При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Соловых Александр Степанович

Из сводки происшествий по городу Самаре за февраль 2001 года.

«5 февраля 2001 года в своей квартире в доме № 65 на улице Самарской был найден мертвым Соловых Александр Степанович, 1953 г.р., известный в Самаре правозащитник и активист ряда общественных экологических организаций. При первичном осмотре следов насильственной смерти на теле не обнаружено. Проводится расследование».

Его имя стало широко известно общественности в перестроечную эпоху, после первого «антимуравьевского» митинга. Он состоялся на площади Куйбышева 22 июня 1988 года, и одним из его организаторов как раз и был. Александр Соловых. Затем он активно участвовал в подготовке ряда других «перестроечных» митингов и тому подобных акций в период с 1988 по 1991 год. В 1999-2001 годах имя Александра Соловых чаще всего фигурировало в связи с экологическими акциями протеста и скандалами того же рода. В них он участвовал в качестве одного из лидеров созданного им общественного движения «Гражданская инициатива» (рис. 1).

Была ли случайной смерть активиста?

Трагедия в доме № 65 на улице Самарской сразу же привлекла к себе внимание прессы и общественности – и в первую очередь потому, что слишком уж многие из числа влиятельных людей мечтали увидеть Соловых в гробу. Ведь Александр при жизни был личностью весьма неординарной и в хорошем смысле этого слова беспокойной, искренне болеющей душой за сохранение природы нашего края.

Что касается событий 5 февраля 2001 года, то первым покойного обнаружил сосед Соловых по квартире Михаил Ерофеев. Обеспокоенный его длительным отсутствием на кухне и в коридоре, а также круглосуточно включенным светом за окном, он приоткрыл незапертую дверь комнаты, которую занимал Александр, и увидел активиста-эколога лежащим на полу без движения, со следами крови на лице. Оставив все в комнате на своих местах, сосед сразу же вызвал бывшую жену Соловых и милицию.

По ходу дела предполагалось, что Александр скончался не в понедельник 5 февраля, а накануне, то есть в течение воскресного дня, или даже в субботу вечером. По крайней мере, так утверждал сосед, который неоднократно видел его живым и здоровым субботним утром, а затем и днем. Затем Александр ушел в свою комнату - и больше сосед сюда не заглядывал вплоть до понедельника.

К слову сказать, смерть Соловых произошла всего через несколько дней после его дня рождения, который приходится на 31 января. Тогда Александру исполнилось 48 лет. Вечером в пятницу, 2 февраля, он отметил это событие в небольшой компании наиболее близких друзей. И так получилось, что автор этих строк оказался одним из последних, кто видел Александра Соловых живым, поскольку я входил в эту компанию. Его день рождения мы отмечали в подвальчике на углу улиц Самарской и Ленинградской. Но при этом никто не смог связать наше пятничное застолье и последовавшую вскоре смерть именинника: ведь из трактира Соловых ушел в бодром настроении и своими ногами. А до этого он в течение всего вечера пил только пиво с креветками, смеялся и шутил, а затем приглашал всех присутствующих с наступлением лета приехать к нему на дачу на Самарской Луке. А еще через три дня после той встречи в подвальчике всех нас шокировало сообщение о смерти Александра Соловых в его собственной квартире, причем при описанных выше загадочных обстоятельствах.

Так или иначе, но прибывшие на место происшествия работники Самарского РОВД, по данным материалов предварительной проверки, не нашли на охладевшем теле никаких следов насилия. Происхождение же следов крови, обнаруженной на лице покойного и на полу перед его телом, по официальной версии, объясняется довольно просто. Мол, у Соловых в тот момент случилось внезапное кровоизлияние в мозг, которое, в свою очередь, вызвало у него обильное кровотечение из носа. Почти сразу же он потерял сознание и упал на пол лицом вниз. А поскольку рядом с Александром в тот момент не было никого, кто мог бы оказать ему первую помощь, то уже через несколько минут после падения наступила смерть. Впрочем, все это стало известно уже потом, а в первый день после происшествия действия сотрудников правоохранительных органов в квартире Соловых у любого мало-мальски грамотного юриста наверняка вызвали бы массу недоуменных вопросов.

Во-первых, даже милиционер-стажер прекрасно знает, что при обнаружении трупа следует сразу же организовать его осмотр и описание. Также нужно провести сбор вещественных доказательств с места происшествия – отпечатков пальцев, обуви, прочих следов и предметов, по которым впоследствии можно будет сделать вывод о том, была ли эта смерть естественной или же мы имеем дело с умышленным убийством. Так вот, выяснилось, что в то роковое утро в квартиру Соловых не вызывали экспертов, и, соответственно, на месте его смерти никто даже и не пытался искать следы возможного преступления. И все это потому, что по каким-то своим внутренним причинам сразу же после предварительного осмотра места происшествия милицейское начальство решило, что эколог-активист умер естественным путем. Между тем давать такое заключение вправе лишь судебно-медицинская экспертиза.

Во-вторых, сосед Соловых, видевший его незадолго до смерти, запомнил активиста-эколога бодрым и полным жизни. Никаких признаков болезни или хотя бы недомогания сосед не заметил. Зато он заметил другое: всего за несколько часов до предполагаемого момента обморока к Соловых приходили двое неизвестных мужчин. В квартиру они не прошли, а беседовали и курили вместе с активистом-общественником на улице, в арке дома № 65 на улице Самарской. И теперь мы знаем, что примерно через два-три часа после их ухода этот здоровый 48-летний мужчина вдруг внезапно упал и умер прямо у себя в комнате.

Согласитесь, что вся эта цепочка довольно мелких, на первый взгляд, фактов и событий на фоне последовавшей вслед за ними смерти человека выглядит, мягко говоря, весьма подозрительно. Но в этой ситуации гораздо более удивительным кажется другое: неизвестные визитеры, как выяснилось, ни в коей мере не заинтересовали ни дознавателей Самарского РОВД, ни даже работников районной прокуратуры, проводивших проверку по факту смерти Александра Соловых. Никто из правоохранителей почему-то не стал искать не только самих подозрительных субъектов, но даже окурки или какие-нибудь другие следы, которые могли бы остаться на месте встречи с ними Александра Соловых. Ведь давно известно, что с помощью отравленных сигарет неугодных людей отправляют на тот свет не только на страницах детективных романов…

Кстати, судебно-медицинская экспертиза, заключение которой родственники покойного получили через три недели после происшествия, так и не смогла сделать какой-либо определенный вывод о кончине Александра Соловых. В официальном документе так и было указано: «Установить точную причину смерти не представляется возможным». Правда, наиболее вероятной версией его кончины медики все-таки посчитали уже упоминавшееся кровоизлияние в мозг. Но вот почему именно случилось это кровоизлияние – непонятно. И теперь, вероятнее всего, об этом мы уже не узнаем никогда.

 

Экологическая драма с судебным исходом

Как уже было сказано выше, в перестроечную эпоху Александр Соловых был одним из организаторов антикоммунистических митингов, первый из которых состоялся на площади Куйбышева 22 июня 1988 года. Затем в течение последующих лет он участвовал в различных экологических акциях протеста, в том числе и против пуска Чапаевского завода по уничтожению химического оружия в 1989 году (рис. 2-8).

Позже Соловых создал общественное движение «Гражданская инициатива», из-за участия в акциях которого он в 1999 году оказался… на скамье подсудимых. А в конфликт с законом Александр Соловых вступил по причине своей экологической активности: просто тем летом он и его соратники пытались взорвать укрепленное в железобетонном колодце запорное устройство на одной из плотин, незаконно возведённых в национальном парке «Самарская Лука».

На заре своей экологической деятельности Александр Соловых вряд ли мог предположить, что усилия по защите природы национального парка от браконьеров приведут его в камеру СИЗО. Во всяком случае, когда активисты-экологи обнаружили в районе сел Рождествено и Выползово десятки плотин, на которых были установлены эти самые запорные устройства, облегчающие нечистым на руку дельцам незаконный лов рыбы, они были уверены: если это дело и закончится уголовным разбирательством, то только в отношении браконьеров.

Однако вскоре события приняли несколько неожиданный оборот. После собственного тщательного расследования и изучения обстановки на плотинах Соловых и его соратники поняли, что главными браконьерами, организаторами незаконного лова рыбы являются не кто иные, как… егеря национального парка «Самарская Лука», вроде бы призванные охранять природу во вверенных им угодьях. Мало того: егерей открыто поддерживали (и вряд ли бесплатно) работники Рождественского отделения милиции Волжского РОВД во главе с его тогдашним начальником Владимиром Глазковым.

Дело в том, что Глазков является родственником начальника департамента строительства Самарской области, а в те годы - вице-губернатора Александра Латкина: их жены являлись родными сестрами. По рассказам местных жителей, начальник отделения сам не раз ловил рыбку на озере Пятипалом. А теперь вопрос для недогадливых: как вы считаете, разве г-н Латкин отказал бы в помощи родственнику, попавшему в трудную ситуацию?

Соловых об этой родственной связи знал давно. Другой бы в подобной ситуации опустил руки, но иначе повели себя члены движения «Гражданская инициатива». На протяжении 1997-1998 годов они неоднократно срезали задвижки с запорных устройств на браконьерских плотинах. Естественно, рыбьи мальки из плена, устроенного им браконьерами, моментально уходили на волю, и злоумышленникам оставалось лишь кусать локти в бессильной злобе.

Вновь напомнить браконьерам о себе команда Александра Соловых решила осенью 1998 года. Для этого они в первой половине сентября проехались по окрестностям села Выползово и срезали заслонки с запорных устройств на шестнадцати плотинах. Правда, на озере Пятипалом в двух километрах от села Выползово после визита активистов-экологов задвижка так и осталась неразрушенной - она оказалась выполненной из железобетона и листовой стали. Даже богатырских сил было недостаточно, чтобы развалить такое сооружение.

Осмотрев задвижку, активисты «Гражданской инициативы» быстро придумали выход: браконьерское приспособление надо взорвать. Соловых тут же взял на себя организацию этого «теракта». Он нашел рабочего одного из заводов Анатолия Перфильева, который вызвался из подручных средств изготовить взрывное устройство. Детали и материалы для него достал сам Соловых. Он передал Перфильеву 1,6 килограмма охотничьего пороха марки «Сокол», батарейки «Крона», несколько электролампочек, конденсаторов и тумблеров, а также два корпуса от огнетушителей.

Изготовление взрывного устройства происходило в селе Торновое, на даче у еще одного активиста «Гражданской инициативы» Виктора Басманова. Для перевозки «мины» к месту взрыва Соловых предоставил Басманову свой мотоцикл «ИЖ-Юпитер». 17 сентября все было готово к акции, и тогда Басманов и Перфильев поехали на озеро Пятипалое. Соловых с ними не было - он в тот момент работал на своей даче у села Шелехметь, в 20 с лишним километрах от места события.

Однако у злополучной плотины активистов ждала засада в составе работников милиции Волжского РОВД во главе с уже упоминавшимся Владимиром Глазковым и инспекторов областной инспекции рыбоохраны. Сами члены «Гражданской инициативы» считают, что утечка информации о готовящемся взрыве произошла из их рядов, и даже называют фамилию наиболее вероятного «доносчика». Так или иначе, но «террористов» повязали еще до совершения ими акции. Взрывное устройство отобрали и поехали на дачу Соловых. В сарае у него нашли банки из-под пороха, некоторые электродетали, и тогда правоохранителям, по их словам, все стало ясно: налицо серьезный «заговор» против работников милиции и национального парка.

В тот же день прокурор Волжского района подписал санкцию на арест всех троих задержанных членов «Гражданской инициативы». Правда, Соловых просидел в СИЗО чуть больше двух недель. Решением суда Советского района Самары 5 октября он был выпущен под подписку о невыезде как лицо, не представляющее угрозы для общества. А вот Басманову и Перфильеву пришлось отсидеть за решеткой подольше. Первое судебное заседание по их делу состоялось 10 февраля 1999 года, и тогда суд сразу же обратил внимание на серьезные нарушения прав обвиняемых, допущенных в процессе предварительного следствия. В результате дело было отправлено на доследование, а Анатолий Басманов в тот же день ушел домой из зала суда: его тоже отпустили под подписку о невыезде. Перфильев же после того заседания провел в СИЗО еще месяц, и был выпущен до следующего заседания только после жалобы его адвоката в областной суд.

На судебном заседании обвиняемые утверждали, что, решив подорвать запорное устройство на плотине, они действовали в условиях крайней необходимости - ведь все их многочисленные жалобы в правоохранительные и природоохранные органы по поводу браконьерского лова рыбы в национальном парке так и остались без ответа и без каких-либо следственных действий. В результате, столкнувшись с таким откровенно наплевательским отношением властей к экологическим проблемам, убедившись в невозможности иными способами если и не помочь природе, то хотя бы привлечь внимание широкой общественности к этой «незаживающей язве», они решили пойти на столь беспрецедентную акцию - ликвидации браконьерского промысла путем взрыва. Акция, по словам обвиняемых, ни в коей мере не угрожала жизни и здоровью ни одного человека, и потому задержание их работниками милиции они расценили как элементарный акт мести, направленный против них лично и против их деятельности по защите природы национального парка «Самарская Лука». При этом Басманов признал себя виновным частично, а Соловых и Перфильев не признали себя виновными вообще.

Суд Волжского района под председательством судьи Марии Кривякиной учел особые обстоятельства, в условиях которых активисты «Гражданской инициативы» намеревались провести свою акцию и приговорил обвиняемых к мягким мерам наказания. Александр Соловых и Виктор Басманов получили по два с половиной года, а Анатолий Перфильев - три года лишения свободы, все трое - условно, с испытательным сроком в один год. При этом суд направил частные определения в адрес директора национального парка «Самарская Лука», начальника Волжского РОВД и Самарского природоохранного прокурора о серьезных нарушениях закона на территории парка, которые и привели в конечном итоге к акции «Гражданской инициативы».

 

В бой вступили неформалы

Впрочем, впечатлений от этой истории Александру Соловых, видимо, показалось мало. Так или иначе, но неформалы-экологи, воодушевленные мягким судебным приговором, тем же летом решили провести новую акцию протеста на Самарской Луке. Поддержку в этом деле «Гражданской инициативе» оказало молодежное экологическое движение «Хранители радуги» (рис. 9-14).

В результате в течение июля и августа 1999 года активисты совместно пикетировали плотины в районе Шелехметской поймы, а затем разрушили одну из них с помощью лопат. После этого произошло несколько стычек общественников с милицией, дело дошло и до арестов отдельных активистов. В частности, был задержан один из лидеров «Хранителей радуги» Анатолий Доровских, которого оперативник Овчаренко доставил в Рождественское отделение Волжского РОВД, где в ходе допроса жестоко его избил. В результате Доровских получил телесное повреждение, которое привело к частичной потере слуха (рис. 15).

Вот как описывал происшедшее сам Анатолий Доровских:

- Когда мы приехали в Рождественское отделение милиции, паспорт у меня забрал дежурный. Следователь Овчаренко завел в маленький кабинет - три метра на три, закрыл дверь на ключ. Поставил диктофон на стол и тут же ударил по уху ладонью, сразу пробив перепонку. Я врезался головой в стену. Потом еще ударил по голове и по шее ребром ладони. Спрашивает: «Кто снимал задвижки?» Я говорю: «Это допрос? Если допрос - составляйте протокол. Если нет - я отказываюсь общаться». Он говорит: «Это не допрос, а дознание». Но протокол все-таки начал составлять. Фамилия, имя и так далее.

Через некоторое время он вдруг схватил меня за бороду, попытался вырвать клок. Это у него не получилось. Он разозлился, опять ударил меня по уху и сверху по голове. Потом отошел и говорит: он оперуполномоченный, а не участковый милиционер, а вынужден тут с нами заниматься. Говорит, что раскалывал и не таких, как я, - насильников, убийц раскалывал, а уж меня тем более расколет. И опять ударил. Овчаренко то играл в доброго следователя, заводя абстрактные разговоры, то снова угрожал: «Ты меня лучше не зли! Я сейчас принесу такую штуку, которой раскалываю уголовников. Буду бить - а следов не будет».

Потом вывел меня в другой кабинет, где на нас составлялись протоколы. В одном из протоколов было написано, что я якобы отказывался показать документы и следовать в машину. Я сказал, что не согласен с такой формулировкой. Мне предложили на свободном месте протокола написать свое видение ситуации. Я написал. Потом пошла беседа со следователем, который мне сказал: «Раз ты не говоришь, кто снял задвижку, я заведу на тебя дело по поводу ограбления местного магазина. Или напишу, что ты причастен к подготовке взрыва на плотине». Я отказался продавать своих друзей. Следователь еще раз меня ударил, уже при всех. Потом меня повели в камеру. Там сидел какой-то хмырь, взятый за наркотики. Следователь сказал ему: «Сделаешь из него Марию Ивановну - отпущу пораньше». В этой камере я провел около трех часов, но в итоге меня потом отпустили.

…Не правда ли, возникает ощущение, что все случившееся с Анатолием Доровских произошло в 1937 году, во времена пресловутых репрессий? А тот факт, что наши правоохранительные органы с тех пор совершенно не изменились, доказывает то обстоятельство, что оперуполномоченный Овчаренко так и не был привлечен к уголовной ответственности за незаконные методы дознания.

А по факту разрушения незаконно возведенной плотины во всей красе показала себя администрация парка «Самарская Лука». Материалы об этом «экологическом преступлении» в итоге оказались в природоохранной прокуратуре. В сентябре 1999 года члены «Гражданской инициативы» Александр Соловых и Андрей Жеглов были обвинены в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 243 УК РФ (уничтожение или повреждение памятников истории и культуры), ч.2 ст. 250 УК РФ (загрязнение вод), ст. 262 УК РФ (нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов) и ч.1 ст. 330 УК РФ (самоуправство). Следствие по этому делу Самарской межрайонной природоохранной прокуратурой было закончено 24 марта 2000 года, и потом его направили все в тот же Волжский районный суд.

Кстати, тогда никто не смог объяснить, почему же из более чем 20 участников той акции обвиняемыми стали именно эти двое экологов-неформалов, которых, по показаниям многочисленных свидетелей, в момент разрушения плотины попросту… не было на месте «преступления». Установлено, что Соловых в этот момент находился у себя на даче, за много километров от злополучного озера, а Жеглов накануне получил травму ноги и лежал в палатке, неспособный не то что копать землю, но и вообще передвигаться без посторонней помощи.

Впрочем, слушание второго уголовного дела, в котором фигурировала фамилия Соловых, так и не началось. Дело в том, что в июле 2000 года, сразу же после губернаторских выборов, Александра постигла очередная крупная неприятность. Вечером, утомленный несколькими бессонными ночами, он на улице Ново-Садовой около Оврага Подпольщиков Соловых не заметил проходящего трамвая и был сбит передним вагоном. Тогда Соловых отделался компрессионным переломом одного из позвонков, в результате чего месяц отлежал в травматологическом отделении больницы имени Пирогова, а затем в течение двух с лишним месяцев находился дома на постельном режиме.

Именно по причине его болезни несколько раз откладывалось начало рассмотрения в суде Волжского района упомянутого выше уголовного дела. В конце концов начало процесса все же было назначено на 22 февраля, но по причине своей смерти Соловых на него, конечно же, не явился. Затем в течение 2001 года слушание по делу назначалось еще несколько раз, но оставшийся единственным обвиняемым Андрей Жеглов в суд больше ни разу не приходил. В конце концов производство по этому делу было прекращено (рис. 16, 17).

Кстати, в свой день рождения, 31 января 2001 года, Соловых участвовал еще в одном судебном процессе - против организаторов и руководителей свалки бытового мусора у поселка Водино Красноярского района. На стороне активиста-эколога в этом деле были все владельцы соседних со свалкой дачных участков, которым приезжавшие сюда ежедневно мусоровозы давно уже встали поперек горла. Хотя областной суд в этот раз отклонил иск экологов к руководителям свалки, Соловых собирался обжаловать это решение в Верховном суде России, но так и не успел.

Несомненно, смерть Александра Соловых быстро привела к резкому снижению активности в рядах самарских активистов-экологов. Возможно, именно этого как раз и добивались определенные представители властных кругов, которым до крайности надоели организованные «Гражданской инициативой» многочисленные акции протеста, пикеты и демонстрации.

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

3.11.2001

Открыт памятник Александру Соловых

На городском кладбище Самары был открыт памятник правозащитнику и активисту ряда общественных экологических организаций Александру Соловых. Он построен в основном на средства его родственников и наиболее близких друзей (рис. 18-23).

Обстоятельства смерти активиста-эколога так до конца остались не выясненными. Правозащитника нашли мертвым 5 февраля нынешнего года в его квартире в доме № 65 на улице Садовой. Смерть Соловых произошла всего через несколько дней после его дня рождения, когда Александру исполнилось 48 лет.

На открытии памятника присутствовали многочисленные активисты общественных и правозащитных организаций Самары, родственники и знакомые Александра Соловых.

 

Список литературы

 

10 лет Государственному комитету по охране окружающей среды Самарской области. Итоги научных исследований, природоохранные технологии. Экологическая безопасность и устойчивое развитие Самарской области. Вып.6. (Под ред. В.А. Павловского и Г.С. Розенберга). Самара. 1998. :1-257.

Бондаренко А. 1999. Большой сбор «зеленых» в Самаре. – В газ. «Самарская газета», 19 мая.

Виноградов А.В. 1991. Первый съезд партии «зеленых». – Бюллетень «Самарская Лука». № 1. :235-236.

Виноградов А.В. 1993. Есть такая партия! – В газ. «Самарская Лука», № 2.

Виноградов А.В. 1993. Союз «зеленых». – В газ. «Самарская Лука», № 5.

Виноградов А.В. 1995. Мы одной крови. – В газ. «Берегиня», № 6, :4.

Виноградов А.В. 1996. Экология. – В кн. «Самарская область» (география и история, экономика и культура). Самара, :83-100.

Виноградов А.В. 1999. История Всероссийского общества охраны природы. – В кн. «Природа и общество: в поисках гармонии». Самара, :3-23.

Виноградов А.В. 1999. История Самарской организации Всероссийского общества охраны природы. – В кн. «Природа и общество: в поисках гармонии». Самара, :23-32.

Виноградов А.В. 1999. Нам есть что беречь! – В кн. «Природа и общество: в поисках гармонии». Самара, :44-48.

Ерофеев (Игнатов) В.В. 1993. «Матросовы» на горе Могутовой. – В газ. «Время «икс», № 1, август.

Ерофеев (Ветров) В.В. 1993. Десант высадился на Могутовой. – В газ. «Самарская Лука», № 8, август.

(Ерофеев В.В.) 1993. Кому нужна гражданская война в Жигулевских горах. – В газ. «Самарская Лука», № 9, сентябрь.

Ерофеев В.В. 1994. Двадцать лет спустя. – В газ. «Время «икс», № 17, май.

Ерофеев (Ветров) В.В. 1998. «Маленькая бомбочка» за две недели до «антимуравьевского» митинга. – В газ. «Числа», 17 июня.

Ерофеев (Игнатов) В.В. 2000. Экологи-общественники обвиняют и обвиняются. – В газ. «Числа», 12 апреля.

Ерофеев (Викторов) В.В. 2000. Экологов-общественников снова ждет суд. – В газ. «Самарское обозрение», 17 апреля.

Ерофеев В.В. 2001. Звезда и смерть Александра Соловых. – В газ. «Будни», 5 февраля.

Ерофеев В.В., Виноградов А.В. 1981. Дружина дружных. – В сб. «Зеленый шум». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :114-122.

Круглова Л. 1990. А ты – какого цвета? – В газ. «Волжский комсомолец», 17 июня.

Круговой И. 2000. «Хранители радуги» опять протестуют. – В газ. «Числа», 11 августа.

Никольский И. 2000. «Хранители радуги» продолжают борьбу со свалкой. – В газ. «Числа», 22 сентября.

Павловский В.А. 1998. Хранители зеленого дома. – В газ. «Волжская коммуна», 19 июня.

Петербургский В. 1988. Митингуем!.. – В газ. «Волжская коммуна», 8 июня.

Разумков В.Н. 1999. Самарская областная организация ВООП на современном этапе. – В кн. «Природа и общество: в поисках гармонии». Самара, :33-41.

Т.Ф. 1998. Новые «зеленые». – В газ. «Самарская газета», 29 октября.

Шабалина И. 1999. Что ищем? «Зеленую» стратегию. – В газ. «Волжская коммуна», 18 мая.

Шереметьев А. 1999. В Самаре собрались экологи. – В газ. «Волжская коммуна», 19 мая.

Экологическая безопасность и устойчивое развитие Самарской области. Некоторые итоги научных исследований, практической деятельности и современные природоохранные технологии. Под ред. В.А. Павловского. Самара, 1996. :1-261.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара