При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Тайны ВАЗовской контрразведки

Тайны ВАЗовской контрразведки

 

Волжский автозавод в Тольятти стал далеко не первым автомобильным производством в СССР. Но продукция этого предприятия выгодно отличалась от других тем, что она должна была стать массовой, доступной для всех. Новый автомобиль получил название «Жигули», а в экспортном варианте – «Лада». Официально машина носила название ВАЗ-2101, хотя в народе ее довольно быстро прозвали «копейка» (рис. 1).

Завод выпустил свою первую продукцию в апреле 1970 года. В его строительстве и в дальнейшей эксплуатации участвовали сотни, а потом и тысячи иностранцев. Именно поэтому Волжский автозавод всегда находился под самым пристальным вниманием Комитета Государственной Безопасности СССР.

 

Солдат невидимого фронта

Как известно, это предприятие строилось в городе Тольятти Куйбышевской области по лицензии итальянского концерна «Фиат», а лучший образец фирмы, FIAT-124 (рис. 2),

 

стал базовой моделью для самой первой малолитражки АвтоВАЗа. Генеральным директором завода в 1966 году назначили тогдашнего заместителя министра автомобильной промышленности СССР Виктора Николаевича Полякова (рис. 3).

В своих мемуарах он потом писал, что это была грандиозная стройка, на которую съезжались люди со всех концов страны (рис. 4, 5, 6).

      

А еще на АвтоВАЗе действовали представители более чем 200 западных фирм, и уже на первом этапе строительства здесь порой находилось до 1500 иностранцев одновременно.

Понятно, что проверка такого количества зарубежных гостей для сотрудников госбезопасности стала очень сложной проблемой. Эта задача была возложена на опытного контрразведчика Вениамина Кожемякина (рис. 7), в то время – подполковника госбезопасности.

Биографическая справка. Вениамин Ефимович Кожемякин родился в 1925 году в Западно-Казахстанской области в крестьянской семье. В январе 1943 года он был призван в ряды Красной Армии, а в августе того же года его направили на курсы переводчиков при Военном институте иностранных языков, в то время располагавшегося в городе Ставрополе Куйбышевской области. Здесь курсант в совершенстве освоил немецкий язык. После окончания учебы Кожемякин был направлен на 1-й Белорусский фронт, где в качестве военного переводчика прослужил вплоть до мая 1945 года. После капитуляции Германии его перевели на должность адъютанта военного коменданта Берлина.

В 1947 году молодой офицер поступил на службу в МГБ СССР (впоследствии КГБ СССР), и вскоре он был направлен в Куйбышев, в поселок Управленческий, на опытный авиационный завод № 2, которым тогда руководил знаменитый впоследствии конструктор Николай Кузнецов. В это время здесь собрали технических специалистов, вывезенных из Германии с предприятий «БМВ», «Юнкерс» и «Аскания». Для работы ними как раз и нужен был контрразведчик со знанием немецкого языка. А в конце 50-х годов из города на Волге Кожемякина направили на работу в ГДР, где он создавал агентурную сеть в Западном Берлине, а затем ею руководил.

В середине 60-х годов Вениамин Кожемякин был отозван из ГДР в распоряжение центрального аппарата КГБ СССР, и в 1968 году его назначили начальником отдела УКГБ по городу и порту Тольятти. Здесь Кожемякин сумел значительно расширить полномочия отдела, который на протяжении многих лет успешно противостоял всем проискам иностранных спецслужб. В 1987 году Вениамин Кожемякин ушел в отставку в звании полковника госбезопасности. В 2005 году ему было присвоено звание «Почетный гражданин города Тольятти». Ныне он находится на заслуженном отдыхе.

 

Подвиг разведчика

Кстати, лишь после перестройки стало известно, что заключение контракта с итальянцами о строительстве АвтоВАЗа было связано с детективной историей. В августе 1966 года в ходе переговоров в Риме советская правительственная делегация неожиданно для всех заняла жесткую позицию по вопросу о процентной ставке кредита. Наши переговорщики требовали 5 процентов – и не больше, хотя в то время в банках Италии минимальная ставка по кредиту составляла 7 процентов. И в ходе переговоров обе стороны согласились на ставку в 5,6 процента. Для нашей страны экономия валюты составила немалую сумму – 38 миллионов долларов.

И лишь немногие тогда знали, что за этой позицией советских переговорщиков стояла незримая работа нашей внешней разведки. Экономия валюты стала возможной благодаря блистательной операции, проведенной офицером КГБ Леонидом Колосовым. Он тогда работал в Италии под прикрытием удостоверения журналиста, и сумел заглянуть в секретные банковские документы. По ним и был установлен тот предел, до которого итальянская сторона могла бы опустить банковскую ставку по кредиту.

С самого начала стройплощадка АвтоВАЗа стала огромным полем деятельности для советской контрразведки. Здесь был получен бесценный опыт по выявлению и пресечению агентов иностранных спецслужб. В КГБ знали, что на подобные объекты всегда направлялись иностранные разведчики, которые обычно работали под прикрытием должностей технических специалистов.

Когда в конце 60-х годов начались работы непосредственно на стройплощадке АвтоВАЗа (рис. 8),

в КГБ уже имелась подробная информация о том, что на этот объект направлены кадровые разведчики ряда западных спецслужб, работавшие здесь под прикрытием должностей технических специалистов.

Вот что рассказал об оперативной обстановке на строительстве АвтоВАЗа полковник госбезопасности Сергей Георгиевич Хумарьян (рис. 9), в прошлом – начальник контрразведки УКГБ по Куйбышевской области, а ныне заведующий музеем УФСБ по Самарской области.

- В период с 1967 по 1969 годы сил небольшого по численности городского отдела КГБ для работы с иностранцами на ВАЗе откровенно не хватало. В то время здесь насчитывалось всего 10 сотрудников вместе с начальником. Конечно же, подполковник Кожемякин не раз просил увеличить численность отдела, однако решение этого вопроса было выше компетенции областного управления. И так продолжалось до августа 1969 года, когда Куйбышев и Тольятти по партийным и депутатским делам посетил председатель Комитета государственной безопасности СССР Юрий Владимирович Андропов (рис. 10).

При его встрече начальник управления КГБ по Куйбышевской области Иван Павлович Кинаров (рис. 11)

наряду с другими вопросами сразу же доложил Андропову о трудностях, возникших при строительстве АвтоВАЗа. И когда председатель КГБ отправился из Куйбышева в Тольятти, он первым делом распорядился пригласить к себе начальника городского отдела. Вот как об этой беседе рассказывает Вениамин Кожемякин.

- Я и первый секретарь Тольяттинского горкома КПСС Оболонков встретили Андропова на окраине города. Юрий Владимирович сразу же пригласил меня в свою машину, и, пока мы ехали на стройплощадку АвтоВАЗа, я успел доложить ему сложившуюся обстановку. Председатель обещал помочь. Это дело было в пятницу. А в понедельник утром у меня в кабинете уже сидела бригада из десяти человек из центрального аппарата КГБ СССР под руководством заместителя начальника второго главка Башоликова. У меня уже был подготовлен план реорганизации и расширения моего отдела. Москвичи с ним ознакомились и забрали с собой, и уже через неделю этот план с небольшими поправками подписал Андропов.

Вот так в Тольятти был создан отдел КГБ, имеющий примерно такой же штат сотрудников и почти такие же полномочия, какие в то время имели лишь областные управления. В этом отношении города, подобные Тольятти, в Советском Союзе можно было буквально пересчитать по пальцам.

 

Шпионские будни

За минувшие годы в разработку отдела КГБ по городу и порту Тольятти попадали сотни иностранцев. Далеко не все из них занимались шпионской деятельностью, однако в ходе этой работы нашими контрразведчиками в общей сложности было выявлено около 30 агентов зарубежных спецслужб. Впоследствии они были изобличены в разведывательной деятельности и выдворены за пределы нашей страны.

Рассказывает Сергей Хумарьян.

- Чтобы была понятна расстановка сил, я могу сказать, что в 70-е и 80-е годы тольяттинскому городскому отделу КГБ, да и всей куйбышевской контрразведке, приходилось противодействовать сразу трем резидентурам иностранных спецслужб. Одна из них находилась в представительстве итальянской фирмы ФИАТ, офис которой располагался в ак это получалось и почему только трем? езидентурам  чекистов.

повышением  ия хороша или плохая. Тольятти, непосредственно на автозаводе (рис. 12).

Для нас не было секретом, что итальянская разведслужба в это представительство внедрила свою агентуру. Но наша контрразведка их всегда своевременно вычисляла и обезвреживала.

Второй корпус спецслужб работал в итальянском консульстве в Тольятти. Здесь он действовал на линии въезда и выезда сотрудников, работающих в сфере научно-технического и промышленного обмена между СССР и Италией. Были не раз отмечены попытки вербовки работников Волжского автозавода через на этой линии. Однако благодаря усилиям контрразведки ни одного советского человека итальянцам завербовать так и не удалось.

Наконец, на третьем направлении, - продолжил свой рассказ полковник Хумарьян, - куйбышевские и тольяттинские контрразведчики противодействовали спецслужбам Соединенных Штатов Америки. Например, в 70-х и 80-х годах мы постоянно получали информацию от нашей внешней разведки об усиленной активности специальной группы ЦРУ США. В частности, в итальянской автомобильной столице Турине эта группа не раз пыталась вербовать наших специалистов, рабочих, инженеров, ученых, которые приезжали сюда по производственным делам. Поэтому куйбышевской контрразведке приходилось во все выезжавшие в Италию группы включать своих оперативных сотрудников, которые успешно противостояли проискам американцев.

В числе сотрудников спецслужб, выявленных на АвтоВАЗе в 70-е годы, был западногерманский разведчик по фамилии Бернхард. Он оказался не простым агентом, а официальным сотрудником БНД - научно-технической разведки Западной Германии. После его разоблачения ветераны госбезопасности вспомнили, что в 30-е годы в Самаре уже задерживали другого немецкого разведчика по фамилии Бернхард, который тогда работал под прикрытием должности инженера в Большом северном телеграфном обществе - БСТО. Однако так и не удалось установить, были эти Бернхарды родственниками, или однофамильцами, но факт остается фактом.

 

Обиженный программист

Впрочем, в практике отдела КГБ по городу Тольятти бывали случаи и несколько иного рода, когда приходилось заниматься нейтрализацией уже не иностранных шпионов, а доморощенных злоумышленников. Один из них смог нанести довольно серьезный урон автомобильному производству.

Это было в конце 70-х годов. Однажды на главном конвейере АвтоВАЗа случился серьезный сбой. Комплектующие изделия вдруг стали подаваться совсем не на те участки, где они требовались. У инженеров, ответственных за управление конвейером, это происшествие вызвало состояние, близкое к шоку: ведь подобного на заводе раньше никогда не случалось. Оказалось что ЭВМ, управлявшая подачей комплектующих деталей на отдельные участки конвейера, словно бы взбесилась, отказываясь нормально работать.

Это был период в жизни промышленных предприятий СССР, когда повсеместно внедрялось новое электронно-вычислительное оборудование. В стране еще не наступила эпоха персональных компьютеров, школьники еще не знали ни одной компьютерной «стрелялки», а вот в промышленной сфере ЭВМ тогда уже использовались достаточно широко (рис. 13).

«Сошедшую с ума» машину срочно отключили от управления, и оставшуюся часть дня конвейер работал в ручном режиме. Только после окончания смены специалисты занялись выяснением всех обстоятельств компьютерного сбоя. Вскоре было установлено, что материальный убыток предприятия от случившегося инцидента минимален – его впоследствии оценили примерно в 10 тысяч рублей в деньгах того времени. Но специалистов в данной ситуации волновал не столько сам ущерб, сколько причина, по которой ЭВМ выдала этот неожиданный сбой.

К расследованию подключились также и сотрудники отдела КГБ по городу и порту Тольятти, поскольку здесь сразу же уловили суть нового для нашей страны явления. В КГБ понимали, что вот так с помощью ЭВМ можно дестабилизировать работу громадного завода. Сейчас никого не удивишь разнообразными компьютерными вирусами, но тогда компьютеризация страны еще только начиналась, и чекистам важно было отследить, не совершена ли здесь диверсия со стороны спецслужбы какой-нибудь империалистической державы.

И вскоре оказалось, что обеспокоенность сотрудников КГБ в данном случае вовсе не была напрасной. Правда, иностранные разведки тут оказались ни при чем. Следствие, к которому привлекли высококвалифицированных специалистов по ЭВМ, показало, что в программу заводской управляющей машины кем-то была намеренно внедрена «логическая бомба». Далее чекистам было уже совсем несложно установить сотрудника, совершившего эту зловредную операцию. Им оказался молодой перспективный программист управления организации производства АвтоВАЗа Мурат Уртэмбаев, которому ранее прочили блестящую карьеру математика.

Как выяснилось, он ввел вредоносный элемент в программу ЭВМ уже довольно давно, и сделал это, как сам потом признался, просто «ради интереса» - для проверки уровня собственного таланта. Поначалу, когда программист убедился, что созданный им вирус полноценно работает, он «до поры до времени» отключил свое творение от основной программы. Поэтому логическая бомба в течение нескольких месяцев никак себя не проявляла.

Но рано или поздно заложенная мина должна была сработать. В итоге так и произошло. А поводом для ее умышленного запуска стала обида Уртэмбаева на руководителя управления, который пообещал выдать ему премию к очередному празднику, а также наградить программиста Почетной грамотой, но в результате не сделал ни того, ни другого. И тогда молодой инженер, разозлившись, активизировал «спящую» внутри ЭВМ вредоносную вкладку. О результатах этой обиды вы уже знаете.

В отношении Уртэмбаева было возбуждено уголовное дело. Первоначально ему вменяли статью УК РСФСР «Диверсия», однако в итоге по ходатайству дирекции завода статья была изменена на более легкую. Поэтому программиста судили лишь за злостное хулиганство. На суде молодой человек клялся, что никак не желал причинить урон родному предприятию, а всего лишь хотел удостовериться в том, что он способен создавать подобные компьютерные программы. В итоге Мурат Уртэмбаев был приговорен к полутора годам лишения свободы условно с возмещением предприятию нанесенного ему ущерба.

 

Из жизни аферистов

А еще ветераны тольяттинского отдела КГБ припомнили довольно курьезный случай из своей практики конца 80-х годов. Тогда легковые автомобили в нашей стране были огромным дефицитом. К тольяттинским чекистам однажды позвонили из партийного отдела АвтоВАЗа и рассказали, что к ним только что явился некий молодой человек, предъявивший им документы работника центрального аппарата КГБ. Визитер также показал им бумаги с копией постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР о выделении 40 вазовских автомашин для какого-то благотворительного фонда. «Мы только что отправили его в дирекцию автозавода, - сказал партийный работник. – Не могли бы вы взглянуть на этого человека? Он довольно странно себя ведет, и вообще выглядит подозрительно».

Чекисты подъехали к заводоуправлению (рис. 14)

на несколько минут раньше московского гостя, и уже по первому взгляду на него определили, что тут дело нечисто. Как солидный чиновник выходит из машины при ответственном визите? Солидно выходит. А этот вышел - и тревожно стрельнул глазами вправо-влево. Руководитель группы сразу сказал: «Ну, это наш объект!» Парень поднялся в приемную директора завода, и тут от него потребовали документы. При взгляде на них чекисты едва не расхохотались: само звание этого «сотрудника КГБ» в удостоверении было написано с грамматической ошибкой. Вместо слова «майор» стояло «маёр», через букву «ё».

А при дальнейшем досмотре у визитера обнаружились также документы, гласящие, что он к тому же является членом ЦК КПСС, членом некоей комиссии Верховного Совета СССР, да еще и доктором философских наук. А отдельно лежали корочки, где было написано: «Разрешено ношение оружия всех систем». Что здесь имелось в виду, непонятно. Возможно, пошутил кто-то из тольяттинских чекистов, он имел право таскать с собой противотанковую установку, или систему «Град». Так или иначе, но на мошенника тут же надели наручники, и первым же самолетом отправили в Москву. Дальнейшая его судьба тольяттинцам неизвестна.

 

Разведка доложила точно

Уже после пуска первой очереди АвтоВАЗа городскому отделу КГБ приходилось проводить на заводе не только контрразведывательные операции, но и другие мероприятия, целью которых официально называлась «экономия иностранной валюты». Дело в том, что на автогигант продолжались поставки оборудования из-за рубежа, и при этом иностранные фирмачи всячески стремились завысить на него цены. Поэтому дирекции АвтоВАЗа необходима была полная информация о реальной цене заказа. Для получения таких сведений работникам КГБ порой приходилось действовать чисто оперативными, секретными методами.

Вспоминает Вениамин Кожемякин (рис. 15).

- Завод вел переговоры о поставках и монтаже нового оборудования с западногерманской фирмой «Порше». А представители фирмы заломили за этот заказ ни много ни мало - 10 миллионов долларов. Наши переговорщики чувствуют – что-то здесь не то, цена слишком высокая. Однако сведений о реальной стоимости товара, или каких-либо других аргументов у нашей стороны не было. Вот тогда директор АвтоВАЗа Виктор Поляков и обратился ко мне с просьбой: не можете ли вы как-то прояснить ситуацию? Ну, мы сразу же взялись за это дело своими методами.

Оперативники КГБ выяснили, что все финансовые документы по поставкам оборудования в течение переговоров находились у руководителя западногерманской делегации в кейсе, который тот никогда не выпускал из рук. И вот, чтобы заглянуть в эти документы, Вениамин Кожемякин предложил Виктору Полякову пойти на оперативную хитрость.

По его совету директор завода пригласил всю немецкую делегацию на целый день на экскурсию по Волге. Фирмачей не пришлось долго уговаривать. Но пока они с борта заводского теплохода любовались видами Волги и Жигулевских гор, сотрудники КГБ тайно проникли в гостиничный номер руководителя делегации, где тот оставил свой кейс, и сфотографировали все нужные документы (рис. 16).

При их изучении выяснилось, что немцы вдвое завысили цену на свою продукцию. На самом деле она стоила не 10, а 5 миллионов долларов. На другой день переговоры продолжились. И вот тогда Поляков сообщил фирмачам, что у них есть предложение от другой компании, которая готова продать заводу оборудование по более низкой цене. Одним словом, в тот же день с немцами был подписан договор о поставках на выгодных для нашей страны условиях.

…Подрыв экономической и оборонной мощи СССР в период «холодной войны» считался одним из главных направлений западной политики. Хотя с того времени прошло много десятилетий, и Советского Союза уже давно не существует, крупный европейский и американский бизнес, как мы видим, по-прежнему мечтает ослабить экономику России, чтобы она стала лишь местом сбыта западного ширпотреба, а не самостоятельным производителем товаров, конкурентоспособных на мировом рынке.

Валерий ЕРОФЕЕВ.


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу