хлебопашцев. А до топора и вил крестьян тогда довела жесточайшая продовольственная политика местных советских властей, когда продотряды выметали из крестьянских амбаров весь хлеб до последнего зернышка, ничего не оставляя мужику даже для весенних посевных работ.

Именно это происходило в Самарской и Симбирской губерниях в марте 1919 года, когда здесь началось одно из крупнейших крестьянских восстаний эпохи военного коммунизма, в исторической литературе получившее название «чапанной войны» (от слова «чапан» - длиннополая крестьянская одежда) (рис. 13).

Даже в официальных советских хрониках иногда можно найти цифру участников тех событий - до 150 тысяч человек. И хотя современные специалисты считают эти данные преуменьшенными по крайней мере в два раза, все равно размах «чапанной войны» не может не поражать. Ведь в знаменитом «антоновском» восстании в Тамбовской губернии участвовало лишь около 50 тысяч крестьян, а в Кронштадском мятеже и того меньше - порядка 30 тысяч солдат и матросов. Но если упоминание о двух последних восстаниях можно найти даже в школьных учебниках истории советского времени, то о «чапанной войне» на Средней Волге до 90-х годов знали лишь специалисты-краеведы.

Все началось 5 марта 1919 года с неповиновения властям жителей богатого волжского села Новодевичье (тогда оно относилось к Сенгилеевскому уезду Симбирской губернии, ныне - к Шигонскому району Самарской области). Здесь крестьяне разгромили продотряд под руководством комиссара Белова, а потом перебили также и прибывший продотряду на выручку чекистов из Сенгилея. О событиях в Новодевичьем в течение дня узнали и жители большинства близлежащих крупных сел: Ягодное, Мусорка, Усолье, Старая Бинарадка, Усинское, Федоровка и других. В результате к вечеру 6 марта в Сызранском, Сенгилеевском и Ставропольском уездах образовалась стихийная крестьянская армия численностью не менее 50 тысяч человек, которую возглавил бывший царский офицер А.В. Долинин (рис. 14-16).

К полудню 7 марта крестьянская армия вошла в Ставрополь, который встретил ее хлебом-солью и колокольным звоном на многочисленных церквях. Руководители городского комитета РКП (б) и многие представители исполкома горсовета еще накануне бежали из Ставрополя. Фактически город был занят восставшими без какого-либо сопротивления со стороны официальных властей и без единого выстрела (рис. 17-19).

К 10 марта крестьянское восстание уже охватило весь юг Симбирской и запад Самарской губерний. К этому времени в Самаре, где располагался штаб Южной группы Восточного фронта под командованием М.В. Фрунзе, уже осознали всю серьезность сложившейся ситуации. Губисполком и губком РКП (б) совместным решением создали так называемый революционной полевой штаб по руководству борьбой с кулачеством. Так что 10 марта по приказу М.В. Фрунзе и В.В. Куйбышева для подавления восстания в Ставрополь был направлен карательный отряд численностью 1200 человек, которому придали взвод артиллерии и другие воинские подразделения (рис. 20, 21).

С 12 марта начался кровопролитный бой за Ставрополь, и уже на другой день передовой отряд карателей под командованием краскома Э. Шугара с помощью орудий и пулеметов штурмом взял штаб восставших. Еще сутки продолжалась, как сейчас бы сказали, зачистка города от мятежников, после чего карательные мероприятия перекинулись в окрестные села, наиболее активно помогавшие «кулацкому мятежу». О том, какими методами красные войска усмиряли неугодных коммунистическому режиму в этих селах, хорошо видно из донесения, которое 18 марта М.В. Фрунзе направил в Реввоенсовет Республики и лично Ленину. Ниже этот документ приводится полностью.

«№ 624. Самара

18 марта 1919 г.

Уважаемый товарищ [Ленин]!

В сознании всей серьезности военного и политического положения, создавшегося в средней и южной части Восточного фронта, я решаюсь привлечь к нему сугубое ваше внимание. Я не стану касаться положения дел самого фронта в уверенности, что оно вам известно хорошо. Скажу лишь, что по последним полученным мною донесениям от лиц, заслуживающих полного доверия, 5-я армия почти утратила боеспособность. Полки ее откатываются назад при первом натиске противника и сразу очищают большие пространства. В штабе армии (5-й) высказывались опасения за возможность отхода к Самаре и Симбирску. Этим все сказано.

Перехожу к характеристике положения ближайшего, тыла армии — губерний Самарской, Симбирской, Уральской и Оренбургской. Здесь полное неблагополучие, тыл шатается. 8 марта вспыхнуло крестьянское восстание в уездах: Самарском, Сызранском, Сенгилеевском, Ставропольском и Мелекесском. В ночь с 10 на 11 марта была произведена попытка поднять таковое же в самой Самаре.

Взбунтовался 175-й полк; разбив артиллерийские склады и разобрав бывшие там берданки, он пытался поднять другие части, и в первую очередь инженерный батальон моей (4-й) армии. Призыв успеха не имел, и к 3 часам утра дело было ликвидировано. В уездах к настоящему времени восстания тоже ликвидированы. Центр восставших — Ставрополь — взят 13 марта, а к 16-му заняты последние очаги восстания.

Движение носило массовый и организованный характер. Целью его ставилось овладение городами Самарой, Сызранью, Ставрополем. Руководители имели связь с колчаковцами, и ими восстание несомненно было приурочено к моменту решительного удара, подготовленного и нанесенного Колчаком в районе Уфа-Бирск. Восстание шло под лозунгами: «Да здравствует Советская власть на платформе Октябрьской революции! Долой коммунистов и коммуну!»

В городах, волостях и селах были сформировано волостные «военно-революционные» штабы. При подавлении движения убито, пока по неполным сведениям, не менее 1000 человек. Кроме того, расстреляно свыше 600 главарей и кулаков. Село Усинское, в котором восставшими сначала был истреблен целиком наш отряд в 170 человек, сожжено совершенно. Движение выросли на почве недовольства экономическими тяготами и мероприятиями. А в силу несознательности население было направлено и использовано должным образом.

Сейчас все успокоено, но, конечно, лишь наружно, т. е. ближайший тыл армии неустойчив, и артерии Советской Республики снова угрожает смертельная опасность.

В Уральской области с военной точки зрения дела хороши, но советская работа не налаживается. Нет ни одного крупного ответственного работника, и нет никакой системы и планомерности в работе. И в Уральской, и в Оренбургской губерниях политика наша является особенно ответственной, тогда как носители ее не ни высоте задачи. В Оренбургской губернии, например, наряду с каскадом экономических и финансовых мери приятий, вызвавших брожение даже и в среде рабочих, были допущены такие вещи, как непринятие своевременных мер к разоружению казаков, разошедшихся по станицам с оружием.

Учитывая всю серьезность и сложность обстановки, мной намечено следующее:

1. Все губернии, входящие в сферу влияния Ревсовета Южной группы Востфронта (армии 4-я и Туркестанская, штаб — Самара), т.е. Самарская, Уральская, Оренбургская и Тургайская, ставятся в непосредственное подчинение Ревсовету группы, не только в военном, но и вообще в гражданском отношении.

Ревкомам и исполкомам указанных областей и губерний будет предписано выполнять все распоряжения Ревсовета группы без всяких промедлений и сношений с центром.

2. Ревкомам Уральскому, Оренбургскому и Тургайскому отданы распоряжения готовить аппараты к объявлению мобилизации иногороднего населения, а также конской.

Примечание. Мобилизацию считать крайне полезной и выгодной и с военной и [с] политической точки зрения, но, к сожалению, до сих пор на мои неоднократные обращения через Востфронт ответа нет.

3. В случае необходимости военные запасы Самарской губернии будут использованы уже вне всяких плановых нарядов для скорейшей организации вооруженных сил.

Для придания всем этим частью намеченным, частью выполняемым мероприятиям должного авторитета необходимо предоставление центром указанных прав Реввоенсовету Южной группы. Должен отметить, что Ревсовет Южной группы (он же Ревсовет 4-й армии) Реввоенсоветом Республики не утвержден, а существует лишь на основании директивы Востфронта. Этого, на мой взгляд, недостаточно, и необходим соответствующий закрепляющий приказ Ревсовета Республики.

В отношении роли центра считаю безусловно необходимым немедленное командирование в указанные районы и в самые армии достаточного числа опытных работников. Это относится как к общегражданским учреждениям, так и к чрезвыкомам и особотделам. Последние (чрезвыкомы) непростительно проворонили подготовку восстания, ведущегося, как это видно из сделанного мне сегодня начальником карательных отрядов доклада, планомерно и довольно открыто уже давно.

Положение дел в настоящее время я считаю очень серьезным. Но в то же время уверен, что если центр в достаточной мере серьезно оценит его и примет соответствующие меры, то всякая опасность нами будет избегнута.

С товарищеским приветом.

Командарм 4-й и член ВЦИК М.В. Фрунзе-Михайлов.

P.S. В случае санкционирования центром существования Ревсовета Южной группы, как таков[ого], я бы убедительно просил командировать в своё распоряжение кого-либо из ответственных работников.

Главная опасность для армий от неустойчивости ближайшего тыла заключается в составе большинства полков. Они состоят на 3/4 из уроженцев Самарской губернии; известие об этих волнениях, конечно, отзовется скверно. Было бы крайне желательно решительно порвать с системой местных пополнений. М. Ф.

(Центральный Государственный архив Советской Армии (ЦГАСА), ф. 33987, оп. 1, д. 87, л. 87—88).

Архивные документы, выявленные в последние годы, убедительно показывают, что многих из числа расстрелянных во время подавления «чапанной войны» на Средней Волге ни в коей мере нельзя назвать не то что кулаками, но даже и середняками. Это были обычные неграмотные крестьяне, которых варварская политика большевиков буквально заставила взяться за топор (рис. 22).

Арестованных по подозрению в участии в «кулацком мятеже» свозили в Сызрань - как сказано в официальных документах, «в места концентрированного заключения». Вот, оказывается, кем и когда впервые были изобретены концентрационные лагеря - еще в 1919 году большевистским правительством! Арестованных было так много, что начальник этого лагеря Гольдштейн неоднократно подписывал акты примерно вот такого содержания: «На основании предписания Особой комиссии по разгрузке мест заключения города Сызрани от 12 мая 1919 года произвести расстрел следующих лиц». А после акта всегда следовали длинные списки фамилий.

В 1996 году тогдашний Президент РФ Борис Ельцин подписал Указ «О крестьянских восстаниях 1918 - 1922 годов», в котором признано, что участники массовых выступлений тех лет против военно-коммунистического режима являются не членами бандформирований, а политическими репрессированными, и по этой причине подлежат реабилитации.

 

Последние годы жизни

После подавления «чапанного» восстания для подготовки контрнаступления против колчаковских войск по предложению М.В. Фрунзе была усилена Южная группа Восточного фронта. С 11 апреля 1919 года в оперативное подчинение командующего Южной группой по решению командования Восточного фронта передавались 1-я и 5-я армии.

План контрнаступления был разработан М.В. Фрунзе и затем изложен в приказе войскам Южной группы. Замысел операции предусматривал создание ударного соединения в районе Бузулука и наступление его на левый фланг противника с целью отбросить его к северу. Основная идея операции Южной группы заключалась в том, чтобы нанести мощный удар в разрез между частями 3-го и 6-го корпусов противника в общем направлении на Бугуруслан, Заглядино, Сарай-Гир с целью окончательно разобщить эти корпуса, разгромить их по частям и перехватить инициативу.

Для осуществления Бугурусланской операции М.В. Фрунзе создал мощный кулак, включив в него силы с второстепенных участков, в том числе 25-ю стрелковую дивизию В.И. Чапаева. В эти же дни М.В. Фрунзе и В.В. Куйбышев направили письмо в Самарский губком партии и в Самарский совнархоз с просьбой об оказании помощи и улучшении политико-воспитательной работы в войсках. А 15 апреля М. В. Фрунзе обратился в ЦК РКП (б) с просьбой выслать немедленно возможное количество политических работников для работы по формированию четырех армий Южной группы.

Выступая на общем собрании коммунистов Самары 25 апреля с сообщением о положении на Восточном фронте, М.В. Фрунзе отметил, что «благоприятные изменения в положении на Восточном фронте в сторону трудящихся создались вследствие того, что все рабочие осознали положение и сделали своевременные соответствующие выводы».

Во время подготовки и проведения контрнаступления Южной группы на войска 4-й армии была возложена задача удерживать уральское и оренбургское направления. Противник теснил войска армии, 6 мая 1919 года он окружил Уральск и подошел к Оренбургу. Героическая оборона Уральска продолжалась до его освобождения 11 июля 1919 года.

Еще в ходе Бугурусланской операции М.В. Фрунзе правильно оценил значение Белебея и разработал план Белебейской операции, проведенной 15—19 мая 1919 года. В ходе же Бугурусланской операции М.В. Фрунзе поставил задачу войскам Южной группы о наступлении на Белебей с целью перерезать пути отхода противника на Уфу, сорвать сосредоточение его оперативных резервов, имея дальнейшей непосредственной задачей быстрый выход на бугульминскую дорогу и тракт от Белебея на север. К этому времени 5-я армия уже была выведена из состава группы. В результате этой операции были созданы предпосылки для наступления на Уфу.

Уфимская операция осуществлялась в период с 25 мая по 19 июня 1919 года войсками Туркестанской армии под непосредственным командованием М.В. Фрунзе. Замысел операции им был изложен 18 мая в донесении по прямому проводу командующему фронтом А.А. Самойло о целесообразности вслед за Белебейской провести Уфимскую операцию и мерах по укреплению войск в уральско-оренбургском районе. Сущность плана заключалась в том, чтобы неотступным преследованием противника сорвать его организованный отход за реку Белую, а затем нанести главный удар войсками правого фланга Туркестанской армии южнее Уфы, форсировать Белую и выйти в тыл белогвардейским войскам.

В результате этой операции вечером 9 июня части 25-й стрелковой дивизии вступили в Уфу, а 31-я дивизия к 10 июня перерезала железную дорогу Уфа—Златоуст. В целом вся Уфимская операция завершилась 19 июня. Успешные действия Южной группы войск под командование М.В. Фрунзе создало предпосылки для развертывания наступления всего Восточного фронта и освобождения Урала. Выполняя предписания В.И. Ленина, осенью 1919 года Красная Армия полностью выбила белогвардейцев с Урала и стала продвигаться в Сибирь.

Что же касается М.В. Фрунзе, то с 19 июля 1919 года он уже командовал всем Восточным фронтом. За осуществление успешных наступательных операций против главных сил адмирала А.В. Колчака он был награждён орденом Красного Знамени. Затем он был командующим Туркестанским фронтом, членом Туркестанской комиссии ВЦИК и СНК. В 1920 году М.В. Фрунзе оказался одним из «организаторов» революции в Бухарском эмирате путём вторжения сюда Красной армии. Он непосредственно руководил штурмом Бухары 30 августа — 2 сентября 1920 года.

С 27 сентября того же года Фрунзе командовал наступлением Южного фронта в Крыму, в ходе которого с полуострова были выбиты войска генерала П.Н. Врангеля. При этом борьбу с контрреволюцией он вёл в союзе с Повстанческой армией Н.И. Махно, с которым в октябре 1920 года подписал соглашение о единстве действий против белых войск и установил хорошие личные отношения. А после разгрома Врангеля по распоряжению из Москвы Фрунзе уже руководил ликвидацией махновцев на территории Украины, за что он впоследствии был награждён вторым орденом Красного Знамени (рис. 23-27).

В марте 1924 М.В. Фрунзе был назначен заместителем председателя Реввоенсовета СССР и одновременно заместителем наркома по военным и морским делам. В апреле 1924 года он также стал начальником штаба Красной Армии и начальником Военной академии РККА. С января 1925 года М.В. Фрунзе - председатель Реввоенсовета СССР и нарком по военным и морским делам. В это время он также стал кандидатом в члены Политбюро ЦК и кандидатом в члены Оргбюро ЦК РКП (б).

Под его руководством в 1924-1925 годах проводилась военная реформа, в том числе сокращение численности армии, введение принципа единоначалия, реорганизация военного аппарата и политического управления Красной Армии, сочетание в структуре Вооружённых сил постоянной армии и территориально-милиционных формирований. В целом вся военная доктрина, разработанная Фрунзе, строилась на применении марксизма к военной теории и отводила особое место в армии политическим отделам и коммунистическим ячейкам.

Михаил Васильевич Фрунзе умер 31 октября 1925 года после операции язвы желудка от общего заражения крови (официальное заключение). По другим сведениям — умер от остановки сердца, последовавшей от воздействия анестезии, анестетика хлороформа, непереносимость которого была у Фрунзе.

Существует версия, что его смерть не была случайной, а была организована Сталиным, который особенно настаивал на проведении операции. Эта версия отражена Пильняком в его «Повести непогашенной луны», в романе Аксёнова «Московская сага», а также в фильмах, поставленных по этим произведениям. Версия об организации убийства также описывается в книге Бажанова «Воспоминания бывшего секретаря Сталина».

Михаил Васильевич Фрунзе был похоронен 3 ноября 1925 года на Красной площади в Москве у Кремлёвской стены (рис. 28-31).

В Самаре в честь М.В. Фрунзе в декабре 1925 года была переименована бывшая улица Саратовская, на которой ныне находится мемориальный музей советского полководца (рис. 32, 33). Бюст М.В. Фрунзе установлен в Самаре перед административным зданием ОАО «Кузнецов», которое в советское время носило название «Куйбышевское моторостроительное производственное объединение имени М.В. Фрунзе» (рис. 34, 35). «Кузнецов»

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

 

Дополнение

 

Музей М.В. Фрунзе в Самаре

Этот музей ныне является филиалом Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина. Он открылся 23 февраля 1934 года и тогда стал первым в Самаре персональным музеем, имеющим не только мемориальный, но и историко-революционный профиль. В Самаре он находится по адресу: улица Фрунзе, 114.

Здание будущего музея было построено ещё в 1891 году по проекту А.А. Щербачева, известного самарского архитектора, и ныне объявлено памятником архитектуры. В 1919-1920 годах именно здесь жил и работал Михаил Васильевич Фрунзе - командующий Южной группой войск Восточного фронта, выдающийся полководец, не проигравший в ходе Гражданской войны ни одного сражения.

Прожив в городе Самаре всего один год, Михаил Васильевич Фрунзе успел внести неоценимый вклад в развитие и становление культуры города. В его домашнем рабочем кабинете бывали командующие 1-й и 5-й армиями: начдив 25-й стрелковой дивизии В.И. Чапаев и его политкомиссар Д.А. Фурманов, М.Н. Тухачевский и Г.Г. Гай, начальник штаба Южной группы войск Ф.Ф. Новицкий, инженер-фортификатор, генерал Д.Н. Карбышев. До 1974 года музей находился в прямом подчинении Дома офицеров штаба ПриВО, а с 1974 года стал филиалом Куйбышевского (ныне Самарского) областного краеведческого музея.

Основная экспозиция музея посвящена деятельности Михаила Васильевича Фрунзе и освещает её в контексте событий Гражданской войны 1918-1920 годов. Среди самых известных из них: противостояние на Восточном фронте, дезертирство в рядах Красной и Белой армий, «чапанная» война и другие.

Музей не только занимается экскурсионной деятельностью, но и ведёт просветительскую и научно-исследовательскую работу, организуя занятия со студентами и учащимися, посвящённые истории Гражданской войны в России и роли Михаила Васильевича Фрунзе в истории Отечества. В канун 70-летия музея 23 февраля 2004 года в нём была открыта новая, третья по счёту экспозиция, в которой представлены новые материалы, ранее скрытые под грифом секретности (рис. 36-40).

Список литературы

Алдан-Семенов А.И. Гроза над Россией. Повесть о Михаиле Фрунзе. М.: Политиздат, 1980. (Серия «Пламенные революционеры»). 414 с., илл.

Александров В.А. М.В. Фрунзе о физической подготовке воина. - Теория и практика физ. культуры. 1950. Т. XIII. Вып. 2. С. 98-104.

Архангельский В. Фрунзе. М.: Мол. гвардия, 1970. (Серия «Жизнь замечательных людей»). 509 с.: ил.

Березов П.И. Михаил Васильевич Фрунзе. Краткий биограф. очерк. М.: Моск. рабочий, 1947.110 с.: портр.

Борисов С. М.В. Фрунзе: Краткий биографич. Очерк. М.: Воениздат, 1938. 138 с.

Вигилянский Н.Д. Повесть о Фрунзе. М.: Сов. писатель, 1957. 191 с.: ил.

Ворошилов К.Е. О молодёжи. М.: Партиздат, 1936. — 158 с.: ил.

Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия. М., 1983.

Дьеркеи Е. Рядом с Фрунзе. Авториз. пер. с венгер. Ю. Шишмонина. М.: Воениздат, 1963. 108 с.: ил.

Ильичев Я.И. Турецкий караван. Роман: [О М.В. Фрунзе]. Л.: Лениздат, 1987. 510 с.: ил.

КПСС о Вооруженных Силах Советского Союза. Документы 1917—1968. М., 1969, с. 57.

М.В. Фрунзе на Восточном фронте: сборник документов. Сост. Т.Ф. Каряева (ответственный составитель), В.В. Боброва, В.Г. Краснов. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1985. 272 с.

М.В. Фрунзе на фронтах гражданской войны: сборник документов. М.: Воениздат, 1941. 471 с.: ил.

М.В. Фрунзе: Жизнь и деятельность. Под общ. ред. Ф.Н. Петрова. М.: Госполитиздат, 1962. 350 с.: ил., портр.

Мирский М. Европейские цивилизаторы и Марокко. Шталь А.В. Малые войны 1920–1930-х годов. М.: ACT; СПб.: Terra Fantastica, 2003. 544 с.: ил. (Военно-историческая библиотека).

Михаил Васильевич Фрунзе. Полководческая деятельность. Сб. статей. М., 1951.

О комсомоле и молодёжи: Сборник. В.И. Ленин. М.И. Калинин. С.М. Киров. Н.К. Крупская. В.В. Куйбышев. А.В. Луначарский. Г.К. Орджоникидзе. М.В. Фрунзе. К.Е. Ворошилов. М.: Мол. гвардия, 1970. 447 с.

О Михаиле Фрунзе: Воспоминания, статьи современников. М.: Политиздат, 1985. 287 с.

Политические партии России. Конец XIX — начало XX века. — М., 1996.

Попов Ф.Г., Машковцев Л.В. Жизнь замечательных большевиков: В.В. Куйбышев, М.В. Фрунзе, В.П. Арцыбушев, Н.Е. Вилонов, А.А. Масленников, П.А. Вавилов, В.П. Мяги, Ф.И. Венцек, С.И. Дерябина, А.А. Буянов, О. Авейде, А.П. Галактионов. Куйбышев: Куйб. кн. изд-во, 1938. 78 с.

Самарская губерния в годы гражданской войны (1918-1920 гг.). Куйбышев: Кн. изд-во, 1958.

Сталин И.В. Речь на похоронах Фрунзе, 3 ноября 1925 г. «Правда», № 253 (5 ноября 1925).

Тополянский В.Д. Гибель Фрунзе. – «Вопросы истории». 1993, № 6.

Троцкий Л.Д. Памяти М.В. Фрунзе. Известия № 259 (13 ноября 1925). (Речь на траурном заседании, посвящённом памяти Михаила Васильевича Фрунзе, в г. Кисловодске 2 ноября 1925 г.).

Фрунзе М.В. О молодёжи. М.: Мол. гвардия, 1937. 118 с.: портр.

Фрунзе М.В. Избранные произведения. М.: 1950.

Фрунзе М.В. Избранные произведения. Т.1: 1918—1925 г.г. М.: Воениздат, 1957. 472 с.: портр.

Фрунзе М.В. Избранные произведения. Т.2: 1921—1925 г.г. М.: Воениздат, 1957. 498 с.: ил.

Фрунзе М.В. Избранные произведения. Предисл. М. Гареева. М.: Воениздат, 1977. 480 с.: ил.

Фрунзе М.В. Неизвестное и забытое: Публицистика, мемуары, документы и письма. М.: Наука, 1991. 272 с.

Фрунзе М.В. Единая военная доктрина и Красная армия. – «Красная новь», журнал. Под ред. А.К. Воронского. М., 1921. № 1. С. 94—106.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара