При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Кощунство

Кощунство (по материалам Самарского окружного суда)

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 года

Раздел второй. О преступлениях против веры и о нарушении ограждающих оную постановлений

Глава первая. О богохулении и порицании веры

Ст. 182. Изобличенные в так называемом кощунстве, то есть язвительных насмешках, доказывающих явное неуважение к правилам или обрядам церкви православной, или вообще христианства, приговариваются:

к заключению в тюрьме на время от четырех до восьми месяцев.

Если однако ж будет признано, что что виновный не имел намерения произвести соблазн и оказать неуважение к вере, а сделал сие по неразумению, невежеству или пьянству, то он наказывается:

арестом на время от трех недель до трех месяцев.

 

Ст. 183. Кто с умыслом поколебать уважение к святыне, будет выделывать, или продавать, или иным каким-либо образом распространять писаные, гравированные, резные или отлитые в соблазнительном виде иконы и другие изображения предметов, относящихся к вере и богослужению, тот за сие подвергается:

наказанию, выше сего, в статье 177, за богохуление определенному.

Когда однако ж учинено им безо всякого злого намерения и не по ненависти к вере христианской или церкви православной, а по неразумению или невежеству, то он приговаривается:

к заключению в тюрьме на время от двух до четырех месяцев, или к аресту на время от трех дней до трех недель.

Во всяком случае иконы или иные изображения сего рода отбираются от виновных для уничтожения.

 

Историческая справка.

Согласно «Уложениям о наказаниях», уголовному преследованию в Российской империи подлежали только лица, допускавшие порицание или кощунство лишь в отношении православной или вообще христианской веры. Те же действия в отношении других вероисповеданий (ислам, иудаизм, буддизм и т.д.) по российскому законодательству того времени никак не наказывались и преследованию со стороны государства не подлежали. Таким образом, православие в это время было единственной государственной религией, монопольному положению которого государство обеспечивало полную юридическую защиту. Поэтому можно констатировать, что свободы совести в современном понимании этого слова в Российской империи не существовало (рис. 1).


Кризисная социально-политическая ситуация в России начала XX века вынудила правительство вносить коррективы в религиозную политику. Во времена Первой русской революции 1905-1907 годов, одной из причин которой как раз и стало отсутствие свободы совести в Российской империи, были отменены наиболее одиозные статьи «Уложений…».

В тексте высочайше подписанного «Указа о веротерпимости» от 17 апреля 1905 года говорилось, в частности, следующее:

«Признать, что отпадение от Православной веры в другое христианское исповедание или вероучение не подлежит преследованию и не должно влечь за собою каких-либо невыгодных в отношении личных или гражданских прав последствий, причем отпавшее по достижении совершеннолетия от Православия лицо признается принадлежащим к тому вероисповеданию или вероучению, которое оно для себя избрало».

Другим высочайшим указом от 25 июня 1905 года по многим статьям «Уложений…» были значительно сокращены сроки наказания. Например, за богохуление и кощунство вместо нескольких лет или месяцев в тюрьме или на каторге осужденные теперь проводили в камере «всего лишь» несколько суток.

Окончательно же действие всех подобных статей царского законодательства, которые в начале века демократическая общественность справедливо называла «осколками средневековья», было отменено лишь в соответствии с указом Временного правительства России от 6 марта 1917 года.

 

Ниже приводятся материалы уголовных дел по указанным выше статьям «Уложений о наказаниях Российской империи», которые ныне хранятся в Центральном Государственном архиве Самарской области (ЦГАСО).

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 135.

Дело Самарского окружного суда по 5-му столу Уголовного Отделения о крестьянах Иване Александрове Луцкове и Николае Никифорове Задворнове, обвиняемых в кощунстве. Начато 23 января 1890 года.

 

Л.д. 3-4.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда, с участием присяжных заседателей, крестьян с. Крестовых Городищ Ставропольского уезда Самарской губернии Ивана Александрова Луцкова и Николая Никифорова Задворнова за кощунство.

Обвиняемый отданы под особый надзор полиции. Крестьяне с. Крестовых Городищ Ставропольского уезда Самарской губернии Петр Мазилкин, Ефим Лифанов и другие заявили местному священнику, что их односельцы, раскольники Иван Луцков и Николай Задворнов во время собеседования с православными по религиозным вопросам произносили, с целью поколебать веру, хулу на православную церковь, ея таинства и на мощи св. угодников.

Дознанием и следствием через спрос крестьян: Мазилкина, Харитонова, Кашинова, Вашуркина и Лифанова выяснилось следующее: в пятницу на Масленицу 1889 года в доме Петра Мазилкина собралось несколько человек православных и раскольников, между которыми зашел разговор о вере. Во время собеседования крестьянин Иван Белоклоков стал читать катехизис; Иван Луцков, прервав его, вынул какую-то тетрадку под названием протокола, говоря, что хотя эта тетрадка и написана для православных, но в ней изложена хула на православную же церковь; так как Луцков и прежде читал эту тетрадку, которая, как было известно, не дозволена к обращению, и в которой, кроме хулы на православную веру, ничего не изложено, то Егор Харитонов заметил ему: «Если книжка твоя святая, то читай, а если нет, то мы и слушать не будем». На это Луцков, махая руками, закричал: «Эта книжка тоже проклятая, и ваша церковь, и ея законы проклятые».

В прощеное воскресенье в доме Петра Мазилкина вновь собралось несколько человек, между которыми был раскольник Николай Задворнов. Крестьянин Кузьма Новоженин стал читать ему книгу о православной церкви и св. мощах, причем, объясняя прочитанное, сказал, что истинная, т.е. православная церковь, имеет пресвитеров, и в храмах имеются части св. мощей. На это Николай Задворнов с насмешкой ответил: «У нас таких святых мощей много и под сараем».

По мнению свидетелей, Луцков и Задворнов говорили вышеупомянутое с целью поколебать религиозные убеждения православных.

Луцков и Задворнов, спрошенные в качестве обвиняемых, не признали себя виновными и показали: первый, что он не с целью соблазна, а сгоряча, на слова Харитонова о том, что тетрадка, которую он, Луцков, читал, проклятая, сказал, что если тетрадка проклятая, то, значит, и церковь проклятая; и второй – что он на замечание крестьянки Мазилкиной, что раскольники не приобщаются св. тайн и умирают все равно что под сараем, ответил: «Мы, раскольники, получаем тайны, где Бог приведет, хоть и под сараем».

На основании вышеизложенного крестьяне с. Крестовых Городищ Ставропольского уезда Самарской губернии Иван Александров Луцков, 45 лет, и Николай Никифоров Задворнов, 59 лет, обвиняются в том, что в феврале 1889 года, в своем селе, в присутствии нескольких лиц, с целью поколебать религиозные убеждения православных, порицали правила православной церкви; причем первый из них называл церковь и ея законы проклятыми, а второй сказал, что у них, раскольников, таких св. мощей, как у православных, много под сараем валяется, - т.е. в пвей, как у православных, много под сараем валяется, - т.роклятыми, игиозные убеждения православных, порицаи правила православнореступлении, предусмотренном 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях».

На следствии и суде подсудимым было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор о делу был вынесен 3 мая 1891 года и гласил: Луцкова и Задворнова подвергнуть аресту при полиции на 2 месяца и 15 дней и взыскать с них судебные издержки.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 2240.

Дело Самарского окружного суда по 6-му столу Уголовного Отделения о мещанине г. Вольска Кузьме Гаврилове Винокурове, обвиняемом в кощунстве. Начато 6 июня 1890 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей вольского мещанина Кузьму Гаврилова Винокурова, 37 лет, за кощунство.

Вечером 25 июля 1892 года в г. Николаевске в питейном заведении купца Полиевктова мещанин Кузьма Гаврилов Винокуров предложил полицейскому служителю Иллариону Михайлову Пенькову выпить водки; но последний от водки отказался, объяснив, что он приобщился к Св. Тайне, после чего Винокуров над этим таинством дозволил себе ругательство, не имея при этом намерения произвести соблазн, а сделал лишь по своему пьянству (показания свидетелей Иллариона Михайлова Пенькова, Федора Пиманова Козлова и Ивана Павлова Щеблетова).

Обвиняемый Кузьма Иванов Винокуров объяснил, что в означенное время он был пьян и не помнит, что произошло в питейном заведении Полиевктова.

На основании вышеизложенного вольский мещанин Кузьма Гаврилов Винокуров, 37 лет, обвиняется в кошунстве в отношении Святого Таинства Причастия, то есть в преступлении, предусмотренном 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях».

Приговор от 18 января 1893 года: арест при полиции на один месяц.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 699.

Дело Самарского окружного суда по 6-му Уголовному Отделению о крестьянине Петре Филиппове Тамбовцеве, обвиняемом в кощунстве. Заседание назначено на 26 июля 1890 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей крестьянина села Украинки Августовской волости Николаевского уезда Петра Филиппова Тембовцева, за кощунство.

Обвиняемый на свободе.

2 апреля 1890 года крестьяне с. Украинки Николаевского уезда: Петр Филиппов Тамбовцев, Петр Одинцов, Иван Козлов и Федор Киселев были в винной лавке торговца Рахманина. Тамбовцев был пьян и ругался матерными словами; когда же Одинцов заметил ему, что в комнате есть святые иконы, он также поматерно обругал и иконы, а равным образом и на предложение Киселева снять перед иконами шапку, продолжал скверными словами ругать иконы, почему Киселев и вытолкал его на улицу.

Спустя немного после этого, перейдя в винную лавку Чиняева, Тамбовцев и здесь в присутствии Козлова, Одинцова, Арсения Демичева, Андрея Понюкова и других лиц стал порицать висевшие в лавке иконы и матерными словами ругать их; присутствовавшие начали его останавливать, но он в ответ на это сказал им, что Божью матерь они не видали, и что со всякой бабы с ребенком, и даже с «Чиняевского кобеля» можно снять портреты и поклоняться им, а затем ушел из лавки.

Привлеченный в качестве обвиняемого, Петр Филиппов Тамбовцев, не отрицая своей виновности, объяснил, что он ничего не помнит, что он говорил про иконы, так как был в это время очень сильно пьян.

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор вынесен 5 марта 1891 года: заключить в тюрьму на шесть месяцев.

 

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 755.

Дело Самарского окружного суда по 6-му Уголовному Отделению о крестьянах Алексее Захарове Березине, Иване Андрееве Каюкове и других, обвиняемых в кощунстве. Заседание назначено на 7 мая 1891 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей крестьян Алексея Захарова Березина, 50 лет, Кузьмы Кузьмина Березина, 34 лет, Ивана Андреева Каюкова, 31 года, Степана Семенова Пензина, 24 лет, Игнатия Федоров Львова, 21 года, Тимофея Федорова Львова, 25 лет, Селиверста Ефимова Чернецова, 44 лет, Никифорова Александова Плотникова, 46 лет, Дорофея Владимирова Киткова, 31 года, Павла Кузьмина Березина, 31 года, и Федора Андреева Каюкова, 28 лет, за кощунство.

Все обвиняемые на свободе.

8 января 1891 года во время свадьбы у крестьянина слободы Аманакской Алексея Захарова Березина, пьяные гости последнего, переходя в дом Якова Плотникова, вздумали перенести туда же и односельца своего Тимофея Попова, как «покойника» (умершего), для чего положили Попова на сделанные мостки, с песнями понесли его по улицам, приглашая встречавшихся лиц на поминки, причем впереди носилок несли лубок, изображавший крышку гроба, а Алексей Березин махал при этом лаптем вместо кадила. Во время этого шествия пьяная толпа несколько раз роняла Попова и носилки на землю, вследствие чего Попов на следующий день и умер.

Привлеченные к следствию в качестве обвиняемых (перечисляются обвиняемые), не отрицая того, что они несли Попова на носилках и находились при этом шествии, показали: одни – что они были настолько пьяны, что не помнят того, что изображали шествие, а другие – что перенося Попова на носилках, они думали, что это в шутку, и похороны при этом не изображали, причем Чернецов разъяснил, что перед началом шествия Тимофей Попов, улегшись на носилки, сказал: «Несите меня, как мертвеца», вследствие чего его и понесли.

На следствии и суде подсудимым было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 16 декабря 1891 года: поскольку не доказана их вина в кощунстве и в причинении смерти Попову, все по суду были оправданы.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 695.

Дело Самарского окружного суда по 6-му Уголовному Отделению о мещанке Марии Степановой Купцовой, обвиняемой в кощунстве. Заседание назначено на 12 января 1891 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт, коим предается суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей, николаевская мещанка Мария Степанова Купцова, она же Зябкина, 25 лет, за кощунство.

31 мая 1890 года николаевский мещанин Максим Савельев Кузнецов подал заявление николаевскому уездному исправнику о том, что 29 мая в гор. Николаевске мещанка-раскольница Мария Степанова Зябкина публично дозволила себе кощунствовать над обрядами православной церкви.

…В означенное время его Кузнецова позвали в лавку Марии Зябкиной мещане Елисей Земсков и Андрей Городополов, и последний о православной церкви сказал: «Она есть единая святая церковь». Зябкина на эти слова Земскова ответила: «Что, и ты хочешь провалиться в нее, как и этот», указав при этом на Кузнецова. После этого разговор зашел о трехперстном сложении при крестном знамении, и он на это заметил, что в нем изображается Святая Троица, а Зябкина на это возразила: «В этом не Бог-отец, а куриная жопа выражается, которую вы проповедуете».

Обвиняемая Мария Степанова Купцова, она же Зябкина, не признала себя виновной в предъявленном ей обвинении, и объяснила, что в означенное время Кузнецов начал ее ругать матерно, и насмехаться над обрядами ея секты, почему она выгнала его и других из лавки; о вере же никакого разговора не было.

На следствии и суде подсудимой было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 12 февраля 1891 года: заключить Купцову в тюрьму на шесть месяцев.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 287.

Дело Самарского окружного суда по 1-му Уголовному Отделению о крестьянине Иване Андрееве Агапове, обвиняемом в кощунстве. Заседание назначено на 19 сентября 1891 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей крестьянина Ивана Андреева Агапова, 45 лет.

17 июня 1891 года в деревне Нероновке Самарского уезда в дом крестьянки Татьяны Шулеповой пришел крестьянин Иван Агапов; у Шулеповой в это время были крестьяне Марфа Михайлова и Иван Пахомов. Михайлова начала разговаривать с Агаповым о преимуществах православного венчания перед раскольническим, причем высказала, что при православном венчании надевают в церкви венцы, на что Агапов отвечал: «Ваши венцы только на мужской детородный член надеть» (показания Шулеповой, Михайловой и Парамонова).

Привлеченный к следствию в качестве обвиняемого, Иван Агапов виновным себя не признал, объяснив, что никаких неприличных слов относительно венцов он не говорил.

На следствии и суде Агапову было предъявлено обвинение по 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор вынесен 5 марта 1892 года: арест на 6 недель при полиции.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 1945.

Дело Самарского окружного суда по 1-му столу Уголовного Отделения о мещанине Михаиле Иванове Тарабакине, обвиняемом в кощунстве. Начато 3 марта 1893 года.

 

Л.д. 5.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей самарского мещанина Михаила Иванова Тарабакина, 29 лет, за кощунство.

23 января 1893 года в г. Самаре, в лавке торговца Алексея Рожнова, собрались мещане Александр Немцов и Михаил Тарабакин, крестьяне Иван Сысуев и Василий Денисов, псаломщик Казанского собора Благоразумов и отставной мулла Мельзетдинов. Между этими лицами начался религиозный разговор или спор по поводу того, что магометанин Мельзетдинов однажды не встал перед похоронной процессией. При этом Благоразумов высказал Мельзетдинову порицание за означенный поступок, а Михаил Тарабакин, бывший несколько выпивши, наоборот, принял сторону Мельзетдинова, и, возражая порицателям Мельзетдинова, между прочим сказал, что «православная религия есть лишь кукольная комедия, а церковь - балаган».

Привлеченный к следствию в качестве обвиняемого Михаил Иванов Тарабакин не признал себя виновным в кощунстве и заявил, что вышеприведенной фразы о православной религии он не произносил, а говорил лишь вообще о различии религий.

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 11 ноября 1893 года: подвергнуть аресту при полиции на три недели.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 2327.

Дело Самарского окружного суда по 5-му столу Уголовного Отделения о стерлитамакской мещанке Евдокии Яковлевой Садовской, 21 года, обвиняемой в кощунстве. Начато 18 января 1894 года.

 

Л.д. 19.

Обвинительный акт о предании суду Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей стерлитамакскую мещанку Евдокию Яковлеву Садовскую, за кощунство.

15 ноября 1893 года в г. Бузулуке проститутки Зеленкова и другие, проживавшие в публичном доме крестьянки Натальи Полгодовой, она же Хрущева, во время ужина начали ссору с товаркою своей – мещанкой Евдокией Яковлевой Садовской, во время которой последняя Святые Тайны дозволила поносить площадной бранью (показания свидетелей Зеленковой, Чегуновой и Червяковой).

Будучи допрошенной в качестве обвиняемой Евдокия Яковлева Садовская виновной себя в кощунстве не признала, и в оправдание свое ничего против изложенного не представила. Объяснение обвиняемой: если что и говорила против Святого Таинства, то была пьяная и не помню, что говорила, но это было случайно, а не со зла.

На следствии и суде подсудимой было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 11 мая 1894 года: один месяц ареста при полиции.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 2497.

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о крестьянке Гайнилмардье Мавлиевой, обвиняемой в порицании православной веры по 2 ч. 182 ст. Уложения о наказаниях. Заседание началось 16 марта 1905 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о крестьянке Гайнилмардье Мавлиевой (20 лет).

20 июня 1903 года в поле близ дер. Альметьевой той же волости Бугульминского уезда между крестьянками названной деревни Марьей Федоровой Дмитриевой и Гайнилмардьей Мавлиевой возникла ссора, во время которой Мавлиева, обращаясь к другим своим подругам и обращая внимание на Дмитриеву, сказала: «Отойдите от нея, так как она на шее носит куриную лапу [имелся в виду православный крест], которой поклоняется и исповедует поганую веру».

Изложенное на предварительном следствии удостоверили свидетельницы Дмитриева и Губайдуллина.

Привлеченная в качестве обвиняемой Мавлиева виновной себя не признала.

Определение суда вынесено 26 августа 1904 года. На основании Всемилостивейшего Манифеста от 11 августа 1904 года уголовное дело в отношении Мавлиевой по 2 ч. 182 ст. Улож. о нак. (оскорбление словами, хуление и поругание православной веры) дальнейшим производством прекращено, подписка о неотлучке отменена.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 3165.

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о крестьянине Иване Гаврилове Кирюхине, обвиняемом по 2 ч. 182 ст. Уложения о наказаниях. Начато 20 июля 1905 года.

 

Л.д. 2.

Обвинительный акт о крестьянине Иване Гаврилове Кирюхине, 50 лет.

21 апреля 1905 года крестьянин Яков Алексеев Игнатьев сидел около своего дома в селе Малый Кандал Больше-Кандалинской волости Ставропольского уезда, и разговаривал с крестьянином Иваном Ильиным Земсковым. В это время улицей села проходил крестьянин Иван Кирюхин, сектант Спасова согласия, и, подойдя к Игнатьеву и Земскову, вступил с ними в разговор, в котором между прочим стал утверждать, когда узнал, что его собеседники говели и приняли святые тайны, что «святые тайны даются только святым». Когда же Игнатьев и Земсков стали разъяснять ему значение и цель принятия святых тайн, Кирюхин, по словам Игнатьева и Земскова, сказал: «Ваше причастие есть блуд». Земсков при этом удостоверил, что Кирюхин казался с похмелья.

Допрошенный в качестве обвиняемого Кирюхин виновным себя не признал и объяснил, что он был пьян и ничего не помнит.

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 21 февраля 1906 года: подвергнуть Кирюхина аресту при полиции сроком на две недели.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 3162.

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о крестьянине Иване Максимове Безрукове, обвиняемом по 2 ч. 182 ст. Уложения о наказаниях. Начато 12 мая 1906 года.

 

Л.д. 2.

Обвинительный акт о крестьянине Иване Максимове Безрукове, Савельев тож, 23 лет.

22 февраля 1905 года в посаде Мелекесс Ставропольского уезда Самарской губернии на постоялом дворе Прасковьи Зиновьевой пил чай только что приехавший в Мелекесс крестьянин Василий Михайлов Жуков со своим извозчиком Макаровым. На другом столе в той же комнате распивали водку Иван Максимов Безруков, Иван Иванов Кологреев и другие. Безруков, будучи достаточно пьян, стал придираться к Макарову и высылать его из комнаты на том основании, что Макаров сидел в дубленой шубе. Заступаясь за Макарова, Жуков возразил Безрукову, говоря, что и ему, Безрукову, может быть, Бог приведет к этой шубе, т.е. к Макарову, за хлебом идти. На это Безруков стал ругаться, и между прочим сказал: «Ебу и Бога и хлеб его», т.е. Макарова, о чем Жуков тотчас же заявил полиции.

Допрошенный в качестве обвиняемого Безруков виновным себя не признал и объяснил, что он был пьян и ничего не помнит.

На следствии и суде Безрукову было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 12 мая 1906 года: подвергнуть Безрукова аресту при полиции сроком на семь дней.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 3416.

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о крестьянине Василии Петрове Мартьянове, обвиняемом по 2 ч. 182 ст. Уложения о наказаниях. Начато 20 июля 1906 года.

 

Л.д. 2.

Обвинительный акт о крестьянине Василии Петрове Мартьянове, 45 лет.

27 декабря 1905 года в селе Ташле Ставропольского уезда собран был сход для выбора сотских и десятских на предстоящий 1906 год. На этот сход явился пьяный крестьянин названного села Василий Петров Мартьянов и стал упрекать крестьянина Афанасия Игнатьева за то, что он, Игнатьев, служил в 1905 году сотским за жалованье, а в 1906 году не желает служить только потому, что сход решил не платить жалование сотским и десятским, и при этом сказал, что он, Игнатьев, желая попасть на должность сотского в 1905 году, поил стариков. На это Игнатьев возразил ему: «Ты пил? Кого я поил? Посмотри на Троицу, если не врешь». В с. Ташле церковь во имя Св. Троицы. Тогда Марьянов сказал: «Ебу я тебя и с Троицей».

Мартьянов, будучи допрошен в качестве обвиняемого, виновным себя не признал и объяснил, что он был пьян и ничего не помнит.

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 28 ноября 1906 года: подвергнуть Мартьянова аресту при полиции сроком на три дня.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 4994/37.

Дело Самарского окружного суда по 2-му столу Уголовного Отделения о крестьянине Иване Константинове Егорове, обвиняемом 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Начато 3 ноября 1907 года.

 

Л.д. 2.

Обвинительный акт о крестьянине Иване Константинове Егорове.

В июле 1906 года крестьянин с. Малого Толкая Бугурусланского уезда Иван Егоров, будучи пьян, явился в здание Мало-Толкайского волостного правления, и при входе в присутственную комнату не снял шапки, а когда бывший в той комнате волостной старшина заметил Егорову, что он обязан снять шапку, так как в комнате висят иконы, Егоров ответил: «Ебать хочу вас с иконами».

Привлеченный к следствию в качестве обвиняемого в кощунстве Иван Егоров не признал себя виновным, и объяснил, что в указанное время он был очень пьян и ничего по делу не помнит.

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 28 января 1908 года: выдержать под арестом при полиции семь дней.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 6087.

Дело Самарского окружного суда по 5-му столу Уголовного Отделения о крестьянине Максиме Лаврентьеве Тонких, обвиняемом в кощунстве. Начато 8 октября 1910 года.

 

Л.д. 3.

Обвинительный акт о крестьянине Максиме Лаврентьеве Тонких.

2 ноября 1909 года в селе Байгоровке Андреевской волости Бузулукского уезда крестьянин Максим Лаврентьев Тонких, находясь в нетрезвом виде, на улице стал ругать все духовенство матерной бранью, и, между прочим, показывая на близ стоящую церковь, сказал почетному гражданину Виктору Иванову Березовскому: «Нам ваша коробка не нужна».

На следствии и суде подсудимому было предъявлено обвинение по 2 ч. 182 ст. «Уложений о наказаниях». Приговор от 10 апреля 1912 года: подвергнуть аресту при полиции сроком на три дня.

 

ЦГАСО, Ф-8, оп. 2, д. 7452.

Дело Уголовного Отделения по 2-му столу Самарского окружного суда без участия присяжных заседателей о крестьянине Агляутдине Муфтахетдинове, обвиняемом по 2 ч. 182 ст. Уложения о наказаниях. Начато 7 января 1916 года.

 

Л.д. 2.

Обвинительный акт о крестьянине Агляутдине Муфтахетдинове, 16 лет.

В начале октября 1914 года на хуторе Дворникова Александровской волости Бугульминского уезда, в артельной избе, между рабочими русскими и татарами происходил спор на религиозные темы. Во время спора рабочий Агляутдин Муфтахетдинов снял со стены икону Божьей Матери, поднес ее к лицу русского рабочего Семена Урусова и заявил: «Вы на эту доску молитесь». После этого Муфтахетдинов бросил названную икону на пол, и икона раскололась на части. Присутствовавший в избе крестьянин Николай Губанов также видел, как Муфтахетдинов бросил на пол икону, и она раскололась на части.

Допрошенный в качестве обвиняемого Муфтахетдинов, не признав себя виновным, объяснил, что икону на пол он уронил нечаянно.

Из материалов дела видно, что во время совершения описанного преступления Муфтахетдинову было менее 17 лет.

По решению суда Муфтахетдинов в связи с несовершеннолетием оправдан.


Авторизация через социальные сервисы: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    © 2014-. Историческая Самара.
    Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
    Продвижение сайта Дизайн сайта
    Вся Самара
    Разместить свою рекламу