При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Начальник горел ярким пламенем

- Я вовсе не хотел убивать Павлова, - покаянно говорил 42-летний мужчина, судорожно вцепившись руками в стальную решетку, которой огораживается скамья подсудимых. – Все произошло случайно. Просто я на него тогда сильно обиделся. Когда я узнал, что меня лишили премии, мне будто бы что-то ударило в голову. Очнулся, смотрю – а Павлов уже облит бензином и весь горит. Я растерялся и поехал домой…

Нет, Вячеслав Овчаренко вовсе не маньяк и не жуткий садист, получающий удовольствие от созерцания чужих мучений. Так, по крайней мере, считают врачи-психиатры, обследовавшие пациента, которому прокуратура предъявила обвинение в убийстве с особой жестокостью. В медицинском заключении, правда, признается, что Овчаренко обладает легко возбудимой психикой, из-за чего он может совершать необдуманные поступки, однако одной лишь неуравновешенности, по мнению врачей, явно недостаточно для того, чтобы признать его невменяемым. Одним словом, из этого документа можно сделать весьма немаловажный для суда вывод: все слова подсудимого о том, что в момент преступления он не контролировал своих поступков, являются всего лишь его попыткой уйти от уголовной ответственности за содеянное.

Впрочем, даже и без этого медицинского заключения мало кто поверил бы тому, что у Овчаренко в тот роковой июльский день, что называется, «съехала крыша». Дело в том, что до своего преступления он в течение многих лет работал водителем автобуса муниципального предприятия «Кинельавтотранс», где регулярно проходил обследование у врачей, в том числе и у психиатров. Показательно, что за все эти годы у проверяющих ни разу не возникло сомнений в том, что у Овчаренко, мягко говоря, «все в порядке с головой». Конечно же, в нашей медицине имеется множество недостатков, однако вряд ли хоть кто-то из наших читателей сможет припомнить случай, когда даже самый недобросовестный эскулап разрешил бы работать профессиональным водителем человеку, имеющему явные психические отклонения.

Так что же за событие произошло 8 июля 2002 года в муниципальном автотранспортном предприятии небольшого городка Кинель Самарской области, которое подвигло одного из здешних шоферов на столь страшное преступление, как поджог живого человека? Оказывается, в тот день после обеда в МУП «Кинельавтотранс» давали зарплату. Водитель Вячеслав Овчаренко в самом радужном, как он сам говорил, настроении вместе с другими своими коллегами тоже приехал к зданию дирекции с намерением уже вскоре положить в кошелек энную сумму вожделенных денежных знаков. Однако тут его ждало горькое разочарование. На доске приказов водитель увидел листок бумаги, под которым стояла подпись директора МУП «Кинельавтотранс» Геннадия Павлова. Текст же этого приказа гласил, что он, Вячеслав Овчаренко, за дисциплинарные нарушения лишен на 100 процентов премии за июнь, и, кроме того, из его зарплаты удержано 870 рублей за поломанный трещоточный ключ.

Конечно же, такая новость никого не может обрадовать. Реакция на сообщение о денежном начете у людей может быть самая разная: некоторые молча перетерпят это известие - и снова пойдут работать, у кого-то безвольно опустятся руки, а кто-то, возможно, тут же кинется в кабинет директора с желанием выяснить-таки причину такого сурового наказания. Однако Овчаренко поступил по-другому. Прочитав злополучный приказ, он от двери бухгалтерии прямиком направился в гараж, где из запасной канистры налил бензин в полуторалитровую пластиковую бутылку из-под минеральной воды. Затем он с этой бутылкой в руках снова вернулся к зданию дирекции, остановился у входа и стал ждать…

А начальник автотранспортного предприятия Геннадий Павлов в тот момент даже и не предполагал, какую страшную судьбу уготовил ему обидевшийся подчиненный. Директор как раз после обеда собирался поехать в банк, и поэтому, выскочив из здания управления, он чуть ли не бегом ринулся к поджидавшему его «УАЗику». Овчаренко попытался было заговорить с начальником, но тот лишь отмахнулся от водителя и показал на часы – мол, спешу. После этого Павлов успел сделать еще несколько шагов по направлению к машине, и тут вдруг почувствовал, что на него сверху полилась струя какой-то жидкости, имевшей до боли знакомый сладковатый запах. А еще через несколько секунд голову, плечи и руки несчастного охватило яростное пламя. Это Овчаренко, вылив на Павлова почти весь припасенный бензин, чиркнул спичкой и бросил ее на обидчика.

О дальнейшем суду рассказал водитель МУП «Кинельавтотранс» Геннадий Дмитриев:

- Я в тот момент находился в боксе и занимался ремонтом автобуса. Вдруг я услышал чей-то истошный крик, выскочил на улицу – и увидел охваченного пламенем человека. У него горели голова, лицо, руки и верхняя часть туловища, и он беспорядочно бегал по двору, хлопал себя руками по плечам и кричал. Сначала я даже не понял, что это наш начальник Павлов, а узнал его уже потом. Я схватил коврик из плотной ткани, что лежал у меня в машине, подбежал к горящему человеку, свалил его на землю и набросил на него коврик. Кроме меня, его тушил также водитель Александр Чернов и некоторые другие водители. Когда с Павлова сбили пламя, его посадили в служебный «УАЗ» и отвезли в больницу. Вскоре мне рассказали, что начальника облил бензином и поджег наш водитель Вячеслав Овчаренко. Его я видел неподалеку от гаража, когда мы тушили Павлова. Овчаренко просто стоял и смотрел на происходящее, а потом сел в свою машину и уехал домой. Все мы были потрясены этим происшествием, а уж от Овчаренко никак не ожидали такого жестокого поступка. Он обычно был тихим и спокойным, а тут вдруг такое…

Вскоре выяснилось, что директор автотранспортного предприятия получил ожоги лица, головы, руки и верхней части туловища 2 и 3 степени. Общая площадь ожогов составила свыше 60 процентов поверхности тела. За жизнь Геннадия Павлова сначала боролись врачи Кинельской районной больницы, а потом его перевезли в Самару, в ожоговый центр больницы Пирогова. Однако медицина в данном случае оказалась бессильной: травмы были настолько несовместимы с жизнью, что 21 июля этот крепкий здоровый мужчина все-таки скончался от полученных ожогов.

Овчаренко арестовали прямо у него дома вечером того же дня. Обвиняемый в жутком убийстве с самого начала придерживался одной и той же версии: мол, в день получки я так сильно разозлился на своего начальника, что у меня наступило состояние аффекта. Вот в таком беспамятстве я и совершил этот нехороший поступок, в чем и раскаиваюсь. А если, мол, вы не верите, что Павлов своими административными выходками кого угодно мог довести до бешенства, то спросите об этом у других наших сотрудников.

Работники прокуратуры и суд, конечно же, последовали «совету» обвиняемого, и допросили многих водителей кинельских автобусов. В результате следствие получило весьма полное представление о том, каким начальником был директор «Кинельавтотранса» Геннадий Павлов. Действительно, все без исключения опрошенные водители предприятия признавали, что он был жесткий руководитель, может быть, временами даже излишне жесткий. В частности, он ввел систему строгого контроля за тем, чтобы всем пассажирам автобусов выдавались билеты. Такой порядок был призван предотвратить перетекание денег от пассажиров прямиком в водительский карман, что, согласитесь, у нас в общественном транспорте по сей день все еще встречается. Кстати, того же самого Вячеслава Овчаренко директор лишил премии именно за махинации с билетами: накануне при проверке у водителя в кассе были обнаружены неучтенные деньги в сумме 31 рубль…

То же самое касалось и перерасхода топлива. По словам водителей, Павлов ввел на предприятии такие жесткие нормы экономии горючего, которые мало кто из них мог соблюдать. За перерасход директор опять же наказывал своих подчиненных рублем: вычитал стоимость излишков у них из зарплаты, а то и лишал шоферов премий на 20, 30 и даже на 50 процентов. То же самое касалось и рабочего инструмента: если кто-нибудь его портил (пусть даже неумышленно), или, не дай Бог, терял, то его обязывали возместить предприятию стоимость утраты.

При этом, конечно же, можно понять и тех водителей, которые на суде говорили, что их начальник в своем стремлении на всем экономить порой откровенно перегибал палку. Например, Павлов не разрешал водителям в рабочее время заниматься регулировкой двигателя, чтобы снизить расход горючего. Как рассказывали свидетели, он требовал, чтобы все машины с утра до вечера находились на маршруте, а что до регулировки двигателя, то этим, мол, занимайтесь после работы…

То ли было дело в прежние, социалистические времена! Тогда, как мы еще помним, водители зачастую эксплуатировали государственный транспорт, как свой собственный, напропалую прикарманивали деньги, полученные от пассажиров, а уж бензин-то и вовсе транжирили налево и направо. Теперь же, попав в новые, рыночные условия, хозяйственники резко «закручивают гайки», проявляя в отношении своих подчиненных непривычную для них финансовую жесткость. Иначе, рассуждают начальники, производственной дисциплины не добьешься и прибыли от предприятия не получишь.

Однако жизнь показывает, что иные руководители, радеющие за такой «железный» порядок, в своем административном рвении порой не учитывают один, но очень важный фактор - человеческий. Хотя в последние годы в России сформировались почти неизвестные нынешнему поколению рыночные отношения, а также появился новый тип работодателя, у нас в то же время практически неизменной осталась психология наемного работника. Немалое число рядовых работяг по-прежнему не стремится трудиться в полную силу, однако зарплату у нас все хотят получать достаточно приличную. И если на предприятии возникает конфликт между не слишком усердным работником, с одной стороны, и «железным» администратором, не учитывающим жизненные реалии – с другой, то начальник вполне рискует получить от своего обидевшегося подчиненного примерно такой же «подарок», каким неуравновешенный водитель «угостил» директора МУП «Кинельавтотранс» Геннадия Павлова.

В ходе судебного процесса было отклонено ходатайство адвоката о переквалификации преступления его подзащитного на более легкую статью УК РФ «убийство в состоянии аффекта». Суд резонно посчитал, что в невменяемом состоянии Овчаренко ни за что не смог бы обстоятельно подготовить покушение на Павлова – в частности, не стал бы искать бензин и переливать его в бутылку, а потом довольно долго поджидать директора у дверей конторы. В связи с этим судья Самарского областного суда Геннадий Минин признал Вячеслава Овчаренко виновным в умышленном убийстве с особой жестокостью, и приговорил его к 14 годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Валерий ЕРОФЕЕВ.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара