При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Самарский водоканал

Как это не странно сейчас звучит, но на протяжении трех четвертей всей истории Самары одной из самых серьезных проблем нашего коммунального хозяйства оставалась хроническая нехватка воды. В город, стоящий на берегу крупнейшей реки Европы, вплоть до 80-х годов XIX века воду из Волги ежедневно доставляли в бочках и прочих емкостях, поставленных на конные повозки (рис. 1, 2, 3). Тогда сложившаяся веками архаичная система водоснабжения уже перестала удовлетворять потребности растущего городского хозяйства.

У воды, но без воды

Самарская крепость после ее основания князем Григорием Засекиным в 1586 году в коммунальном отношении ничем не отличалась от прочих русских поселений XVIстолетия (рис. 4).

С момента возведения городка и в течение последующих трехсот лет снабжение водой немногочисленного самарского населения обеспечивали водовозы, которые каждое утро совершали рейсы на Волгу и обратно с громадными возками-бочками, в которые впрягали трех-четырех лошадей.

До сих пор иногда можно услышать народные песни: «У реки стоит Самара, пьет чаек из самовара…», или «Эй, Самара, качай воду! Дайте воду пароходу!» (рис. 5).

О масштабах водопотребления рядовыми жителями нашего города можно судить по такому известному выражению, как «самарские водохлебы». Вроде бы эти шутки и впрямь основаны на реальном положении вещей, и все в них выглядит вполне логично. Ведь Самара, поставленная в свое время на берегу крупнейшей реки Европы, да еще и у места впадения в нее многоводного притока, не должна была, казалось бы, испытывать никогда водного недостатка. Но вот парадокс: поскольку место для крепости его основателями было выбрано на возвышенном мысе левого волжского берега, то водоснабжение Самары всегда оставалось серьезной проблемой, даже после того, как она получила статус города.

При этом ситуация усугублялась тем, что вплоть до середины XVIII века город застраивался хаотически, безо всякой уличной планировки. Конечно же, в условиях острого недостатка воды и отсутствия пожарной службы огонь легко перекидывался от одного деревянного здания к другому, поскольку они обычно ставились обывателями «стенка в стенку», безо всяких промежутков. И хотя самое первое каменное здание в Самаре (церковь Спасо-Преображения) было построено в 1685 году, оно почти сто лет после этого она оставалась единственным несгораемым строением в нашем городе. Даже два страшных пожара 1700 и 1703 годов так и не заставили горожан изменить точку зрения на пожарную безопасность своих жилищ.

Из немногих дошедших до нас самарских документов XVIII – начала XIX веков можно узнать, что в те времена спуски из города к берегам рек почти везде находились в первобытном состоянии, поскольку из-за крутизны склонов к воде нельзя было ни сойти, ни съехать. Все это усугубляло и без того нелегкий труд самарских водовозов. В результате город, стоящий у полноводной реки, в течение двух с лишним столетий страдал от недостатка воды, а власти были почти беспомощны перед регулярно вспыхивавшими в нем пожарами, от которых Самара периодически выгорали почти целиком.

Как это ни странно, но только при губернаторе Константине Карловиче Гроте (рис. 6),

который возглавлял губернию с 1853 по 1860 годы, впервые начались масштабные работы по благоустройству подъездных путей к берегам сливающихся у города рек. Сначала были сделаны два спуска к реке Самаре (один из них как бы являлся продолжением Соборной улицы, ныне Молодогвардейской). А в 1856 году была завершена работа по благоустройству спуска к Волге по Заводской улице (ныне – улица Венцека).

Волжскую воду по самарским улицам развозили в бочках многочисленные водовозы. Они же в случае необходимости доставляли воду и для тушения пожаров. Правда, жители некоторых районов Самары, кроме волжской воды, также использовали воду из немногочисленных городских колодцев. Однако по своему качеству, да и по количеству самарская колодезная вода, конечно же, не могла удовлетворить и десятой доли нужды в ней быстро растущего города. Когда Самара стала губернским центром, а на вооружении пожарных появились сначала водозаливные трубы, а затем - и помпы, то водовозы в случае крупного пожара просто не успевали удовлетворить потребности огнеборцев в воде.

Начиная с 40-х годов XIX века на улицах Самары за казенный счет стали размещать деревянные чаны с водой, чтобы в летнее время всегда иметь ее под руками на случай пожаров. Это были резервуары разной вместимости – от 900 до 2500 ведер воды. Самое большое количество таких чанов было построено все при том же губернаторе К.К. Гроте.

В 1860 году самарский полицмейстер распорядился поставить в городе еще два больших чана с запасом воды – в 66-м и 72-м кварталах Самары. На их устройство из городской казны тогда было отпущено 120 рублей серебром. В течение последующих лет на территории города был поставлен уже 41 такой пожарный резервуар. А к 1880 году этих емкостей с водой в Самаре стало сорок три.

Пожарные чаны размещались почти на всех улицах и площадях, и особенно в отдаленных от берегов Волги и Самары местах. Большие емкости с водой располагались вблизи всех крупных госучреждений, а также около заведений с массовым пребыванием людей. Чаны стояли, например, у почтовой конторы, у городского театра и у первой пожарной части на Полицейской площади, у трактиров и питейных домов, у кафедрального собора на улице Вознесенской (ныне улица Степана Разина), около кирхи и костела. А еще пожарные резервуары устраивали в тех кварталах, где было особенно много деревянных построек: на Воскресенской площади, где установили два чана, на Алексеевской площади (ныне площадь Революции), на Самарской площади около дома купца Шихобалова, в Струковском саду, и даже на старом кладбище. Во всех этих точках города имелось один-два пожарных водоема или искусственные емкости.

Со временем эти деревянные резервуары, конечно же, приходили в негодность, и тогда самарским властям приходилось изыскивать деньги на устройство новых чанов. В 1868 году их ремонт и содержание обошлись городу в 50 рублей, в 1869 году – в 99 рублей, в 1870 году – в 312 рублей 80 копеек. В среднем же город ежегодно расходовал на эти нужды 150 рублей.

Между прочим, доставка воды в пожарные чаны в течение всего лета в среде самарских водовозов считалась очень выгодным бизнесом, и потому право на эту работу город ежегодно продавал с торгов. Из года в год самарскими властями на развоз воды по чанам расходовались немалые средства: в 1868 году на это было потрачено 1490 рублей, в 1869 году – 1700 рублей, в 1870 году – почти 1500 рублей.

Однако ко второй половине XIX века в связи с расширением города и бурным развитием промышленности стало очевидным, что в новых условиях никакие чаны и водовозы больше не смогут удовлетворить быстро растущую потребность Самары в воде. Не говоря уже о том, что вода была нужна населению, заводам и фабрикам, она во все большем и большем количестве была необходима и для успешной борьбы с огненной стихией. Опустошительные пожары, свирепствовавшие в Самаре в середине XIX столетия, подтолкнули первых лиц городского общества к мысли о необходимости строительства водопровода в Самаре, способного не только вовремя укротить разбушевавшийся огонь, но и предотвратить распространение бедствия.

 

Строительство водопровода

Первым рассмотреть вопрос об устройстве в городе водопровода Самарской городской Думе предложил опять же губернатор К.К. Грот. Однако в 50-х годах XIX столетия деньги, затребованные им на постройку системы водоснабжения, показались заседавшему в тогдашнем органе городской власти прижимистому купечеству настолько сумасшедшими, что Дума даже не стала выносить этот вопрос на свое обсуждение.

После Грота «водопроводную проблему» пытались также поднять самарские губернаторы Н.А. Замятнин (рис. 7) ,

Н.П. Мансуров (рис. 8)

и Б.П. Обухов (рис. 9).

Все они не раз делали распоряжения об устройстве в городе водопровода и даже составляли сметы стоимости работ. В 1865 году созданная в губернии особая комиссия обсуждала проект сооружения водопровода, составленный инженерами Щитовым и Фрумом, который, впрочем, никого не удовлетворил. Затем вопрос об организации строительства в Самаре водопровода на городские средства не раз поднимал и городской голова М.И. Назаров (рис. 10),

который в конце концов и добился успеха.

По инициативе Назарова в декабре 1881 года в журнале «Зодчий» опубликовали «Конкурс на составление технического проекта устройства водоснабжения г. Самары». К июню 1883 года на конкурс было представлено 11 проектов. После их обсуждения первую премию в 3 000 рублей получил проект заведующего московскими водопроводами инженера Николая Петровича Зимина (рис. 11).

Вот так в 1884 году в Самаре под его руководством начала работать комиссия по устройству городского гидросооружения. Подряд на эту работу выиграла фирма «Торговый дом братьев Бромлей и Ко», и 15 августа 1885 года между нею и городской Думой был подписан соответствующий договор. От имени всех жителей Самары свою подпись под документом поставил только что избранный городской голова Петр Владимирович Алабин (рис. 12),

который по решению Думы возглавил еще и водопроводную комиссию.

Согласно этому договору, «Торговый Дом братьев Бромлей и Ко» обязался устроить в Самаре водопровод для снабжения города водой «в количестве 300 000 ведер в сутки, собранной на берегу Волги близ Жигулевского пивоваренного завода посредством колодцев». При этом «для собрания воды должны быть устроены на берегу Волги чугунные водосборные колодцы». Одновременно предполагалось возвести водоподъемное здание: в нем предполагалось разместить шахту, машинное отделение, котельную с дымовой трубой, мастерскую и двухэтажное жилое помещение, а также устроить регулирующий резервуар.

Пункт 15-й этого договора гласил, что одновременно в городе следовало устроить электрическую пожарную сигнализацию с пятнадцатью оповещательными станциями, шестью пожарными колоколами и восемью телефонными номерами. Еще в этом документе отмечалось, что все строительные материалы, в том числе кирпич, бут, цемент, известь, песок, лес и доски обязаны быть лучшего качества, песок при строительстве нужно насыпать только чистый и крупнозернистый, причем брать его нужно «с косы».

Кирпич для дымовой трубы тоже должен быть только лучшего качества, изготовленный для кладки круглых стен по особому заказу и особой формы, а лесной материал строителям предписывалось брать преимущественно сосновый. Цемент – только портландский и роменский, бутовый камень – жигулевский. Кладка дымовой трубы должна производиться только из цельного кирпича. Перед употреблением все строительные материалы необходимо было освидетельствовать инженеру совместно с водопроводной комиссией, а каждую чугунную трубу должен был проверить десятник. Кроме того, по договору фирме разрешалось устанавливать на станции водоподъемные машины только иностранной марки. Самого лучшего качества должны быть и используемые в работе водопровода измерительные приборы и инструменты для сборки и разборки машин.

Строительство самарского водопровода началось сразу же после подписания упомянутого выше договора, в середине августе 1885 года. Зимин прислал в наш город свои самые лучшие силы из Москвы, в том числе инженера Н.В. Чумакова. Работы шли быстро: уже 1 октября 1886 года началась пробная подача воды на главные улицы города. Подписание же акта о сдаче водопровода в полную эксплуатацию в Самаре состоялась 1 января 1887 года. Таким образом, всего за один год и 4,5 месяца в нашем городе была построена водопроводная станция и уличная водосеть длиною 27,5 километра, что тогда составляло 38,5 процента длины всех самарских улиц.

Самарский противопожарный водопровод со своими специальными приспособлениями для тушения пожаров был исключительным сооружением этого рода не только у нас в России, но и вообще в Европе (рис. 13, 14).

Его технические особенности заключались в следующем.

Первое. Сети самарского водопровода были проложены по замкнутой кольцевой системе с тремя основными магистралями. Одна из них питала южную часть города, другая – северную, а третья, пересекавшая город по Симбирской улице (ныне Ульяновская), снабжала водой его обе части. При этом на водосети были установлены задвижки, которые в случае аварии отключали небольшой участок магистрали, не нарушая водоснабжения в других местах.

Второе. В обычном режиме водопровод Самары поддерживал давление в своих магистралях в 7 атмосфер. Но по сигналу пожарной тревоги давление могло быть быстро поднято до 10 атмосфер. Это достигалось благодаря автоматическому закрытию специальных клапанов, после чего прекращалась подача воды в дома, фонтаны и так далее, а вся вода из сетей направлялась на тушение пожара.

Третье. Уличные водосети в нашем городе обеспечивали подачу водной струи на расстояние до 53 метров от выходной части шланга. Объем подаваемой воды мог достигать 200 ведер в минуту, при высоте подачи до 25,5 метров. А так как каждый пожарный кран в Самаре был укомплектован брезентовым рукавом длиной свыше 300 метров, то пожарная команда могла подать струю воды указанной мощности в любую точку самого высокого здания города.

Четвертое. Вдоль всех уличных водосетей в нашем городе была устроена электрическая пожарная сигнализация, причем ее конструкция исключала ложные вызовы по пожарной тревоге, а также имела защиту от хулиганов и воров.

Пятое. В одно время с водопроводом в Самаре была сооружена первая городская телефонная станция на 10 абонентов. Телефонами были соединены между собой четыре пожарные части, водопроводная станция, канцелярия губернатора, городская управа, квартиры губернатора и городского головы, а также городской театр.

Водозаборная станция городского водопровода была возведена на месте нынешней Самарской ГРЭС (рис. 15, 16).

Всего на водосетях в момент открытия водопровода в городе было устроено 247 пожарных кранов, 10 фонтанов, 16 уличных водозаборов, и еще к водосети подсоединено 120 домовладений. Водопроводная сеть в то время охватывала обширную городскую территорию - от реки Самары до Полевой улицы, и от Волги до улицы Сенной (ныне улица Буянова).

Строительство с самого начала шло под руководством П.В. Алабина. А поскольку во второй половине XIX столетия еще не было современной землеройной и строительной техники, то можно себе представить, какой огромный объем работы на территории Самары был выполнен вручную, за рекордно короткий срок и к тому же с надежным качеством. Здание городской водопроводной станции с высокой дымовой трубой органично вписалось в панораму Самары, видимую с Волги (рис. 17, 18).

 

Лучший в Европе

С самого начала работы самарского водопровода его сети обеспечивали водой не только всю территорию города, но и его наиболее пожароопасные предместья, в том числе лесные пристани и хлебные амбары. В последующие годы водные магистрали дошли и до самых отдаленных самарских окраин: Засамарской слободы (рис. 19, 20, 21),

Мещанского, Монастырского, Запанского и Артиллерийского поселков, дачных массивов Новый Оренбург и Молоканские сады, Гусарских казарм. К концу XIX века общая длина самарской водосети достигала более 50 процентов от всей протяженности улиц города.

К этому времени к водопроводу было подсоединено до 1400 частных самарских домовладений, а также все общественные здания, крупные предприятия, больницы, воинские казармы. Водоснабжение домов, не подсоединенных к сети, но находящихся поблизости от какой-либо водопроводной линии, обеспечивалось через водоразборные колонки, а к более отдаленным домам вода доставлялась водовозами, забиравшими ее из бочечных водоразборов.

Уникальное противопожарное сооружение в Самаре продолжало расширяться. В течение 1887 года было построено 19243 метров водопровода, а в 1891 году – еще 3616 метров. В течение последующих десяти лет с разными временными промежутками, было проложено всего–навсего чуть больше полутора километров. И лишь с наступлением нового века, особенно в 1901 году, когда было построено еще 4232 метра, развитие самарского водопровода получило новый импульс. В этот период была проведена первая реконструкция насосной станции. К концу первого десятилетия работы протяжённость самарского водопровода увеличилась до 36 километров (рис. 22, 23, 24).

По потреблению воды на душу населения Самара после 1897 года в течение нескольких лет занимала первое место среди губернских городов юга и юго-востока России – таких, как Астрахань, Казань, Киев, Кишинев, Саратов, Харьков и другие. Между тем в нашем городе в то время проживало около 75 тысяч человек, а в перечисленных выше городах жителей было больше, чем в Самаре: в Киеве – 247 тысяч, в Харькове – 174 тысячи, в Саратове – 137 тысяч, в Казани – 130 тысяч, в Астрахани - 90 тысяч. К слову сказать, в большинстве губернских центров России к тому времени были устроены обычные, а отнюдь не противопожарные водопроводы.

Кроме 16 водоразборов, самарский водопровод в конце XIXвека питал 10 фонтанов, устроенных в городских скверах. Один из них находился в театре и действовал только во время представлений, еще три были открыты в Струковском саду (рис. 25, 26, 27),

один – в сквере напротив строящегося собора, один - в Александровском саду и четыре – при памятнике Императору Александру II. На этих последних вода с пьедестала памятника падала каскадом.

Вода из некоторых городских фонтанов, кроме чисто эстетического зрелища, еще использовалась и для поливки садов. На эти цели, в частности, шла вода из фонтана в Александровском саду и из фонтанов в Струковском саду, где она падала каскадом между цветниками, из верхних бассейнов в нижние. Затем их содержимое отводилось в резервуары, служившие для поливки сада. Вода четырех фонтанов у памятника императору Александру II тоже уходила в специальный резервуар по одной общей трубе.

Это сейчас выглядит удивительно, но в то время вода из самарского водопровода жителям города отпускалась совершенно бесплатно. Дело в том, что стоимость воды, доставляемой потребителям, у нас была значительно ниже, чем во всех других городах России. Объясняется это тем, что самарский водопровод был построен на облигационный заем, а для покрытия ежегодных расходов по эксплуатации водопровода, по уплате процентов и по погашению облигационного водопроводного займа был увеличен на 3-4 процента городской сбор со всего недвижимого имущества, что допускалось законами того времени.

Итак, введенный в эксплуатацию противопожарный водопровод для подавляющего большинства жителей Самары не только ничего не стоил, но, напротив, принес им огромную материальную пользу. Судите сами: за десятилетие, предшествующее постройке водопровода (с 1877 по 1887 годы) в Самаре было отмечено 197 пожаров, которые уничтожили 715 строений и причинили горожанам убытков на сумму 2187841 рублей. А вот в течение первых пятнадцати лет после его открытия, с 1887 по 1902 год, в городе было зарегистрировано 539 пожаров, но они, тем не менее, причинили убытков вдвое меньше – «всего лишь» на сумму 1077308 рублей. При этом до устройства в Самаре водопровода пожары причиняли городу ущерб в среднем на 218784 рубля ежегодно, а после открытия водопровода – лишь на 71820 рублей, то есть в три раза меньше. По мнению экономистов, уже в первый год своего существования самарский водопровод окупил себя полностью: одного только недвижимого имущества он спас на такую сумму, которая равна была стоимости устройства всего водопровода.

Один из главных инициаторов устройства в Самаре противопожарного водопровода П.В. Алабин, положивший на это дело огромную массу личного труда и забот, писал о нем так: «Действия водопровода заставляют верить в самарское общество, что оно на будущее время обеспечено от больших несчастий, могущих произойти от огня. Действительно, мы уверены, что большой пожар у нас с настоящего времени не возможен, если только пожарная команда с должной энергией выполнит свою прямую обязанность: вовремя явиться на пожар и быстро, вовремя привернуть рукав к пожарному крану». С открытием водопровода опустошительным пожарам, уничтожавшим город, был положен конец. Отныне Самара могла спокойно расти и развиваться.

После строительства в Самаре противопожарного водопровода, который вначале охватывал только центр города, пожарные чаны стали устраиваться по новому образцу. Городская Дума признала весьма полезным сохранить большие запасы воды в таких емкостях для более успешной борьбы с огнем, в особенности в тех районах, куда к тому времени еще не дошел водопровод, а также на случай одновременного возникновения сразу нескольких пожаров в разных местах. Чаны нового устройства распределялись по таким городским кварталам, где они никому не мешали. Теперь эти резервуары наполнялись водой из водопровода, а затем воду из чанов переливали в пожарные бочки через кран. В ряде случаев это было гораздо быстрее, чем брать ее непосредственно из водопровода. К тому же теперь благодаря водопроводу вода в чанах менялась гораздо чаще, чем прежде, и от нее в жаркую погоду больше не исходило прежнего зловония. Теперь вода из пожарных чанов даже стала использоваться жителями Самары для домашних нужд, а также для полива улиц.

Кстати, помимо общественной сети водоснабжения, к тому времени в Самаре уже появились ведомственные и частные водопроводы. К их числу относился водопровод Самаро-Златоустовской железной дороги, который, впрочем, в 1892 году отдельным водоводом был соединен с городскими водосетями. Был в то время построен еще и водопровод самарского тюремного ведомства. От водопровода Самарского трубочного завода снабжались водой дома поселка Гусарские казармы (их еще называли «гусарские водосети»). Существовали в нашем городе и частные водопроводы некоторых богатых дворян и купцов - например, водопроводы М.А. Чаковского, Н.Е. и А.Н. Башкировых, Д.Е. Челышева и некоторых других. Кроме того, с 90-х годов XIX века у нас работал еще и водопровод Самарского губернского земства в поселке Томашев Колок, который тоже можно считать частью города. С учетом этих ведомственных и частных владений общая длина уличных водосетей в Самаре (без учета водопровода Самаро-Златоустовской железной дороги) к 1917 году достигла 80 километров.

Вплоть до 1914 года, до начала первой мировой войны, самарский водопровод считался совершеннейшим техническим сооружением своей эпохи, которым Самара по праву гордилась долгие годы. До указанного времени он работал исправно и бесперебойно, и в Самаре начала ХХ века не было зарегистрировано ни одного случая прекращения подачи воды.

Здесь следует отметить, что самарское купечество, так же, впрочем, как московское и санкт-петербургское, в конце XIX – начале ХХ веков по-настоящему заботилось об улучшении качества жизни в родном городе. В частности, наши предприниматели внесли огромный финансовый вклад в строительство городского водопровода и водозаборных сооружений. Упомянутый выше один из крупнейших предпринимателей города М.И. Назаров не только был инициатором строительства, но и вложил в этот проект значительные собственные средства. Конечно же, ему помогали деньгами и многие другие самарские купцы.

Впрочем, они не остались в убытке, так как построенный водопровод принес коммерсантам громадную прибыль, целиком окупившись уже через несколько лет. Но для общественности его значение оказалось еще большим, хотя бы потому, что в Самаре после завершения строительства прекратились катастрофические пожары, из-за которых раньше выгорали даже не кварталы, а целые районы города.

К 1917 года длина самарской уличной водосети превысила 69 километров, а это означает, что тогда водопровод охватывал 46 процентов длины всех улиц города. В это время Самара имела 493 пожарных крана, 11 фонтанов и 85 уличных водоразборов. К городской водосети тогда же было подсоединено 1388 домовладений. В течение суток самарская водопроводная станция закачивала в сети 5 520 кубометров воды, что составляло 32,5 литра на каждого жителя города. Эта вода использовалась и на промышленные, и на коммунальные нужды.

 

Отцы городской канализации

Городские меценаты оказали громадную помощь Самаре также и в первое десятилетие ХХ века, когда началось строительство первой очереди городской канализации. Сейчас это выглядит удивительно, но в течение двух с лишним десятилетий лет после ввода в эксплуатацию водопровода в Самаре у нас напрочь отсутствовала какая-либо система отвода сточных вод и других жидких нечистот. По водопроводным трубам волжская вода закачивалась на городскую территорию сотнями тысяч вёдер в сутки, но из-за отсутствия стока она в итоге почти целиком оказывалась на улицах.

Об этом в своей книге «Санитарный очерк г. Самары» врач губернской земской больницы Вениамин Осипович Португалов (рис. 28)

писал так: «Стоит взглянуть на ту могущественную, всеохватывающую и во все проникающую грязь, какая воцаряется на Троицком базаре и на набережной Волги после нескольких обильных дождей или глубокой осенью. В это время всюду, где был свален навоз, все это раскисает и превращается в непроглядную квашню».

Не менее существенно отравляли воду салотопенные и кожевенные заводы, спускавшие в реку Самару свои производственные стоки. А в районе поселков Новый Оренбург и Запанской главными загрязнителями были городские бойни, где утилизация отходов и вовсе находилась в примитивном состоянии. Зачастую гниющие отбросы здесь даже не закапывали, а просто сбрасывали в речное русло. Эти и прочие нечистоты, стекая затем в Волгу, делали ее воду непригодной не только для питья, но даже для купания, и в результате река становилась источником инфекционных заболеваний. Только в течение последних полутора десятилетий XIX века в Самаре пять раз фиксировались вспышки холеры, которые, правда, не доросли до масштабов эпидемии.

В связи с этим свой упомянутый выше труд «Санитарный очерк г. Самары» В.О. Португалов завершил следующими словами: «Всеми этими санитарными погрешностями объясняется и чрезмерная смертность в Самаре… Это много и дорого обходится, дороже всех затрат на санитарные улучшения. Как центра культуры и цивилизации, будущность Самары несомненна и неоспорима, но степень ее благоденствия, судьба ее будущности всецело зависит от успехов и процветания в ней санитарного блага».

Однако и после выхода в свет этой книги положение дел с оздоровлением городской среды не изменилось. Это видно из доклада другого врача земской больницы Радзевича о санитарном состоянии города, который был заслушан Самарской городской Думой в 1898 году. Факты, приведенные в докладе, были удручающими. За последние два десятилетия, отмечалось в нем, смертность в Самаре составила 40 человек на каждую тысячу жителей. В целом число умерших в течение каждого года превышало число рождающихся. Следовательно, сделал вывод врач, в Самаре в конце XIX века не было естественного прироста населения, и если число жителей города в это время и увеличилось, то это произошло только за счет притока людей из деревень и других губерний. «Понятно, - отмечал докладчик, - что такая высокая смертность и снижение рождаемости в Самаре стоят в связи с вопиющими санитарными немощами, в связи с отсутствием правильной санитарной организации в городе».

Несмотря на столь вопиющую антисанитарию, вплоть до 1909 года в Самаре не существовало даже проекта городской канализации, хотя разговоры о необходимости ее строительства в городе шли давно. Еще в 1887 году тогдашний самарский голова П.В. Алабин предлагал построить водоотводные сооружения «хотя бы в тех местах, естественное положение которых не способствует стокам нечистот». Но когда осенью 1895 года был произведен подсчет стоимости всех работ, то оказалось, что на прокладку канализации необходимо было изыскать около миллиона рублей. Таких денег у города не оказалось, и потому ее строительство было отложено как минимум на 10 лет.

Данным фактом всячески возмущались и самарская передовая общественность, и городская пресса, которые постоянно призывали губернские и городские власти к наведению в Самаре чистоты и порядка. Но лишь в начале 1906 года по специальному представлению губернатора Владимира Васильевича Якунина (рис. 29)

Самарская городская Дума наконец-то соизволила еще раз вынести на обсуждение вопрос о строительстве в Самаре современной системы канализации.

Однако в июле 1906 года при обсуждении губернаторского послания гласные (по-современному - депутаты) Самарской городской Думы, как и за полвека до этого при рассмотрении вопроса о водопроводе, вновь заявили о необходимости экономить общественные деньги, и потому уже было собрались опять отложить решение вопроса «до выяснения новой сметы расходов на строительство». Ситуацию спасла лишь инициатива одного из самых известных в Самаре меценатов, владельца Жигулевского пивоваренного завода Альфреда фон Вакано (рис. 30),

который в это время он сам был гласным городской Думы, и мог прямо в зале заседаний выслушивать аргументы как сторонников, так и противников строительства.

Взяв слово, фон Вакано заявил, что он готов выдать «безвозвратно» 15 тысяч рублей на составление проекта канализации, но при условии, что если строительные работы не начнутся через пять лет, то город полностью вернет ему эти деньги. Предложение владельца пивоваренного завода было принято. Вакано включили в состав новой комиссии, и он сам провел переговоры с известным немецким инженером В.Г. Линдлеем (рис. 31),

который имел опыт строительства подобных сооружений почти в 40 европейских городах. Тот приехал в Самару весной 1907 года, тщательно изучил местность, а затем дал согласие на подготовку проекта канализации.

В начале лета того же года он уже представил Думе необходимые документы. Согласно предложенному Линдлеем проекту, канализация должна была представлять собой замкнутую систему водоводов и канав, проложенных по всем центральных улицам города. Предполагалось, что стоки по проложенным в земле трубам самотеком будут поступать в район стрелки реки Самары, где планировалось построить очистную станцию.

Однако бюрократические проволочки продолжались. Даже через два с лишним года после представления Линдлеем своего проекта Самарская городская Дума все еще тянула с согласованием вопроса о стоимости работ и об аренде участка земли под сооружение канализационной станции. Тогда-то по Самаре и поползли упорные слухи, просочившиеся впоследствии и в газеты, о том, что Альфред фон Вакано, заинтересованный в скорейшем окончании волокиты, «подмазал» некоторых представителей городской власти. В итоге уже 14 июня 1909 года в присутствии губернатора и правительственной комиссии на месте закладки первых канализационных труб отслужили молебен. Еще через две недели уже были проложены первые сотни метров канализации.

Канализационную комиссию возглавил известный в городе купец Василий Павлович Ушаков (рис. 32).

Он вплотную занялся сбором денег на будущее строительство, а также сам вложил в него немало личных средств. Впоследствии он был избран очередным городским головой и занимал эту должность вплоть до 1914 года.

В самарских газетах в то время на этот счет писали так: «Наконец-то после трех лет препирательств и взаимных упреков городская Дума решилась утвердить предложенный г. Линдлеем план общественного строительства, которое позволит избавить Самару от уличного половодья и нечистот. Грязь с улиц пойдет в два больших скрытых под землей канала, один из которых проложат по берегу р. Волги, другой – по берегу р. Самарки. Недоброжелатели говорят, что рядились бы об этом строительстве еще дольше, если бы г.г. Вакано и Ушаков не устроили бы для гласных, господ чиновников и их семейств поездку на Коровий остров с пикником, во время которого всячески расписывалось место для канализационной станции и всевозможная выгода, возможная городу от оной. Пикник проходил с шампанским и закончился общим катанием по Волге на пароходе».

Сам факт организации как минимум двух таких пикников на Коровьем острове (весной 1907 года и осенью 1912 года), а также увеселительных прогулок чиновников по Волге подтверждается фотографиями, сохранившимися до нашего времени в коллекции историко-краеведческого музея имени Петра Алабина. Причем осенью 1912 года на пикнике присутствовал и самарский губернатор Н.В. Протасьев (рис. 33-39).

Что же касается Альфреда фон Вакано, то он еще в период подготовки строительства на собственные деньги заказал в Пруссии 30 вагонов керамических труб, а чугунные изделия и лекальный кирпич для укладки в коллекторы делали на местных заводах. Вакано торопил подрядчика, чтобы успеть завершить пробный участок к осени. На это предприниматель потратил 57 тысяч рублей собственных денег.

Все прошло по плану, и владелец пивоваренного завода, воодушевленный успехом, предложил городской Думе еще один стимул для ускорения строительства. В своем письме он пообещал взять на себя всю стоимость проекта, а также расходы на сооружение первого участка канализации. Но при этом он, как коммерсант, выдвинул два условия. Первое из них гласило, что городская управа начнет собирать с домовладельцев за пользование канализацией 75 процентов от той суммы, которую они обычно платят за вывоз нечистот. Вторым было поставлено условие, чтобы собранные деньги шли исключительно на развитие канализации, и так до тех пор, пока не будет завершено все строительство. И эти условия фон Вакано в итоге тоже были приняты. Они открывали для городских властей возможность беспрепятственного финансирования строительных работ, которые затем не прекращались даже в годы Первой мировой войны и революционных потрясений.

Реализация основной части проекта Линдлея в Самаре началась лишь в мае 1912 года, причем это произошло только благодаря стараниям В.П. Ушакова, уже избранного к тому моменту городским головой. К началу революционных событий 1917 года в Самаре было построено свыше 35 километров основных коллекторов и трубных линий городской системы канализации (рис. 40-45).

Здесь следует отметить, что в то время подобную коммунальную систему имели лишь 11 городов России.

По инерции ее строительство продолжалось вплоть до начала 1918 года, однако в разгар зимы все работы прекратились из-за отсутствия средств и квалифицированных кадров. Технические специалисты в это неспокойное время предпочли покинуть не только Самару, но и Россию, а рабочие либо становились в армейские ряды (как красные, так и белые), либо находили себе более надежную и хлебную работу, нежели прокладка канализационных труб.

 

Перипетии ХХ столетия

Революция и последовавшие за ней братоубийственный хаос гражданской войны, массовый голод и экономическая разруха на десяток лет парализовали развитие страны. Но Самара, как и вся страна постепенно возвращалась в русло мирной жизни. Пришло время созидать. В течение последующего десятилетия в условиях катастрофического голода и разрухи у Самарского горсовета с трудом находились средства хотя бы на поддержание водопровода и канализации в работоспособном состоянии.

Только зимой 1926 года, накануне выборов в горсовет, председатель самарского губисполкома И.П. Нудьга на пленуме, посвящённом планам, стоящим перед городом на ближайшее будущее, в своём выступлении подчеркнул «Мы должны в качестве программы дальнейших работ перед новым Советом выдвинуть вопрос о разработке проекта постройки нового водопровода». Общественность города подхватила призыв председателя губисполкома. В газетах появляется рубрика «К постройке нового водопровода». И к лету того же года, техбюро Самарского треста коммунальных предприятий под руководством инженера П.Г. Саутина разрабатывает проект строительства нового водопровода, для подачи на нужды горожан волжской воды.

Но лишь в 1928 году Госплан СССР отпустил на реконструкцию самарского Водоканала 185 тысяч рублей в ценах того времени, хотя, по расчетам специалистов, денег на это городу тогда нужно было по крайней мере в 10 раз больше. Новую насосную станцию в Самаре было решено построить прямо на берегу Волги, между 4–й и 6–й просеками, в непосредственной близости от бывшей дачи известного самарского художника и мецената К.П. Головкина. Проектируемая мощность нового водопровода равнялась 60 тысячам кубометров воды в сутки, что в 10 раз превышало мощность действующей на тот период старой станции.

Примечательно, что возведение новых насосных установок и линий городского водопровода основывалось на последних достижениях отраслевой науки и техники. Правда, справедливости ради следует отметить, что строительство осуществлялось преимущественно «дедовским способом» - киркой да лопатой. Хронически не хватало инженерного оборудования, что, впрочем, весьма характерно для всех грандиозных строек того времени. Но, не смотря на объективные трудности, сроки работ выдерживались очень строго. Громадную роль в этом сыграли руководители проекта – главный инженер строительства П.Г. Саутин и главный инженер Водоканала И.С. Хорош. Их энергия и профессионализм во многом предопределили успешное завершение масштабных работ.

Строительство первой очереди насосно–фильтровальной станции (НФС-1) было завершено 4 июля 1931 года (рис. 46-49).

В эксплуатацию вступили установки первого и второго подъёмов, которые закрыли на тот момент половину всей плановой мощности нового водопровода. Практически одновременно с насосными станциями, заработала и первая очередь новых очистных сооружений. Волжская вода побежала по трубам нового главного водовода, который пролёг по городу почти на 13 километров от 4–й просеки до Линдовской насосной станции, которая в свою очередь начала действовать примерно через год после описываемых событий. Важно отметить, что работы по возведению нового городского водопровода велись, согласно плановым заданиям, до самого начала Великой Отечественной войны.

Здесь надо отметить, что, несмотря на пуск новой НФС и прокладку многих километров линий, в целом развитие системы Водоканала в Самаре-Куйбышеве в предвоенные годы испытывало острую нехватку средств и материалов, из-за чего развитие водопроводных и канализационных сетей в нашем городе хронически задерживалось. О том, какая ситуация в конце 30-х годов складывалась в коммунальном хозяйстве Куйбышева, хорошо видно из докладной записки, подготовленной Куйбышевским облисполкомом в начале 1938 года и затем направленной председателю Госплана РСФСР т. Тверскому.

«Контрольные цифры по местному хозяйству Куйбышевской области на 1938 год, одобренные VIII Пленумом областного исполнительного комитета Советов, исходят из необходимости быстрейшей ликвидации последствий вредительства, устранения искусственно созданных врагами народа диспропорций и подтягивания местного хозяйства и социально-культурного строительства до уровня задач, стоящих перед областью…

К сожалению, проектировки области учтены Госпланом РСФСР далеко не полностью, и, несмотря на непризнание правильности выдвигаемых областью предпосылок, практически в плане республики Куйбышевская область не заняла того места, на которое она может и должна рассчитывать.

Целый ряд совершенно неотложных нужд области не принят во внимание, в результате чего… решающие участки местного хозяйства и социально-культурного строительства Куйбышевской области не получают должного развития.

Коммунальное хозяйство.

Предусмотренный Госпланом РСФСР объем капитальных вложений на 1938 год обеспечивает в основном лишь необходимый капитальный ремонт сильно изношенных коммунальных предприятий области. Между тем быстрый рост г. Куйбышева в связи со строительством гидроузла, и совершенно недостаточные капитальные вложения в коммунальное хозяйство городов области (Куйбышев, Ульяновск, Сызрань, Мелекесс, Чапаевск) в прошлые годы настоятельно требуют значительного расширения существующих строительств новых коммунальных предприятий, без чего отсталое коммунальное хозяйство области не сможет удовлетворить самых неотложных потребностей трудящихся.

Расширение Куйбышевского водопровода было признано необходимым осуществить в 1937-1939 годах. Однако затянувшееся проектирование (проект и смета утверждены лишь 15.09. с.г.) не позволило развернуть работы в текущем году надлежащими темпами. Проектировки Госплана РСФСР на 1938 год предусматривают затраты на расширение Куйбышевского водопровода в сумме 826 т.р. при сметной стоимости расширения в 8,2 млн. рублей не дадут эффекта в 1938 году и ни в какой степени не обеспечат окончания работ в 1939 году. Между тем при затратах в 4,7 млн. руб. город сможет уже в конце 1938 года получить дополнительно до 40 тыс. куб. м воды в сутки. В настоящее время положение с водоснабжением г. Куйбышева очень тяжелое. Население обеспечивается водой лишь в пределах до 60 литров в сутки на одного жителя, прием в связи с расширением Куйбышевской ГЭС, находящейся рядом со старым грунтовым водопроводом, не исключена возможность закрытия старого водопровода, что приведет к сокращению подачи воды на 10 тыс. куб. м в сутки, т.е. 25% всего объема воды, подаваемого в настоящее время совместно старым и новым водопроводом. При неизбежном быстром росте населения Куйбышева в 1938 и 1939 годах уже в 1939 году вопрос водоснабжения города приобретет исключительную остроту, предотвратить которую можно только форсированием работ по расширению Куйбышевского водопровода в 1938 году.

До настоящего времени в г. Куйбышеве не канализирован основной промышленный район города – Безымянка, и сточные воды расположенных здесь промышленных предприятий и жилого поселка спускаются в озера и в р. Самару, омывающую ниже по течению южную часть города. В соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР № 96/834 за текущий год этот район должен быть канализирован в первую очередь. Проект и смета утверждены 15.10 текущего года. Тем не менее Госплан не включает это строительство в план на 1938 год только по соображениям значительной стоимости работ – 3,4 млн. руб. Надо отметить, что в последние годы на развитие канализации г. Куйбышева средств почти не выделялось».

(Центральный Государственный архив Самарской области - ЦГАСО, Р-2558, оп. 2, д. 189, л.д. 18-23).

Согласно смете хозяйственных расходов на 1938 год, на расширение и текущий ремонт куйбышевского городского водопровода нужно было как минимум 8,2 миллиона рублей в ценах того времени, но Госплан РСФСР отпустил Куйбышеву для этих целей всего лишь… 826 тысяч рублей (10 процентов от потребности). Такое же соотношение наблюдалось и при выделении средств на прокладку канализации в областном центре, на строительство бань и прачечных, на развитие энергосетей, и на все прочие коммунальные нужды города.

Недостаточно финансирование Водоканала в нашем городе сохранялось вплоть до 1940 года, когда по решению правительства страны в Куйбышеве было образовано Управление Особого Строительства (УОС, или Особстрой) НКВД СССР. Основной задачей этого ведомства было возведение в запасной столице группы самолетостроительных и моторных заводов, а также нескольких десятков вспомогательных производств для них. Но при этом для реализации грандиозного плана вблизи предприятий нужно было построить также и жилые кварталы со всей необходимой инфраструктурой. В связи вскоре после образования Особстроя было принято еще одно совместное постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП (б) № 233-108сс от 1 февраля 1941 года, состоявшее из 63 пунктов. Кроме самих авиационных заводов, Управлению Особого Строительства предписывалось в течение 2-3 лет возвести на Безымянке жилье, коммунальные сооружения, транспортные сети, социальный сектор и так далее. А для обеспечения УОС дешевой рабочей силой в сентябре 1940 года был образован Безымянский исправительно-трудовой лагерь (Безымянлаг). Постановление от 1 февраля 1941 года подписали председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР Вячеслав Молотов и секретарь Центрального Комитета ВКП (б) Иосиф Сталин.

Необходимо отметить, что Особстрою предписывалось не только создать современную городскую инфраструктуру на Безымянке, но также и существенно обновить все коммуникации и транспортные сети в старой части города Куйбышева. На такие работы из союзного бюджета выделялись громадные средства, которых областные власти добивались от Совнаркома еще с начала 30-х годов, но преуспели в этом не слишком заметно. Теперь же правительство быстро нашло необходимые средства не только на строительство заводов, и на социальные нужды города, что видно из хранящегося в архиве документа. Вот только несколько выдержек из него.

«Постановление № 233-108сс Совета Народных Комиссаров СССР и Центрального Комитета ВКП (б) от 1 февраля 1941 года.

Москва, Кремль.

О мероприятиях по обеспечению строительства авиационных заводов №№ 122, 295, 337 и Безымянской ТЭЦ в 1941 г.

12. Обязать Народного Комиссара по Строительству г. Гинзбурга О.З.;

…д) обеспечить сооружение фекальной и ливневой канализаций на площадках заводов силами 38 Треста;

е) обеспечить сооружение промышленного и питьевого водопроводов на площадках завода и заводского города силами Центроспецстроя;

ж) обеспечить производство мозаичных, плиточных, штукатурных, малярных, стекольных и кровельных работ силами Треста Отделочных Работ в сроки, установленные НКВД СССР;

з) обеспечить все монтажные работы по внутренней сантехнике (водопровод, канализация, отопление и вентиляция) по всем заводам и заводскому городу силами треста Союзсантехстрой;

13. Обязать Народного Комиссара Коммунального Хозяйства РСФСР т. Макарова В.И.:

а) обеспечить окончание строительства комплекса сооружений питьевого водопровода в г. Куйбышеве (водоприемника насосных станций 1-2 подъема, фильтровальной станции и сооружений, связанных с ними) со сдачей их в эксплуатацию к 15 ноября 1941 г. Управлению Особого Строительства НКВД СССР принять долевое участие в строительстве указанных сооружений своими средствами в сумме 3,5 миллиона рублей в 1941 г. и 2,5 миллиона рублей в 1942 г. и соответствующими материалами и оборудованием на договорных началах с Наркомхозом РСФСР…

21. Разрешить Наркомвнуделу СССР спуск сточных вод в реку Самарку от авиационных заводов и заводского города в 1941 г. при наличии только механической очистки с тем, чтобы в 1942 г. была обеспечена биологическая очистка этих вод…»

(ЦГАСО, Р-2064, оп.2, д. 23, л.д. 1-20).

Начавшаяся через несколько месяцев после подписания этого документа Великая Отечественная война внесла существенные коррективы в сроки выполнения этих работ, однако следует подчеркнуть, что они сдвинулись не слишком существенно. До 1945 года все работы по реконструкции старых и строительству новых линий и сооружений куйбышевского Водоканала были завершены, после чего эти объекты были переданы на баланс Куйбышевского горисполкома. И поскольку само Управление Особого Строительства было засекреченной организацией, входящей в структуры НКВД СССР, в послевоенные годы нигде в открытой печати не указывалось, какое же именно ведомство осуществило это грандиозный проект – строительство Безымянки, по сути, целого нового города, который вошел в черту областного центра. Как уже было сказано, Управление Особого Строительства было упразднено в феврале 1946 года.

За время Великой Отечественной войны для системы куйбышевского Водоканала УОС построил второй резервуар чистой воды ёмкостью 2 тысячи кубических метров и насосную станцию третьего подъёма производительностью до 35 тысяч кубометров воды в сутки. Также была произведена реконструкция высоковольтного хозяйства, а также установлены новые распределительные устройства на насосно-фильтровальной станции. Еще рабочие УОС проложили три новых магистральных водовода, начинавшиеся от НФС-1 на улице Советской Армии. Первый из них, имеющий диаметр труб 900 мм, прошел от насосно–фильтровальной станции до центральной части города. Еще два водовода диаметром по 500 мм соединили НФС-1 с промышленными и жилыми кварталами Безымянки. Общая мощность подачи воды на этой станции к концу 1945 года была доведена до 100 тысяч кубометров в сутки. В этот же период была значительно увеличена мощность городской водопроводной станции (ГВС). Если в 1939 году она составляла 9 тысяч кубометров в сутки, то к концу войны она выросла почти в три с половиной раза. Одновременно общая суточная пропускная мощность городских канализационных сетей к этому времени выросла до 50 тысяч кубометров.

Развитие куйбышевского Водоканала продолжалось и в послевоенный период. В 1950 году вступил в строй действующих третий 6–километровый водовод диаметром 700 мм, который позволил устойчиво снабжать водой от НФС-1 большую часть исторического центра Куйбышева. С открытием этой линии куйбышевский водопровод по мощности насосных станций занял третье место в РСФСР после Москвы и Ленинграда.

В 1955 году был пущен в эксплуатацию еще один мощный водовод диаметром 900 мм, соединивший станцию третьего подъёма с промышленным Кировским районом. А на НФС-1 в это же время началась эксплуатация четвёртой секции очистных сооружений производительностью до 56 тысяч кубометров в сутки. С этого времени станция перешла на подачу исключительно волжской воды.

В начале 60-х годов в рекордные сроки была проведена реконструкция «ветерана» Водоканала городской водопроводной станции, которая к тому моменту практически без остановки подавала воду в областной центр на протяжении 70 лет. Коллектив Водоканалстроя завершил все работы на ней всего за два года и 8 месяцев, после чего была воплощена в реальность мечта жителей старых городских районов о более мягкой воде.

Одновременно с этим коллектив института Гипрокоммунводоканал разработал проект расширения насосно–фильтровальной станции № 1. В 1958 году началась ее реконструкция, которая была успешно завершена за четыре года. После этих работ в производственном активе станции появились новый объекты: пятая по счету секция очистных водопроводных сооружений, реагентное хозяйство, электроподстанция и резервуар для чистой воды ёмкостью 5 тысяч кубометров. Но, пожалуй, самым главным событием того времени стал пуск в эксплуатацию насосной станции первого подъёма.

В целом в первой половин 60–х годов прошлого века общая протяжённость магистралей куйбышевского Водоканала превысила отметку в 500 километров. Тем самым с момента запуска первого самарского водопровода она увеличилась почти в 19 раз, а мощность действующих агрегатов за этот же срок возросла в 315 раз.

В конце 60-х годов Куйбышев стал городом-миллионером. Здесь бурными темпами росла его общая инфраструктура, строились новые жилые микрорайоны и промышленные предприятия. Соответственно развивалось и Куйбышевское производственное управление водопроводно–канализационного хозяйства. Только за период с 1970 по 1975 годы были пущены в эксплуатацию две очереди очистных сооружений НФС общей мощностью 220 тысяч кубических метров воды в сутки, насосные станции первого и третьего подъёмов суммарной мощностью 1100 тысяч кубических метров воды в сутки. Протяженность водосетей за это время увеличилась на 66,2 километра.

Настоящий прорыв работники предприятия совершили и в канализационной сфере. В соответствии с Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 13 марта 1972 года № 177 «О мерах по предотвращению загрязнения бассейнов рек Волги и Урала неочищенными сточными водами» в Куйбышеве началось строительство крупнейших в стране городских очистных канализационных сооружений (ГОКС). Их разместили в Куйбышевском районе, на улице Обувной на Сухой Самарке (рис. 50-61).

Объект был введен эксплуатацию через три года после начала строительства, и он позволил подвергать механической очистке до 600 тысяч кубических метров сточных вод за сутки. Тогда же вступили в строй действующих несколько крупных канализационных коллекторов. Протяженность городских канализационных сетей к этому времени увеличилась на 93,3 километра. А в 1976 году была сдана в эксплуатацию последняя ступень технологической цепочки ГОКС - сооружения биологической очистки с аэротенками.

Одним из главных итогов производственной деятельности коллектива куйбышевского Водоканала в 70–е годы явился значительный рост среднесуточной подачи свежей питьевой воды, который к 1980 году составил 620 тысяч кубометров. При этом суточное водопотребление одного среднестатистического куйбышевца к этому времени выросло до 310 литров. Общая длина водопроводных сетей в городе на тот период равнялась 940 километрам.

В 1983 году в строй действующих в Куйбышеве вступила насосно–фильтровальная станция № 2 на Студеном овраге (НФС-2) (рис. 62-66).

Это сооружение, построенное по универсальному технологическому проекту, позволило полностью удовлетворить потребности областного центра в качественной питьевой воде. На новой станции были установлены крупнейшие в стране контактные осветители, благодаря которым появилась возможность применять одноступенчатую очистку воды по высокотехнологичной цепочке - микрофильтры, смесители, контактные осветлители, резервуары чистой воды.

После этого в 1997 года самарский Водоканал одним из первых в стране на городских очистных канализационных сооружениях запустил в эксплуатацию крупнейший на тот момент в Европе цех по обезвоживанию осадков с фильтр–прессами, что снизило их объём в 8 раз, и позволило значительно сократить задействованные ранее площади иловых полей.

В 1999 году систему Водоканала пополнила еще одна насосно–фильтровальная станция № 3. Этот комплекс подземного водозабора был открыт в новом перспективном микрорайоне, который проектировщики в момент его создания назвали «Самарское заречье». Новая НФС-3 не только значительно улучшила водоснабжение ранее проблемного Куйбышевского района, но и обеспечила водой отдельные кварталы Самарского, Железнодорожного и Ленинского районов города Самары.

Развитие Самарского Водоканала продолжается и в III тысячелетии. В 2009 году сдан в эксплуатацию новый канализационный дюкер диаметром 1400 мм, проложенный через реку Самара. Летом 2012 года на НФС-2 открыт комплекс ультрафиолетового обеззараживания воды. Идет работа над созданием геоинформационной системы предприятия, которая призвана обеспечить более экономичный режим функционирования системы водоснабжения. С целью повышения качества очистки исходной воды на сооружениях Водоканала стали использовать коагулянт «Аква–Аурат», успешно прошедший комплексные испытания. А для оптимизации режима работы инженерных сетей в целом на предприятии введена в действие программа гидравлического расчёта «WaterJams».

Благодаря системе Самарского Водоканала сегодня полностью обеспечены водой промышленные предприятия города, десятки тысяч квартир и частных домов горожан, многочисленные фонтаны и бассейны Самары, прочие социальные и коммунальные объекты нашего миллионного города (рис. 67).

Валерий ЕРОФЕЕВ.

 


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу