При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Преображенский Павел Александрович

В перестроечные годы широкой публике наконец-то оказалась доступной повесть Михаила Булгакова «Собачье сердце», главным действующим лицом которой является гениальный ученый Филипп Филиппович Преображенский, который сумел сделать невозможное – хирургическим путем превратить собаку в человека. Но до сих пор мало кто знает, что главный герой повести – это вовсе не плод фантазии писателя. Такой человек существовал в реальности, и, как показывают рассекреченные архивы, на заре советской власти он и в самом деле серьезно пострадал от большевистского режима. Жил он в Самаре в доме № 27 на улице Симбирской (ныне Ульяновская), и звали его не Филипп Филиппович, как в произведении Булакова, а Павел Александрович Преображенский (рис. 1).

Борьба миров

Как известно, в 1917 году Россия пережила две революции – в феврале и в октябре. И поскольку на фоне столичных потрясений островком относительного благополучия тогда выглядела провинциальная Самара, летом того же года на Волгу в поисках спокойной жизни переехали многие видные ученые из Москвы и Санкт-Петербурга. В их числе оказался из основателей российской психологической науки Александр Петрович Нечаев (1870–1948), который до этого работал в Вильно (рис. 2). После переезда в Самару его избрали директором вновь созданного педагогического института, одним из ведущих преподавателей которого был Павел Александрович Преображенский историк, археолог и этнограф. В дальнейшем судьбы этих двух человек оказались переплетены друг с другом самым невероятным образом.

Преображенский родился в Нижегородской губернии в 1858 году. Более точная дата его рождения пока не установлена. Он окончил Казанскую духовную академию, где впоследствии получил степень кандидата богословия. В период между двумя русскими революциями Павел Александрович вступил в партию кадетов, а в марте 1917 года вошел в Самарский комитет народной власти, не прекращая при этом преподавательской деятельности.

Здесь нужно сказать, что образованная общественность Самары даже при меняющихся режимах регулярно ставила вопрос о преобразовании педагогического института в университет. Большевистские власти города это решение откровенно заволокитили, ссылаясь на необходимость согласования с Москвой. Однако 8 июня 1918 года Самара оказалась занятой восставшим чехословацким корпусом, и вся власть в губернии перешла к Комитету членов Учредительного собрания (Комучу) (рис. 3). Вот тогда, к удивлению многих, Комуч удовлетворил прошение ученой общественности о преобразовании педагогического института в Самарский университет «со всеми правами и преимуществами, российским университетам присвоенными». Решение об этом было подписано 10 августа 1918 года.

 

Злоключения самарского профессора

Свою учебную и научную работу этот вуз, как и положено, открыл 1 сентября. Однако всего лишь через месяц после начала занятий он оказался в опале у большевистского режима. После возвращения 7 октября 1918 года красных войск в Самару распоряжением реввоенсовета была прекращена деятельность всех учреждений, созданных в период власти Комуча, в том числе и Самарского университета. Выяснилось, что коммунистическим лидерам нужны были далеко не все университетские преподаватели, а только лишь те, чьи взгляды соответствуют марксистской идеологии.

Проверки на лояльность новому режиму «комучевских» служащих начались буквально в первую же неделю после восстановления в Самаре советской власти. Основанием для этого был в первую очередь сам факт сотрудничества людей с белогвардейцами и чешскими легионерами. Можно себе представить, в какой непростой обстановке в октябре 1918 года проходила проверка профессоров Самарского университета. В частности, от Преображенского тогда потребовали, чтобы в будущем в его лекциях не было ни единого упоминания о Библии и об истории буржуазных государств, а история России должна начинаться не с Рюрика, а с марксистских кружков, на основе которых впоследствии и образовалась РКП (б). Выслушав все это, Преображенский заявил, что он не считает марксизм идеологией, достойной преподавания в университете, после чего был немедленно арестован и помещен в камеру Самарской тюрьмы.

Примерно в том же духе вел себя на допросе и профессор Нечаев. От него потребовали, чтобы он не упоминал в своих лекциях не только труды, но даже имя австрийского психолога Зигмунда Фрейда, которого в ЧК назвали «белочешским лжеученым». Нечаев отказался, но от ареста и тюремного заключения его тогда спасло только личное поручительство заведующего губернским отделом народного образования Владимира Александровича Тронина. Тот убедил чекистов, что недопустимо трогать специалиста с мировым именем. Более того, с санкции Тронина уже 18 октября 1918 года делегация распущенного Самарского университета под руководством Нечаева отправилась в Москву с целью восстановления вуза. Итогом поездки стал декрет Совнаркома от 21 января 1919 года об учреждении университетов в Самаре, Костроме, Смоленске, Астрахани и Тамбове. Так самарский университет родился во второй раз.

Конечно же, во время визита в столицу Нечаев ни на минуту не забывал о профессоре Преображенском, который все это время находился в Самарской тюрьме. Нечаеву удалось передать письмо о злоключениях своего коллеги в приемную Совнаркома на имя Ленина. И это письмо дошло до получателя, доказательством чему служит телефонограмма Ленина, опубликованная в томе 50 его «Полного собрания сочинений» и адресованная Дзержинскому: «Сообщите основания ареста Павла Александровича Преображенского… а также сообщите мне, нельзя ли освободить Преображенского на поруки учительскому союзу».

 

Предыстория «Собачьего сердца»

Опальный самарский ученый вскоре после этого вышел на свободу, отсидев в тюремной камере более трех месяцев. Нечаев тогда же был назначен первым ректором вновь образованного самарского вуза, однако сразу же подал прошение об отставке, причиной которой назвал свое несогласие с властями по вопросам идеологии. А вот Преображенский все же счел возможным вернуться к преподаванию в университете. В 20-х годах он

Профессор Нечаев после отставки еще на некоторое время задержался в Самаре, пока в сентябре 1921 года не переехал в столицу, где сразу получил должность профессора Московского государственного психоневрологического института, а в 1922 году стал его директором. В том же году Нечаев был приглашен к перенесшему инсульт Ленину для психологического обследования. По рассказам, после осмотра больного профессор с сожалением констатировал, что в случае с этим пациентом медицина оказалась бессильной.

А дальше история с двумя самарскими учеными становится еще более интересной. В 1924 году в Москве проходил II психоневрологический съезд, на котором Нечаев резко выступил против требования группы «коммунистических профессоров» о перестройке всей советской психологии на основе марксизма. Именно на этом съезде Нечаев познакомился с репортером ряда московских газет Михаилом Булгаковым, тоже врачом по образованию, который в это время уже опубликовал первые главы из романа «Белая гвардия» и работал над повестью «Роковые яйца». Нет никакого сомнения в том, что именно тогда Нечаев рассказал Булгакову о самарских злоключениях - как своих, так и Преображенского. И уже в 1925 году Булгаков выпустил в свет свою знаменитую повесть «Собачье сердце», взяв при этом фамилию главного героя у самарского профессора, отсидевшего в тюрьме три месяца за нелояльность к советской власти, а его медицинскую специальность – у Нечаева, не боявшегося публично выражать свое несогласие с марксизмом.

Эту неприязнь к официальной советской идеологии Нечаеву припомнили в 1935 году, когда постановлением особого совещания НКВД он по статье 58-10 УК (контрреволюционная агитация) был приговорен к ссылке в Казахстан. Свой срок профессор отбывал в Семипалатинске, где смог устроиться сначала рядовым сотрудником, а затем заведующим кафедрой педагогики и психологии в здешнем педагогическом институте. В этом же городе Александр Петрович Нечаев и скончался в сентябре 1948 года.

А профессор Преображенский вышел на заслуженный отдых в 1927 году. Ученый и после этого по-прежнему состоял членом ряда научных обществ, но жить в те годы он был вынужден только на небольшую пенсию. Счастливо избежав репрессий, главным образом по причине преклонного возраста, Преображенский умер своей смертью в 1942 году. По всем данным, он до конца своих дней даже не подозревал о том, что московский писатель Михаил Булгаков обессмертил его фамилию, наделив ею главного героя своей повести. Просто тогда это произведение уже вошло в литературный «черный список» и было запрещено к публикации. Как уже говорилось выше, «Собачье сердце» в нашей стране снова стали издавать только в перестроечные годы.

 

Третья жизнь вуза

Что же касается Самарского университета, то он после отъезда своего первого ректора в Москву продолжал работать в непростых условиях. Когда в Поволжье завершились боевые действия гражданской войны, в нашем крае разразился катастрофический голод. В условиях острейшего финансового кризиса Самарский губисполком объявил, что «вместо намеченного повышения зарплаты профессорско-преподавательскому составу университета и стипендий для студентов он вынужден ходатайствовать перед Наркоматом образования о взятии университета на госбюджет или о закрытии его».

В течение последующих лет шло медленное умирание университета. В 1925 и 1926 годах прекратили свою работу социально-исторический и физико-математический факультеты. Дольше остальных продержался медицинский факультет, который закрылся только в 1927 году.

Вопрос о возрождении университета в Куйбышеве, а фактически – о создании совершенного нового вуза перед руководством области и города вновь встал только в середине 60-х годов. Вскоре были приняты постановления Совета Министров СССР от 14 декабря и Совета Министров РСФСР от 24 декабря 1966 года «Об организации Куйбышевского государственного университета». Строительство его первого здания началось в апреле 1968 года на улице Осипенко, на высоком волжском берегу, а занятия в нем начались 1 сентября 1969 года. А торжественное открытие вуза состоялось 17 октября 1969 года в помещении драматического театра имени М. Горького, где присутствовали все 200 первых его студентов, а также многочисленные гости и приглашенные. Так началась третья жизнь Самарского госуниверситета (рис. 4).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

Список литературы

Ерофеев В.В. 2013. Тот самый профессор Преображенский. - Газета «Волжская коммуна», 9 августа 2013 года.

Лупаев П.Д. 1995. Воспоминания о П.А. Преображенском. – В сб. «Самарский краевед». 1995. (Сост. А.Н. Завальный). Самара. Изд-во «Самарский университет», стр. 205-208.

Крайнова Т.В. 1995. Самарское археологическое общество (1916 -1919 г.г.). – В сб. «Краеведческие записки». Выпуск VII. Самара, изд-во «СамВен», стр. 134-136.

Крайнова Т.В. 1995. Самарское общество археологии, истории, этнографии и естествознания при Самарском государственном университете (1919 -1929). – В сб. «Краеведческие записки». Выпуск VII. Самара, изд-во «СамВен», стр. 137-162.

Попов Ф.Г. 1972. 1918 год в Самарской губернии. Хроника событий. Куйб. кн. изд-во, 1972 год, 326 с.

Попов Ф.Г. 1974. 1919 год в Самарской губернии. Хроника событий. Куйб. кн. изд-во, 1974 год, 240 с.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара