При подготовке публикаций сайта использованы материалы
Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина,
Центрального государственного архива Самарской области,
Самарского областного государственного архива социально-политической истории, архива Самарского областного суда,
частных архивов и коллекций.

Любовь под нефтепроводом

- Я пришла сообщить, что в ту августовскую ночь Сергей был со мной…

Эти слова во время судебного процесса, проходившего в Самарском областном суде в 2006 году, произнесла очаровательная молодая женщина по имени Юлия, чьи внешние данные и смелая манера одеваться гораздо более подходили для подиума респектабельного конкурса красоты, нежели для обшарпанной казенной кафедры, за которой дают показания свидетели в зале суда. Явилась же эта прелестная особа в храм Фемиды по просьбе защитников подсудимого Сергея Воробьева. Она рассказала суду, что в лесополосу в Кинельском районе Самарской области той глухой августовской ночью ее приятеля привела вовсе не жажда наживы, а вечная как мир любовная страсть. Нужно сказать, что это был сильный ход защиты: ведь на этапе предварительного следствия прокуратура обвинила Воробьева сразу в нескольких тяжких преступлениях, в том числе в создании организованного преступного сообщества, в умышленном повреждении чужого имущества, в краже в особо крупных размерах, и еще в некоторых других.

Вообще-то эта история началась как минимум тремя годами раньше, в начале 2003 года, когда в Самарский областной суд было передано для рассмотрения уголовное дело по довольно редко встречающейся 210-й статье УК РФ – «Создание организованного преступного сообщества». Согласно этим материалам, главным в шайке был упомянутый выше Сергей Воробьев, в подчинении которого, по версии следствия, находились ранее судимые и нигде не работающие Владимир Воронин и Владимир Щербинин, а также студент Самарского политехнического университета Евгений Живаев. Оказалось, что ушлые парни совершили хищение бензина и дизельного топлива из продуктопровода, умудрившись провертеть дырку в огромной трубе, по которой с завода к потребителям перекачивалось готовое горючее. Через проделанное таким образом отверстие жулики сливали нефтепродукты в многотонные цистерны, но в конце концов были задержаны с поличным.

Здесь следует сказать, что Сергей Воробьев – личность для самарского уголовного мира поистине легендарная. Впервые местная братва узнала о нем и его брате Владимире в ноябре 1988 года, когда они совершили первое в нашей области громкое заказное убийство, связанное с переделом криминальных сфер влияния. Тогда жертвой киллеров стал один из «королей» куйбышевской «пивной мафии» конца 80-х годов - Фарид Шарафутдинов по кличке Шарик.

В течение нескольких лет Шарик был крупнейшим для того времени воротилой куйбышевского теневого бизнеса и «держал» под собой торговлю пивом на всей Безымянке. При этому наглому авторитету рано или поздно захотелось взять под свою «крышу» пивную торговлю еще и в старой части города. Однако там уже начиналась сфера влияния «старогородского» пивного «короля» - Владимира Кузнецова по кличке Кузя, неприметного продавца пивного киоска. Несмотря на то, что Шарик предложил выплатить ему отступные в размере 300 тысяч рублей (в советское время это были огромные деньги), «старогородский» пахан на сделку не пошел, а здорово обиделся на конкурента, «заказав» наглого Шарика братьям Воробьевым. За эту «работу» Кузя пообещал выплатить исполнителям убийства 10 тысяч рублей.

«Заказ» был выполнен 20 ноября 1988 года. В этот день с самого утра Воробьевы поджидали Шарика в машине на улице Коммунистической. Пивной король попался на мушку Владимиру Воробьеву около двух часов дня, когда он выходил из помещения детской молочной кухни. Выпущенная из винтовки пуля попала Шарику в затылок, и в результате авторитет был сражен наповал.

Суд над заказчиком преступления Владимиром Кузнецовым и исполнителями убийства начался лишь весной 1993 года, завершившись через три месяца. Кузнецов получил 9 лет лишения свободы, а Владимир и Сергей Воробьевы - по 12 лет. Но самое примечательное в этом деле другое: братья были привезены в зал суда из колонии, где они к тому времени уже сидели без малого год. Ведь еще в июле 1991 года каждый из них был осужден на восемь лет лишения свободы за участие в банде еще одной легенда самарского криминала - Андрея Филимошина.

В конце 80-х годов Филимошин со своими отморозками занимался главным образом тем, что выискивал состоятельных «клиентов» (в первую очередь цыганских баронов и подпольных торговцев золотом). А после тщательной разведки бригада являлась к богатею домой и «вытрясала» из него припрятанные сокровища. Во время судебного процесса по делу этой банды летом 1991 года публику немало шокировали сообщения о размерах золотых запасов, отнятых у иных скромных с виду советских обывателей.

Тогда на скамье подсудимых вместе с Филимошиным в общей сложности оказалось 14 человек. Однако лишь девятерым из числа подсудимых вменялась в вину статья 77 УК РСФСР (бандитизм), и в их числе были уже упоминавшиеся Сергей и Владимир Воробьевы. В итоге Андрей Филимошин был приговорен к 12 годам лишения свободы, а двое братьев – к 8 годам каждый. Впрочем, члены легендарной банды условно-досрочно, за хорошее поведение, один за другим вышли из мест лишения свободы в течение 90-х годов. В 1998 году на свободе оказались Андрей Филимошин и Сергей Воробьев, а годом позже к ним присоединился и Владимир Воробьев.

Как мы уже знаем, отсидка для Сергея не прошла даром. Едва он вышел на волю, как в правоохранительные органы пошла свежая агентурная информация: Воробьев и Филимошин создали группу для хищения топлива из продуктопроводов. Итогом реализации этих оперативных данных и стало задержание расхитителей летом 2000 года. Правда, в отношении Филимошина слова «стукачей» так до сих пор и остаются словами, поскольку ни в одной из упомянутых выше операций правоохранителям так и не удалось не то что увидеть, но хотя бы «почувствовать след» легендарного бригадира. А вот его «правой руке» Сергею Воробьеву повезло меньше: он все-таки засветился во время одного из милицейских рейдов, и в итоге снова оказался за решеткой.

Следствие по этому делу было завершено за три месяца. Казалось бы, все улики против подсудимых налицо, и потому работники прокуратуры, передав дело в суд, рассчитывали уже через месяц-другой получить сообщение о справедливом приговоре. Однако все оказалось гораздо сложнее, чем ожидалось. Во-первых, незадолго до начала слушаний решением суда Советского района Сергею Воробьеву была изменена мера пресечения. Вместо содержания под стражей он был выпущен из СИЗО под подписку о невыезде. Неудивительно, что перед самым первым заседанием из милиции в областной суд поступила справка о том, что Воробьев скрылся, и его нынешнее местонахождение правоохранительным органам неизвестно.

Именно поэтому в феврале 2003 года уголовное дело о незаконных врезках в трубопровод было рассмотрено областным судом в отсутствие самого главного обвиняемого. В ходе полуторамесячного судебного разбирательства прокуратура сняла с упомянутых выше Воронина, Щербинина и Живаева обвинение по ст. 210 УК РФ, то есть в участии в организованном преступном сообществе. Сделано это было в связи с недостатком доказательств: сами подсудимые категорически отрицали, что знакомы с Воробьевым, а отсутствие последнего в зале суда не дало возможности провести между этими лицами очную ставку. Тем не менее судебная коллегия Самаркого областного суда под председательством Евгения Калюжного признала всех троих виновными по ст. 158 УК РФ, то есть в краже топлива из продуктопровода. В результате Владимир Воронин и Владимир Щербинин, как лица, уже ранее судимые, получили по восемь лет лишения свободы в колонии строгого режима, а Евгений Живаев – шесть лет лишения свободы в колонии общего режима.

Лишь летом 2004 года Воробьев наконец-то снова попал в поле зрения правоохранительных органов, в результате чего он и оказался снова в камере СИЗО. Правда, и в момент задержания, и двумя месяцами позже в зале суда наш герой уверял, что в течение всех этих долгих месяцев он не только не скрывался от правосудия, но даже устроился на работу в одну из фирм в городе Кинеле, то есть по месту своей постоянной регистрации. Здесь он спокойно и ни от кого не таясь жил на квартире своей матери, причем за это же время успел сойтись с одной из своих знакомых, которая теперь от него имеет ребенка. По требованию защиты все эти факты из личной жизни подсудимого были оформлены в виде справок и приобщены к делу. Одним словом, утверждали адвокаты, никакой Воробьев не преступник, а примерный семьянин и отличный работник…

Однако государственный обвинитель в ходе судебного процесса утверждал прямо противоположное. По мнению прокуратуры, именно Воробьев и был организатором незаконных врезок в трубопроводы и крупных хищений топлива. Оперативная информация об этих махинациях поступила в милицию еще в начале лета, но преступники были задержаны с поличным только в ночь на 22 июля. Выяснилось, что жулики сделали врезку в продуктопровод неподалеку от села Георгиевка Кинельского района, а указанной ночью приехали сюда на трех бензовозах за добычей. Сидящие в засаде оперативники подождали, пока воры заполнят одну цистерну, после чего взяли всю бригаду. Правда, лидера группы им удалось задержать только через месяц, в конце августа, при следующей попытке хищения. На этот раз подручные Воробьева сливали в автоцистерну дизельное топливо.

Задержанный неподалеку от места врезки, в соседней лесополосе, авторитет тут же выдвинул весьма оригинальную версию того, почему он оказался среди холодной августовской ночи в этой безлюдной местности. Безо всяких обиняков Воробьев заявил: «А у меня здесь было свидание с девушкой!» В дальнейшем эта версия получила развитие: задержанный рассказал следствию, а затем и суду, что накануне той роковой для него ночи он в Кинеле познакомился в с очаровательной незнакомкой, чьи длинные ноги и огромные глаза сразили его наповал. Воробьев тут же предложил своей пассии отметить знакомство в одном из ресторанчиков села Кротовка, где он неоднократно бывал и где его хорошо знали. Однако в тот вечер заведение почему-то оказалось закрыто, и Воробьеву пришлось везти девушку обратно в Кинель.

По дороге он не смог сдержать обуревавшую его страсть, а потому съехал с большой трассы в лесополосу, где стал приставать к своей попутчице. Но девушка обиделась на его хамское поведение и убежала в темное поле, а через него выбралась на дорогу, где поймала попутную машину и вскоре прибыла домой. Воробьев же почему-то замешкался, но потом все-таки отправился искать беглянку. Вот тут-то из кустов вдруг и выехала машина с неизвестными людьми – как оказалось впоследствии, с оперативниками РУБОПа. Они-то и повязали несостоявшегося любовника, обвинив его в итоге черт-те в чем…

В содеянном он так и не сознался. Ни в чем не признались также Живаев, Воронин и Щербинин, которых для дачи показаний в зале суда специально привезли из колонии. Все они заявили, что до момента того памятного задержания никогда и в глаза не видели Воробьева, да и о кражах топлива из трубопровода впервые слышат. В итоге представитель прокуратуры в своей заключительной речи на процессе заявил, что по причине недоказанности он снимает с Воробьева обвинение сразу по нескольким пунктам, в том числе в создании организованного преступного сообщества, в умышленном повреждении чужого имущества, и так далее. Однако его участие в краже нефтепродуктов он все-таки посчитал вполне очевидным. Основным доказательством при этом стали показания оперативников РУБОП, которые через приборы ночного видения наблюдали, как подсудимый лично руководил перекачкой бензина из трубопровода в цистерны.

Решением судебной коллегии Самарского областного суда под председательством Валерия Курылева Сергей Воробьев был приговорен к 5 годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Валерий ЕРОФЕЕВ.

© 2014-. Историческая Самара.
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено.
Продвижение сайта Дизайн сайта
Вся Самара