При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Толстой Лев Николаевич

«Лишь подъехавши к Сызрани, я ощупал свою рану…» - записал в своем дневнике молодой тульский помещик, когда он в мае 1851 года проезжал через Среднее Поволжье по дороге на Кавказ. В этих строчках начинающий литератор имел в виду не физическую свою рану, а душевную, поскольку в дальнее путешествие он отправился из-за внутреннего конфликта с самим собой и со своей дворянской средой. Как мы знаем из дальнейшего творчества Льва Николаевича Толстого, душевные терзания и размышления о смысле своего существования будут его сопровождать в течение всей последующей жизни (рис. 1).

Предки и детство

Он родился 28 августа (по новому стилю - 9 сентября) 1828 года в имении Ясная Поляна Тульской губернии. Лев Толстой происходил из дворянского рода, известного, по некоторым источникам, ещё с 1351 года.

Его предок по отцовской линии, граф Пётр Андреевич Толстой (1645-1729), сыграл заметную роль в следствии над царевичем Алексеем Петровичем, за что императором Петром I был поставлен во главе Тайной канцелярии (рис. 2). Черты правнука Петра Андреевича, Ильи Андреевича, писатель в «Войне и мире» впоследствии придал добродушнейшему, непрактичному старому графу Ростову (рис. 3).

Дед Толстого по матери, екатерининский генерал Николай Сергеевич Волконский, имел некоторое сходство с суровым ригористом — старым князем Болконским в «Войне и мире» (рис. 4).

Сын Ильи Андреевича, Николай Ильич Толстой (1794—1837), был отцом Льва Николаевича. Некоторыми свойствами характера и фактами биографии он был похож на отца Николеньки в «Детстве» и «Отрочестве» и отчасти на Николая Ростова в «Войне и мире». Однако в реальной жизни Николай Ильич отличался от Николая Ростова не только хорошим образованием, но и убеждениями, которые не позволяли служить при Николае. Мать Льва Николаевича, Мария Николаевна Волконская, в некоторых отношениях была похожа на изображённую в «Войне и мире» княжну Марию (рис. 5). На ней граф Николай Ильич Толстой, как и Николай Ростов в «Войне и мире», женился уже в середине жизни, чтобы привести свои расстроенные дела в порядок; брак этот был счастливый. В семье Толстых было четыре сына: Николай, Сергей, Дмитрий, Лев, а также дочь Мария. Кроме Волконских, Л.Н. Толстой состоял в близком родстве с некоторыми другими аристократическими родами: князьями Горчаковыми, Трубецкими и другими.

Но с рождением дочери семью постигла трагедия - Мария Николаевна умерла. В это время Льву ещё не было и двух лет. Воспитанием осиротевших детей занялась дальняя родственница Татьяна Александровна Ергольская (1792-1874) (рис. 6). В 1837 году семья переехала в Москву, поселившись на Плющихе, потому что старшему сыну надо было готовиться к поступлению в университет. Но тут внезапно умер отец будущего писателя - Николай Ильич, оставив свои дела в плачевном состоянии. В связи с этим трое младших детей, в том числе и Лев, снова поселились в Ясной Поляне под наблюдением Ергольской и его тётки по отцу, графини Александры Ильиничны Остен-Сакен, назначенной опекуншей детей (рис. 7). Здесь Лев Николаевич оставался до 1841 года, когда умерла графиня Остен-Сакен, и дети переселились в Казань, к новому опекуну — сестре отца Пелагеи Ильиничны Юшковой (рис. 8). По её присмотром Лев получил неплохое по тем временам домашнее образование. Затем он поступил в Казанский университет, который, однако, так и не окончил.

 

На войне и в путешествиях

Бросив университет, Толстой с весны 1847 года поселился в Ясной Поляне (рис. 9). Его жизнь в имении отчасти описана в «Утре помещика», где Толстой изложил свои попытки наладить по-новому отношения с крестьянами. Все это кончилось тем, что в феврале 1849 года он уехал в Петербург, где стал проводить время в кутежах и карточной игре. Но вместе с этим зимой 1850-1851 годов он начал писать «Детство», а марте 1851 года написал «Историю вчерашнего дня». Эти произведения заставили критиков говорить о Льве Толстом как о восходящей звезде российской литературы (рис. 10).

После оставления университета прошло четыре года, когда в Ясную Поляну приехал служивший на Кавказе Николай Толстой - брат Льва Николаевича, который пригласил его присоединиться к военной службе на Кавказе (рис. 11). Лев согласился не сразу, но тем не менее осенью 1851 года, сдав в Тифлисе экзамен, он поступил юнкером в 4-ю батарею 20-й артиллерийской бригады, стоявшей в казацкой станице Старогладове, на берегу Терека, под Кизляром. Свою здешнюю жизнь граф впоследствии отразил в повести «Казаки». Там же Толстой закончил, и в 1852 году отослал в редакцию «Современника» повесть «Детство», первую часть будущей трилогии.

На Кавказе Толстой прослужил два года, участвуя во многих стычках с горцами и подвергаясь опасностям военной кавказской жизни. Когда в конце 1853 года вспыхнула Крымская война, Лев Толстой перевёлся в Дунайскую армию, участвовал в сражении при Ольтенице и в осаде Силистрии, а с ноября 1854 по конец августа 1855 года находился в осаждённом Севастополе. За участие в обороне этого города Толстой был награждён орденом Св. Анны с надписью «За честь», медалями «За защиту Севастополя 1854—1855» и «В память войны 1853—1856 гг.». Воспоминания и впечатления графа об этой героической обороне, опубликованные в «Современнике», стали основой для его знаменитых «Севастопольских рассказов», которые окончательно укрепили его репутацию как представителя нового литературного поколения (рис. 12, 13).

В ноябре 1856 года писатель навсегда расстался с военной службой и отправился путешествовать по Европе. Однако во время этих поездок он неожиданно обнаружил у себя признаки чахотки (по-современному - туберкулёза), и диагноз вскоре подтвердили врачи. Вдобавок к этому в 1860 году, во время второго путешествия по югу Франции, на руках Льва Николаевича умер его любимый брат Николай, тоже от туберкулёза. Смерть брата произвела на Толстого гнетущее впечатление.

 

Каралыкские башкиры

В это время стал входить в моду новый метод противотуберкулёзной терапии – кумысолечение. «На кумыс вам лучше всего поехать в Самару», - говорили Толстому московские профессора. И действительно, в середине XIX века Самарский край оказался пионером в деле медицинского использования этого продукта, который коренные жители заволжских степей использовали в пищу с древнейших времен. Но лишь в 1854 году, после того, как удивительные свойства кумыса при лечении туберкулеза легких были подтверждены научно, в селе Богдановка Самарской губернии появилась первая в мире кумысолечебница.

Этот метод для борьбы с туберкулезом использовал и самарский земский врач, доктор медицинских наук Нестор Васильевич Постников, который в мае 1858 году открыл на окраине нашего города, в Винном овраге (ныне Постников овраг) целый кумысолечебный санаторий (рис. 14). Слава этого заведения быстро перешагнула границы не только губернии, но и всей Российской империи. Лечиться кумысом к самарскому доктору в то время приезжали богатые и знатные люди из многих европейских стран и даже из Америки.

Именно к Постникову первоначально собирался обратиться и Лев Толстой, но обилие высокопоставленных лиц, которые в то лето также захотели пройти курс лечения в самарском пригороде, графа вовсе не привлекло, а, наоборот, оттолкнуло. В итоге, чтобы избавиться от надоевшего ему светского общества, писатель для кумысотерапии решил поехать на башкирский хутор Каралык, расположенный в 130 верстах от Самары.

Сейчас на этом месте, расположенном на территории Алексеевского района Самарской области, между селами Гавриловка и Патровка, никакого населенного пункта давно уже нет. Лишь стоит посреди холмистой степи полузаброшенная стела с надписью, что здесь когда-то неоднократно бывал великий русский писатель граф Лев Николаевич Толстой (рис. 15-19).

Но в середине XIX века в диких степях, простирающихся вдоль речки Каралык, ходили многотысячные стада разного скота, и в первую очередь лошадей. От этих животных, кроме мяса, степные скотоводы получали также и кобылье молоко. При брожении оно превращалось в кумыс, который каждый кочевник знал с самого раннего детства и не придавал ему особого значения. Для каралыкских башкир кумыс был такой же неотъемлемой частью повседневного быта, как их юрты, стада лошадей и сама здешняя бескрайняя степь.

Взяв с собой слугу и двух крестьянских мальчиков-школьников, Лев Толстой 12 мая 1862 года выехал из своего имения Ясная Поляна в Самару. Через Москву путешественники добрались до Твери, и здесь пересели на пароход, следовавший вниз по Волге. В наш город Лев Николаевич прибыл 26 мая (по новому стилю – 7 июня), а еще через два дня он уже стоял на берегу речки Каралык (рис. 20).

Самарский помещик

Конечно же, здешние башкиры, в подавляющем большинстве своем неграмотные, не знали, кто такой граф Толстой. Для них это был всего лишь богатый городской барин, который непонятно зачем, а скорее всего – для развлечения, решил пожить несколько недель на их хуторе. Скотоводы охотно и за небольшую плату сдали приезжим одну из войлочных кибиток (юрт). Здесь Толстой со своей свитой прожил больше месяца, питаясь лишь простой крестьянской едой и запивая ее кумысом, который ему ежедневно поставляли скотоводы.

Общаясь с башкирами, граф убедился, какие это простые, трудолюбивые и жизнерадостные люди. Однажды его пригласили на той (праздник), где гостя угощали особым, хмельным кумысом. Затем самые сильные мужчины боролись между собой, другие бегали наперегонки и состязались в конных скачках. На тое башкиры также пели свои песни и играли на чебызгах (дудках). Весь этот праздник Толстой подробно описал в своем дневнике (рис. 21-24).

Писатель рассчитывал прожить в степной глуши два месяца, а домой вернуться к Ильину дню (2 августа), но полностью пройти курс лечения ему не пришлось. Из Ясной Поляны неожиданно сообщили о происшедшем там жандармском обыске, и Лев Николаевич в середине июля вынужден был покинуть хутор (рис. 25).

Снова вернуться на Карылык графу удалось лишь в июне 1871 года, когда он уже завершил работу над грандиозной эпопеей «Война и мир». Как отметил в своей книге Павел Бирюков, близкий друг и биограф Льва Толстого, в этот раз писатель отправился в Заволжье не только из-за необходимости снова подлечиться кумысом, но еще и по причине особой симпатии, которую граф еще во время первого своего визита почувствовал к этим обитателям диких степей. В течение минувших девяти лет Толстой постоянно чувствовал в себе непреодолимую потребность еще раз прикоснуться к этому нетронутому уголку природы (рис. 26).

Во время шестинедельного курса кумысолечения у графа заметно улучшилось и физическое, и душевное состояние. Его радовали и простой образ жизни («мы на траве, как лошади»), и все окружающее («и башкирцы, от которых Геродотом пахнет, и русские мужики, и деревни, особенно прелестные по простоте и доброте народа»), и степная природа. В Каралыке Толстой много охотился, осматривал окрестные башкирские деревни, изучал быт и жизнь населения, играл с мужиками в шашки. В конце июня граф съездил на ярмарку в Бузулук, и был этой поездкой очень доволен.

Именно во время пребывания в Каралыке летом 1871 года Лев Толстой окончательно решил устроить в этих местах свое новое имение. В письмах к жене он выдвигал многочисленные аргументы в пользу приобретения земли в Самарском Заволжье: «Степной воздух, купание, кумыс, верховая езда… живописная местность, и – главное: особенно соблазняет простота и честность, и наивность, и ум здешнего народа. Ничего похожего нет с нашими ёрниками». Великий писатель стремился как можно больше сблизиться с российским крестьянством, выразителем души которого его теперь считают во всем мире.

Вскоре Толстой за 20 тысяч рублей купил у здешнего землевладельца, полковника Николая Тучкова, участок земли размером 2500 десятин, расположенный в окрестностях сел Гавриловка и Патровка. Лето 1872 года Лев Николаевич провел в своем имении уже со всей семьей. Кумыс теперь для всех был ежедневным и обязательным угощением. Для обеспечения домочадцев этим напитком графский приказчик нанял семью башкира Мухаммедшаха, войлочная кибитка которого на протяжении всего времени пребывания хозяев стояла в нескольких саженях от дома Толстого (рис. 27).

Именно здесь писателем были созданы многие главы знаменитого романа «Анна Каренина», работу над которым он завершил в 1877 году. В этом произведении Толстой предельно обнажил ложные основы высшего света, показал распад патриархального уклада в России, разрушение семейных основ общества, что подчеркивала физическая смерть главной героини романа.

 

Заволжский голод

В течение последующих одиннадцати сезонов Лев Николаевич приезжал на отдых в свое заволжское имение почти каждый год. Особенно тревожным оказалось лето 1873 года, когда все Заволжье охватило жестокая засуха. Надвигался голод со всеми его ужасами, и Толстой счел для себя необходимым прийти на помощь крестьянам всех окрестных деревень. Для выяснения размеров бедствия он объехал многие соседние волости, о чем записал в своем дневнике: «Там, где сеяна была пшеница, овес, просо, ячмень, лен, теперь даже нельзя узнать, что посеяно, и это в половине июня… Крестьян нигде нет, все уехали искать работы, дома худые бабы с худыми и больными детьми и старики».

Вооруженный фактами, писатель выступил в столичных газетах со статьей «Письмо к издателям», в которой нарисовал жуткую картину голода среди самарского заволжского крестьянства, брошенного властями на произвол судьбы. Тут же выяснилось, что до этого письма о заволжском голоде не знали (а скорее всего, не хотели знать) не только в центре, но и в Самаре. Толстой первым обратил внимание широкого общественного мнения на тяжелое положение самарского крестьянства и призвал прийти ему на помощь.

Впечатление от выступления Толстого было огромное. Для голодающих потекли пожертвования, которых только в 1873-1874 годах выразилась в сумме свыше 1,8 миллиона рублей деньгами и в 21 тысячу пудов хлебом. Граф лично занимался распределением этих средств по волостям и следил, чтобы помощь везде доходила до адресатов. По ряду оценок, в те годы благодаря усилиям Толстого от голодной смерти было спасено несколько десятков тысяч человек.

Как известно, именно в те годы в жизни писателя наступила длительная и сложная полоса исканий, сомнений и противоречий. Этот духовный кризис завершился полным переходом Толстого на позиции патриархального крестьянства. В ряде публикаций, вышедших в это время, граф резко и беспощадно осуждал и свою прошлую жизнь, и жизнь высшего российского света, к которому он принадлежал.

В июне 1883 года Толстой приехал в Самарское Заволжье в последний раз, и только лишь для того, чтобы ликвидировать свое имение. В письме жене он сообщал, что скот, лошадей, постройки он продает, а земли бесплатно раздает крестьянам. В том года писатель окончательно формировал свое религиозно-философское учение, которое вскоре стало известно под названием «толстовство». В его основу мятежный граф положил требование христианской любви к людям, а также идею о непротивлении злу насилием – стержень всего учения (рис. 28-30).

За свои идеи, как известно, Лев Толстой до самого конца жизни подвергался резкой критике со всех сторон – от народовольцев и марксистов до официальных церковных властей Российской империи.

 

Мятежный граф

В 1891 году Лев Николаевич издал в Женеве своё «Исследование догматического богословия», в котором подверг критике «Православно-догматическое богословие» митрополита Макария (Булгакова). Он вёл беседы со священниками и монахами, ходил к старцам в Оптину Пустынь, читал богословские трактаты, присматривался к раскольникам, беседовал с молоканами, штундистами, с другими сектантами. Толстой искал смысла жизни в изучении философии и в знакомстве с результатами точных наук. Он делал ряд попыток всё большего и большего опрощения, стремясь жить жизнью, близкой к природе и земледельческому быту.

Постепенно он стал отказываться от прихотей и удобств богатой жизни, много занимался физическим трудом, одевался в простейшую одежду, стал вегетарианцем, отдал семье всё своё крупное состояние, отказался от прав литературной собственности. На этой почве чистого порыва и стремления к нравственному усовершенствованию он создал собственное религиозно-философское учение, позже получившее название «толстовство». Его отличительной чертой стало отрицание всех установившихся в то время форм государственной, общественной и религиозной жизни. За свои взгляды Толстой с конца XIX подвергался критике со стороны православной общественности (рис. 31-33).

Отражением взглядов Льва Толстого стал целый ряд его литературных произведений, в том числе небольшие повести и легенды, предназначенные преимущественно для народного чтения («Чем люди живы» и другие). В повести «Крейцерова соната» (написана в 1887—1889 годах, впервые издана в 1890 году) писатель подверг суровой критике современные ему брачные отношения, в которых, писал Толстой, нет и не может быть любви. Любовь и брак, по мнению писателя, должны быть свободны от церковных условностей и обрядов – только тогда они могут принести человеку счастье. Произведение это было запрещено цензурой, и его удалось напечатать лишь благодаря усилиям жены писателя С.А. Толстой, которая добилась свидания с Александром III. В результате повесть была опубликована в «Собрании сочинений» Л.Н. Толстого только по личному разрешению царя.

Вышедшая позже из-под пера писателя народная драма «Власть тьмы», по мнению поклонников Толстого, «есть великое проявление его художественной силы». В рамки этнографического воспроизведения русского крестьянского быта писатель сумел вместить столько общечеловеческих черт, что драма с колоссальным успехом обошла все сцены мира.

А в своём последнем крупном произведении - романе «Воскресение», вышедшем в свет в 1899 году, Лев Толстой резко осудил всю систему власти в тогдашней Российской империи, и в первую очередь судебную практику, властную монополию Русской православной церкви, а также великосветский быт. При этом официальная церковь не смогла ему простить того, что в своём романе Толстой карикатурно изобразил православные обряды и таинства, систему православного богослужения и всё православное духовенство.

Например, сцена богослужения в тюремной церкви изложена как бы глазами человека, абсолютно не знакомого с содержанием и деталями церковного обряда, и тем самым она приобретает откровенно сатирический смысл. Риза священника здесь именуется парчовым мешком, антиминс — салфеткой, иконостас — перегородкой, таинство получения тела и крови Божьей — манипуляциями. Толстой считал таинство причастия шарлатанством, и был убежден, что священники, совершающие его, верят в превращение просвир и вина в плоть и кровь Христову только потому, что «исполнение треб этой веры» приносит им доход. Не случайно, что первая публикация «Воскресения» была изъята цензурой.

Взгляды Л.Н. Толстого и его литературные произведения стали причиной того, что в феврале 1901 года по решению Святейшего Синода он был отлучен от Русской православной церкви (рис. 34-36). Активную роль в этом сыграл митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Антоний (Вадковский). Как значится в камер-фурьерских журналах, 22 февраля обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев был на приёме у Николая II в Зимнем дворце и беседовал с ним около часа. Некоторые историки считают, что Победоносцев прибыл к царю прямо из Синода с готовым определением об отлучении Л.Н. Толстого (рис. 37-39).

В своём «Ответе синоду» Лев Толстой подтвердил свой разрыв с церковью: «То, что я отрёкся от церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо. Но отрёкся я от неё не потому, что я восстал на Господа, а напротив, только потому, что всеми силами души желал служить ему». В этом он подтвердил одно из положений своего учения, из которого следует, что для истинной веры в Бога человеку не нужны ни священники, ни официальная церковная структура, ни церковные таинства и обряды. Далее Толстой в своём письме признал наличие существенных расхождений между догматами Русской православной Церкви и его собственным пониманием учения Христа (рис. 40-42).

Последние годы своей жизни писатель почти безвыездно провёл на Ясной Поляне и в окрестных сёлах, и лишь дважды посетил Крым. В своём имении он встречался как с писателями и другими творческими людьми, так и с представителями разных религиозных толков и сект, и, конечно же, с простым народом, в первую очередь с крестьянами. Эти встречи все больше убеждали Л.Н. Толстого в правильности разработанного им философского учения о непротивлении злу насилием и о необходимости ежедневно и ежечасно делать добро во имя спасения человечества (рис. 43-66).

В ночь на 28 октября (по новому стилю - 10 ноября) 1910 года, выполняя своё решение прожить последние годы в соответствии со своими взглядами, граф Толстой тайно покинул Ясную Поляну. Своё последнее путешествие он начал на станции Козлова Засека, но по дороге старец заболел воспалением лёгких и вынужден был сделать остановку на маленькой железнодорожной станции Астапово (ныне станция Лев Толстой, Липецкая область). Здесь он и скончался 7 (по новому стилю 20) ноября. Лев Николаевич Толстой был похоронен 10 (по новому стилю 23) ноября 1910 года в Ясной Поляне, на краю оврага в лесу, где в детстве он вместе с братом искал «зелёную палочку», хранившую «секрет», как сделать всех людей счастливыми (рис. 67, 68).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

Список литературы

 

Афанасьев И.П. Памятные места, связанные с пребыванием писателя Л.Н. Толстого в Самарском крае; Памятный знак на месте второй усадьбы Л.Н. Толстого [вблизи с. Гавриловка Алексеевского района]. – Мат-лы свода памятников истории и культуры РСФР. Куйбышевская область. Сб. науч. тр. Т. 120. М., 1983, стр. 104-107.

Афанасьев И.П. Л.Н. Толстой в Самарском Заволжье. Очерки. Куйбышев. Куйб. кн. изд-во, 1984. 84 с.

Бирюков П.Н. Биография Л.Н. Толстого в 4-х томах, 1905—1922. М.: Алгоритм, 2000. Т. I—IV. (Гений в искусстве).

Бондалетов В.Д. Самарские маршруты Л. Толстого. – В сб. «Лев Толстой. Проблемы языка и стиля. Доклады и сообщения 9-х и 11-х Толстовских чтений». Тула, 1971. С. 408-411.

Булгаков В.Ф. Воспоминания секретаря Льва Толстого // О Толстом. Воспоминания и рассказы / Вступ. ст., прим., указ. А И. Шифмана. Тула: Приокское кн. изд-во, 1978. 479 с.

Бунин И.А. Освобождение Толстого // И. А. Бунин. Собр. соч. в 6 томах. М.: Худ. лит., 1988.

Вересаев В.В. Да здравствует весь мир! (О Льве Толстом). М.: Директ-Медиа, 2010. 188 с.

Вторая усадьба Л. Толстого. – В кн. «Памятники истории и культуры Куйбышевской области». Куйб. кн. изд-во. 1984. Стр. 180-181.

Горький М. Лев Толстой // М. Горький. Собр. соч. в 22 т. 2-е изд., испр. автором. М.—Л.: ГИЗ, 1927. Т. 15.

Гусев Н.Н. Лев Николаевич Толстой. Материалы к биографии с 1828 по 1855 год / Под ред. М.К. Добрынина. М.: Изд-во АН СССР, 1954. 720 с.

Гусев Н.Н. Лев Николаевич Толстой. Материалы к биографии с 1855 по 1869 год / Под ред. А.И. Шифмана. М.: Изд-во АН СССР, 1957. 720 с.

Гусев Н.Н. Лев Николаевич Толстой. Материалы к биографии с 1870 по 1881 год / Под ред. А И. Шифмана. М.: Изд-во АН СССР, 1963. 917 с.

Маковицкий Д.П. У Толстого. 1904—1910: «Яснополянские записки». В 4 книгах / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А.М. Горького; Ред. комис. изд. С.А. Макашин, М.Б. Храпченко, В.Р. Щербина. М.: Наука, 1979—1981. Т. 90. (Лит. наследство).

Мартиновская А.И. Помощь Л.Н. толстого самарцам в неурожайные годы (источники изучения). – В сб. «Многоликий Толстой». Мат-лы Второй Всерос. науч. конф., ноябрь 2006 года. Самара. 2008.

Лакшин В.Я. Толстой Лев Николаевич // Большая советская энциклопедия. — 3-е изд. — М.: Сов. энциклопедия, 1977. Т. 26.

Лев Толстой и Самарский край. Воспоминания, письма, статьи. Учебное пособие – хрестоматия. (Авт.-сост. А.И. Мартиновская). Мин-во культуры РФ. ФГОУ «СГАКИ». Самара, Самар. Гос. Акад. Культуры и искусств. 2009. 381 с.

Л.Н. Толстой в воспоминаниях современников. В 2-х томах. Ред. С.А. Макашин; сост., подгот. текста и комм. Г.В. Краснова и Н.М. Фортунатова. — М.: Худ. лит, 1978. — Т. 1—2. — 623 + 672 с. — (Лит. мемуары).

Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский / РАН; изд. подготовила Е.А. Андрущенко; отв. ред. А.Л. Гришунин. М.: Наука, 2000. 586 с. (Лит. памятники).

Первая усадьба Л. Толстого. – В кн. «Памятники истории и культуры Куйбышевской области». Куйб. кн. изд-во. 1984. Стр. 180.

Роллан Р. Жизнь Толстого // Ромен Роллан. Собр. соч. М.: Гослитиздат, 1954. Т. 2. «Жизни великих людей». С. 219—368.

Русское православие: вехи истории / Науч. ред. А. И. Клибанов. М., 1989. С. 433—434.

Селиванов К.А. Л.Н. Толстой. – В кн. Селиванов К.А. Русские писатели в Самаре и Самарской губернии. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1953, стр. 55-67.

Толстой С.М. «Толстой и Толстые». Очерки из истории рода = «Tolstoï et les Tolstoï». Essais de histoire de la famille / Пер. с фр. Н. И. Азаровой. — М.: Сов. Россия, 1990. — 228 с.

Шаповалов Е. Рассказы о Толстом. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1970, 174 с.

Шкловский В.Б. Лев Толстой. М.: Мол. гвардия, 1963. 864 с. («Жизнь замечательных людей»).

Шкловский В.Б. Лев Толстой. 2-е изд., испр. и доп. М.: Мол. гвардия, 1967. 900 с. («Жизнь замечательных людей»).

Эйхенбаум Б.М. Из студенческих лет Л.Н. Толстого // О прозе / И. Г. Ямпольский. Л.: Худ. лит., Лен. отд-ние, 1969. С. 91—116. 116 с.

Эйхенбаум Б.М. Л. Толстой. Семидесятые годы. Л., Худож. лит-ра, 1974. 358 с.


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу