При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Самарская медицина в 1917-1922 годах

После свержения в октябре 1917 года правительства А.Ф. Керенского в России образовалось рабоче-крестьянское правительство, которое получило название «Совет Народных Комиссаров» (Совнарком). Вместо прежних министерств, существовавших в стране и при монархическом строе, и при Временном правительстве в его состав вошли народные комиссариаты (наркоматы), представлявшие собой центральные органы отраслевого управления (рис. 1).

 

На пути к Наркомздраву

В октябре 1917 года в составе правительства молодой Советской Республики было образовано 14 наркоматов:

• по военным делам;

• по военно-морским делам;

• внутренних дел;

• по иностранным делам;

• национальностей;

• юстиции;

• торговли и промышленности;

• земледелия;

• по железнодорожным делам;

• продовольствия;

• почт и телеграфов;

• финансов;

• труда;

• просвещения.

Здесь мы видим, что в первом составе Совнаркома ещё не было Наркомата здравоохранения. Как и при царской власти, забота о народном здравии в это революционное время на первых порах опять же была возложена на работников Наркомата внутренних дел, хотя уже с первых дней существования Советской власти многие партийные функционеры высказывались за необходимость создания единой государственной медицинской структуры, в чём они убеждали В.И. Ленина.

В течение первых недель после Октябрьского переворота, реализуя задачи, поставленные в первой программе РСДРП еще в 1903 году, Совет Народных Комиссаров издал целый ряд законодательных актов (декретов). В их числе были следующие: о 8-часовом рабочем дне, о помощи пострадавшим от несчастных случаев на заводах и фабриках, о бесплатной передаче больничным кассам всех лечебных учреждений промышленных предприятий, о страховании рабочих и служащих на случай болезни и некоторые другие.

Для осуществления этих постановлений и оказания медицинской помощи населению на местах с ноября 1917 года в различных районах страны стихийно стали создаваться медико-санитарные отделы (при местных Советах) и врачебные коллегии (при некоторых Народных комиссариатах). Новые организации 2 (14) декабря 1917 года обратились к населению Советской России с совместным воззванием «О борьбе с заболеваемостью, смертностью и антисанитарными условиями жизни широких масс населения». Это обращение явилось первым программным документом Советского государства в области медицинского дела.

Общность задач, стоявших перед врачебными коллегиями, привела к их объединению, в результате чего 24 января (по новому стилю - 6 февраля) 1918 года декретом Совета Народных Комиссаров был образован Совет врачебных коллегий, на который возлагались функции «высшего медицинского органа Рабочего и Крестьянского правительства». Его председателем был назначен А.Н. Винокуров, заместителями председателя — В.М. Бонч-Бруевич и М.И. Барсуков. А с 15 мая 1918 года начал выходить в свет официальный печатный орган Совета Врачебных коллегий при Совете Народных Комиссаров РСФСР — «Известия советской медицины», первая советская медицинская газета.

Всероссийский съезд медико-санитарных отделов Советов состоялся в Москве 16—19 июня 1918 года. Наряду с основным вопросом, освещённым в докладе З.П. Соловьева и В.М. Бонч-Бруевича, съезд обсудил важнейшие для того периода проблемы здравоохранения: «Об организации и задачах советской медицины на местах» (доклад Н.А. Семашко), «Об организации борьбы с эпидемиями в условиях Советской республики» (доклад А.Н. Сысина), «О страховой медицине» (доклады И.В. Русакова и Г.В. Линдова).

В постановлении съезда отмечалось: «Исходя из положенного в основу строения Советской республики единства государственной власти, следует признать необходимым создание единого центрального органа — Комиссариата здравоохранения, ведающего всем медико-санитарным делом (Источник: Сорокина Т.С. История медицины, М., изд-во «Софокл», 1993, т. 2, ч. 5, с. 140).

Совет Врачебных коллегий 26 июня 1918 года направил в Совет Народных Комиссаров докладную записку и проект декрета о создании Народного комиссариата здравоохранения (Наркомздрав) РСФСР, которые 9 июля 1918 года были опубликованы в «Известиях ВЦИК» для широкого ознакомления.

После обсуждения этого проекта в Совете Народных Комиссаров В.И. Ленин подписал декрет от 11 июля 1918 года «Об учреждении Народного комиссариата здравоохранения» — первого высшего государственного органа в истории России, объединившего все отрасли медико-санитарного дела страны.

В состав первой коллегии Народного комиссариата здравоохранения РСФСР вошли: В.М. Бонч-Бруевич, А.П. Голубков, П.Г. Дауге, Е.П. Первухин, Н.А. Семашко, З.П. Соловьев. Первым народным комиссаром здравоохранения РСФСР был назначен Н.А. Семашко, его заместителем — З.П. Соловьев.

Николай Александрович Семашко (1874—1949), член РСДРП(б) с 1893 года, в 1901 году окончил медицинский факультет Казанского университета и затем в течение ряда лет работал фельдшером в Самарской губернии. Он возглавлял Наркомздрав вплоть до 25 января 1930 года. Это рекордный срок для советских руководителей системы здравоохранения столь высокого ранга. На долю Семашко выпали труднейшие в истории страны испытания - период гражданской войны, иностранной военной интервенции и годы послевоенной разрухи (рис. 2).

Именно в это время в СССР создавалась государственная система здравоохранения: велась борьба с эпидемиями, разрабатывалась программа охраны материнства и детства, развивалось санаторно-курортное дело, расширялась сеть научно-исследовательских институтов, реорганизовывалась система высшего медицинского образования.

Уже с самых первых шагов нового наркомата главными принципами его деятельности были провозглашены следующие: государственный характер службы охраны здоровья, плановость профилактических мероприятий, общедоступность, бесплатность и высокое качество медицинской помощи, единство медицинской науки и практики здравоохранения, участие общественности и широких масс трудящихся в деятельности органов и учреждений здравоохранения.

Эти принципы также вошли в текст первых советских Конституций 1918 и 1925 годов, а на VIII съезде РКП(б) (он проходил 18-23 марта 1919 года в Москве) по инициативе В.И. Ленина они были закреплены в качестве программных положений деятельности правящей коммунистической партии.

Здесь необходимо отметить, что в течение 18 лет после подписания декрета о создании Наркомата здравоохранения РСФСР в стране не существовало единого государственного органа, объединявшего под своим крылом все медицинские учреждения и кадры. Лишь в июле 1936 года совместным постановлением ЦИК и Совнаркома был создан Народный комиссариат здравоохранения СССР.

Его первым руководителем был назначен Григорий Наумович Каминский (1895—1938), который в 1934—1936 годах занимал пост народного комиссара здравоохранения РСФСР, был Главным государственным санитарным инспектором СССР, а на XIV—XVII партийных съездах избирался кандидатом в члены ЦК ВКП (б). Но 25 июня 1937 года, сразу же после выступления на Пленуме ЦК ВКП (б) с осуждением политики репрессий, Г.Н. Каминский был арестован и в феврале 1938 года по решению «тройки» расстрелян. Вместе с Г.Н. Каминским тогда же были арестованы его заместители по Наркомздравам РСФСР и СССР, и ряд других сотрудников наркоматов. В настоящее время все они посмертно реабилитированы.

Что же касается работы Наркомздравов РСФСР и СССР, то основным направлением, на котором в те непростые времена сосредоточилась их деятельность, была борьба с эпидемиями сыпного и брюшного тифа, холеры, малярии, дифтерии, «испанки» (так называли одну из форм гриппа) и рядом других опаснейших инфекционных заболеваний. В последующие годы приоритетными задачами советских медиков также были названы повышение общего уровня медицинской грамотности жителей страны, профилактика инфекционных и соматических заболеваний, а также научно-исследовательская работа и расширение материальной базы отечественной медицины.

 

Положение врачей в Самаре в 1918-1920 годах

Революционные настроения, поразившие к осени 1917 года всю Россию, не обошли стороной и Самару. В октябре в городе было неспокойно, начались перебои в снабжении многими продуктами, в первую очередь хлебом. Именно при такой обстановке самарцев и застало пришедшее из Петрограда сообщение о свержении Временного правительства. Советская форма правления в нашем городе установилась мирным путём, после того, как вечером 26 октября 1917 года председательствующий на собрании представителей различных политических партий В.В. Куйбышев огласил итоги голосования по вопросу о власти (рис. 3, 4).

В течение ноября-декабря 1917 года Самарским ревкомом были сформированы все основные исполнительные органы, однако вплотную к вопросу о создании системы здравоохранения новая власть обратилась лишь в начале 1918 года, когда в Самаре был образован медико-санитарный отдел при губсовете.

Здесь нужно отметить, что Первая мировая война привела к резкому увеличению в Самарской губернии больных из числа военных, беженцев и военнопленных. Последовавшие вскоре две российские революции 1917 года, гражданская война, а также катастрофический поволжский голод 1921-1922 годов поставили многие медицинские учреждения на грань полного упадка и разрухи.

Осенью 1917 года, незадолго до Октябрьского переворота, вопрос о снабжении медучреждений рассматривался в Самарской губернской земской управе, но он так и не был доведён до конца из-за революционных событий и последующего упразднения самой управы. Проблемы здравоохранения также не раз звучали на заседаниях Самарского губревкома в конце 1917 – начале 1918 годов, а также в медико-санитарном отделе губсовета, но дальше разговоров и здесь дело ни разу не доходило, хотя в это время остро стояли задачи борьбы с эпидемиями сыпного, брюшного и возвратного тифа, холеры, «испанки» и рядом других опасных заболеваний. Но большинство этих задач остались не выполненными по причине произошедшего в мае 1918 года восстания чехословацкого корпуса и захвата его подразделениями всего Среднего Поволжья.

Как известно, чехословаки вошли в Самару утром 8 июня 1918 года. С этого дня к руководству губернией пришли бывшие депутаты Государственной Думы, члены партии эсеров и меньшевиков в союзе с кадровыми офицерами Белого движения, которые уже вскоре создали новый орган власти – Комитет членов Учредительного собрания (Комуч). Государство, на территорию которого распространялась юрисдикция Комуча, получило наименование Российской Демократической Федеративной Республики (РДФР) (рис. 5-7).

На подконтрольной территории новая власть восстановила дореволюционную систему местных органов самоуправления, в числе которых были губернские, уездные и волостные земства, губернские и городские Думы. В связи с этим в Комуч стали обращаться служащие бывших земских учреждений, в том числе и медицинских, которые по разным причинам пострадали от советской власти и теперь стремились восстановить свои права или должности, однако их проблемы так и не были решены. Это можно объяснить лишь фактическим бездействием организованного Комучем медицинского Совета, особенно в последний месяц пребывания его у власти в Самаре. Передовые отряды четвертой армии Восточного фронта 7 октября 1918 года полностью освободили Самару от чехословаков и войск Белого движения. В тот же день из эвакуации вернулся и Самарский губревком. В соответствии с приказом его председателя А.П. Галактионова была возобновлена деятельность исполкома губернского Совета (рис. 8, 9)

Наряду с прочими подразделениями восстановил свою работу и медико-санитарный отдел, вскоре преобразованный в отдел здравоохранения Самарского губисполкома. Первым заведующим Самарским губздравотделом тогда же был назначен Н.М. Левинтов, который находился на этом посту до середины 1919 года.

Советский период истории самарского здравоохранения в полной мере показывает те трудности и проблемы, успехи и достижения, которые пережила за это время вся отечественная медицина. В связи с тяжёлым материальным положением всей самарской интеллигенции, в том числе и врачей, в губисполком и его отделы в конце 1918 года не раз обращались представители профессиональных союзов и объединений с просьбой обратить внимание на невыносимые условия работы и жизни высокообразованных специалистов. В частности, Самарский губернский профессиональный Союз врачей направил письмо в Губернский отдел труда, в котором говорилось о необходимости повышения ставок медицинским работникам. Ныне это письмо хранится в Центральном Государственном архиве Самарской области (ЦГАСО).

«Правление Самарского губернского [и городского] профессионального Союза врачей.

12 декабря 1918 года.

№ 839

В Губернский отдел труда.

Делегатский Совет губернского и городского профессионального Союза врачей в заседании 10 декабря сего года разработал ставки для врачей Самарской губернии.

Представляя Губернскому отделу труда выработанные ставки, Губернский профессиональный Союз врачей просит об их утверждении.

<…> Делегатский Совет считает своим долгом довести до сведения Отдела труда о нижеследующем.

Общеизвестный факт, что в среде общественных врачей, служивших в городских и земских самоуправлениях и ныне находящихся на службе Советской Республики, считалось предосудительным, и даже признаком дурного тона говорить о повышении ставок и о прибавках к жалованию. И неудивительно поэтому, что за время войны, когда цены на всё повысились в 30-40 раз, врачи, довольствовавшиеся старыми ставками, постепенно превращались в общественных нищих. И всё же до последнего времени врачи не говорили о своем ужасном положении, предпочитая уходить в другие ведомства, нежели поднять «неприличный» вопрос о ставках. И кто знаком с жизнью участковых врачей и других общественных врачей, не занимающихся частной практикой, тот действительно ужаснулся бы от той бездны нищеты и голода, которая царит в их среде. Задолженность врачей растет, врачи делаются инвалидами раньше времени, умирают от заразных болезней и от нервного и физического истощения, всю свою жизнь отдав общественному служению, оставляют семью безо всяких средств к существованию.

Врачи лишаются возможности воспитывать своих детей, так как жить на две семьи (в городе и в деревне) при настоящих ставках невозможно. Сотни таких случаев наблюдаются в г. Самаре и в среде участковых врачей, но врачам опять-таки стыдно поднять завесу над своей участью, как над дурной болезнью, которую необходимо скрывать от чужих взоров.

И если в настоящее время делегатский Совет считает нужным отбросить всякую щепетильность, ходатайствовать перед Отделом труда о разработке и повышении ставок, то это вызывается ясным сознанием того, что дальше так продолжаться не может, ибо общественное нищенство недостойно врачей, и подрывает всякую возможность плодотворной медицинской работы.

Врачи губернии разделены на 3 категории и 3 группы, с повышением на 10% на каждую группу и каждую категорию. К 1 группе отнесены врачи, заведующие отделами и старшие врачи больниц больше, чем на 200 коек.

Ко 2 группе отнесены врачи-специалисты, эпидемические врачи и врачи, заведующие подотделами.

К 3 группе отнесены врачи-ординаторы старшие и младшие и участковые врачи.

К 1 категории относятся врачи со стажем больше 10 лет.

Ко 2 категории – врачи со стажем больше 5 лет.

К 3 категории – врачи со стажем до 5 лет.

Врачи, служащие по городу Самаре, получают основной оклад по 3 группе 3 категории 900 рублей, в уезде 750 рублей.

Ставки врачам по городу Самаре.

группа I группа II группа III

Категория I 1296 р. 1188 р. 1080 р.

Категория II 1188 р. 1080 р. 990 р.

Категория III 1080 р. 990 р. 900 р.

 

Ставки врачей по губернии

группа I группа II группа III

Категория I 1080 р. 990 р. 900 р.

Категория II 990 р. 900 р. 825 р.

Категория III 900 р. 825 р. 750 р.

 

За квартиру вычитается в размере 10-15% основного оклада, месячный час оплачивается 300 руб., дневной час – 20 р. Общий заработок не должен превышать 1 ½ месячного оклада.

За председателя (подпись неразборчива)».

ЦГАСО, Р-158, оп. 43, д. 2, л.л. 3-4.

 

«Самарский губернский отдел здравоохранения.

13 августа 1920 г.

В комиссию Н.К.З.

Препровождая при сем списки медперсонала Самарской губернии по учреждениям и по уездам… Самгубздрав доводит до сведения комиссии, что с октября 1918 г. было много причин, которые способствовали уменьшению числа медперсонала, как-то: 1) часть врачей и фельдшеров выбыла вместе с чехословаками; 2) мобилизация медперсонала в 1918 году, когда было снято с работ 209 врачей из числа 367, и 1422 лекпомов, в число которых вошло 95% всех школьных фельдшеров призывного возраста; 3) сыпнотифозная эпидемия унесла более 35% врачей и значительное число среднего медперсонала. Вследствие всего этого ни в городе Самаре, ни в губернии сейчас нет санитарных врачей. Участковые больницы без врачей, и многими из них заведуют ротные фельдшера, и, наконец во многих п/отделах Губернского и Уездных отделов нет заведующих. На основании всего вышеизложенного Самгубздравотдел просит оставить на местах службы весь медперсонал Самарской губ., и прикомандировать ещё из лиц, признанных годными к тыловой службе, из других губерний, дабы места, которые должны быть замещены медперсоналом, согласно постановлений Н.К.З. не пустовали.

Заведующий губздравотделом Грюнфельд.

Зав. секц. школ. персонал (подпись неразборчива)».

ЦГАСО, Р-158, оп. 16, д. 29, л.л. 118-120.

 

Катастрофический голод 1921-1922 годов

Об этом страшном бедствии, ровно 85 лет назад охватившем Поволжье, одну из главных житниц России, мы кое-что знаем ещё из школьного учебника истории. Правда, в советское время официальной причиной этой всенародной трагедии была объявлена двухлетняя засуха 1920-1921 года, уничтожившая хлебные посевы на огромных территориях. Но партийная пропаганда обычно замалчивала тот факт, что в царское время в Поволжье тоже не раз бывали такие же продолжительные засухи, но тогда они почему-то не вызывали столь масштабного голода среди крестьян, да еще с такими жуткими последствиями, как массовый каннибализм (рис. 10-12).

В начале ХХ века непрерывные военные действия на огромных пространствах России в общей сложности продолжались восемь лет – с 1914 по 1922 годы. В результате этих сражений, по разным оценкам, погибло от 15 до 25 миллионов человек, в основном молодые и сильные мужчины, причем свыше 80 процентов из них составляли сельские жители. А советское правительство, развязывая в 1918 году красный террор, не могло не знать, что к тому моменту выращивать хлеб в стране стало практически некому: наиболее работоспособная часть крестьянства либо пребывала на фронтах, либо уже лежала в сырой земле.

Неудивительно, что в 1918 и 1919 годах, несмотря на довольно благоприятную для земледелия погоду, установившуюся в Европейской части России, производство хлебного зерна в стране по сравнению с 1913 годом упало в 5-6 раз (в некоторых регионах – даже в 8-10 раз). По этой причине резко сократился завоз продовольствия в крупные города, после чего ленинское правительство ввело продразвёрстку, чтобы изымать хлеб у крестьян по всей стране в принудительном порядке.

К чему это привело в 1921 году, было, в общем-то, известно ещё в советское время. Однако наиболее кошмарные детали катастрофического голода, этого громадного по масштабам бедствия, в том числе многочисленные документы и фотографии того времени, в начале 30-х годов были засекречены, и на долгие десятилетия похоронены в архивных спецхранах. Лишь совсем недавно для исследователей открылось большое количество этих уникальных источников и фотографий первой трети ХХ века. Благодаря этому мы сейчас имеем возможность узнать, что же на самом деле происходило в глухих заволжских деревнях в течение той страшной зимы 1921-1922 годов.

Уже к сентябрю 1921 года в Поволжье голодало свыше 5 миллионов человек, а к октябрю обстановка еще более накалилась: цифра голодающих перевалила за 15 миллионов. В декабре же 1921 года правительством официально была названа цифра в 22 миллиона голодающих. Впрочем, специалисты считают и её сильно заниженной. На самом деле, по данным независимых экспертов, зимой 1921-1922 годов в Поволжье не имело пищи более 30 миллионов человек, когда голод охватил территорию сразу семи губерний. При этом наиболее трагическое положение сложилось в Самарской губернии, где голодало свыше 70 процентов населения. В общей сложности в Поволжье, по официальным данным, по причине голода 1921-1922 годов погибло от 1 до 5 миллионов человек, хотя независимые эксперты настаивают на другой цифре – не менее 10 миллионов человек.

В связи с многочисленными случаями трупоедства и людоедства в охваченных голодом губерниях и уездах по указанным фактам местными органами Наркомата внутренних дел и Наркомата юстиции были возбуждены десятки уголовных дел, по которым виновным грозило строгое наказание. Однако в середине зимы 1921-1922 годов советское правительство приняло решение о том, что недопустимо подвергать репрессиям широкие слои населения, оказавшегося в невероятно трудных жизненных условиях. Органам власти на местах было рекомендовано направлять людей, потерявших рассудок от голода и от потери близких, не в исправительные, а в медицинские учреждения (рис. 13-15).

На места в это время рассылались телеграммы о совместном решении НКВД и НКздрава следующего содержания.

 

«Телеграмма из Москвы

Циркулярно

Не расшифровывать

Самара тчк

Ввиду наблюдавшихся в районах зпт поражённых голодом случаев людоедства в целях борьбы с ними зпт НКВД НКздрав предлагают к руководству следующие меры борьбы двтчк Первое лица уличённые в людоедстве не должны привлекаться ни к судебным ни к административным взысканиям тчк Второе уличённые в людоедстве люди как психически ненормальный элемент зпт подлежат немедленной передаче органам здравоохранения зпт где таковые будут находиться до приведения их в нормальное состояние тчк Третье обратить самое сугубое внимание на те районы зпт где зарегистрированы случаи людоедства трупоедства зпт и туда в первую очередь в ударном порядке направлять питательные и санитарные отряды или другие виды помощи тчк Депешу передать по назначению всем Губотдуправам Губздравотделам голодных губ автономных республик и областей тчк

Пр. 89/С/5689/III 30 января 1922 г.

Замначкомвнудел Белобородов.

Замначкомздрава Соловьев».

ЦГАСО, Р-158, оп. 39, д. 5, л. 79.

 

В связи с таким указанием из Москвы Самарский губздравотдел и Самарский губотдел юстиции в течение весны 1922 года собирали материалы по всем имеющимся случаям людоедства и трупоедства, а обвиняемых вместе с этими материалами направляли в Самарскую губернскую психиатрическую больницу. За пять месяцев через лечебницу прошло не менее трёх сотен таких пациентов, но эти данные неполные, а потому довольно приблизительные.

Некоторые циркуляры и распоряжения народного комиссариата здравоохранения, материалы о состоянии здравоохранения в Самарской губернии в период голода 1921-1922 годов.

«Приказ трудовым армиям и трудовым частям Р.С.Ф.С.Р.

31 июля 1921 года

№ 36

г. Москва.

Для заведывания и наблюдения за санитарным состоянием трудовых частей в трудовых армиях и округах при командующими трудовыми армиями и начальниках трудчастей округов, Наркомздравом Р.С.Ф.С.Р. назначаются особые уполномоченные лечебного отдела НКЗ.

На обязанности особоуполномоченного лежит наблюдение за санитарным состоянием трудчастей и трудовых армий по округам, своевременным пополнением медперсоналом и за надлежащее снабжение медимуществом.

Все врачи трудовых армий округов, независимо от подчинения их местному здравотделу, подчиняются и особоуполномоченному Наркомздрава.

Отчёты о санитарном состоянии трудовых армий и округов особоуполномоченный Наркомздрава доставляют командующим трудармиями или начальникам трудовых округов и в лечебный отдел Наркомздрава.

Обо всех необходимых санитарных мероприятиях особоуполномоченный осведомляется у командующего армией или начальника трудового округа.

Член коллегии Наркомтруда Начтрудчастресп Хлопондин (подпись).

Народный Комиссар Здравоохранения Семашко (подпись).

Верно: Начальник Приказной части (подпись)».

ЦГАСО, Р-158, оп. 6, д. 29, л. 42.

 

«Р.С.Ф.С.Р.

Народный Комиссариат Здравоохранения

7 Октября 1921 г.

№ 434.

Москва, Петровка 17.

В Самарский Губздрав.

О порядке снабжения продовольствием медперсонала.

Ввиду крайне ограниченного количества продовольствия, представляемого на ближайшее время для снабжения медперсонала, обслуживающего лечебно-санитарные учреждения Наркомздрава, на Вашу губернию предоставляется 7030 пайка.

При распределении означенных пайков предлагается руководствоваться следующими принципами.

Из общего количества пайков, отпущенных для медперсонала Вашей губернии, должны быть представлены в порядке очередности.

1) Всему медперсоналу санитарного надзора (санитарным Врачам общего и специального надзора и их помощникам, персоналу дезинфекционных организаций, бактериологических пестицидов, лабораторий, телятников и пастеровских станций).

2) Медперсоналу заразных больниц и эпидемических отрядов отпускается 1515 пайков.

3) Медперсоналу психиатрических учреждений предоставляется 190 пайков.

4) Медперсоналу туберкулезных учреждений 160 пайков.

5) Персоналу, обслуживающему учреждения охраны материнства и младенчества - 470 пайков.

6) Персоналу учреждений охраны здоровья детей и школьно-санитарным врачам - 135 пайков.

Остальные пайки предлагается распределить между остальными категориями медработников (медперсонал стационарных (незаразных) учреждений, помощи на дому, зубным врачам, фармацевтам и т.д.).

Указанное в настоящем циркуляре количество пайков по различным категориям может быть перераспределено, с сохранением вышеизложенных основных принципов, Губздравами совместно с Губотделами и Союзом Всемедиксантруд по своему усмотрению, в зависимости от местных условий, причем обо всех изменениях должно быть немедленно доведено до сведения наркомздрава.

Народный Комиссар Здравоохранения Н. Семашко

Председатель ЦК Всемедиксантруд Н. Петров.

Зав. организационным отделом НКЗ Березин».

ЦГАСО, Р-158, оп. 6, д. 29, л. 66.

 

«Р.С.Ф.С.Р.

Народный Комиссариат Здравоохранения

Комиссия Помощи Голодающим (Помгол)

Москва, Петровка 17, 26.

27 февраля 1922 г.

№ 26.

Самара.

В здравотделы голодающих районов.

По имеющимся в Помгол НКЗ сведениям, в губернских городах голодающих местностей наблюдается скопление медперсонала, в то время как в уездах медицинская помощь почти отсутствует. Такое положение ненормально.

В Центре – в НКЗ и Губздрава благополучных местностей принимаются все меры к тому, чтобы добровольно, при помощи Союза и в порядке служебной дисциплины, направлять периодически и на определённый срок (до 3-х месяцев) врачей для работы по голоду.

Застревание таким образом направляемых врачей в губернских городах голодающих местностей является совершенным извращением цели посылки врачей на голод.

Ввиду указанного Компомгол НКЗ предлагает Вам производить периодически, добровольно и принудительно, переброску городских врачей для участковой работы.

Председатель Лепский».

ЦГАСО, Р-158, оп. 6, д. 29, л. 106.

 

«Приказы по личному составу и внутреннему управлению Самарского губернского отдела здравоохранения за 1922 год.

Приказ № 187.

Дополнение к приказу № 169.

Подотделу снабжения выдавать инвалидам, едущим в Москву [на лечение] по удостоверениям общей канцелярии Самгубздрава, натурдовольствие на неделю из расчета 1 ф[унта] хлеба [в сутки] и соответствующее количество жиров и сахару.

Сметно–финансовой секции означенным инвалидам выдавать денег на проезд и суточные по норме, установленной положением о командировках.

Зав. Самгубздравом Пяткин.

4.03.1922 года».

ЦГАСО, Р-158, оп. 17, д. 5, л. 132.

 

«Приказ № 307.

Заведующему санитарным обозом Губздрава т. Гейману объявляется выговор за использование не по прямому назначению ящиков для перевозки трупов, и предупреждение о недопустимости перевозок в чёрных горбах чего бы то ни было, кроме трупов.

Зав. Самгубздравом Пяткин.

19.04.1922 года».

ЦГАСО, Р-158, оп. 17, д. 5, л. 217.

 

«Приказ № 525

п.11.

Объявляю ежедневную норму питания больного для больниц Самгубздрава.

Хлеба пшеничн. 1 фунт или французскую булку;

Ржаного ½ фунта, в общей сложности 1 ¼ фунта;

Мяса или рыбы ¼ фунта;

Сахару 6 зол[отников];

Чаю 2 зол. по полож.;

Жиров 4 золотн.;

Крупы 24 зол. (пшено или гречн.);

или манной 12;

или рисовой 16;

Молока (по предписан. врача) 1 бутылку, или консервов ¼ ф.;

Овощей свежих 60 золотн.;

Яиц для слабых больных 2 шт.;

Соли 4 золотн.;

Лаврового листу, перцу по вкусу;

Фруктов сушеных по наличию.

Зав. Самгубздравом Пяткин.

19 Октября 1922 г.»

ЦГАСО, Р-158, оп. 17, д. 5, л. 461.

 

После гражданской войны и катастрофического поволжского голода 1921-1922 годов Советская Россия переживала тяжелейшую экономическую ситуацию, которую современники характеризовали только одним, но очень ёмким словом – «разруха». Посетивший в то время нашу страну английский писатель Герберт Уэллс внес в свою книгу «Россия во мгле» следующие горькие строки: «Основное впечатление от положения в России — это картина колоссального непоправимого краха… Громадная монархия, которую я видел в 1914 году, с её административной, социальной, финансовой и экономической системами, рухнула и разбилась вдребезги под тяжким бременем шести лет непрерывных войн. История не знала ещё такой грандиозной катастрофы» (рис. 16).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 

Литература

150 лет Самарской губернии (цифры и факты). Статистический сборник. Самара, Самарский Дом печати, 2000 год.

Алексушин Г.В. Летопись областной клинической. Самара, изд-во «Самарский дом печати», 2000 год.

Голод в Средневолжском крае в 20-30-е годы ХХ века. Голод в Самарской губернии в 20-е годы ХХ века. Т. 1. Сб. документов. – Самара, ООО «РАКС-С». 2014. 514 с., илл.

Ерофеев В.В. 2004. Валериан Куйбышев в Самаре: миф сталинской эпохи. Самара. Самарское отделение Литературного фонда. 160 с.

Ерофеев В.В. 2006. Костлявая рука голода 1921 года. – В газ. «Волжская коммуна», №№ 191-196 (13, 17-20 октября 2006 года).

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. 2007. Самарская губерния – край родной. Т. I. Самара, Самарское книжное изд-во, 416 с., цв. вкл. 16 с.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А. Самарская губерния – край родной, т. II. Самара, изд-во «Книга», 2008 год.

Ерофеев В.В., Чубачкин Е.А., Шейфер М.С. Томашев колок: очерки и документы по истории Самарской психиатрической больницы. Самара, ООО «Издательство Ас Гард», 2013 год, 700 с.

Завальный А.Н. Самара во все времена. Самара, 2008 год.

Здравоохранению Самарской области 80 лет. Справочно-библиографическое издание. Под ред. проф. Р.А. Галкина. Редактор-составитель Н.Ф. Манаков. Самара, тип. «Дизайн-студия Морозова», 1998 год.

Кабытов П.С. 1990. Валериан Куйбышев: мифы и реальность. - В сб. «Голос земли самарской». Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, с. 4-27.

Кабытова Н.Н., Кабытов П.С. 1997. В огне гражданской войны (Самарская губерния в конце 1917 – 1920 г.г.). Самара, изд-во Самарского гос. Университета, с. 1-92.

Колесников И.А. Военные действия на территории Самарской губернии. Самара, 1927.

М.В. Фрунзе на Восточном фронте. Сборник документов. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во, 1985 год.

Матвеева Г.И., Медведев Е.И., Налитова Г.И., Храмков А.В. Край самарский. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1984.

Медведев Е.И. Гражданская война в Среднем Поволжье (1918-1919 г.г.). 1974. Саратов, изд-во Саратовского университета. 352 с.

Наш край. Самарская губерния – Куйбышевская область. Хрестоматия для преподавателей истории СССР и учащихся старших классов средней школы. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1966. :1-440.

Наякшин К.Я. Очерки истории Куйбышевской области. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. 1962.:1-622.

Писарев В.И., Медведев Е.И., Наякшин К.Я., Каревский Ф.А. Борьба за Советскую власть в Самарской губернии. Куйб кн. изд-во. 1957. 292 с.

Попов Ф.Г. Чехословацкий мятеж и самарская учредилка. М.- Самара, Ср.-Волж. краевое изд-во. 1934.

Попов Ф.Г. 1918 год в Самарской губернии. Хроника событий. Куйбышев. Куйб. кн. изд-во, 1972. 328 с.

Попов Ф.Г. 1919 год в Самарской губернии. Хроника событий. Куйбышев. Куйб. кн. изд-во, 1974. 240 с.

Сорокина Т.С. История медицины. Т.2. М., изд-во «Софокл». 1993 год.

Храмков Л.В. 2003. Введение в самарское краеведение. Учебное пособие. Самара, изд-во «НТЦ».

Храмков Л.В., Храмкова Н.П. 1988. Край самарский. Учебное пособие. Куйбышев, Куйб. кн. изд-во. :1-128.

Четыре месяца учредиловщины. Самара, 1919.


Просмотров: 320


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    Отправляя данные через форму, Вы автоматически соглашаетесь с политикой конфиденциальности


    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара